Voices in my head

Острые камни под ногами, казалось, резали кожу ступней даже сквозь толстую подошву грубых ботинок. Воздух здесь, высоко в горной лесистой местности, пах свежестью, хвоей и проступающей на листве росой. Сладкие и щекочущие нос ароматы необычных растений смешивались с совсем знакомым запахом глины, земли и смолы. Картина кругом была воодушевляющей и волшебной, и, казалось, должна была поднять настроение и придать бодрости, но состояние было слабым и вялым. Солнце едва вылезло из-за горизонта и даже лесные обитатели ещё не успели выбраться из своих укрытий, встречая новый день. Крис предполагала, что там, где-то в её измерении, в старом доме на отшибе, настенные часы едва ли показывали шесть часов утра. – На кой черт мы поперлись пешком в какую-то глушь? В такую-то рань? – Недовольно пробурчала Желточенко себе под нос, раздвигая густые лапы ельника впереди себя и стараясь не потерять из виду два идущих впереди силуэта. – Мы не могли создать портал? – Ты слабая и ленивая, мы должны заново развить в тебе силу и упорство, что бы ты могла исполнить своё предназначение. – Послышался насмешливый и раздражающе бодрый голос Альцины из душистого кустарника впереди. Блондинка уперто поджала губы, напоминая себе, что оскорблять пожилых людей вовсе не в её характере. Она шумно выдохнула, сжимая кулаки и, взяв себя в руки, резво направилась по направлению голоса, царапая кожу рук и лица о встречные ветки. Она тяжёлым шагом обогнала двух своих спутниц, не удостоив тех даже взглядом и стараясь не дать себя нагнать. – Я грамотно распределяю свои силы и возможности, я не ленивая! – Не оборачиваясь крикнула избранная, выбираясь из зарослей и шокированно останавливаясь. Впереди, величественно возвышаясь над утренним лесом, росла из земли исполинская гора. Она, словно старый ветхий пенёк срубленного древа обросла мхом и травой, и своим видом напоминала некое подобие гигантского перевёрнутого валенка. Крис задрала голову, сдерживаясь, чтобы не застонать в голос от обречённости. Высотой с земным Эверестом не сравнится, но забираться туда желания не было вовсе. – Эта гора называется драконий мыс. – Вкрадчиво произнесла подошедшая со спины Мария, с лёгкой тенью улыбки рассматривая забавный пучок дредд на голове возлюбленной и мило торчащую из них веточку. Не сдержав порыва нежности, брюнетка тянется к чужим волосам, вынимая природное ископаемое и бросая на землю. Мириэль молча обернулась, задумчиво заглянув в тёмные глаза. – Раньше здесь обитали драконы. Гора испещрена тоннелями и пещерными устьями, кое-где ещё даже остались скелеты. – Почему никто не заберёт их? Это ведь такая редкость! – Восхищённо воскликнула удивлённая Штрэфонд, уже более лояльно рассматривая гору и мечтая найти один из этих скелетов. Природная любопытность брала своё. – Зачем забирать их? – С искренним возмущением переспросила ведьма, выгибая тонкую бровь и загадочно щуря глаза. – Мы не оскверняем трупы животных, а если и берём кости для амулетов – даруем что-то в ответ покойной душе. – Но это ведь драконы, вы должны сохранить их в истории, что бы передать знания будущим поколениям. – Всё ещё не понимая истины продолжила спорить голубоглазая, не сводя взгляда с расщелин в высокой горе. – Зачем передавать? Драконы теперь обитают на Санктуаре. Весь остров полностью принадлежит им, и каждый желающий может попасть туда. Если не боится смерти. Желточенко ещё пару мгновений глупо посмотрела впереди себя, пытаясь осмыслить услышанное. Словно всё произошедшее с ней до этого момента было ерундой и поверить в это гораздо проще, чем в существование сказочных огнедышащих ящериц. – Да.. Пора прекращать всему удивляться. Простофиля. – Тихо прошептала она себе под нос, втягивая воздух, что бы продолжить диалог, но не успевая сказать и слова. – Начнём нашу тренировку с твоей пресловутой выносливости и силы духа. – Альцина тихо подкралась со спины, останавливаясь перед избранной и заглядывая в глаза строгим материнским взглядом. – Мы будем ждать тебя наверху. – Что? Как я, по вашему, заберусь туда самостоятельно? – Возмущённым тоном заговорила Кристина, хмуря лицо и с надеждой переводя взгляд на отстраненную Анариэль. – Сила духа, Мириэль. Сила духа. – Усмехнувшись, старуха отвернулась от девушки, жестом показывая, что разговор окончен. Она с лёгкостью пера провела ладонью по воздуху, рассекая пространство перед собой яркой вспышкой синего свечения. – Идём, Анариэль. – Идите, старейшина. Я сейчас к вам присоединюсь. – Брюнетка с сожалением заглянула в обнадеженные глаза супруги, вздыхая. Она пропустила мимо ушей довольный смешок из старческих уст и, дождавшись, пока портал "поглотил" женщину, мягко прильнула к блондинке рукой. – Я ведь могу просто уйти отсюда. Я помню дорогу до города. – Тихо, словно боясь получить очередного нагоняй от Альцины, зашептала Крис. Ласковое тепло чужой руки шёлком легло на холодную щеку, согревая и заставляя внутренне сжаться от новых ощущений. Это было странным. Всё это было странным и пугающим, особенно, когда нутро остро откликалось любому действию Анариэль, щекоча и воспламеняя кровь в венах. Никогда до этого блондинка не ощущала этого. Никто никогда не пытался быть с ней ласковым, не считая старого торговца Лукá. – Но ты не уйдёшь. – Щекочущим шёпотом выдохнула ведьма, беря лицо возлюбленной обеими горячими руками и мягко приподнимая. От столь невинного, как никогда раньше детского лица Штрэфонд в Лебедевой просыпалась всяко другая любовь. Она всегда была разной и ощущалась иначе, чем в прошлый раз, она была страстной, нежной, пылкой или бесстрастной, но всегда неизменно это была любовь. К одному человеку. В разных воплощениях. Эту версию Крис очень хотелось сберечь от зла. Казалось, в этот раз она пришла сюда совсем неподготовленной, морально маленькой и невинной девочкой, и порой Маша ловила себя на мысли, что боится трогать эту чистоту. На неё не хотелось давить или просить большего. Но воспоминания прошлого разжигали в груди желание быть как можно ближе. Она не хотела быть матерью для неё. Она хотела как и прежде быть любовью всей жизни и надеялась, что супруга поскорее окрепнет и вырастет духовно. – Я верю в тебя и в твои силы, Мириэль. Поверь, мы не мучаем тебя и не пытаемся использовать, мы просто хотим, чтобы ты была ко всему готова. Нужно подготовить твоё тело и разум для силы. – С взволнованным вздохом проговорила Мария, следя, как кожа избранной краснеет и горит под её пальцами. – Я верю в тебя. И ты поверь в себя. – Тебе легко говорить. Ты знала всех моих копий и ожидаешь, что я буду такой же. А я не знаю, какой была и какой должна стать. Ари загадочно улыбнулась, блистая хитрым взглядом карих глаз и убирая ладони с чужого лица. Она сделала шаг к урчащему чистой магией порталу, пряча руки в подолах широких рукавов. – Ты говорила мне то же самое в прошлый раз. И знаешь что? – Ведьма опустила смущённый взгляд на землю под ногами блондинки, будто что-то вспоминая. – Ты стала сильнейшей версией себя. Потому что поверила мне. – Вдруг я совершенно пустая? – Ощутив в груди неприятный укол осознания, Желточенко шагнула навстречу к собеседнице, поджимая губы. – И совсем не та, которую ты любила и ждала. Лебедева злостно нахмурила брови, смело приближаясь к девушке и, схватившись за тёплую ткань чужой мантии, грубо заткнула рот неугомонной избранной нетерпеливым поцелуем. Мириэль настороженно вжала голову в плечи, зажмуриваясь, всё ещё не привыкшая и не умеющая целоваться, но, почувствовав лёгкое головокружение от смилостивившейся ласки пухлых губ, неуверенно заотвечала на напор. Она неуклюже подняла руку по чужому плечу, запуская пальцы под капюшон колдуньи и путаясь в струящихся по коже волосах, и тихо выдохнула, прижимаясь ближе и просто позволяя этому происходить. Она готова была заискриться в этот момент, ощущая, насколько горит тело огненной стихийной ведьмы. Поцелуй ощущался жерлом вулкана, годами и столетиями томящимся в холодном ожидании вспышки. Пепелище пламенных языков возрождалось и вырывалось прямо из груди, обволакивая своим жаром всё тело и заставляя задыхаться. И Мириэль неожиданно для себя желала сгореть и задохнуться прямо сейчас. Тепло нежащихся губ исчезло явно нехотя. Крис не стала открывать глаза, не желая выдавать своего возбуждённого состояния и дрожи. Она так и осталась стоять смирно, осторожно держа в пальцах мягкую прядь тёмных волос. Прежний жар и запал сосредоточился в пульсирующих от ласки губах, растворяясь в голове новым воспоминаниям. Хотелось оставить это воспоминание себе. Хотелось не забывать его и не передавать очередной пазл собственной запутанной жизни своему следующему воплощению. – Я всегда любила тебя, какой бы ты ни была. Ты навсегда останешься моей душой. – Последнее скольжение губами по раскрасневшийся щеке. Тихие шаги прочь и хлопок сработавшего портала. И приглушённый стук собственного разволновавшегося сердца в груди.

° ° °

Каменные стены обветшалого замка отдавали сыростью и влажной пылью. Откуда-то с потолка нервно осыпалась кирпичная крошка от активной бесовщины в тренировочном зале над покоями короля отбросов – изгнанные чёрные эльфы готовились к очередной нападке. Морохир одиноко стоял у продуваемого окна, оперевшись на дряхлую колонну плечом и безэмоционально глядя на песчаные красные горы далеко за горизонтом. Сотни лет, проведённые в этом мире, заставили его от всей души ненавидеть это место. Он ненавидел этот тухлый, густой воздух, пропитанный запахом гнили и старости. Ненавидел этих отродий, трясущихся в страхе от каждого его слова, вечный зной проклятого солнца и песчаные бури. Он с тоской и некой озлобленностью вспоминал свои счастливые годы в Авалоне – ему не хватало пения птиц, зелени густых лесов и вкуса хорошей еды. Не хватало семьи и резвящихся на шумных улочках детей, норовящих украсть у тебя немного магии, которую, впрочем, после обменивали на выпечку в единственном на тот момент в городе трактире. Морохир уже не помнит запахов и ощущений прошлой жизни. В его сознании после изгнания поселились лишь боль и острое желание отомстить совету старейшин. Он хотел отомстить всем чистокровным за то, что такие, как он, недостойны жизни подле них. – Тебе не наскучил этот пейзаж на столетия, проведённые здесь? – Тонкий женский голосок неожиданно прозвучал за спиной. Невинный и совсем девичий, но мужчина знал, что в этой женщине хитрости и жестокости скрывается не меньше, чем в нём самом. – Когда живёшь столько, сколько прожил я, начинаешь искать удовольствие в самых отвратительных вещах. – Задумчивым, скрипучим тоном проговорил эльф, выпрямляясь и с хрустом разминая плечи. Он медленно развернулся, проходясь взглядом по нежданной гостье – как всегда дотошно собранные в диковинную причёску белоснежные волосы отражали красноту здешнего мира и казались грязными. Такое сравнение в собственной голове заставило сморщиться – Морохиру был омерзителен тот факт, что он сам признаёт, что чистокровный эльф пачкается об этот мир подобно новым ботинкам о лужу фекалий. Эта девушка была странной и мотивов её мужчина не понимал. Он не знал, почему она раскрывает ему тайны Авалона и всего происходящего вне Раздола и не доверял ей полностью. – Надеюсь, ты пришла ко мне с хорошими вестями, Исилиэль. Именованная самодовольно улыбнулась, бесстрашно входя в покои короля уродов и осматривая скромный интерьер, вся мебель: кровать, сундук, стол – казалось, вот-вот разрушится вместе со старым смрадным замком. – Пока Анариэль находится рядом с ней, я не смогу привести её. Я пытаюсь их разлучить. – Белокурая ведьма вальяжно прошлась к окну, бесстрастно оглядывая песчаные залежи вокруг и виднеющийся на горизонте купол из безобразных окаменелостей. – Тебе придётся подождать ещё немного. – Я ослаб после последнего пришедствия избранной, Исилиэль. – Опустошённо прошептал эльф, опасаясь, что о его слабости может услышать кто-то посторонний. – Словно из меня высосали все силы. Статный силуэт антагониста слегка напрягся и ссутулился, выдавая в хозяине усталость и некую обречённость. Некогда ставший причиной мурашек по коже и ужаса на лицах злодей показался эльфийке обиженным и напуганым взрослым ребёнком. Девушка улыбнулась своим мыслям, неожиданно для себя выдав первое, что пришло в голову. – Или словно кто-то забрал у тебя её часть. – Блондинка задумчиво постучала тонкими пальцами по грязному камню, пытаясь осознать зародившуюся в сознании мысль. После её слов Морохир шокированно замер, осознав эту мысль вместо неё. – Мириэль сосуд для магии и способна вбирать её в себя.. – Будучи сражённым внезапной догадкой мужчина выпрямился, пропуская сквозь нейроны сознания воспоминания о их последней встрече со злосчастной девчонкой, именуемой избранной. – Если в неё каким-то образом могла попасть часть твоей магии, тебе не победить. – Сердце предательницы в страхе сжалось от мысли о возможном поражении нового покровителя. Если совет старейшин узнает о том, кто преподносит информацию врагу, Исилиэль казнят самым изощрённым образом. Антагонист злобно оскалился, оборачиваясь к эльфийке и упираясь руками по обе стороны от хрупкого тела со спины. Он склонился над её ухом, ощущая, как вздрогнула чужая макушка, и тихо зашептал: – Моя магия будет стремиться вернуться обратно. Если всё так, как я думаю, избранную ко мне приведёт сама судьба. Пока займись своей подружкой.

° ° °

Руки саднило и нестерпимо жгло от множественных мелких царапин на чувствительной коже. Дышать было тяжело от страха и напряжения, но остановиться и посмотреть вниз казалось ещё большим самоубийством, нежели взбираться дальше в гору. Крис остановилась на мгновение, убедившись, что ноги крепко стоят на небольших каменных выступах, и с тяжестью подняла голову вверх, обезумевше улыбаясь – примерно в ста метрах выше она заметила место для привала. Каменные глыбы образовывали собой некое подобие гнезда. Пыхтя и превозмогая дрожание конечностей, Желточенко подтянулась на руках, судорожно переставляя ноги на торчащие из горы камни, метр за метром поднимаясь всё выше и благодаря свою удачу за то, что всё ещё не сорвалась вниз. Она мысленно клялась себе послать жестокую Альцину куда-нибудь далеко несмотря на все свои принципы. Стимулом к дальнейшему взбиранию на неземной Эверест оставались лишь желание оказаться в безопасности и доказать зазнавшимся ведьмам силу собственного характера. – Вот тебе и любовь, и воссоединение душ.. – Хриплым дыханием прошептала блондинка, невольно вспоминая о ожидающей её на самой вершине Марии. Вслед за этой мыслью сознание ожидаемо озарила картина их последнего поцелуя, возрождая в груди жжение и некую неловкость. За собственными размышлениями избранная не заметила, что под машинально поднятой ногой не оказалось никакой точки опоры. В этот момент всё резко замерло вместе с, казалось, затихшим в груди сердцем. Мысли из головы мгновенно канули в пропасть вслед за повисшей на воздухе ногой. Из спазмирующего горла вырвался лишь сдавленный крик – Крис автоматически стала хвататься руками за влажный выпирающий камень, повисая в воздухе и беспомощно глядя на оставшийся в метре от неё островок безопасности. Она попыталась подтянуть обратно болтающиеся в невесомости ноги, ощущая недомогание в мышцах от резкого натяжения и мысленно понимая – до той самой безопасности ей не дотянуться. С неба насмешкой судьбы посыпалась каменная крошка и песок, забивая слизистую глаз и носа. – Так ты собираешься сдохнуть? – Холодный голос над головой послал по телу волну неконтролируемой дрожи. Штрэфонд сквозь пелену слëз подняла взгляд к верху, с облегчением замечая на краю выступа присевшую на корточки шестую. – Ты такая жалкая сейчас. Копия расплылась в высокомерной усмешке, нарочито медленно протягивая девушке раскрытую ладонь помощи. Желточенко проглотила ярость и негодование от чужих небрежно брошенных слов и ухватилась за спасительную тростинку из последних сил. Скользкая ладонь крепко обхватила другую, холодную и будто неживую, позволяя некогда бестелесному фантому вытянуть себя на горный выступ. Оригинал тут же на трясущихся ногах заползла на безопасный островок, падая всем телом на грязный камень и задыхаясь отголосками пережитого страха. – Вставай! – Резкий удар в живот выбил из лёгких едва начавший поступать кислород. – Давай же, ты же такая особенная и сильная! Величайший урод в истории магии и колдовства! Никчёмный магнит, притягивающий к себе всю магическую материю! Встань и покажи мне, где твоя пресловутая сила! – Чужая нога с новой силой пнула блондинку под рёбра. Вмиг задохнувшуюся Мириэль кувырком отбросило к стене, она глухо простонала, вновь ощущая внутри себя давящую на сознание бесовщину. Нечто тёмное, клокочущее на задворках разума, оно копилось где-то под рёбрами и не сулило ничего хорошего тому, кто посмеет тронуть свою оболочку. Именно так ощутила себя избранная. Оболочкой для чего-то большего чем она является. Чего-то, что пользуется её телом как прямым переносчиком заразы, что может принести вред как ей самой, так и любому встречному существу. И в это мгновение этот "паразит" внутри злобно скалится и собирал весь мрак и страх окружающего мира в груди ничего не осознающей Крис. И она понимала, что сдержать эту давящую на сердце агрессию она не сможет. – Я тебя закопаю. – Не своим голосом прошипела Желточенко, неожиданно резко подрываясь на ноги и утыкаясь помутненным тяжёлым взглядом в стоящую неподалёку Шестую. Привычный эгоцентричный разум отдал контроль за телом кричащему изнутри нечто. Крис чувствовала жжение и желание выпустить это из себя, словно голодного обозленного зверя из клетки, но не понимала, как. Вылетевшие из уст слова вызвали у нежданно появившейся пародии довольную ухмылку. Она осмотрела оригинал задумчивым взглядом, подходя ближе и вторгаясь в личное пространство девушки. – Ты знаешь, кто я, Крис? – Спокойно заговорила она, практически касаясь собственным носом чужого и давя на собеседницу всезнающим, хитрым взглядом. – Я та часть тебя, которую ты заслужила вовсе не своей особенностью впитывать магию. Я та часть тебя, обладать которой ты недостойна, которая тебе не подсильна. – Отвали от меня, Шестая! – Злобно прорычала голубоглазая, грубо толкая свою копию в плечи и ощущая, как начинает колоть и щипать кончики пальцев и грудь. – Ты сделала со мной что-то там, под мостом! Ты настроила меня против Анариэль, но я говорила со своей мёртвой предшественницей и она сказала, что только ей я и должна верить! Ты всегда появляешься только тогда, когда тебе что-то нужно и пытаешься взять меня под свой контроль! – Последнее Желточенко уже практически кричала. В этот момент она явственно ощутила скопившуюся на вспотевших ладонях энергию, силу, которую она совсем не понимала. Она инстинктивно выставила руку вперёд, зарычав диким зверем и испугавшись, когда собственная рука изрыгнула в стоящую перед ней столп чёрной визжащей материи. Эта дымка мощным ударом врезалась в грудь Шестой, мгновенно сбрасывая ту с обрыва и отбрасывая Крис в стену позади сильным толчком. Затылок тут же обожгло острой болью. Блондинка шокировано зажмурилась, ощущая, как сильно горела ладонь в месте соприкосновения с чем-то неизвестным. Она потупленно посмотрела на свою конечность с почерневшими словно от гангрены пальцами, не имея сил издать и звука после произошедшего. – А я думала, ты совсем безнадёжна. – Прозвучавший высокомерно голос послышался прямо над ухом. Желточенко дёрнулась в сторону, подскакивая на ноги и непонятливо цепляясь взглядом за вновь появившуюся Шестую. – Что тебе от меня нужно? – Мрачным шёпотом заговорила оригинал, прощупывая онемевшие пальцы за своей спиной. Ранее распиравшая темнота внутри словно угомонилась, теперь тихо урча и плавно расхаживая по венам и артериям внутри, как бы давая понять, что довольна выполненной работой. – Кто ты? Ты сказала, что я не заслужила тебя. – Верно. – С издевательской ухмылкой ответила та, спрятав руки за спину и обойдя девушку кругом. В этот момент копия совсем не была похожа на голубоглазую – черты миловидного лица исказила гримаса яростной и лютой ненависти, которые не были присущи Кристине. – Пять твоих шестёрок это твоя заслуга. Точнее.. – Послышался саркастический смешок. – Подарок судьбы. Но я.. Меня тебе подарило нечто более могущественное, нежели глупая предсказанная судьба. – Шестая остановилась за спиной избранной, хватая её за горло и прижимая к себе, чтобы грубо и чётко отчеканить на ухо: – Я часть кого-то сильнее и древнее тебя. Кого-то, кто раз за разом рушил твоё маленькое хлипкое счастье с паршивой Анариэль, кто способен стереть в порошок тебя и всё, что ты любишь и чем так сильно дорожишь. Я частичка самого страшного и всемогущего существа, чьë имя каждая тварь произносит с содроганием. И по неволе судьбы меня отбросило в твоё слабое дряблое тельце. Осознание сути заставило сердце Штрэфонд потерянно замолчать в грудной клетке. Она молча уставилась расширенными глазами впереди себя, сухим горлом сглотнув скопившуюся во рту щëлочь. Всё внутри замерло на мгновение, после с новой силой поднявшись и разбушевавшись в сознании и тихим шёпотом сорвавшись с пересохших губ. – Морохир.. Хватка на горле тут же ослабла. Желанная порция воздуха свежестью ворвалась в лёгкие, наконец включая голову и яростно давя на отключенные инстинкты самосохранения. Мириэль медленно, боясь того, что может сделать после озвученного имени Шестая, повернулась назад. Копия уставилась на избранную недобрым взглядом, заговорив низким голосом. – Ты должна вернуть то, чем не имеешь права владеть. Ты должна вернуть меня хозяину. Иначе я найду способ уничтожить тебя и твоих близких. – Но почему у тебя моё лицо? Почему ты не хотела, чтобы я вернулась сюда и вспомнила всё? – Крепко сжав кулаки в складках мантии и игнорируя угрозы из чужих уст, Желточенко медленно сделала шаг вперёд, храбрясь. – И зачем ты возилась со мной почти двадцать лет? – Я такая, какой хочешь меня видеть ты. Пять твоих копий это действительно твоё отражение, но моё лицо заставит тебя скулить и дрожать в страхе. Поэтому твоё слабое сознание рисует меня именно такой. – Шестая недовольно осмотрела блондинку с ног до головы, даже не стараясь скрыть презрения в глазах. – Ты так глупа.. Ты всегда была эгоистичной и самоуверенной и никогда не слушалась ничьих советов. О, поверь, я знаю тебя и все твои воплощения лучше, чем Альцина или Анариэль. Потому что я видела тебя изнутри. Я видела все твои воспоминания, скрытые перерождениями, я знаю каждый твой изъян и я знаю, как нужно с тобой обращаться, чтобы ты сделала именно то, что мне нужно.. – На лице двойника проскользнула тень удовлетворения. Мириэль неприязненно дёрнула щекой, сдерживаясь и стараясь не выявлять внутренней агрессии, понимая, что именно чувства порождают в ней тьму. – Именно поэтому ты здесь. Потому что тебе сказали этого не делать, но ты поступила так, как поступаешь всегда. Ты предсказуемая наивная выскочка и двадцать лет в твоём сознании – пытка для меня. Поэтому ты должна вернуть меня. – Вернуть тебя Морохиру со всеми моими воспоминаниями? Если бы ты так хорошо меня знала, ты бы поняла, что я не сделаю этого, выродок. – С отвращением сплюнула Штрэфонд прямо в лицо собеседницы, подходя вплотную и с ненавистью глядя в свои же почерневшие глаза. Шестая на мгновение замерла, словно удаляясь разумом из тела и глядя куда-то сквозь оригинала. Однако сразу после этого её глаза прояснились и лицо вновь исказила злобная усмешка. – Сделаешь.. Если хочешь спасти жизнь своей драгоценной Ари. Тебе ведь дорог последний осколок твоей души?

° ° °

– Да, в первый раз наша Мириэль была совсем другим человеком.. – С тяжёлым вздохом подвела итог диалога Альцина, покачивая головой и спокойно собирая ядовито-желтый мох с крупного валуна, на котором она сидела уже более часа. – Плохо.. Душа совсем пустая. И голова пустая. – Не пустая она. – Нервно ответила стоящая у края Мария, обхватывая себя руками и нетерпеливо кусая губы. Она то и дело всматривалась в туман, легший в горах ниже, каждый раз надеясь увидеть там силуэт взбирающейся супруги. – Просто.. Просто ей нужно время. Это всё ещё наша Мириэль. Старейшина улыбнулась с хитрым прищуром, цокая языком и переводя взгляд на хрупкий силуэт стоящей неподалёку ведьмы. – Юношеская любовь.. Она так хрупка и прекрасна. Вот когда мне была всего сотня от роду.. Резко засвистевшее позади пространство больно резануло по ушам. Лебедева тут же схватилась за голову, зажмурившись и болезненно застонав. Сидящая на камне женщина мгновенно подорвалась, не обращая внимания на тут же запульсировавшие виски и с готовностью уставившись на сгустившийся грозовой тучей среди горной растительности портал. Оттуда, медленно ступая по земле босыми ногами, вышла покрытая мантией эльфийка, махая в воздухе указательным пальцем и нашептывая себе под нос зловещие заклинания. В этот же момент Альцина, словно парализованная, упала на землю лицом вниз, натянутой струной обмякая в траве. Ари испуганно дёрнулась в сторону старейшины, ощущая, как из ушей по щекам тонкой струйкой стекает горячая кровь. – Стоять. – Знакомым, обычно нежным и покладистым голосом прозвучал приказ от нежданной гостьи. И вопреки своим ожиданиям брюнетка замерла на месте, лишённая воли и не имея возможности шевельнуться. Парализованное тело пробило дрожью даже сквозь чёрное заклинание. Кареглазую тут же облило липким противным потом от мысли, что может произойти дальше и от того, чьи энергии она ощущала в человеке перед собой. Явившаяся громом среди ясного дня девушка не спеша скинула с себя скрывавший лицо капюшон. Сердце Лебедевой болезненно сжало оковами горечи и осознанием предательства. Перед ней, улыбаясь так хищно, как не улыбалась никогда, стояла её старая подруга. Подруга, каждый раз мило улыбавшаяся в лицо и помогавшая справиться с болью утраты любимого человека. – Исилиэль.. – Здравствуй, подруга. – Слащаво протянув гласные поприветствовала та. – Мне было приказано уничтожить якорь для перерождений избранной. Холодный ветер обдал спину тысячей мелких осколков, даже сквозь сдерживающее заклинание заставляющий ноги предательски подкоситься.

° ° °

– Почему я должна верить тебе?! – Эмоционально кричала Желточенко, словно в бреду метаясь из стороны в сторону. – Маша не позволит что-то сделать с собой! С ней Альцина! Вместе они уложат подстилку твоего Морохира на лопатки! – Бог мой, набралась отвратительных слов в своем жалком измерении. – Тяжело вздохнула Шестая, со скукой рассматривая свои пальцы. – Если хочешь найти на полянке сверху два трупа, пожалуйста, можешь не верить мне. – Словно искренне сожалея проговорила она, сводя брови на лбу в тоскливой гримасе. – Или.. Можешь принять меня и лично помочь своей ненаглядной снова выжить вместо тебя. – Закрой рот! – Вновь чужим голосом взревела избранная, подлетая к пародии и хватая её за ворот одежды, встряхнув. – Я вырву твой паскудный язык и заставлю проглотить! – Крис пыталась вновь вызвать в себе всплеск тёмной магии, таившейся внутри притихшим зверем, но она лишь лениво искрила в пальцах, раздражая. – Прими меня! – От разразившегося голоса Шестой откуда-то сверху посыпалась грязь и мелкие камни. Двойник с силой припечатала девушку к стене, нарочно ударяя головой о камень. – Я помогу тебе спасти их, а в ответ ты вернешь меня Морохиру! Приняв меня, ты сможешь принять остальных, и тогда мы снова встретимся в честном бою! – Дай мне гарантии, что с Ари действительно что-то происходит! Дай мне гарантии, что ты тут же не потащишь меня к своему хозяину, как верная шавка! – Вырываясь из мёртвой хватки кричала Кристина, хватаясь за чужие руки и едва ли не рыча. – Я тебе не верю! – Тогда смотри, идиотка! – Грубо прошипела копия, резко хватаясь за голову оппонентки двумя руками и зажмуриваясь. В висках тут же болезненно запульсировало. Мириэль физически ощутила, как нечто врывается в её сознание мерзкими чёрными щупальцами, заполняя разум смутными картинами. Перед глазами сквозь пелену тёмной дымки показалась холмистая поляна и чистое небо над головой. Альцина мёртвым телом лежала у подножия габаритного валуна лицом вниз. Сердце болезненно сжалось осознанием – как бы Крис не бурчала и не злилась на эту женщину, смерти ей она определённо не желала. К горлу подкатила тошнота с привкусом горечи. Анариэль, словно прикованная к земле всем своим естеством, смирно стояла перед довольно расхаживающей перед ней Исилиэль. Предательница красноречиво распиналась брюнетке о фальшивой дружбе и давней зависти, породившей за собой злобу и ненависть. – Ты всегда так преданно и отчаянно ждала свою избранную с того света.. – С наигранной грустью залепетала блондинистая ведьма по другую сторону мрачной пелены. Её голос звучал словно из под толстой глади воды, но даже отсюда Желточного чувствовала сарказм и плохо покрытую зависть. – Каково это, своими руками подписать возлюбленной круговорот смерти и перерождения? Вы с Альциной прибегли к такой древней и сильной магии, пожертвовали душой Мириэль, только для того, чтобы она умирала снова и снова в попытках уничтожить Морохира. Точнее.. – Исилиэль пакостно улыбнулась, останавливаясь перед лицом подруги и довольствуясь вызванной во влажных карих глазах болью. – В попытках защитить тебя. Ведь если умрёшь ты, она не сможет переродиться снова. Быть может, ваша пресловутая любовь построена лишь на взаимной выгоде и эгоизме? Я помогу вам оборвать этот порочный круг.. – Хватит! – Превозмогая накатившуюся слабость и сопротивляясь чужому вмешательству прокричала Штрэфонд в болезненное видение. Сквозь чужое влияние она дёрнулась, отталкивая от себя свою копию и выныривая из показанной ей картины. – Хватит.. – Теперь ты веришь мне? – В неком умиротворении спросила Шестая, разминая кисти рук и заискивающе глядя на пытающуюся отойти от видения оригинала. – Как.. – Вмиг исчезнувшим голосом прошептала блондинка, опираясь руками о тощие колени и глядя на грязные камни под собой слепым взглядом. – Как мне принять тебя? Лицо копии осветила победная улыбка. Зловещая, скользкая, и не сулящая жертве ничего хорошего. – Ты должна освободить для меня место в своём разуме. – Она тут же подскочила к упавшей духом Мириэль, поднимая лицо за подбородок и снова касаясь висков пальцами. – Расслабься. Не думай ни о чëм. Когда почувствуешь, что готова для соединения, скажи, что принимаешь меня. Штрэфонд подавила в себе страх перед неизвестностью, выпрямляясь и отбрасывая негодующие мысли в голове. Всё нутро противилось происходящему, но другого выбора она не имела. Прямо сейчас там, наверху, могло случиться нечто непоправимое. И от чего-то избранная вдруг почувствовала ответственность за находящихся там женщин. Расслабление накрывало постепенно. Клеточка за клеточкой, от ног до самой головы, пока тело не показалось совсем ватным, вялым и уставшим – голубоглазая ощутила себя тающим на солнце куском льда. На место бушующих мыслей пришла оглушаяющая пустота и тишина – ей казалось, что в голове её ещё никогда не было такого глухого молчания. Она была готова к неизбежному. – Я принимаю тебя. Боль. Ноющая, клокочущая, казалось, даже в воздухе вокруг, это чувство мгновенно заполонило собой все внутренности, вырывая из лёгких болезненный крик. В этот момент Кристина ощутила себя оголенным электрическим приводом, брошенным в воду. Эта боль ломала кости и выворачивала потроха наизнанку. Такой боли не сможет выдержать обычный смертный ни под какой анестезией. Чувствуя себя сплошным комком боли и душераздирающих криков избранная упала навзничь прямо на камни, не встретив никакой опоры. Ей казалось, чудилось, что она явственно слышала треск собственной черепной коробки. Поле зрения окутала тьма и чернеющие силуэты, метающиеся вокруг подобно ведьминому шабашу. Эта мгла заползала в нос и рот, перекрывая доступ кислороду и наполняя собою всё нутро. Она задохнулась этой чернотой, пустыми глазницами уставившись в туманные горные вершины над головою. – А тепер-рь вс-става-ай-ай.. – Шипящий, подобный змеиному шёпот звучал в голове голосом собственного разума. Боль утихла. Она словно стала частью её существа, растворившись на клеточном уровне. И повинуясь этому голосу, избранная поднялась, сломанно, вяло, подобно игрушке кукловода – она ощущала тонкое подергивание незримых нитей, принуждающее её выполнять команды засевшей в голове Шестой. Хотя она уже сомневалась в том, кто поселился внутри неё. – Нужно наверх.. – Слабо прохрипела девушка, хватаясь за голову и пытаясь привыкнуть к новому ощущению. Словно тело её находилось в непроницаемой гипсовой статуе. Тяжёлое и непослушное. Рука сама собой вытянулась вперёд, какими-то замысловатыми движениями выводя в воздухе узоры. Губы сами по себе зашептали слова неизвестной мантры – это наречье не было похоже на то, на котором колдовала Мария и Альцина. От этого заклинания веяло смрадом и холодом. Прямо под носом Крис, нарушая все законы физики и разрывая собой пространственное полотно, образовалась пугающая воронка. Это было похоже на порталы Анариэль, но казалось, что он совсем неправильный. Сумрачный, холодный, грязный. Инородное тело, изъян, выродок природы. – Туд-даа.. – Шипение в голове отдало короткий приказ. Ноги, повинуясь, сделали два шага в неизвестность. Тело поглотил мрак и холод.

° ° °

– Когда Мириэль отдаст Морохиру то, что ему принадлежит.. Вместе со своей жизнью, разумеется. Твой привычный мир рухнет. С полноценной смертью избранной он сможет снять печать с портала и вернёт себе свой дом. – Констатируя факт проговорила Исилиэль, со скучающим видом выводя пальцами незримые руны на лбу Лебедевой. Место прикосновения тут же обжигало и кровоточило, испуская в воздух чёрную полупрозрачную дымку, словно пыль. – Как думаешь, кого он покарает сразу после совета? Конечно тебя, дорогая, ведь ты одна из причин столетий его заключения. Ты балласт для возрождений Мириэль. А пока живы вы обе или хотя бы ты.. – Девушка тоскливо опустила уголки губ. – Ему не воплотить свои планы в жизнь. Как думаешь, нам дождаться твою пустую возлюбленную и убить вас на глазах друг у друга? Или ты уступишь ей и я убью её первой? А может, она как настоящий герой наконец отдаст почётное право смерти тебе.. – Исилиэль. – Голос позади заставил вздрогнуть обеих. Мария поникшим, испуганным взглядом заглянула за плечо "подруги", наблюдая, как из созданного запретной магией портала вышагивает странная и совсем ей незнакомая Крис. Почерневшие глаза возлюбленной заволокло злобой и ненавистью. И она знала, что войти в запретный портал без той же тёмной силы невозможно. Исилиэль злорадно захихикала. – А вот и гость программы.. – Блондинка резко обернулась, упираясь взглядом в явившуюся избранную и шокированно замирая от увиденного облика девушки. – Как.. Как ты овладела этой силой?! Ты всё ещё пуста! – Подстилка Морохира.. – Неприсущий оскал сам по себе растянулся на бледном лице Желточенко. Чужой голос в её голове нашептывал иные речи, но голубоглазая старалась противиться влиянию. – Возвращайся туда, откуда пришла, пока у тебя есть такая возможность. – Если ты то, о чем я думаю, у нас с тобой должна быть одна цель. – Предательница обернулась к Анариэль, слащаво проводя пальцем по нежной щеке и ощущая под пальцами влагу. – Мириэль.. – С придыханием прошептала Маша, позволяя отчаянным слезам скатиться вниз, к острому подбородку. Сложившийся пазл болью пульсировал в голове. Стали понятны приступы гнева и темнота, сгустившаяся над супругой. – Это не ты, Мириэль.. Земля под ногами загрохотала и затрещала. Желточенко сделала два шага вперёд, сжимая кулаки по обеим сторонам от себя – губы её не шевелились в заклинании, однако почва, словно клубящиеся дождевые черви, выкорчевывалась и поднималась вверх от каждого движения девушки. Поднялся штормовой ветер. Кругом, вальсируя в танце, летали клочки травы и поднятые с земли ветки деревьев. – Я придушу тебя первой, а потом займусь балластом. – Язвительно процедила Кристина сквозь зубы, поднимая руку вверх и в два резких движения притягивая уже испуганную Исилиэль к себе. Ладонь крепко сжала женское горло до хруста. – Он не простит моей смерти! – Пытаясь отодрать от себя чужую душащую ладонь засипела предательница. – Как думаешь, что для него важнее: вернуть силы, или оставить при себе мелкую доносчицу? – Нет.. Не надо, прошу! Я ещё пригожусь! – Испуганно заверещала белокурая, начиная активно вырываться и царапаться. – Мелочь. – Скучающим тоном произнесла избранная, свободной рукой хватаясь за лицо ведьмы и сжимая его до хруста. Из под её ладони, подобно ядовитым змеям, стали расползаться чёрные ветвистые полосы прямо по чужой коже. Тело в её руках забрыкалось ещё усерднее. В воздухе вновь запахло озоном и гнилью, Лебедева, наконец освобождённая от чар, тут же метнулась к начавшей шевелиться Альцине. – Н-не убивай-й.. – Угрожающе забарабанил голос в голове, принося боль. Штрэфонд лишь нахмурилась, тяжело задышав, и, почувствовав, что жертва прекратила сопротивляться, с небывалой силой и лёгкостью швырнула едва дышащую Исилиэль обратно в портал. – Я сказала нет! Тело снова пробило неконтролируемой болью. Крис глухо простонала, падая на колени и хватаясь за пульсирующую голову обеими руками. Чертовщина внутри ломала кости и рвалась наружу, яростно мстя за непослушание и пытаясь освободиться. – Хватит! – Сама себе кричала Мириэль, завывая и чувствуя на ладонях вытекающую из носа кровь. – Хватит! –Тише.. Тише, душа моя, посмотри на меня! – Оказавшаяся рядом Лебедева упала на колени рядом с супругой, пытаясь отодрать скованные болью ладони от окровавленного лица блондинки. – Сопротивляйся этому.. Сопротивляйся! Ты сможешь! – Я убью её твои-ими рукам-ми.. – Боль неожиданно стихла, оглушая и позволяя Желточенко безвольно обмякнуть в руках брюнетки. Заботливые руки тут же прижали к груди, успокаивая и пытаясь унять разразившуюся в теле ломоту и дрожь. – Всё хорошо.. Всё хорошо, моя особенная.. – Волнительно шептала Ари, укачивая девушку в своих руках и прижимаясь губами к горячему лбу. – Прогони его из себя.. Ладони неожиданно обдало холодом. За общей слабостью Крис не обратила на это внимания, хрипло дыша и пытаясь отойти от убивающей тело боли. Сводило каждую мышцу и каждый сустав. Казалось, встать на ноги она больше не сможет. – Отойди от неё, Анариэль! Живо отойди! – Вдруг закричала переводящая дух неподалёку Альцина. Женщина испуганно смотрела на чернеющие руки избранной, безвольно лежащие на земле. Мария медленно перевела на них взгляд, округляя глаза и только сейчас ощущая, как под ними, взрывая землю, клубятся и разрастаются черные пульсирующие вены чужого колдовства. Они оплетали ноги и ползли вверх, не позволяя двум супругам сдвинуться с места. – Ей-й будет больн-но.. – Противно заскрипела в голове посторонняя мысль. Кристина закричала, с силой отталкиваясь от брюнетки и отползая назад. Она пыталась вытереть обугленные руки об одежду, но могильные магические нити притягивали обратно к земле, сковывая. – С-сама виновата.. – Крис! Позови их! – Надрываясь и метая в ползучих чёрных "змей" всевозможные заклятия кричала Альцина. – Прими других! – Прекрати! Останови это! – Ощущая, как под магическим влиянием подгибаются колени, взмолилась избранная. – Ты обещала помочь! – Ты.. Ослуш-шалась.. – Крис! Крис, посмотри на меня! – Внезапно прозвучавший прямо над ухом голос заставил поднять голову. Блондинка бессильно пустила слезу, со страхом и паникой глядя в собственные глаза напротив. – Первая.. – Ты должна принять меня! Это будет больно, но я смогу выгнать из тебя шестую! Это не твоя сила! – Копия судорожно хваталась за перепачканное лицо оригинала, взволнованно оглядывая такое похожее лицо. – Я не могу.. Я не смогу выдержать ещё одно, блять, подселение! – Взвыла голубоглазая, обмякая под гнётом натягивающейся чёрной лозы. Она дёрнулась, услышав болезненный крик Лебедевой и подняла на неё взгляд, ужасаясь : тьма мерзкими переплетами заползала в уши и нос девушки, принося боль. Альцина, обессилив после заклинания Исилиэль, безуспешно пыталась отодрать от подчинённой этих "змей", оставляющих за собой кровавые полосы. – Ты всё сможешь, мать твою, ты же избранная! – Первая перепуганно заозиралась вокруг, вздрагивая от каждого крика и мерзкого пищания переплетающегося клубка колдовских нитей. Они словно струились прямо из под земли, где, сдавшись и безвыходно прижавшись щекой к грязи, лежала едва соображающая Штрэфонд. Копия дергано схватилась за голову голубоглазой, выкрикивая. – Расслабься! Мириэль с силой зажмурилась, стараясь абстрагироваться от всего происходящего вокруг хаоса. Тело обмякло, словно в зыбучих песках увязая в паутине тьмы. Кричащий и угрожающий в голове голос отошёл на второй план, приглушаясь – девушке показалось, что она вовсе потеряла сознание. Последний относительно спокойный вздох перед ожидаемой адской агонией. – Я принимаю тебя, первая.. Резкий внутренний хлопок и пожар во всём теле тут же накрыл с головой, лишая возможности дышать, видеть и двигаться. Пронзительный крик, разодравший и без того осипшее горло, вероятно, разнёсся по всем окрестностям Авалона. Казалось, даже диковинные птицы в высоких кронах деревьев под драконьей горой перепуганно замолкли, ужасаясь чужой участи. Пространство рядом с Мириэль вспыхнуло ярким огнивом, пожирая чёрные нити и обугляя траву вокруг. Кожу обдало невыносимым жаром, внутренности, скукожившись, ссыпались где-то внутри горсткой пепла. Голоса в голове исчезли с дуновением ветра. Каждый оголившийся нерв, каждая клетка и молекула сгорали и тлели, убивая всё живое и заставляя умирать от боли раз за разом. Кристина больше не слышала собственных криков, решив, что барабанные перепонки лопнули и прекратили функционировать. Всё, что она могла чувствовать – огонь и распирающую могущественную энергию. Долгожданная отключка укрыла блаженной тишиной и мягко погрузила в спасительное забвение.

° ° °

– Это должно восстановить кожный покров.. Только смазывай осторожно, сейчас для неё каждое прикосновение – агония.. – Я дам ей настойку тетрафиса и буду кормить бальзой.. – Голоса смутно пробивались сквозь потухшее сознание, понемногу возвращающееся в организм. По мере просыпания Мириэль начинала ощущать, как сильно горит и пульсирует все тело. – Пока ей лучше оставаться в покое. Я отправлю к вам двух лекарей завтра, пусть читают над ней заклинания.. – В привычно суровом голосе Альцины блондинка поймала нотки горечи и сожаления. – И корми её чем-нибудь.. Чтоб поправлялась скорее. Послышался тихий скрип и звук закрывшейся двери. Кто-то совсем близко судорожно вздохнул, издав непонятный полу-всхлип. Кровать рядом скромно прогнулась под весом чужого тела. Штрэфонд попыталась открыть рот и сказать что-то, но из ставшего сплошной раной горла вырвался лишь хрип и тяжёлый вздох. – Мириэль.. – Ласково и слишком нежно прошептала сидящая рядом Ари. На лоб легла некая мягкая, холодная ткань, облегчая жжение и зуд. – Не говори ничего, пожалуйста, тебе сейчас очень плохо. Открыть глаза также оказалось делом непростым. Избранная собрала весь остаток сил, спустя боль раскрыв слипшиеся веки и сквозь замыленное зрение пытаясь разглядеть сидящую рядом ведьму. Миловидное лицо Лебедевой было покрыто продолговатыми ранами. Девушка держала в руках деревянную чашу с чем-то явно ароматным – запахов голубоглазая не чувствовала. – Душа моя.. Хвала великим, ты осталась жива.. – Не сдерживая слезы зашептала брюнетка, аккуратно, боясь причинить боль, утыкаясь мокрым носом в плечо супруги. – Я думала, что больше тебя не увижу.. А ты снова нас всех удивила. Слова Марии вызвали у блондинки тёплую улыбку. Они сладко разлились где-то в груди ярким осознанием : она действительно чего-то стоит. – Я.. – Тут же закашлявшись от сухости в глотке попыталась говорить Кристина. Ари спохватилась, поднося к губам возлюбленной ту самую чашу и позволяя отпить содержимого. Во рту разлилось что-то пряное и холодное, сразу облегчая дыхание и боль внутри. Зуд в горле слегка притупился. Вдоволь напившись, Штрэфонд глубоко выдохнула, нечитаемым взглядом уставившись на расстроенную ведьму. Прекрасные по её мнению карие глаза слезливо рассматривали выжженное лицо отчаянной героини. – Я заслужила ещё один поцелуй? – С трудом растягивая слова и делая заминки, уточнила Желточенко, с усилием устраивая горячую ладонь на чужой руке. Она казалась практически ледяной на её фоне. – Глупая.. – С улыбкой ответила брюнетка, вытирая слезы с лица и вымученно смеясь. От этого смеха, действующего подобно успокоительному,становилось действительно лучше. – Ты не должна заслуживать мой поцелуй. Я берегу каждый для тебя годами. Анариэль осторожно поднялась, становясь на постель дрожащими от страха причинить дискомфорт коленками. Она любовно заглянула в замученные голубые глаза и, бережно поправив на голове супруги обгоревшие дреды, чрезвычайно мягко коснулась единственно уцелевших губ своими в переполненном чувствами поцелуе.