Подарок

Она была беглянкой из консервативного клана магов, обделенная проклятой энергией, но дарованная физическими способностями. Почти что единственное ее отличие от служанок в поместье. Фамилия, арсенал проклятого оружия и сила, равная мужской. Все. Он был сильнейшим магом столетия, если не тысячелетия. Иногда, глядя на него, ей казалось, что живи мужчина и Сукуна в одно время, то ни о каких двадцати пальцах и сосуде Великого сегодня речи бы не шло. Или о самом Годжо Сатору, тут еще как посмотреть. Помазанник божий и ничем не примечательный изгой собственного же клана. Отличная пара, не так ли? Просто прекрасная, особенно, если брать во внимание то, что один из одаренных полностью игнорировал второго. Инь и Янь в наши дни: сказочный распиздяй с недюжей силой, которую между тремя магами подели, их особый ранг сторониться будет. И жалкая девчонка, влезшая в работу не то менеджера, не то будильника Годжо Сатору. Он был ее боссом, она была его подчиненной. И это единственные отношения, которые она могла себе позволить. А он и не пытался перетянуть чашу весов, лишь изредка поглядывая украдкой на странную девушку, почти единственную, кто терпел его выходки уже вот как третий месяц. Почти юбилей. — Ты пьешь? Однажды спросил маг, на что девушка шокировано открыла рот. Пьет? Ей восемнадцати не исполнилось, как она бежала из-под гнета сварливого папаши. Как говаривал капитан их отряда: еще молоко на губах не обсохло. — Не пью, — она хотела ответить «Я не совершеннолетняя», но вовремя прикусила язык. Девушка вот уже как восемь часов и тридцать минут (если верить маминым рассказам, во сколько она ее родила) совершеннолетняя. — Самое время начать, — улыбнулся своей самой обольстительной — по мнению Годжо Сатору — улыбкой, а на деле самой шкодливой ухмылкой маг. Девушка знала, что, если мужчина делает так, значит, через пару секунд где-то что-то с оглушительным грохотом взорвется, развалится или исчезнет с лица земли. Или все вместе. Участвовать в этом той, кто по договору должен был следить за магом, не хотелось. — Сайери, я знаю, что у тебя сегодня день рождения. Позволь мне тебя угостить, — слегка припустив очки, он подмигнул. Девушка гулко сглотнула, явно ощутив остановившееся на мгновение сердце. Она диву давалась, как этот человек может скрывать, постоянно чем-то покрывая столь прекрасные глаза. Была б ее воля, она на его радужку без зазрения совести бы молилась и жертвы ей приносила. Такая красота и сила в одном теле не могла не поражать и вдохновлять. — Собирайся и пошли. Устрою тебе самое лучшее совершеннолетие, которое только может быть. Даже в клане Зенин о нем узнают и будут говорить до конца времен! — воодушевленно воскликнул Годжо, схватив со стола женскую сумку и бросив в Сайери курткой. После его слов ей захотелось прирасти пятой точкой к стулу. Она совершенно не хотела, чтобы клан Зенин обладал хоть крупицей информации о ней и ее местонахождении. — Годжо, нет. Никакого кутежа, который приведет отца ко мне. Спасибо, что предложил, но я откажусь. Завтра принесу несколько пирожных, отпразднуешь. Сойдёт? — взмолилась девушка, смотря на застывшего в дверях мага. Он вздохнул и снял очки. Она вздохнула и посильнее вжалась в стул. Сатору знал, что она беглянка. Был уведомлен о ее нуле по части проклятой энергии и сотне по отношению компенсации этого физической силой. А еще не понаслышке знал о повернутости главной ветви клана на чистой магической крови. Девочка по имени Сайери список блистательных магов десятилетий и столетий не пополнила. Если быть точнее, она в список просто магов войти не смогла. Следовательно, отцу не была нужна. Что делали с неугодными дочерьми лет так сто пятьдесят назад? Правильно, выдавали замуж. Сайери и выдали. Насильно, без предупреждений, в двадцать первом веке. В первый раз у папаши не получилось сбагрить ее в ящике к старому и сумасшедшему деду, любящему девчушек помоложе. А второй попытки она ему и предоставлять не хотела. Как минимум, потому что за унесенный с собой в рюкзаке арсенал Сайери могла и головой расплатиться, а не только женитьбой на старике-извращенце. Годжо это знал. Но Сатору не был бы собой, если бы не вел себя как ребенок. — Сайери, ты либо идешь на своих ногах, либо я несу тебя насильно. Я решил, что мы идем в бар, значит, мы идем в бар. Клан Зенин максимум, о чем узнает, так это о размере моего члена, на который я их очень уверенно пошлю. Договорились? — весело подмигнул он, позволяя себе подобное высказывание с ней только наедине. В окружении других людей мужчина был учтив, галантен и образчиком идеального поведения. Рядом с девушкой он почему-то начинал себя вести иначе. — Я не хочу пить и тебе не советую. Завтра у тебя вылет на особо опасное проклятие, наверное, лучше быть не с похмелья. — Знал, что ты так ответишь, — довольно улыбнулся маг и вытянул руки в странном жесте, будто бы предлагал объятия. Голубые глаза сверкнули в сумерках опустевшего офисного здания, и Сатору по-птичьи склонил голову. — Поэтому я выделил десять минут в своем ужасающе плотном графике, чтобы телепортироваться туда, открутить голову одной лягушке-переростку и прогуляться по достопримечательностям. Это, кстати, тебе, — все еще довольный собой, он отошел от дверного проема и вытащил из кармана продолговатую коробочку. — Сувенир прямиком из Франции, — судя по голосу, маг очень гордился собой и тем, что покоилось под крышкой коробки. Сайери же скептически оглядывала подарок, делая ощутимую поправку на то, кто был дарителем. — Не говори мне, пожалуйста, что я сейчас открою коробку, а там будет палец Сукуны, — умоляюще произнесла девушка, все же протянув руку к подарку. Розовая лента поблескивала атласом на фиолетовом картоне. Годжо над головой хлопнул в ладоши. — Угадала! — и засмеялся. Сайери глубоко вздохнула, ощущая себя многодетной матерью. Поскольку удивляться уже было нечему, она подняла крышку, чтобы увидеть на розовом шелке изогнутый коричнево-алый крючковатый палец. С бриллиантовым кольцом на нем. Карат так в пятнадцать. Девушка еще раз вздохнула и подняла нечитаемый взгляд на Годжо. Тот широко улыбался, ожидая похвалу, хвалебные восклицания, может быть, немного объятий или более интересных благодарностей. — Там ещё сережки из этого же комплекта и браслет. Но искать другие проклятия особого уровня с пальцами Сукуны у меня времени не было, поэтому они просто в скучной коробке, — рядом с окольцованным пальцем приземлилось еще несколько подарочных упаковок. Узнай Сукуна, что с его наследием вытворяет Годжо, лично бы мага придушил руками Итадори. Но, к счастью для Итадори, он даже предположить не мог, что Сатору делает с его останками. — Прости, я не могу принять, слишком дорогой подарок. Это не такой знаменательный праздник, чтобы ты так тратился. Это лишнее. И выпивка тоже неуместна, — осторожно отодвинула коробки от себя девушка, не зная, как на это реагировать. За несколько месяцев работы с Годжо у нее выработался иммунитет к любым выкрутасам мага. Она бы даже назвала это невосприимчивостью и стрессоустойчивостью к разрушительной находчивости Сатору. У того был талант переворачивать все с ног на голову и даже подарок делать в своеобразной манере. Сайери ощущала себя как мать ребенка, который в очередной раз притаскивает дохлую крысу за хвост и показывает, какие у трупа интересные красные студенистые глаза. И тыкает еще пару раз в них пальцем, чтобы мама убедилась в их необычной консистенции. — Сайери, давай так. Ты не споришь, а я веду себя как самый галантный мужчина на свете, а? — пригвоздил он тяжелой рукой девушку к месту, не позволяя той встать со стула. Пальцы, сжавшиеся на ее плече, и не думали разжиматься и покидать руку Сайери. Та дернула плечом, пытаясь их скинуть. В ответ Годжо только надавил сильнее. — Ладно-ладно, я поняла, не вынуждай меня валить тебя на пол. Ты обязательно сломаешь стол или пол повредишь, — вспомнила пару предыдущих случаев попытки мага заставить девушку делать что-то против ее воли. Она еще долго извинялась за расшибленные вазы и мониторы. Кто ж знал, что у Сатору такие длинные ноги, и что если его кинуть через плечо, то в полете он снесет вазу с цветами и компьютер с соседнего стола? Маг, будто бы вспомнив тот момент, усмехнулся, но руки убрал. Чтобы спустя секунду переместить их на тонкую шею, удавкой натягивая на нее подвеску. Цепочка из белого золота впилась в кожу, как если бы Годжо душил ее леской. Сайери вскочила, скидывая руки Сатору с шеи, и непонимающе обернулась в его сторону. Зачем ему пытаться ее душить? — Ой, цепочка оказалась коротковата, — невинно улыбнулся мужчина, протягивая руку с подвеской к девушке. Сайери настороженно наблюдала за каждым его действием, поглаживая холодными пальцами горящую кожу. Но Годжо, даже несмотря на приведенную в боевую готовность девушку перед ним, игнорировал ее поведение, продолжая приближаться. Он протянул руку, убирая тонкие девичьи пальцы с краснеющего следа цепочки. Холодный металл подвески опустился в ладонь Сайери, но собственной руки Годжо не убрал. — Прости, так торопился, что не посмотрел размер. Не знал, что цепочки могут оказаться малы, — горько усмехнулся и наклонился вперед. Влажный язык и губы коснулись следа отпечатавшейся цепочки попеременно с холодными руками. Сайери опешила. Нет, она была в шоке. Шестеренки в мозгу заскрипели, разгоняя машину под названием «Мозг» до невиданных доселе скоростей. Однако этой мощности было недостаточно, чтобы понять, что сейчас делал чертов Годжо Сатору. Тело, оставшееся без указаний свыше, действовало само по себе. И единственной подходящей реакцией на происходящее оно выбрало просто замереть. Вытянуться по струнке и сконцентрировать все чувствительные рецепторы в районе шеи. Чтобы ни одно движение, прикосновение, укус или поцелуй не было упущено. Краснеющей как рак Сайери казалось, что проедь по ее ногам товарный поезд, она не почувствует. Тело онемело, каждая клеточка организма, находящаяся вне района шеи будто бы была чужой и инородной. Не принадлежащей девушке. Годжо, не почувствовав сопротивления с ее стороны, тем временем продолжал. Он не знал, что творит. У него была цель: извиниться за то, что чуть не придушил именинницу цепочкой. И маг ее выполнял. Оглаживая тонкую шею пальцами, касаясь алой линии языком и очерчивая пересекающий ее узор губами. Под рукой крупно бился пульс артерии, откачивающей кровь шокированной Сайери. Сатору усмехнулся, думая, что наверняка напугал бедную девочку до чертиков. Он отпрянул, напоследок запечатлев смачный поцелуй на бьющейся жилке и, немного подумав, прикусил ее. Сверху раздался полустон-полувыдох. Маг удивленно поднял глаза. Девушка в шоке от самой себя и реакции тела прикрывала ладошкой рот и частично раскрасневшиеся щеки. Хотя алый цвет смущения мог скрыть разве что бумажный пакет, надетый на голову. В принципе, Сайери была очень не против сделать все, что угодно, что могло бы отделить ее лицо от глаз Годжо. Что он вообще делал? Как посмел! Где воспитание, уважение личных границ и пространства? Где все те вещи, принятые в обществе, когда это касается несносного мага? В груди разливалось смешанное чувство. На самом деле, то, что ощущала сейчас девушка, было больше всего похоже на бурду из разномастных эмоций. Ей одновременно хотелось как следует избить, отпинать или придушить мага. Может быть, даже выкинуть головой вниз с десятого этажа. Но также она допускала мысль о том, что его касания ей нравились и были приятны. Не было того липкого ощущения, когда незнакомый ей человек держал ее за руку или как-либо касался кожи. Там она хотела просто соскрести отпечатки пальцев извращенца с мясом, снять скальп с того места или выжечь кислотой. Потому что противные, грязные и маслянистые касания казались ей радиоактивными отходами, отравляющими ее организм. С Сатору Годжо почему-то было не так. — Понравилось? — он прервал нависшую тишину своим довольным и ухмыляющимся голосом. Желание придушить мага перевесило остальные светлые и теплые чувства. Руки буквально чесались пересчитать ему все ребра, а потом и зубы. Но девушка не придумала ничего лучше, чем скривить губы и передразнить мужчину, продолжая прижимать руку к шее. Ей казалось, что та огнем горела от всех его касаний и поцелуев. Мозг, наконец-то пришедший в себя, вдруг сгенерировал гениальный вывод: Годжо так себя ведет определенно не потому, что от общества девушки ему зевать хочется. И подобными зализываниями шеи до стонов точно не перед коллегой по работе извиняются. В ее голове неожиданно созрел план: вывести мага на чистую воду.