Оборотни и Вампиры

      …Даже малейшее изменение в прошлом ведёт к огромным последствиям в будущем. Время — как река — есть исток и есть устье. Но порой и устье у этой реки возможно повернуть вспять…       Что ж, если вдруг появился вопрос «Как Глеб стал вампиром?», то ответ надо искать не в настоящем, а в прошлом… Дело было в Далёких 90-х. Далёкие 90-е. …Очередной тур подходил к концу. оставалось всего лишь пара концертов.  — Глебыч, ну это же для песни какой-то подходит! Оборотней не существует, — улыбнулся брату Вадим и уполз к себе в номер. Завтра выезжать в новый город и играть концерт.  — Ладно, я тоже пойду, — Глеб ушёл в соседний номер.

***

      Зайдя в номер, Вадим сел на кровать и крепко задумался.  — Неужели Глеб что-то заподазривает, тихо произнёс Вадик. — Но вот чем я себя выдал? Оскалом? Да нет, вроде…       И вдруг Вадим вспомнил. Вспомнил всё до мельчайших деталей. Странно, что раньше этот всплеск эмоций в голову не пришёл. Это было до концерта, буквально за пять минут до.  — Глеб, ты мою гитару не видел? — заглянул в гримёрку обеспокоенный Вадик.  — О, привет! — приветливо улыбнулся Глеб. — Нет… Хотя постой, — окликнул расстроенного Вадима брат. — Я её вроде бы в отеле забыл…  — Ч-что? — растерянно переспросил Вадик. — То есть ты хочешь сказать, что она в номере?! — взревел Самойлов-старший.       Таким разъярённым Глеб никогда не видел брата. На мгновение показалось, что Вадик стал чуть выше ростом, встав на приподнятых ногах, похожих больше на лапы, обычная добродушная улыбка превратилась в волчий оскал, а на руках и вовсе проступили когти. Но уже с следующее мгновение видение, увиденное Глебом, развеялось, как наваждение. Вадик был Вадиком. Руки сжаты в кулаки, а на голове чёрные волосы почти что загораются от злости. В воздухе почти осязаемо чувствуется напряжение и неловкость. Глеб, осознав свою ошибку выскочил из гримёрки и пробежав пару улиц забежал в отель.       Концерт Вадим попросил задержать концерт уже на 10 минут. Собственно, через 10 минут в гримёрку к Вадику влетел словно ураган, Глеб с гитарой наперевес.  — Спасибо, — проворчал Глебычу брат, однако, улыбнувшись, обнял провинившегося и пригласил на сцену.

***

      Весть остаток вечер братья провели каждый в своих раздумьях. Ночь наступила для Самойловых внезапно. Поэтому оба, осознав, что за окном уже темно, ушли спать. Вадик провалился в сон почти сразу. А вот Глебу не спалось — всё виделся ему Вадим в этом страшном образе волка. Смотрел на младшего брата и скалился. Глеба от этого образа аж передёрнуло. И вдруг… Как будто бы за окном проскользнула какая-то Тень.  — Что? — промелькнула в голове Глеба мысль…       Но не успел Самойлов испугаться, как в комнате тихо пошелестел голос появившейся Тени.  — Не ожидал меня увидеть? — Тень ухмыльнулась.       Перепуганный Глеб не смог выговорить и слова. Тело сковал страх и холод. Захотелось вдруг убежать, спрятаться, завопить, позвать на помощь. Но жуткие алые глаза Тени словно пригвоздили Самойлова к кровати, не давая возможности ни убежать, ни закричать.  — Извини, если напугал, — стройная фигура Тени подошла ближе, лишь Глеб моргнул.  — Не подходи… — большими усилиями прохрипел Глеб.  — Ладно, — сказала Тень, стоя у кровати.       Однако в следующую секунду по комнате тихо пронеслось: «Извини…». Жажда, видимо мучившая красноглазую Тень, пересилила.  — Ай, — слабым хриплым голосом крикнул Глеб, но Тени уже не было.       За окном блеснули алые глаза. Однако внезапно накатившая слабость, не дала Глебу отправиться на поиски злосчастной Тени. Часы тем временем показывали 3 ночи. Зачем явилась к Глебу Тень никто так и не узнал. Как и того, куда последняя подевалась.        Минут через 20 слабость немного отпустила. Поэтому, воспользовавшись моментом, Глеб подошёл к зеркалу — посмотреть не слишком ли кровоточит рана от укуса. Однако, в зеркале было нечто другое… Рана не кровоточила, но вот глаза у Глеба поменяли свой цвет со светло-голубого на тёмно-тёмно-красный. Самойлов где стоял, там и сел — острые, как бритва, клыки поблёскивали в свете почти полной Луны. И вдруг сон начал захватывать в свои объятия Глеба. Не заметив того, Самойлов уснул прям на полу. Скоро утро, скоро концерт…

***

      Голова на утро невыносимо болела, угрожая расколоться на маленькие частички. В дверь кто-то назойливо стучал, периодически крича что-то про концерт, и что уже пора вставать. Голос, пытавшийся достучаться до обитателя комнаты был очень знаком — Вадик.  — Глеб! Ну доброе утро! Мы же в другой город сейчас опоздаем!!! А, точно! — за дверья послышались удаляющиеся шаги. Минуты через 2 Вадим вернулся.  — Ну я тебя разбужу!!! — щёлкнула замочная скважина и в комнату вошёл Самойлов-старший. И… немного офигел увидев царящую в номере картину: зеркало было запотевшим, а прям напротив него лежал Глеб в позе «Лебедь Умирающий».  — Глеб! — Вадим бросился к брату и привёл того в чувство. — Да что сегодня с тобой такое? Вставай! В другой город опаздываем!!!       Но даже на такую тираду, Глеб ответил тихим посапыванием. Здорово обругав брата, Вадим взвалил на плечо брата, взял гитару и отправился в автобус. Далее вернулся ещё за парой вещей, а после убежал обратно.

***

      В автобусе Глеб немного начал приходить в себя. Вадик, сидевший рядом это заметил. - Глебыч, ты чего вчера возле зеркала прям уснул? Пил? - А? Да нет, не пил..., - Самойлов-младший решил пока не говорить Вадиму о Тени, алых глазах и укусе, бесследно исчезнувшем на утро, как оказалось. - Ну а что тогда? - Нууу... Сначала была бессонница, потом мне показалось, что кто-то за окном стоит, я встал и подошёл к окну, - импровизировал Глеб. - Но там никого не было, вот и решил в зеркало поглядеться... А потом, видимо и уснул... - Нуу... Всё не складно как-то... Слишком мудрёно для одной ночи...       Пусть Вадим и принял ответ Глеба, мысли у него в голове вертелись и жужжали вокруг одного этого вида номера брата. И этот всплеск эмоций, разговоры про оборотней и прочее... Чутьё оборотня, коим Вадик и являлся, не провести - чем-то иным от Глеба фонило... Только вот чем... Эти мысли и преследовали Вадима всю дорогу...