Кровавый песок

Песчаная буря накрыла уже пустую Суну, пытаясь забрать деревню в свои тяжёлые объятия. Крошечные песчинки выбивались из общего вихря и врезались с тихим стуком в окошки жилых домов. Мина сидела в большом круглом кресле возле подоконника, с бокалом вина и плиткой шоколада. Ей нравились бури, как будто сама природа призывала остановиться и посмотреть на её величие, заставляя прильнуть к окну и наблюдать за безумным танцем песка в воздухе. Люди, которые жили за пределами страны Песка, то и дело упоминали про схожесть дождя и песчаной бури — все, кто разговаривал с Миной, твердили это как один. Но если хоть раз в жизни увидеть настоящую бурю, то уже невозможно её сравнить с обычным дождём. Было ещё кое-что: тот вихрь, что бушевал за окном, бушевал и в голове Кагуцути. Каждый раз, когда за её спиной хлопала дверь квартиры, на плечи ложились те чувства, которые Мина отгоняла всякий раз или о которых забывала лишь когда находилась на работе, в окружении людей. Одиночество, горечь, обида, злость — и потом всё это выкатывалось в одну большую истерику. Она ненавидела эту квартиру, которая впитала в себя столько ужасных воспоминаний, что, казалось, они уже не в прошлом, а ещё только предстоят. Поэтому Мина любила допоздна засиживаться на работе, бегать и собирать отчёты, чтобы после в холодной квартире захотелось только спать; однако, видимо, не сегодня. Поэтому она сидела, наблюдая за бурей и надеясь, что от одного бокала её потянет в сон; поджимая под себя колени и надеясь, что всё заживёт на истерзанной душе. Оно тосковало по тем людям, что её окружали, по тому времени, когда она чувствовала себя значимой и сильной, по парню, который бросил её. Те люди отвернулись от неё, как только узнали, что девушка прикована к коляске. Мина хмыкнула, осушив бокал и потянувшись к бутылке, которая стояла на полу. С такими мыслями одного бокала будет мало. Лучиком надежды, на её удивление, стал Гаара, а если быть точнее — Сакура. Мина только сидя дома сумела трезво оценить ситуацию: медицина хромала в Суне, и Казекаге решил протянуть руку помощи, потому что чувствовал вину за это. Мина уже не верила в бескорыстие людей и, воодушевлённая, решила, что ей помогают от чистого сердца с радушными намерениями, а затем опомнилась: Казекаге она что есть, что нет. Но Сакура вселяла тот огонёк, то что всё может быть как раньше, что она вернётся, что она утрёт нос всем, кто теперь фыркает в её сторону… Мина так и уснула в кресле, прижав колени к груди.

***

Гаара впервые чувствовал себя настолько расслабленным, приняв ванну, что чуть не уснул прямо там. Такой вечер был редкостью для него. Темари, запинаясь и икая, объяснила братьям, что не будет ночевать дома, на что Гаара задумчиво кивнул, а Канкуро хихикнул, прикрываясь кулаком и кашлем. Теперь они с братом решили провести вечер вместе, за бутылкой саке и игрой в мехен. Ужин был приготовлен на скорую руку и почти весь состоял из закусок к выпивке. Канкуро сидел напротив брата за кофейным столиком, вертя в руке фигурку льва. Каждый уже выпил по стопке и просто наслаждался компанией и завыванием бури за окном. — Я всё-таки не понимаю, почему Темари пошла ночевать к Шикамару, — поделился мыслями Гаара, смотря за ходом марионеточника. Канкуро прыснул: — Помнишь ту книжку, которую мы дарили тебе на восемнадцатилетие? Гаара вскинул убийственный взгляд: — Я не спросил, зачем, я спросил, почему. Они же в последние месяцы вообще не находили общий язык. — Хм, — мужчина призадумался, потирая подбородок. — Разлука всё же делает своё дело, в какой бы ссоре вы не находились. — Интересно, — Гаара осматривал игровое поле, понимая, что начинает хмелеть, потому что мысли сводились совсем не к игре. Канкуро удивлённо выдохнул, будто ему выбили воздух из лёгких. Редко услышишь от брата хоть малейший интерес к отношениям, особенно к отношениям между мужчиной и женщиной. — Ты читал ту книжку? — Канкуро всплеснул руками, оглядывая закуски. Гаара не выдержал и громко цокнул. Конечно, брат откровенно издевался над ним: этой книгой была «Ича-Ича», и младший прочёл её ещё задолго до восемнадцатилетия. — Шучу, шучу я, — он хлопнул его по плечу, и они снова принялись расставлять фигурки. — Я тоже, — Гаара зыркнул на него, на что Канкуро рассмеялся. — Ты нормально общаешься с Миной? — вопрос, который кукольник решился задать только сейчас: они с Темари голову сломали, потому что переживали за младшего брата. Гаара плохо шёл на контакт с людьми, да и в принципе все социальные связи он выстраивал с трудом. — Думаю, да, — младший повёл плечом, задумчиво вертя льва. — Она меня иногда забавляет. Гаара отчего-то хмыкнул, а Канкуро раскрыл рот от удивления. — Чем? Кадзекаге на миг задумывается, а в голове мелькают образы секретаря. — Реакцией… Хотя, возможно, так бы все вели себя рядом со мной, если бы работали. Гаара выпрямился, разливая ещё саке — он не жаловался на недостаток женского внимания. Может, поэтому Мина его забавляла: она была из тех немногих, кто не пытался залезть к нему в сердце. Возможно, его это удивляло, потому что он не так часто видит рядом с собой чужих людей. Но Кагуцути тоже была непростой — девочка с поломанной судьбой. Канкуро кивает и прячет широкую ухмылку в пиале, замечая, как хмурится брат — видно, анализирует сказанное. — Завтра утром Сакура осмотрит её, может, поможет восстановиться, — сказал Гаара, возращаясь к игре в ожидании хода соперника.

***

Сакура ей понравилась. С доброй улыбкой она встретила Мину в медицинском кабинете, который ей выделили. Осмотр начался с непринуждённого разговора, чтобы чуть-чуть расслабить Кагуцути, и затем медик задавала уже уточняющие вопросы по истории болезни. Неловкость и напряжение уже не ощущались; расположившись на кушетке в одном нижнем белье, Мина чувствовала себя комфортно перед Харуно. Сакура сдержала удивлённый вздох, рассматривая почти чёрные хаотичные линии на ногах и фиолетовые звёздочки на бёдрах. Она видела многое после войны, но сейчас, спустя почти уже четыре года, видеть такое страшно. Тёплое зелёное свечение мелькало над лицом Кагуцути. — Итак, — Девушка села за стул, возращаясь к записям. — Можешь пока одеваться. Сакура сделала быстрые пометки на маленьком листе, и, дождавшись, пока Мина сядет напротив, обратилась к ней. — Всё поправимо, но это может занять неопределённое время, — начала Харуно, сложив руки перед собой. — То, что фиолетовое на твоих ногах — это варикоз, потому что сейчас нагрузка на ноги распределена иначе, отсюда боли и судороги. Это мы уберём медицинской техникой. Сосуды чакры… тут понадобится и вмешательство препаратов и техники, и смена образа жизни. Чтобы их срастить, нужно, чтобы кто-то вливал в тебя чакру. Будем делать это постепенно, потому что боль невыносимая. Мина кивнула, сжимая стул. Всё было как в тумане, словно ей это грезилось и вот-вот её выдернут из оков сна. — Ещё, — Сакура глубоко вздохнула: каждый раз было сложно задавать этот вопрос. — Как давно у тебя нет менструации? Вот и конец сна. Мине как будто хорошенько врезали по лицу. Кажется, её затошнило. — Месяца четыре. Они перестали идти уже после того, как я встала с коляски. Дело в весе? У Сакуры сжалось сердце. Она поджала губы — всё равно нельзя делать поспешных выводов. Но как человека Мину она не знала: у всех реакция разная. — Мы разберёмся с этим, но дело не в весе. Да, ты худовата для своего роста, но были бы и другие сопутствующие проблемы. Мина кивнула, опустив глову вниз на свои сандалии и закусив губу. Как будто ответ витал в воздухе и Сакура боялась произнести вслух то, о чём она не хотела даже допустить мысль. — Давай не будем делать поспешных выводов, хорошо? Это только первый осмотр. Постепенно будем приводить тебя в строй. — Ладно, — девушка кашлянула и только теперь заметила, что её голос сел от волнения. — Мы должны ещё подумать над твоим психологическим состоянием… Кагуцути ухмыльнулась, складывая руки в замок и избегая смотреть на медика. Было бы славно навести порядок в голове, пока она не натворила чего-нибудь непоправимого. — …Поскольку я тут надолго, предлагаю женской компанией сегодня посидеть где-нибудь. Чтобы мы поговорили, — Сакура улыбнулась. — Хоть это и нарушает врачебную этику, но можешь спросить у Наруто, сколько раз я его лечила. Мина подняла на неё взгляд забитого котёнка и встретилась с яркой теплотой зелени. Ей это понравилось. Сакура не осудила, не поставила себя выше. И девушка сдалась, улыбнулась, чувствуя, как узел на груди расползается. — Хорошо. — Ты же в хороших отношениях с Темари? — Да, — бывшая шиноби кивнула, вставая с места вместе с Сакурой. — Можем её тоже позвать. — Ладно, — она ещё раз улыбнулась, стягивая халат и вешая на спинку. — Мне тоже нужно в Резиденцию, отправить послание в Коноху. Закажу у Цунаде-сама несколько мазей. Пойдём вместе.

***

Гаара скривился и поставил кружку с кофе на стол. Впервые он сделал кофе себе сам, и он получился настолько отвратительным, что его скрутило. — Не понимаю, — он ещё раз заглянул в кружку и сел в кресло. Придя с утра на работу, мужчина даже не заострил внимание на отсутствии Мины. Как будто она тут и не была никогда. Но затем люди, уже привыкшие сдавать отчёты секретарю, решили, что она отлучилась, и принялись складывать бумаги ей на стол. Гаара же, сидя в кабинете, не понимал, почему раздаются шаги за дверью, а к нему так никто и не заходит — только потом его осенило, что если не он привык к Мине, то другие точно. И теперь кофе. Ничего же сложного вскипятить чайник и залить кофе. Но нет. Может, она колдовала на этой гуще? Маленьким открытием стала находка в каморке — заначка шоколада. Гаару это удивило: сладкое он ненавидел, так что оставалась только Кагуцути; хотя по её телосложению нельзя было сказать, что она любительница чего-то подобного. Он сделал для себя пометку, что нужно принести хороший, дорогой шоколад из дома, который Гаара привозил из других деревень; да и поклонницы задаривали его не только одним вниманием. Канкуро, который сидел с Кейко на диване в кабинете, чуть не засмеялся в голос при виде смены эмоций на лице брата. — Ты же в курсе, что Мина варит кофе в турке? — ответил на его немой вопрос марионеточник. — Ясно, — Гаара кивнул, убирая кружку под стол. Теперь он ощущал явную нехватку личного секретаря. Канкуро не сдержался и хихикнул в кулак, прикрываясь кашлем. Они собрались в кабинете Казекаге и теперь дожидались остальных. Гаара, раскусив брата, глянул на него и перевёл взгляд на часы. Ровно в десять бодрый и, кажется, очень весёлый Шикамару и вялый Наруто заявились в его кабинет, рассаживаясь за столом. Было решено заказать завтрак и начать мозговой штурм. Минут через пять заглянула Темари — поздороваться, на что Канкуро пустил шутку из своего арсенала, а Гаара лишь поджал губы, стараясь не засмеяться. В ответ на шутку Канкуро был отвешен подзатыльник, в сторону Шикамару — многозначительный взгляд, и блондинистый ураган унёсся в архив. — Что-то нашёл? — После почти часового молчания и изучения отчётов уже на свежую голову, Гаара обратился к Шикамару. — Понятно, что пытались что-то выведать, есть дела убитых? Казекаге кивнул, протягивая стопку дел в руки Нары. — Я же правильно понимаю, что АНБУ, которые сопровождают феодалов, не занимаются слежкой и более серьёзной работой? Гаара опять кивнул: решение разделить миссии шиноби АНБУ было принято после последнего мятежа, чтобы, если что, сузить кругу подозреваемых. Видимо, сейчас им это сыграло на руку. — Но тот, кого мы ловим, не может знать об этом. — Шикамару откинулся на стуле, сложив руки за головой. — Должно быть ещё что-то, что их как-то объединяет. — При сопровождении они ведь подчиняются любому приказу феодалов? — Наруто наклонился вперёд, смотря на перечень заданий в делах. — Да, — Гаара отпил кофе, наблюдая за песчаной бурей за окном. — Стоп, — он повернулся, смотря на Узумаки. — Они сопровождают в масках, но по контракту подчиняются любому приказу, и если бы им отдали приказ снять маски, они не могли не подчиниться. — Легче не становится. Если феодалы знают о том, что задания разделяются между шиноби АНБУ, и поэтому не трогают тех, кто их сопровождал, а тех, кого не видели и не знают, пытаются во что-то втянуть… И смысл нам от этого? Мы теперь знаем, кого точно не тронут, а остальные под прицелом врага. В кабинете повисло молчание. — Все пятеро убитых никогда не сопровождали феодалов. Они следили за границами, у них пересмена утром и ночью. Убиты на двух разных границах. При любом раскладе из них нельзя вытащить информацию, потому что АНБУ обучены ещё жёстче, чем обычные шиноби, — произнёс Канкуро, рассматривая дела. — Тут только два варианта. Преступник должен понять, что не найдёт союзника себе через АНБУ, — говорит Шикамару, жестикулируя. — И тогда ждать, на кого он переключится, чего нельзя делать — потери будут слишком высоки; или послать тех ребят, кто сопровождал феодалов, на границы, и посмотреть, что будет. — Что там, что там, — Гаара вступил в обсуждение. — Варианты так себе, да ещё и нет вероятности, что мы получим хоть какой-нибудь след. — Стоп, — Канкуро хлопнул по столу, поворачиваясь к брату. — Что если мы найдём предлог, чтобы поговорить со всеми феодалами? Только нужен весомый повод. Гаара сложил руки в замок перед собой. — Но раз уж на то пошло, Канкуро, — он взглянул на брата. — Допросить по всем мерам тех АНБУ, которые сопровождали феодалов. Разумеется, всё под запись — потом мне на стол. Если будут проблемы, зови меня. Канкуро кивнул, собирая дела шиноби, а Гааре предстояло найти весомый повод для приёма.

***

Мина с Сакурой смеялась, направляясь через центральную улицу; буря усмирялась, и огромные вихри были уже далеко за скалами. Медик так умело выводила её на разговор, что Кагуцути не заметила, как начала сама задавать вопросы про Коноху, работу и ещё, и ещё. Харуно охотно рассказывала о родной деревне. Уже в Резиденции, также переговариваясь, они дошли до рабочей стойки Мины, из-за которой выглядывал Казекаге. — Казекаге-сама, — Мина склонилась в поклоне, привлекая его внимание. — Доброе утро. Сакура тоже склонилась. Гаара разбирал кипу бумаг, которую успели нанести секретарю, и удивился: вроде бы скинул мелкие поручения, но, оказалось, Кагуцути работала с большим объёмом информации и отчётов. — Доброе, — прихватив с собой документы, которые успел разобрать, Собаку вышел из-за стола. — Как всё прошло? — Мне нужно отправить запрос Цунаде-сама, чтобы она прислала необходимые препараты, — рассказала Сакура. — Хорошо, — Гаара кивнул в сторону кабинета. — Нам есть, что обсудить. Проходи. Он ожидал, что Мина тоже что-то скажет про осмотр, но та молчала, сцепив руки в замок. Возможно, это и не то, что стоит обсуждать с начальником, но мужчина хотел убедиться, что всё хорошо, с её слов. Зайдя в кабинет, Гаара пригласил Сакуру присесть. — Ты ещё не ознакомлена с нашей больницей и персоналом? Медик покачала головой. Пятый вынул подготовленный свиток из-под стола. — Полагаю, Какаши не посвятил тебя во все тонкости миссии? — Нет, — Сакура покачала головой, нервно теребя края папки. — Неужели ты так уверен в моём профессионализме? — Более чем. Мы знакомы не один год и я видел тебя в бою. Тем более, — мужчина передал Харуно маленький свиток. — Это рекомендации Цунаде на твой счёт. — Ну конечно, — она рассмеялась: какой Каге стал бы приглашать на работу сотрудника просто по личному убеждению. — Посмотрю вечером папку и завтра вернусь с планом. — Хорошо, — Гаара встал, слегка улыбнувшись, и в знак сотрудничества протянул руку. Сакура вновь рассмеялась, пожимая руку, и кивнула: — Мне нужно отправить письмо с запросом, а ещё нужны контракты с другими странами по фармацевтическим препаратам. Хочу их тоже изучить. Пришла очередь Гаары удивлённо вздохнуть. О таких темах и вопросах, которые задала Сакура, Казекаге даже понятия не имел. — Я поняла, — увидев смятение на лице Каге, поспешила ответить Харуно. — Спрошу у Темари. — Спасибо. Гаара хотел добавить что-то ещё, но девушка его перебила: — Раз уж ты даёшь право на внесение изменений на моё усмотрение, я хочу обучить Кейко. У неё хороший потенциал, и я не понимаю, что она забыла в отделе у Канкуро. — Конечно, Канкуро может и сам справиться. Это не проблема. Я наслышан, как она восхищается тобой, так что отказать не должна. Сакура кивнула, вставая из-за стола. — Тогда, если можно, начну разбирать документацию в зале ожидания. Гаара кивнул, а Харуно обнадёживающе улыбнулась, прежде чем покинуть кабинет. Гаара уселся обратно за стол, пряча лицо в ладонях. Он дал слабину, за этот месяц забросил развитие деревни и кинул силы на расследование… Все планы, проекты от отдела разработок покоились в ящиках, возможно там и был весомый повод для неофициальной встречи с феодалами. С того дня, как Мина заняла пост, Гаара почувствовал, как нагрузка ослабла — и вот он, сидя в кабинете, даже не знает о контрактах. Это его вина. Кажется, те дни, когда он приходил пораньше домой и спал, закончились. Вспомнив о Мине, Гаара чертыхнулся и вышел в коридор. Секретаря он застал за стойкой, сортирующую бумаги. — Мина, зайди на пару слов. Та от неожиданности вздрогнула — видимо, пребывала глубоко в мыслях. Подхватив документы, она направилась к начальнику. — Казекаге-сама, — она прошла к столу и положила стопку документов перед ним. — Это на подпись — и можно отправлять в архив. — Хорошо. Тебе нужен больничный? — бесцеремонно, как обычно. Мина непонимающе уставилась на него. — Сакура-сан ничего об этом не говорила, думаю, он не понадобится. План лечения даже не составлен. — Может, выходной — хочешь? — Гаара по-прежнему пытливо рассматривал её. — Точно нет, мне хватает и двух в неделю. Дома мне одной делать нечего. — Девушка пыталась понять, почему вдруг начальник решил поговорить с ней об этом. Может, с подачи Сакуры? — Уверена? — Более чем, — она пожала плечами. График у секретаря был фиксированный — с десяти утра и до шести вечера, пять дней в неделю, стандарт. Мина видела, как Каге задерживался на работе, или же, наоборот, покидал здание Резиденции вместе с ней. Гаара задумчиво потёр подбородок: — Если я предложу сверхурочные, с почасовой оплатой, согласишься? — Что-то случилось? — Да. Я расслабился с тех пор, как взял тебя на работу, — мужчина вздохнул, доставая давно забытые записанные планы. — Поэтому мне нужно наверстать упущенное за этот месяц. Откажешься, пойму. Это, конечно, временно. — Я согласна. — Как гора с плеч. Если она будет уставать на работе и поздно возвращаться, то времени на самобичевание не останется. — Отлично. Пока что мне нужно организовать время, а команда из Конохи возьмётся за расследование. Пока занимайся тем, что есть. Если мне понадобится что-то, я дам знать. Мина поклонилась и вышла, оставив Гаару наедине с мыслями.