Птичья клетка на двоих

Проснувшись ни свет ни заря, Линда первая заняла ванную комнату, пока Пандора мирно сопела у себя в кровати. Взяв бутылку снадобья «Простоблеск», девочка вылила большую часть себе на макушку. Расчесывая свои серебряные короткие локоны, маленькая Принц решила параллельно заняться другими делами — чисткой зубов, умыванием и так далее. Выйдя из комнаты, Дора — так попросила её называть Пандора Лестрейндж — уже успела переодеться. ― Доброе утро, Линда, ― воскликнула жизнерадостная девушка, забегая в ванную комнату, ― Поторопись, я не хочу идти в Большой зал одна в такую рань. Принц рассеянно кивает и начинает собираться. Выглаженная одежда: белая рубашка, чёрная юбка, идеальная мантия с нашивкой орла, сине-бронзовый галстук. Нервно приглаживая волосы, которые, несмотря на «Простоблеск», местами топорщились, не желая превращаться в ухоженную причёску. Она не могла сказать, почему она так сильно нервничает. Может, Линда волнуется, что Когтевран не устроил Лорда и Леди Принц как факультет для наследницы. А может, она боится, что высказывание Лорда Принца правдивы и она простое ничтожество, не стоящая и кната? Или Линда так разволновалась, потому что ей впервые человек пожелал доброго утра? ― Я готова! ― крикнула Дора, выбегая из ванной. ― А что это такое? ― спросила Линда, вглядываясь в её волосы. В каштановых длинных локонах Лестрейндж отблёскивало что-то странное. Линде оно напомнило верёвочные закладки в дорогих книгах, которые отливали то золотом, то серебром, а то медью. Некоторые волосинки Доры были точно такие же. ―Я вплела их себе для красоты, ― пояснила Пандора, лучезарно улыбаясь, ― Скажи мило? ―А что скажут твои родители? ― обеспокоено спросила Линда, — Это же не по статусу, — носить какие-то ленты в волосах. Да и в этикете… ―А мне нравится, ― запротестовала Лестрейндж, не обращая внимания на слова Принц, ― Тем более, что мы сейчас не на балу и можем делать что захотим! Линда хмурится, но не перечит. Её с детства научили, что в одни моменты можно говорить, а в другие нужно молчать. Хоть молчание намного чаще использовалось, чем слова, Принц не смела перечить правилам общества. Надев небольшую брошь с авантюрином на воротник рубашки, Линда взяла свою сумку и поплелась за щебетавшей Лестрейндж. Её слова никак не хотели укладываться в голове Линды Принц. Ведь они аристократы, они должны следовать этикету. И разве это мило? Разве это красиво? Красиво — это когда волосы заплетены в аккуратные причёски, и там нет выбившихся прядей. Красиво — это когда причёска не выглядит, будто ты встала только что с кровати и надела первую попавшуюся блузку не первой свежести. Но вставлять своё ненужное мнения Линда не собиралась. Иногда нужно промолчать и услужливо кивнуть, выжав вежливую улыбку… Хоть и Пандора постоянно сворачивала не в нужные коридоры, с помощью Линды они дошли до Большого зала. За когтевранским столом сидело больше всего студентов, хоть и другие факультеты тоже были. Пандора сразу повела её к их новым однокурсникам. Томас Клуни — молчаливый черноволосый мальчик, и Сьюзен Шервуд — девочка с рыжим каре и старшей сестрой в Ильвермонии, уже завтракали. ― Вот расписание ― сказала Сьюзенн, протягивая два листка пергамента из стопки, ― Профессор Флитвик отдал мне их, сказал раздать. У нас сегодня сдвоенное Зельеварение, История Магии и Астрономия вечером. Кроме расписания был список кружков, разрешённых для первокурсников. Линда сразу заприметила кружок Домоводства — Леди Принц настоятельно рекомендовала ей вступить в него, она же будущая хозяйка дома. Но кое-что юной Принц было непонятно… ― А почему у нас в расписании нет рун или нумерологии? ― спросила она, ― Даже кружка такого нет. ― Древние руны и нумерологию начинают изучать только с третьего курса, ― объяснил Томас, попивая тыквенный сок, ― Папа рассказывал, что раньше эти предметы были с первого курса, но директор Диппет, прошлый директор Хогвартса, упростил программу. ― Неужели мне придётся ждать аж третьего курса и довольствоваться уже прочитанными книгами? ― у Линды окончательно пропало всякое настроение, но она не подала виду. ― Ну, моя мама училась на Слизерине и рассказывала, что некоторые преподаватели разрешали посещать курсы для третьекурсников первокурсникам, ― проговорил Томас, ― Вроде, её одногодка так программу Древних рун закончил намного раньше, чем следовало. Но для этого нужно сначала поговорить с деканом, потом с преподавателем нужного предмета. Если они посчитают, что твои знания и рвение учиться достаточны, после получения письменного согласия родителей или опекунов можно будет посещать нужный курс. Линда расстроилась ещё сильнее и молча пододвинула себе овсянку и чёрный чай. Даже если ей разрешат посещать руны, какой прок, ведь Лорд и Леди Принц ни за что не подпишут согласие. Но видимо, Лестрейндж была намного уверенней в успехе, чем Линда. ― Да тут никакого собеседования не надо! Ты точно сможешь попасть на Древние руны, я в тебе уверена, Линда. Я в тебе уверена Линда непонимающе уставилась в тарелку. Да что может знать это девочка, с которой она познакомилась буквально вчера? Как Пандора Лестрейндж может раскидываться такими словами? Но несмотря на всё непонимание, Линда была благодарна этим глупым, ничего не значащим словам. Потому что никто никогда ей не говорил такого. ― Хорошо, я попробую, ― сказала Линда, ― Но только после уроков и разговора со старостами. Они же сами говорили, что сначала нужно обратиться к ним, а потом… ― Кто-то звал старосту? Из ниоткуда за спинами первокурсников появился Джим Голдстейн. Тот лучезарно улыбнулся, глядя на маленькую Принц. Та сначала смутился от внимания юноши, но гордость не дала ей промолчать. ― Я хочу записаться на курс Древних рун, ― уверенно сказала Линда, ― На курс Нумерологии тоже хотелось бы, но руны важнее… вот… ―Отлично! ― воскликнул Джим, потирая руки, ― Я тогда сообщу Флитвику, сколько у вас сегодня уроков? Ага, значит зайдёшь к нему после Истории Магии, если вы, конечно, не уснёте от скуки. Его кабинет находится на восьмом этаже, рядом с Западной башней, тринадцатое окно справа. Вы ещё в замке особо не ориентируетесь, так что я попрошу кого-то провести тебя, потому что у нас в это время Трансфигурация, хорошо? Линда кивнула, Голдстейн убежал к своим друзьям. Вскоре за их стол сели и остальные когтевранские первокурсники, обсуждая всё на свете: от приближающихся уроков до погоды за окнами замка. Линде не нравился весь шум, создаваемый Себастианом Спарроу, Рози Равеной и Финном Фарлоу, но в тоже время ей не хотелось уходить. ― Совы! ― неожиданно воскликнула Рози, тыча пальцем в потолок. Линда хотела уже сказать, что тыкать пальцем неприлично, как на стол со всех сторон приземлились совы. Кому-то прислали забытые вещи, кому-то письма с пожеланиями наилучшего года. Некоторым пришли свёртки с домашним печеньем и любимыми конфетами. ― Мама пишет, что гордится, что я поступил на Когтевран ― поделился Себастиан, улыбаясь, ― А ещё прислала нам с Саймону шоколадное печенье! ― А мне пришли пирожные с клубникой, попробуйте! ― Папа сказал, что я его гордость, и моя младшая сестра нарисовала тут цветочки, посмотрите! ― Ох, моя футболка, я совсем о ней забыл… Линда глядела вверх, в надежде увидеть филина отца, но потолок Большого зала оставался чистым, лишь некоторые совы улетали после получения денег. На душе стало тоскливо, Линда сжала руки в кулачки. Детская обида заполонила её голову. Да ей бы хватило пары слов от отца, но даже этого не удосужились сделать старшие Принцы. ― Лучше сейчас отнести всё в комнаты и взять учебники по зельям и истории, ― сказала Пандора, поднимаясь со своего места, ― А то так на первые уроки опоздаем.

***

Выходя из кабинета Истории Магии, Линда старалась сдержать зевок всеми силами. Как оказалось, из уст давно умершего учителя рассказы о Урике Странном могут быть до ужаса скучны. Но Линда, несмотря на такую умиротворяющую атмосферу и монотонный голос преподавателя, составила подробный конспект лекции. ― И где же тут принц, любимец нашего Голдстейна? Перед толпой первогодок со всего потока появились два рыжеволосых парня. Линда сразу их узнала — это близнецы Пруэтты, одного из которых зовут Фабиан и он староста Гриффиндора, позабывший своих подчинённых ещё в Большом зале. С ними дружит старший Спарроу, который так напоминает хулигана. Пройдя через толпу зевак, девочка появилась перед взором близнецов. ― Девочка, у вас на потоке есть какие-то особи королевских кровей? ― спросил один из Пруэттов, пока второй внимательно оглядывал толпу первогодок. ― Меня зовут Линда Принц, но я не королевских кровей, сэр, это моя фамилия. ― Приятно познакомится, Линда Принц, ― усмехнувшись проговорил рыжеволосый, совсем не смутившись своих слов, пожимая её маленькую ручку, ― Меня зовут Гидеон Пруэтт, а этот остолоп, который по чистой случайности мой брат, Фабиан. ― Здаров, Принц, ― усмехнувшись проговорил Фабиан, перестав выглядывать кого-то в толпе, ― Голдстейн весь урок трещал о тебе, аж не затыкался. А теперь пойдёмте к старине Флитвику. Линда засеменила за близнецами, стараясь не отставать ни на шаг, что выходило у неё плохо. Позади послышался вскрик, девочка обернулась. Эван Розье, светловолосый слизеринец, схватился за нос, из которого так и лезли волосы. Спотыкаясь о свою мантию, он убежал, скорее всего в лазарет. Близнецы не на секунду не остановились, идя по коридору, и Линде пришлось догонять их. ― Почему ты его заколдовал? ― спросила она Фабиана (она надеялась, что это был он). ― Как ты это узнала? ― опешил он, ― Я же невербально всё сделал, да даже палочкой особо не махал… ― Фабс, ты идиот, ― прошептал Гидеон, вздыхая, ― Она не знала наверняка, а лишь предполагала, а ты взял и всё ей вывалил. Я тебе клянусь, в Мракоборческом Центре ты будешь только полы драить… ― Гиди, ты издеваешься? Я хотел её стебануть, сначала сказать правду, а потом рассмеются. А ты всё испортил! ― Ничего я не портил, просто твой план туфта. ― Сам ты туфта! ―Я хоть и туфта, но хотя бы не безмозглая. ― На себя посмотри, жаба. Парни враз замолчали, услышав покашливание снизу. Линда вмиг опустила голову, но близнецы замолчали, поняв намёк. Дойдя до кабинета Флитвика, Пруэтты галантно поклонились (одновременно, от чего Линда явно опешила) и ушли, помахав на прощание, оставляя Принц одну. Когда в коридоре кроме портретов и пролетающего призрака никого не осталось, Линда разрешила себя расслабиться. Сжав руки в замочек, она пару раз вдохнула воздух и постучала. В кабинете послышалось «Входите», она повернула ручку, которая находилась намного ниже, чем в других дверях замка. Кабинет у декана был похож на её дом — такой же светлый и небесно-голубой. Большой шкаф с книгами по Чарам и стремянка рядом, письменный стол и стул с огромной стопкой подушек, на котором и восседал профессор Флитвик. Он улыбчиво указал жестом на синее кресло напротив, куда Линда и села. ― Не хотите ли чаю, мисс Принц? У меня тут есть ещё кислые шипучки и карамельные бомбы из «Сладкого королевства», купил специально для своих когтевранцев. ― Спасибо большое, но я откажусь, аппетит не хочу испортить. ― Это правильно, мисс Принц. Но мы же тут сидим не для того, чтобы только кушать? ― мужчина добродушно ей улыбнулся, ― Не помню уже когда ко мне подходили с просьбой учить предметы намного курсов выше. Я так понимаю, вас интересуют Древние руны? ― Именно профессор, ― кивнула Линда, ― Не подумайте, у меня уже есть минимум знаний, нужный для обучения. ― Это прекрасно, мисс Принц. Я в рунах не столь силён, так что экзамен принять у вас не смогу. Сейчас наша дорогая профессор Бабблинг уехала по обмену в Ильвермонию ровно год назад, и в Хогвартсе сейчас преподаёт мистер Фауст. Не спорю, он знаток своего дела, но в плане учеников он очень… избирательный. До конца пятого курса у него остаются лишь лучшие из лучших и честно говоря, я вообще не уверен станет ли он вас даже слушать. С каждым словом профессора Флитвика Линда чувствовала, как её маленькая мечта трескается и вот-вот разобьётся. Руны она любила больше всего, а все книги по ним зачитала до дыр. И ждать два года, чтобы начать учить то, что и так знала она не хотела. ― Но попробовать в любом случае стоит. Вы не будете против, мисс Принц, если я вызову мистера Фауста прямо сейчас? Девочка быстро закивала, забыв про весь этикет. Профессор Флитвик улыбнулся и не без труда слез со своего стула, кидая жменю пороха в резной камин. Через мгновения оттуда вышел высокий мужчина в алом аристократическом фраке с огромной брошью. Тёмно-каштановые волосы и небольшая борода с усами, густые брови, которые супились. Прищуренный карие глаза, которые отливались самым настоящим золотом. Чем-то он напоминал очень важного филина, но Линда не могла понять, чем именно. ― Здравствуйте, профессор Флитвик, ― его голос был властным с командирскими нотками, ― Не оставите нас наедине? Это не звучало как просьба, больше, как приказ. Но декан Когтеврана не запротестовал и улыбнувшись на прощание шагнул в камин, растворяясь в изумрудных языках пламени. Профессор Фауст, отбросив фрак, наколдовал себе простое чёрное кресло и сел на него, сложив руки в перчатках домиком. ― Значит, руны, ― уставши проговорил он, ― Мерлин, что ж вам нормально не живётся… Когтевранка? Да у меня сегодня джекпот… Мужчина потянулся во внутренний карман, вытянув небольшие по размеру карточки. Вздохнув, он манерой очень напоминающего профессора Истории Магии начал зачитывать вопросы. ― Что такое «футарк»? ― Общее наименование рунных алфавитов. Слово происходит от чтения первых… Но профессор Фауст уже не слушал, зачитывая следующий вопрос. ― Почему сейчас древние брактеты не действуют, когда их находят магловские археологи? ― Это может быть по нескольким причинам. Брактет мог потерять магию за то время, пока находился в земле или руны направлены только на волшебников, или… ― Чем отличается арманический футарк от других рун? ― Он используется только для гадания. Его ввёл немецкий рунолог Гвидо фон Лист для… ― По вашему мнению какая руна самая сильная? Линда нахмурилась. Профессор Фауст беззлобно усмехнулся, глядя ей прямо в глаза. ― А я-то думал, что Вы, мисс Всезнайка, всё-всё-всё знаете. Почему замолчали? Отвечать не будете? ― Вопрос слишком глупый, чтобы на него отвечать. Линда не сразу поняла, что её реплика звучала слишком грубо, потому тихо добавила «сэр». Но профессор ничуть не смутился, на его лице впервые за весь разговор появилась новая эмоция ― интерес. ― И почему же вопрос глупый? ― Это тоже самое, как спросить какой человек самый умный в Хогвартсе. ― А вы имеете ввиду что вопрос слишком очевидный. Ведь самый умный в вашей школе директор. ― Нет. ― Нет? ― Если сравнить навыки профессора Дамблдора и профессора Слизнорта в зельях, то победит профессор Слизнорт. Если сравнить навыки профессора Дамблдора и вас, профессора Фауста, в рунах, вы выиграете. Если сравнить навыки профессора Дамблдора и профессора Астрономии, я пока не знаю его или её фамилии, то несомненно победит профессор Астрономии. Но профессор Дамблдор всё равно остаётся великим волшебником, хоть и явно есть люди намного умнее его. Я считаю ваш вопрос глупым, сэр, потому что каждая руна уникальна и у неё есть своё предназначение. Ведь если взять руну света и руну защиты вы не сможете узнать какая руна сильнее, ведь у они буквально разные. Поэтому я не буду отвечать на ваш вопрос, потому что он глупый. Сэр. В кабинете профессора Флитвика воцарилась тишина. Линда вся сжалась, ожидая последующего удара после сказанных её слов, но его не было. Профессор Фауст наклонил голову, поглаживая свои усы и глядя на карточку с вопросом. Через пару мгновений мужчина хмыкнул, усмехнувшись. ― Занятия будут проходить по субботам, с пяти дня и до семи, индивидуально. По поводу разрешения, мисс Принц, можете не волноваться, я с вашим отцом знаком, договорюсь. Прочитайте «Словарь рун» до этого времени. Всего хорошего. Мужчина поднялся со своего кресла, которое по велению палочки исчезло и ступил в изумрудные языки пламени. Линда так и осталась сидеть на своём месте, стараясь переварить слова преподавателя.

***

«Какой человек заперт не телом, но душой?»

― Раб, признающий своё положение и не желающий ничего менять. Дверь отворилась и Линда зашла в гостиную Когтеврана, где и жмыру было некуда упасть. Студенты писали первую домашнюю работу в этом году, обсуждали философские темы, читали книги и новые статьи в журналах. Найдя на диванчиках в стороне своих однокурсниц, Линда села возле них. ― Ну что? ― воскликнула Рози, чуть ли не подпрыгивая на месте, ― Тебя взяли? Линда, тебя взяли? Линда? ―Хватит Равена, не маленький ребёнок ведь, ― вздыхает Сьюзен, которой повезло жить с этой неугомонной в комнате. ―Взял, ― прошептала Линда, сама не веря своим словам, ― Взял на индивидуальные занятия по субботам. Сама её речь казалась будто во сне, такой нереальной. Что её взяли на руны. Что её слова, её противоречие старшим не закончилось наказанием. Что она чего-то, да стоит. Дора, сидящая на соседнем кресле, лучезарно улыбнулась, Сьюзен пожала плечами, будто она и так знал исход, а Рози запищала, кидаясь на Линду с объятиями. Когда руки Рози Равены сомкнулись вокруг Принц, она почувствовала отвращение и немедленно отстранилась от девочки. ― Никогда. Этого. Не. Делай, ― членораздельно проговорила Линда, пытаясь утихомирить дрожь в руках. ―Ох, ― Рози непонимающе захлопала глазками, но ничуть не обиделась, ― Да, прости меня, надо было спросить. Но я очень рада за тебя! Линда выдавила из себя вежливую улыбку. Человек, который буквально вчера познакомился с ней, переживал и был рад за её достижения. Абсурд. ― По вашим лицам видно, что произошло что-то хорошее, ― констатировал Джим Голдстейн, появившийся из неоткуда в компании Миллисенты Багнолд. ― Её приняли на курс Древних рун, ― ответила Пандора, улыбаясь, ― А точнее преподаватель решил заниматься с ней индивидуально. ― Ого, профессор Фауст в этом году удивляет, ― проговорила Миллисента, ― Он даже вопросов после урока не терпит, а тут индивидуальное взял. ― Да твои вопросы могут в экзистенциальный кризис загнать, ― усмехнувшись сказал Джим, но Багнолд его проигнорировала. ― Но это не отменяет тот факт, что вы должны делать домашнюю работу, ― строго проговорила Миллисента, ― И никаких «но». Линда кивнула и принялась за эссе по зелью для исцеления от фурункулов, заданное профессором Слизнортом. Вскоре подошли мальчики с их курса, которые больше отвлекали, чем помогали. Закончив с домашним по зельям, Принц побежала в комнату чтобы пересобрать сумку для урока с телескопами. На идеально заправленной кровати лежал что-то. Подойдя ближе, Линда ахнула — это была плетённая корзинка с её любимыми пирожными, печеньем и пакетиками рассыпного чай. Сверху лежала записка.

«Для нашей любимой хозяйки

Ваши Чаинка, Юми и Бафф»

― Линда, ты идёшь? ― крикнула Дора, заходя в комнату, ― Нам ещё на Астрономическую башню идти, а Себ сказал, что она самая высокая в замке. ― Уже иду. Линда быстро положила корзинку под кровать и, схватив сумку, побежала по мраморным ступенькам. А где-то далеко, на улице Гриммо 12 двое мальчиков разглядывали в свой телескоп те же звёзды что и она. Но вот только детям об этом знать пока не следует.