dusk till dawn

Париж, 1934.

***

Дождь противно барабанил по ветхой крыше борделя, а некоторые капли пробирались сквозь щели, капая прямо в помещение. Да, это заведение явно не претендовало на звание «элитного» или даже «среднего». Краска уже кусками слезала, оголяя ветхие стены, покрытые, в некоторых местах, плесенью. Запах сырости царил во всем помещение. Его не могли перекрыть даже ароматы перегара и табачного дыма. Полы, казалось, были готовы провалиться под весом людей, которых было на удивление много в этом заведении. Что ж, «Роза» явно пользовалась популярностью среди низших слоев населения. Каз осмотрелся по сторонам, вычисляя примерный контингент посетителей. В основном это были мужчины средних лет с достатком явно ниже среднего. Такие люди были рады любому пойлу и любой шлюхе, готовой отдаться им за последние монеты в кошельке или бутылку водки. Он шёл сквозь толпу потных мужчин, которые нагло лапали девушек на глазах у всех и даже не пытались с ними уединиться. Отец упоминал «Розу», когда рассказывал сыну об их плане по помощи в поимке охотника на вампиров. По его данным именно здесь были замечены жертвы, прежде чем отправиться в последний путь. Именно поэтому Каз решил проветриться ночью именно в этом борделе. Это была прекрасная возможность побыстрее выполнить часть своей сделки. Ведь, возможно, преступник находился здесь всегда? В этой версии не сходилось лишь то, что клуб явно не был для богатых, а именно такими и являлись убитые. Было весьма странно то, что они решили посетить именно «Розу», а не приличный «Зверинец». Казимир нутром чуял, что здесь все было не так просто. Да и на пути Руневский ещё не встретил ни одного вампира. Все посетители здесь определённо были простыми людьми, которые, возможно, даже не подозревали о существовании других видов. — Что ты тут забыл, красавчик? — цепкая брюнетка ухватила его за руку, утаскивая в противоположную сторону. Каз попытался вырвать руку из хватки девушки, но она лишь крепче впилась ногтями в его руку. — Какого черта? Это у вас такой сервис? — проворчал парень. Девушка улыбнулась, обнажая ряд идеальных зубов. И теперь Каз заметил пару слишком длинных клыков по краям. — Вижу, что ты новенький, — произнесла брюнетка. — у нас отдельный зал для избранных. Вы ведь Леон? Каз напрягся, понимая, что эта девушка явно знала больше его. И она должна была встретить некого Леона, который наверняка должен был оказаться вампиром и попасть в специальный зал. Подпольный зал для вампиров в одном из самых захудалых борделей города, где тебя никто даже не додумается искать и не узнает, что ты там был — разве не прекрасное место, чтобы выбрать жертву и убить ее? Каз должен был туда попасть. — Абсолютно верно, — ответил Руневский. — Ваша фамилия, месье Леон, а также дата рождения. Черт. Неужели Каз действительно думал, что его пустили бы в секретное место, согласись он с тем фактом, что он — Леон. Руневский напрягся, вспоминая окружение его родителей. Леон определённо должен был быть из богатой вампирской семьи. Если девушка перепутала его с Казом, то, вероятнее всего, внешне и по возрасту этот парень должен был походить на Руневского. Картинки всех приемов у них в доме мелькали в голове. Казалось, производя имена гостей, которые там присутствовали. И, наконец, он наткнулся на что-то похожее на правду. — Леон Бэймбридж, 15 марта, 1916 года, Кардифф, Великобритания, — улыбка осветила лицо Казимира. Он на секунду замер, понимая что у него не было права на ошибку. И если он назвал не того, то мало, что план, который и так был хлипким словно этот бордель, покатился бы к чертям, так он наверняка ещё мог спугнуть преступника. Казалось, девушка не заметила заминки Казимира. — Прекрасно, месье, прошу за мной. Казимир почувствовал, как с плеч спал тяжёлый груз. Он тяжело выдохнул, успокаивая себя, и следуя за новой знакомой. Девушка подвела его к стене, которую прикрывала штора, в одном из темных углов борделя. Она осторожно подняла край тяжелой материи, за которой Казимир различил дверь, скрытую в стене. Брюнетка постучала в неё несколько раз, явно отстукивая специальный пароль, когда дверь открылась. Их встретил один охранник, который ростом был раза в два больше Каза, а его мышцы достигали размера головы парня. — Элин, кого ты к нам привела? — поинтересовался мужчина, переводя взгляд на новую спутницу Руневского. — Михаэль, этот бедный вампир совсем потерялся в толпе людей, пока искал нас, — губы девушки изогнулись в улыбке, а элегантная рука вновь схватила Казимира за предплечье, надавив чуть сильнее и приказывая молчать. Глаза охранника сузились до размера двух маленьких щёлок. Он очень внимательно изучал парня перед ним, будто пытался вывернуть все его мысли и внутренности наружу. — Я раньше его не видел у нас, — заметил Михаэль, поигрывая мышцами на руках. Этот парень явно был готов вышвырнуть Руневского в прямом и переносном смысле этого слова. Девушка сделала шаг по направлению к охраннику, дотягиваясь свободной рукой до его крепкого плеча. Каз уловил, как после этого движения мышцы мужчины тут же расслабились. Это было странно. — Перестань, Михаэль, — вкрадчивый голос девушки будто проникал в каждый уголок помещения. — Я же никогда тебя не подводила. Я привожу только проверенных людей. Охранник на секунду замялся, а затем кивнул, соглашаясь и освобождая им проход. Каз не подал виду, как сильно его смутило поведение охранники после прикосновения к нему девушки. Он продолжил молча следовать за ней. Они спускались вниз по крутым ступенькам, которые были скользкими от сырости, царившей в этом подвальном помещении. Каз не мог сказать, насколько глубоко они спустились, но девушка остановилась, достигнув железной двери, в которой виднелось окошко. Постучав по нему, Элин отошла, выставляя Казимира вперёд. Очередной охранник смотрел на него теперь уже через маленький прямоугольник. — Леон Беймбридж, — произнесла девушка. — Его приглашали, но он чертовски стеснительный мальчик. Мужчина, с той стороны железной двери, мерзко улыбнулся. — Уверен, что наши девочки раскрепостят парня. Послышался звук открывающегося замка. Элин подтолкнула парня ко входу и тот, наконец вошёл в помещение. Оно больше походила на незамысловатую гостиную, где сидело не так много мужчин и женщин. На столах возле них стояли бокалы с шампанским или виски. Казимир заметил несколько коридоров, уходящих в глубь. И судя по наличию там охранников — это были покои для развлечений с девочками. — Развлекайся, — произнесла Элин и плавно смешалась с остальными гостями. Каз уже потянулся за бокалом шампанского на подносе у официанта, когда вспомнил о яде. Нельзя пить и есть. Казимир внимательно осмотрел зал и только сейчас заметил второй этаж с балконами, где было практически пусто. Лишь один мужчина, с весьма спортивной комплекцией и светлыми волосами, зачёсанными назад, стоял там, наблюдая за остальными. Каз напряг зрение, попытавшись уловить подробности внешности мужчины. Но что-то словно мешало его способностям, как барьер ограничивающий их. Что ж, это было интересно. В этом месте вампирский способности явно ограничивались, но как? И, если нормального вампира это могло напугать, то в Каза это вселяло лишь сплошной азарт. Руневский обожал играть не по правилам. В горле безумно пересохло. Он хотел пить. Как из ниоткуда появилась официантка с подносом, на котором стояли различные напитки. — Что желаете: вода, сок, шампанское, вино, кровь белок? «Вряд ли они добавляли яд в кровь белок». У Каза не было выбора. Сухость в горле становилась все сильнее, заставляя выпить меньшее из зол. Залпом опрокинув стакан, Руневский приготовился к смерти, но ничего не произошло. Он прошёл дальше, к свободному дивану, обитый голубым бархатом под цвет стен. Не успел парень сесть, как возле него появилась девушка, которая тут же опустилась рядом с ним на бархатный диван. Ее наряд сложно было назвать «платьем». Изумрудная ткань была настолько прозрачной, что не скрывала абсолютно ничего. Лишь наличие вышивки на груди и тонкой полоски трусиков под цвет «платья» скрывало все интимные места девушки. Ее светлые волосы были собраны в высокий хвост, а голубые глаза очень красиво сочетались с бледной кожей и светлыми волосами. Ее губы, накрашенные ярко-красной, помадой растянулись в улыбке. Она подсела ещё ближе к нему, закидывая одну из своих стройных ног на бедро парня. Казимир на секунду замер. Ему хотелось оттолкнуть девушку подальше от себя. — Мне сказали, что месье Леон любит маленьких блондинок, — усмехнувшись заметила девушка. В ее глазах появился блеск, но Каз не успел этого понять, когда рука девушки легла на его бедро. Он почувствовал странное тепло, которое словно разливалась по всему его телу, расслабляя. Руневский откинулся на спинку дивана, позволяя приятной неге окутать его тело. Здесь было так хорошо. Все проблемы ушли на дальний план. Сейчас он мог думать лишь о том, как ловкие руки девушки нежно массируют его тело. Ее улыбка стала ещё шире, когда пальцы принялись расстёгивать жилет парня. Он улыбнулся в ответ. Его руки непроизвольно потянулись к тонкой фигуре, хватая девушку за талию и, усаживая к себе на бёдра. Стройные, но при этом весьма крепкие ноги девушки, плотно обхватили его бедра. Каз почувствовал странное желание впиться клыками в артерию, которая так заманчиво пульсировала на шее девушки. Она закончила расстёгивать пуговицы на жилете и стянула его вместе с пиджаком, когда парень обнажил клыки, пройдясь по ним языком. Он так давно не пил кровь живого человека. Не чувствовал, пульсацию сердца под собой, не слышал жалобных стонов, которые раздавались под тобой. Руневский впился в изящную шею девушки за долю секунды. Стон. А затем ещё один. Девушка стонала, извиваясь на его бёдрах. И это не могло не возбуждать парня. Горячая кровь приятно обжигала горло, а в ушах слышались удары девичьего сердца, смешанные со стонами. Он открыл глаза, посмотрев на лицо девушки. Ее губы были широко открыты, образуя изящную букву «О», ресницы заметно трепетали, голубые глаза смотрели куда-то вверх, а вся краска отлила от ее лица. Ее ногти впились в крепкие плечи парня так, что он почувствовал это даже сквозь рубашку. Казимир был уверен, что на плечах останутся следы. Конечно не такие, как у девушки на шее. Он сделал последний глоток и убрал клыки, ловя своим языком капли крови, стекающие по шее из свежей ранки. Казалось, что человеческая кровь ещё больше затуманила разум. Каз не был уверен в том, что полностью управлял своим телом. Какое-то странное чувство чего-то лишнего промелькнуло в его голове на секунду, но затем было вытеснено нестерпимым желанием. Каз подхватил блондинку под бёдра, не отрываясь от шеи он поднял их с дивана и понёс к личным комнатам. Охранник даже не остановил их. Вампир вошел в первую попавшуюся дверь. За ней оказалась большая двуспальная кровать, застеленная чёрным шелковым бельём. Полы и стены тоже были сделаны из темного кафеля. «Так легче убрать кровь». Промелькнуло в мыслях парня, но будто что-то чужеродное вновь вытолкнуло это из его головы. Парень толкнул девушку на кровать, нависая над ней. Кровь продолжала сочиться из двух маленьких ранок на шее. Каз вновь опустился с поцелуем к этому месту, зализывая языком свежие укусы. Он спустился ниже, к ключице, царапая кожу своими клыками, но не кусая ее. Блондинка извивалась под ним, а затем крепко обхватила его талию своими ногами, стараясь притянуть ближе. Ее руки были запутаны в темных волосах парня, приятно потягивая их, создавая легкую боль. Он заметил пару капель рубиновой жидкости возле груди. Каз потянулся к завязкам платья, ослабляя их и позволяя платью оголить все нужные участки женского тела. Девушка вздрогнула, когда Руневский принялся ласкать ее грудь, целуя и покусывая чувствительное место. Он смешивал боль с наслаждением, от чего девушка стонала все громче. Неожиданно рука девушки соскользнула с его головы,опускаясь на пояс брюк, которые заметно натянулась в области ширинки. Каз слегка качнул бёдрами, давая девушке своё согласие и продолжая ласкать грудь, покрывая кожу засосами. Блондинка быстро расправилась с пряжкой ремня и пуговицами. Каз вздрогнул, когда ее рука накрыла его сквозь ткань нижнего белья. «Это неправильно» Вновь мгновенная мысль, за которую он никак не успевал уцепиться. Здесь что-то было не так, но он не мог объяснить самому себе, что именно. Его мозг не мог думать ни о чем, кроме сильного желания близости с этой девушкой. Блондинка, видимо увидела, напряжение в лице своего партнера. Она положила вторую руку ему на щеку, нежно поглаживая кожу. — Все хорошо, Леон, тебе понравится, я обещаю. Ты этого не забудешь. Каз ощутил, как его тело вновь расслабляется и становится слишком мягким. Девушка переворачивает их, меняя позицию. Теперь она сверху, а Каз лежит под ней. Блондинка спускает с себя платье, отбрасывая ткань на пол. Дыхание Каза перехватило, стоило ему увидеть обнаженную девушку. Он не мог не признать идеальность ее тела. Тонкая талия, упругая грудь, которая идеально помещалась в ладонь, плоский живот и крепкие бёдра, бледная кожа без малейших изъянов. Девушка, улыбнувшись, принялась быстро расстёгивать пуговицы на рубашке парня, помогая отбросить ее куда-то к платью. Каз провел руками по плавным изгибам фигуры, думая о том, что эта девушка просто не могла быть настоящей. В ней не было ни единого изъяна. Блондинка закусила губу, когда руки Казимира, вновь вернулись к ее груди. Она резко дернула его брюки вниз вместе с нижним бельём и обхватила рукой набухшую плоть, которая так давно требовала внимания. Блондинка плавными движениями водила рукой по всей длине, отчего глаза Казимира закатывались от наслаждения. Он точно больше не мог ни о чем думать. Только ее голое тело и руки. Черт, он нуждался в ней как в наркотике. Каз сжал ее талию, вновь подминая девушку под себя. Она вскрикнула от неожиданности, но парень заткнул ее грубым и мокрым поцелуем. Его клыки прикусывали пухлые губы девушки, а язык умело обводил контур ее ровных зубов, приказывая впустить его внутрь. Он чувствовал странный цветочный привкус на своих губах и языке. Но времени думать не было. Ему казалось, что ещё немного и он сгорел бы в огне. Казалось, что девушка чувствовала это. — Малыш, позволь мне сделать тебе приятно, — она отстранилась и Каз был готов взвыть от потери. Но это продолжалось недолго. Она присела рядом, надавливая на плечи мужчины и заставляя лечь его на спину. Каз повиновался. Он был готов сделать все, лишь бы она сделала хоть что-то с ним. Девушка перекинула свои ноги через его бедра. И, Каз не успел подумать, как она опустилась на него. Их общий стон пронёсся по комнате, отражаясь от кафельных стен. Глаза Казалось были приоткрыты и он заметил, как брови девушки сошлись на переносице, а на лбу появились морщинки. — Тебе больно? — обеспокоено произнёс парень, кладя руки на ее талию. Девушка покачала головой. — Нет, мне просто нужно привыкнуть. Не переживай, малыш, я обо всем позабочусь. Она выводила бёдрами круги, отчего Каз издал ещё один тихий стон. Девушка умело двигалась на нем, вырывая из него тихий всхлипы и стоны, доводя до грани, но не давая перешагнуть черту. Когда Каз был готов вот-вот кончить, то она тут же останавливалась, практически слезая с него. Казимир не знал, сколько он терпел, когда резко поднялся, насаживая девушку на себя до конца, отчего та вскрикнула. Новый угол проникновения был намного глубже. Каз на секунду замер, позволяя насладиться себе теплом, приятно окутавшим его, прежде чем перевернуть их. Одной рукой он крепко обхватил талию девушки, заставляя ту изгибаться, прижимаясь ближе к нему своей грудью, вторая его рука опустилась ниже, где их тела соединялись, выводя круги на самом чувствительном месте блондинки, отчего та тихо всхлипывала. Он ускорил темп, сильно вбиваясь неё, отчего изголовье кровати било о стену с такой силой, что был страх повредить кафель. Но Руневский не мог себя остановить. — Да, господи, Леон, вот так! — вскрикнула девушка, когда Каз опустил голову, вновь впиваясь клыками в ее шею, чуть ниже прошлого укуса. Черт это было слишком хорошо. Кровь и секс давали чёртово чувство эйфории, вознося тебя к максимальному блаженству. Он почувствовал, как девушка сильнее сжала его внутри. И это было невыносимо хорошо. Она была близко, как и он. Казимир сильнее сжал клыки на шее своей жертвы, продолжая яростно вбиваться в ее тело. — Я хочу, чтобы ты сказала мое имя, — тяжело дыша выговорил Каз. — Леон! — вскрикнула девушка, но Каз лишь сильнее укусил ее, останавливая движение бедер, а затем резко возобновляя их. — Нет, неправильно, зови меня Каз, — он сам не понимал, что говорил. Его голова была наполнена сплошным туманом. — Что.., — блондинка не договорила, когда Каз задел в ней нужную точку. — Каз! Он ощущал вибрации ее тела, когда почувствовал, как сам переходит через край. Каз буквально рухнул на девушку, лишь чудом умудрившись скатиться с хрупкого тела. Приятная истома окутала его тело, а глаза начали закрываться. Последнее, что он помнил — девушка быстро собирала свои вещи.

***

Казу казалось, что он лежал на берегу моря. Прохладная и чистая вода омывала его тело. — Эй, ты, пьяница, вставай, чего разлёгся посреди улицы! Каз резко открыл глаза, услышав прокуренный голос. Он почувствовал жидкость под собой и, приподнявшись на руках, понял, что лежал в луже на какой-то бедной улице на окраине Парижа. «Слава богу, мать не могла этого увидеть». Это была первая мысль, которая пронеслась в голове парня, а вторая заключалась в том, что он ни черта не помнил вчерашний вечер. Где он был и что с ним сделали. Черт. — Эй, малец, ты глухой? Каз осторожно поднялся на ноги. Пиджака и жилета на нем не было. Лишь белая рубашка и тёмные брюки. Даже ботинки и те сперли. Очаровательно. — Извините меня, месье, я перебрал вчера в баре, — ответил Руневский. — Вы случайно не помните, как я здесь оказался? Мужчина напротив пожал плечами. — А черт тебя знает. Сам видишь, что здесь нежилой закуток. Люди ходят только днём, а ночью никто и не видит, что происходит, — мужчина засмеялся, а затем его смех перешёл в кашель. — Скажи спасибо Господу, что он оставил тебя в живых. Каз поморщился от этих слов. Пусть уж лучше его убил бы он, чем сейчас это сделает мать или отец. Казимир ещё раз взглянул на человека напротив. Он потянулся к карману брюк, где всегда были припасены лишние деньги. Достав помятые и промокшие купюры, парень заметил, как глаза мужчины загорелись. Руневский протянул незнакомцу деньги. — Это первый взнос, — проговорил парень. — Если найдёшь кого-то, кто видел меня этой ночью, то заплачу ещё. Мужчина выхватил деньги, осматривая купюры на свету. Он явно думал, что Казимир пытался обмануть его, дав фальшивку. — Хорошо, но это будет непросто, — покачал головой мужчина. — Если справишься за несколько дней, то получишь ещё надбавку за скорость, — проворчал Каз. Глаза мужчины загорелись ещё ярче. — Будет сделано в лучшем виде, господин.

***

Каз вошёл в дом, весь испачканный местными помоями и грязью из луж. Он знал, что отец сейчас был на совещании, а мать скорее всего находилась в саду. Поэтому у него была прекрасная возможность пробраться домой незаметным. Он прошёл первый этаж без помех на своём пути, но стоило ему подняться на второй, как из-за угла выскочила Инеж с книгами в руках. От испуга она чуть не уронила их, но ей удалось поймать баланс. — Что с тобой?! — слишком громко спросила Гафа. Каз молча схватил ее за руку, затаскивая к себе в комнату и закрывая дверь. — Помоги мне, — два слова и Инеж бросилась к другу, помогая тому избавиться от грязной одежды. — Ее нужно незаметно уничтожить. Гафа кивнула, сворачивая вещи и запихивая их в мешок, который лежал в комнате Казимира. Инеж услышала звук воды, доносящийся из ванной комнаты. Каз решил принять душ. Девушка постучалась в дверь, ожидая разрешения. Когда раздалось тихое: «войди», она осторожно шагнула в комнату, которая уже была укутана паром от горячей воды. — Тебе ещё нужна помощь? — У тебя в ванной должно быть лавандовое мыло. Принеси мне его. Мне нужно убрать запах с себя. — Конечно… Ты ранен? — после секундной заминки спросила девушка. Каз не отвечал. Она не знала, сколько времени простояла здесь, ожидая услышать ответ, но его все не было. Она уже собиралась уйти, когда его голос остановил ее. — Я не знаю, — честный ответ. Он действительно не знал этого. Инеж вернулась через пару минут, протягивая ему кусок мыла через занавеску. Кончики их пальцев на секунду встретились и в сознании Казимира промелькнуло что-то странное. Пальцы, такие же изящные, как и у Инеж, но покрытые слишком бледной кожей, нежно гладили его, выводя узоры на теле. Он пытался удержать этот фрагмент в голове, но ни черта не получалось. Он не видел питомца девушки, ни когда и где это было. Н и ч е г о. Из его памяти стерся целый день. Просто прекрасно. — Ты там жив? — прервала размышления Инеж. — Да, уже выхожу. Выйдя из душа, он заметил свежую пижаму, которую, видимо принесла Инеж. Надев костюм, он вышел из ванной комнаты. Девушка сидела на его кровати, рассматривая свои ногти. Ее взгляд резко переключился на Каза, стоило ему пересечь порог комнаты. — Расскажешь, что случилось? — с ходу спросила Гафа. Каз задумался. Кому ещё он мог рассказать о том, что каким-то образом потерял день из жизни? Отцу? Нет. Матери? Тут все двести процентов нет. Дяде Феликсу? Каз до сих пор не был уверен, а можно ли ему доверять. Оставалась только Инеж. Он сел к ней на кровать, сохраняя между ними пару сантиметров, чтобы случайно не коснуться друг друга. — Я не помню, Инеж. Весь вчерашний день, будто удалили из моей жизни.

***

Александр сидел напротив Бошана, который внимательно вчитывался в его отчёт, останавливая своё внимание на каждой строчке, будто пытался найти там какой-то недостаток. Губы мужчины слегка сжались от злости. Он последний раз пробежался глазами по документу, отложил его и снял очки, потирая двумя пальцами переносицу, будто его мучали головные боли. Руневский постукивал пальцами по кожаной обивке кресла, ожидая его решения. — Это все, месье Руневский? — прервал молчание Бошан. — Это чуть больше, чем можно было найти за столь короткий срок, — заметил мужчина. — Мы провели дополнительные исследования яда, выяснив, что некоторые компоненты можно найти только на севере. Получили информацию о том, что последний раз наших жертв видели в одном борделе… — Я просил найти мне имя поставщика яда, — прервал его Бошан. Руневский нахмурился. — Я помню и оно у вас будет. К концу этой недели, как и договаривались, а сейчас — Александр протянул руку к столу, постучав пальцем по документам. — Я дал вам больше информации, чем вы нашли за все это время. Он видел, как Бошан начинал злиться ещё сильнее после слов Руневского. Его лицо заметно напряглось. — Не хочешь ли ты сказать, что мы не выполняем свои обязанности? — опасный вопрос. Александр натянул улыбку на своё лицо, изображая радушие. — Что вы. Я лишь хочу сказать, что вы не уделяли должного внимания этому делу, пока не был убит один из дружины. Бошан уже собирался ответить ему, когда раздался стук в дверь. Александр обернулся, увидев в проеме молодого парня, с копной рыжих волос и множеством веснушек, разбросанных по лицу, а его голубые глаза внимательно изучали мужчин, сидящих в кабинете. — И-извините я п-помешал? — заикаясь спросил парень. — Что такое? — рявкнул Бошан, отчего парень вздрогнул и начал копаться в своих документах. Несколько бумаг полетели на пол из дрожащих рук рыжего юноши. Он явно искал что-то важное. Александр встал с места, подходя к юноше. Он присел рядом с ним, помогая поднять выпавшие бумаги и собирая их. Руневский протянул парню его документы. — С-с-пасибо, — дрожащими руками он забрал бумаги. Александр одобрительно улыбнулся, стараясь успокоить парня. — П-пришёл отчёт полиции, — начал парень, прочищая горло. — С-сегодня был пожар в борделе «Роза». Александр напрягся, услышав эти новости. Бошан заинтересовано оторвал взгляд от своих бумаг, обращая внимание на рыжего парня. Только сейчас Руневский заметил маленькую схожесть в их глазах. У обоих они были небесно-голубого оттенка. Но Руневский не придал этому особого значения, обращая все своё внимание на информацию. — И? Какое мы имеем к этому отношение? Это людской бордель. Какой-нибудь пьяница бросил бычок вот и загорелось. Дело закрыто. — Но, Бошан, я же говорил, что возможно… — начал Александр. Мужчина прервал его, подняв руку. — Пока у меня не будет четких доказательств, Руневский… — Там был найден труп девушки — корпориала, — протараторил рыжий парень, привлекая к себе внимание двух мужчин. Ручка выпала из рук Бошана, а Руневский удивленно уставился на юношу. — Невозможно, — едва слышно произнёс Бошан. — О Гришах не было ничего слышно уже очень много лет. Они исчезли ещё в восемнадцатом веке, — заметил Руневский. Парень пожал плечами, давая понять, что он был вообще не в курсе всех этих дел. — С чего вы вообще взяли, что девушка была карпориалом? — выйдя из оцепенения, поинтересовался Бошан. Парень на секунду замялся и опустил голову. — Когда полиция нашла ее, то она была ещё ж-жива, — его голос дрогнул. — Но они не успели спасти ее и девушка умерла у них на руках, — парень вновь порылся в бумагах, доставая очередной документ. — Вот строчки из рапорта полицейского Лефевра: «Я нашёл под завалами девушку. Большая часть ее тела обгорела на тот момент, но она была жива, а лицо вполне различимо. У неё были светлые волосы и голубые глаза, а кожа была бледной как снег. Врачей долго не было на месте, а моих навыков первой помощи не хватило, чтобы девушка выжила. И когда ее дыхание остановилось, то п-произошло с-транное, — голос парня вновь задрожал на этих словах. — Ее волосы начали менять цвет, приобретая каштановый оттенок, а голубые глаза потемнели, ее кожа стала более смуглой, а само тело увеличилось в размерах». Парень замолчал, переводя взгляд на мужчин. — Что с тем полицейским? — Бошан встал из-за стола, подходя к парню и забирая из его рук документы. — Наши люди стёрли ему воспоминания, — ответил рыжий юноша. Бошан одобрительно кивнул, изучая бумаги в своих руках. — Чудесно. Можешь быть свободен, — парень поклонился и вышел из кабинета. — И что теперь будем делать? — риторический вопрос, повисший в воздухе. Бошан подошёл к столу, кинув на него новую стопку документов. — Необходимо срочное собрание дружины.