Птичья клетка на двоих

В библиотеке раздавались лишь скрип перьев и шуршание страниц. Дети, укутавшись в зимние мантии, строчили домашнее эссе, заданные бесчувственными профессорами на Рождественские праздники. Более старшие студенты смогли выстроить вокруг себя Согревающие чары, а некоторые парочки, несмотря на мадам Пинс, пытались найти укромный уголок, чтобы уединиться, что вызывало у Линды лишь отвращение. Ведь леди не положено, хихикая, бегать за ручку с недостойным человеком. ЗОТИ был самым проблемным её предметом. Преподаватели сменялись, как дни в году, иногда даже не доучивая до конца полугодия. Конечно, с такой учёбой знания о Тёмных Искусствах хромали, а материал не усваивался. И вот, тема, которую они должны были пройти ещё в начале семестра, дошла до второкурсников только под конец этого года. Вздыхая, Линда пошла в отдел Магических тварей в надежде найти интересный материал про пикси. Когда Линда была у нужного стеллажа, её внимание привлёк первокурсник, сидящий в отдалённой месте в тени библиотеки. Прищурившись, в нём она узнала Римуса Люпина ― первогодку-гриффиндорца с ужасными шрамами на лице, русыми волосами и болезненным видом. Особенно болезненно он выглядел сейчас ― тёмные мешки под глазами, бледная кожа и дрожащее тело, будто его лихорадило. Схватив нужные книги с полок, она направилась к нему, сев напротив. ― Ты не против, если я составлю тебе компанию? ― мальчик вздрогнул, но быстро кивнул, выжав улыбку. ― Конечно, садись. Я Римус Люпин. ― Линда Принц. После обмена рукопожатиями Линда открыла книгу и растянула пергамент, начиная писать эссе, про себя думая, как бы завязать разговор. Мальчишка искоса поглядывал на неё, но и слова не сказал. Вот и всё эссе написано, перепроверено, а Линда впервые в жизни не знала, что делать. ― Если хочешь что-то спросить, то спрашивай, ― проговорил Люпин, ― Я же не кусаюсь. После последних слов взгляд мальчика на мгновения стал грустным, но Линда не зациклилась на этом. Раз ей дали добро, грех этим не воспользоваться. ― Я бы хотела узнать тебя, Римус. Если ты, конечно, не против. Мальчишка удивился, но потом добродушно улыбнулся, склоняя голову в бок. ― И что ты хочешь узнать, Ли? Принц нахмурилась от сокращения своего имени. Но не смотря на всю несуразность этого «Ли», Римус с такой добротой проговорил его, словно это не простецкое «Ли», а именно «Ли». И из его уст ей оно нравилось, хотя должно было вызвать гнев. ― Например о родителях, детстве. Мальчишка сжался, но не промолчал, рассказывая: ― Мама у меня магла, отец работает в Министерстве в Отделе Регулирование Магических Существ. В детстве у меня особо друзей не было, да и живём мы отдалённо от посёлков. Так что детство у меня было очень скучное… А ты? Вот вроде она вычеркнула очередное имя из списка Принца-полукровки. И Линде правда стоит уйти, закончив разговор на этой ноте. Ведь она и так постаралась сойтись на минимуме с общением с предателями крови, грязнокровками и полукровками. Ради Лорда Принц. Но её тело будто приросло к стулу, и проницательный взгляд Римуса, в котором читалось, что ему правда интересно узнать о ней, гипнотизировал, и она не ушла. Не смогла пересилить свои установки и осталась сидеть на месте, отвечая на вопрос Люпина. Долго ли она разговаривала с ним или, наоборот, прошло лишь пару минут, как из-за стеллажей появились другие гриффиндорцы, громко смеясь и направляясь к ним. Как только Линда поняла, что Сириус Блэк в компании своих друзей смотрит в её сторону, в голове она выстроила ментальный щит, пряча все свои эмоции в закрома сознания. Потому что никогда никому и ни при каких условиях нельзя доверять, даже самому себе. Особенно ему. Только лицо этого напыщенного Блэка могло привести её не в ярость, но в крайнее раздражение точно. Линда сто раз пожалела, что посмела сжалится над ним и отправить то печенье. Потому что этот высокомерный мальчишка был отвратителен. В течении этого учебного года стольких розыгрышей Хогвартс никогда не видел. Навозные бомбы под столами слизеринцев, непонятные чары смена цвета волос, под которые Принц тоже попала, Дурманящая настойка в кубках учеников. Так ещё и постоянные драки с учениками Слизерина, которые были больше похожи не на дуэли, а на обычный мордобой. А это только за первый семестр! Линду приводило в ужас от того, что возможный зачинщик всего этого может стать её мужем. ― Здаров! ― воскликнул мальчик в очках, помахав Линде, та лишь выгнула бровь, ― Рим, мы же на улицу собирались, ты уже на пятнадцать минут опоздал. ― Уже на шестнадцать, ― поддакнул Блэк, ухмыляясь. ― Ох, простите, сейчас я соберусь, ― затараторил Люпин, кидая вещи в свою сумку. ― Не волнуйся, твои книги я уберу, ― неожиданно для самой себя сказала Линда, ― Было приятно познакомится. ― Взаимно. До встречи? ― До встречи. Компания первокурсников убежала, лишь Блэк в конце кинул уничтожающий взгляд на девочку, который так и говорил «не смей попадаться мне на глаза». Но Линда лишь вздохнула, снимая щиты. Складывая книги в стопку, в глаза пробежали по названиям на обложках. «Оборотни и Вампиры. Вражда на генетическом уровне», «Почему оборотням нет места в цивилизованном мире», «Ликантропия ― истоки болезни». Принц взглянула на то место, где мгновение назад сидел Римус Люпин. К чему этому первогодке читать такие книги?

***

Сириуса в дрожь от злости бросало, пока они шли по заснеженной улице ― даже холодрыга не могла остудить его пыл. Эта Принц у него поперёк горла уже стоит. У него появлялось ощущение, что она что-то вынюхивает. Пару дней назад она попыталась поговорить с Петтигрю, но тот так смутился, что и слова не проронил. Да и этот безэмоциональный взгляд, от которого кровь в жилах стыла. Эта Линда Принц сплошная заноза в заднице! ― Про что ты с этой дурой говорил? Римус одарил его уничтожающим взглядом, но тут же вздохнул. Видимо, привык к характеру Блэка. ― Просто не о чём. Если ты думаешь, что она вынюхивала про тебя, ты ошибаешься. За всё время она ни разу твоего имени даже не упоминала. И она не дура. ― Так может тогда ты пойдешь к свое не дуре, раз она лучше нас? ― тут же вспылил Блэк, но Люпин остался непоколебим. ― Ты воспринимаешь всё в штыки, Сириус. То, что я сказал, что Линда не плохая, не значит, что вы плохие. Я не знаю, что случилось между вами, но она точно не такая «ледяная» и «ужасная», как ты говорил. Давай просто забудем этот разговор и наконец-то поиграем в снежки, как и договаривались. ― Э-ге-гей, смотрите на Питера! Сириус перевёл взгляд сначала на весёлого Поттера, а потом на Петтигрю, в тот же миг расхохотавшись. Пока они с Римусом общались, Джеймс успел залепить снегом другого мальчишку, превратив его в подобие снеговика. Не ожидая, пока другие разыграться, Сириус загрёб руками снег, лепя снежок, и с криком кидаясь на очкастого. Об этой Принц он подумает потом, а сейчас главное выиграть бой.

***

Зима пролетела очень быстро, и вот уже землю пригревают лучи солнца, а тёплые мантии сменяются на обычные, без шерстяной подкладки. Экзамены нещадно приближались к студентам, заставляя их засиживаться допоздна за книгами и рефератами, в панике досдавая долги. Шагая по мягкой зелёной траве, Линда подтягивала лямку сумки поудобней. Она знала, что экзамены сдаст на «превосходно» ― другого исхода и быть не может. Потому что Линда Принц лучшая ученица на потоке, и она правда старалась для этого ― не спала ночами, выискивая интересный материал, отвечала на все вопросы учителей и даже помогала грязнокровкам в домашнем задании. Поэтому сегодня Линда решила устроить себе небольшую прогулку по окрестностям, так как погода к этому располагала. Тем более она хотела побыть одна. Со стуками каблуков по коридору до неё стали доноситься чьи-то крики вперемешку с ругательствами. Линда остановилась, пытаясь разобрать голоса или хотя бы слова кричащих, тихо идя к тому коридору. Остановившись на повороте, девочка аккуратно высунула голову. Там оказался Сириус Блэк в компании своего друга в очках ― вроде это был Поттер, то ли Джек, то ли Джон. Мальчишки, стоя к ней спиной, возвышались над другим пареньком с длинными сальными волосами и потрёпанной мантией. Его Линда тоже узнала — это был Северус Снегг, первокурсник со Слизерина, к которому был очень благосклонен Люциус Малфой. А также этот черноволосый замухрышка был в её списке «Принца-полукровки», который благополучно застопорился на двух лицах ― Питере Петтигрю и Северусе Снегге. И, честно говоря, Линда надеялась, что её кузеном окажется не Петтигрю ― он больше походил на крысу, чем на Наследника Рода Принц. ― Ну что, Нюниус, ты теперь не такой храбрый, как когда в спину МакДональд кричал? ― крикнул друг Блэка, поигрывая палочкой. ― Тебе бы язык по-хорошему с мылом вымыть, Нюнчик, раз такую дрянь говоришь. ― Да пшли вы, подлые гриффиндурки… ― Это кто из нас ещё подлый, а, Нюниус! Блэк вместе с Поттером вскинули палочками, проговорив «Эскуро». Вмиг у Снегга из ушей и рта полезла розовая мыльная пена, которую он стал отхаркивать. По силуэтам двух мальчишек было понятно, что это лишь капля в море, ведь с кончиков их палочек так и сыпались искры. Перед глазами Линды появился тот бельчонок с поломанной лапкой. Сжав древко акации, Принц попыталась задавить здравый смысл на корню. Ей нельзя нападать на чистокровных. Ей нельзя нападать на Блэка. Это неправильно. ― Петрификус Тоталус! Петрификус Тоталус! Руки двоих мальчишек приклеились по швам, и они упали навзничь, точно брёвна. Палочка предательски дрожала, Линда быстрым шагом подошла к Снеггу. Тот вскинул чёрные, как два глубоких туннеля, глаза, наполненные злобой. Мальчик подскочил, хватая сумку с заплатками и, развернувшись, убежал, не сказав ни слова. Раздавался только стук каблуков в длинном высоком каменном коридоре замка. Позади послышалось злое мыканье, Линда обернулась. Блэк вместе с Поттером что-то пытались ей сказать сквозь закрытые рты, а в их глазах так и летали молнии. Проглотив ком в горле, Принц собиралась уже расколдовать их, но заметила на полу что-то. Потрёпанная книжка по зельеварению за первый курс. Подняв её, она открыла и оторопела. Секунду она смотрела на её страницы, как с хлопком захлопнула и развернувшись убежала за Снеггом, по дороге взмахом акации сняв чары с гриффиндорцев.

***

Снегг ненавидел её. Ненавидел всей своей детской ненавистью. Ненавидел сильнее, чем соседских детей, которые любили поиздеваться над бедным замухрышкой; ненавидел сильнее, чем этого идиота Поттера с его дружками; ненавидел сильнее, чем отца пьяницу, который любил поднять руку на ребёнка и свою жену, которые не могли защитится от сильного мужчины. Потому что эта девчонка жила той жизнью, которая могла быть у него. У неё было уважение, деньги и дом без протекающей крыши. А он не всегда мог себе позволить покушать дома, потому что у них не было денег на это. Это было нечестно. Поэтому Северус просто решил игнорировать существование Принц. Будто она пустое место. И это хорошо ему удавалось, всё же они учатся не на одном курсе и не на одном факультете. Что же могло пойти не так? Но вот он сидит напротив этой девчонки в заброшенном классе, и она протягивает ему его учебник по зельеварению. Она всё прекрасно знает и молчит, изучая его своими пустыми, холодными глазами. Северус попытался проникнуть в её сознание, но её блоки были без единой осечки. Точнее блок был относительно простой, но казалось, что в её голове было в разы больше всего, от чего Северус чуть ли не утонул в её сознании. ― Мне не нужна была твоя помощь, ― прошипел Снегг, метая глазами молнии, ― Я и сам прекрасно справился бы с этими гриффиндурками. ― Я не сомневаюсь, ― сказала она, не выдав ни единой эмоции, ― Но у меня есть к тебе предложение. ― Не интересует ― отчеканил Северус, кидая рукой в сторону двери, ― А теперь проваливай. ― С такими отвратительными манерами ты высот не достигнешь, ― проговорила Принц, всё так же сидя напротив него, ― Я за тобой давно наблюдаю и вижу, чего ты добиваешься. ― И чего же? ― Ты пытаешься получить уважение однокурсников со Слизерина, но все твои попытки не увенчаются успехом. Ты всегда за столом сидишь один и общаешься только с рыжеволосой гриффиндоркой Лили Эванс. Но ты презираешь всех маглов и грязнокровок, так что это для меня загадка, с чего вдруг ты выбрал эту девушку в свой круг общения. Так же к тебе благосклонен Люциус Малфой, чему ты очень рад. Ты сам из Коукворта, жил в Паучьем тупике вместе с Эйлин Принц и Тобиасом Снеггом, пьяницей и уродом во всей пониманиях этого слова. Над тобой издевались, и лишь Эванс хорошо к тебе относилась… ― Хватит! ― воскликнул Северус, подскакивая с места, ― Чего ты от меня хочешь?! Посмеяться? Молодец, ты прям Шерлок Холмс, ты узнала всё что нужно. А теперь пошла вон! Вон! Девочка лишь немигающим взглядом уставилась на него, пока грудь Северуса вздымалась от негодования. Он не понимал, чего добивается Принц. И каким образом она всё это узнала? Но Линда Принц не сдвинулась с места, ровным голосом говоря. ― Я хочу предложить тебе сделку, Северус Снегг. Прошу, успокойся и выслушай меня. Ему было гадко от этого взгляда, тона, манер. Казалось, что сколько бы он не кричал, не плевался ядом, Принц было просто-напросто неинтересно. Как горохом об стенку. И несмотря на противоречивые чувства, это вызывало восхищение. Потому Северус сел обратно на стул, сложив руки домиком. Да, любопытство его в могилу сведёт. ― Лорд Принц и Леди Принц знают о тебе, ― начала Принц ровным, ничего не выражающим голосом, ― И они заинтересованы в твоём включении в Род Принцев. Так как Леди Принц не сможет больше забеременеть, а я являюсь единственной законной наследницей, Род Принцев может оборваться. Северус промолчал, но в его глазах вспыхнула надежда. И Принц это заметила. ― Моё предложение таково. Я обучаю тебя манерам, этикету, танцам и родословным чистокровных волшебников. Ты вступаешь в Род Принцев на правах полноправного наследника. ― И какая тебе от этого выгода? Принц выгнула бровь, но в глазах не появилось ни единой эмоции. ― Выгода? Я обеспечу свой Род настоящим наследником, который не ударит лицом в грязь и принесёт почёт. Северус вздохнул, не зная, что и думать. Это предложение было идеальным ― у него появятся деньги, уважение и статус. Да о таком и мечтать не следовало! ― Ты можешь сейчас не соглашаться, ― проговорила Принц, ― Но пока я советую тебе вот что. Сдружись со всеми чистокровными и уважаемыми людьми на Слизерина, пока Люциус Малфой не выпустился из школы. Пока у тебя есть его благосклонность, слизеринцы тебя трогать не будут. Но как только он сдаст ЖАБА, тебя никто защитить не сможет. Я отправлю тебе книгу по родословным школьной совой, выучи её на зубок. До встречи. Девочка встала, отряхнув мантию и развернувшись, стуча каблуками, ушла из кабинета, оставив Северуса одного. Он не дал ей своего согласия. Но Линда Принц ему ничего не предлагала, это был приказ. Это будет преступление отказаться от такого шанса на нормальную жизнь.

***

Как только он разлепил глаза, по телу пробежалась очередная судорога, от которой Римус Люпин взвыл. Он никогда не привыкнет к полнолуниям. Лучи солнца, просачивающиеся через полупрозрачную белую ширму, резали глаза, а каждый вдох вдалбливал кол в легкие. Запястье неприятно пекло, будто к нему пару минут назад приложили раскалённый уголёк. Каждую без исключения мышцу ломило, желудок неприятно скрутился в тугой узел, животный голод поглощал его изнутри. В нос ударил запах еды, Римус повернул голову направо и оторопел. Линда сидела на стуле возле него, читая очередную книгу. Рядом с ней на тумбочке лежала тарелка из Большого зала с горой бутербродов. Заметив, что он проснулся, Линда без лишних слов пододвинула ему тарелку и продолжила чтения. Не имея другого выбора, Римус взял первый попавшийся бутерброд с ветчиной и, сев поудобнее, приступил к долгожданному завтраку. Римус не знал, как относиться к Линде Принц. Сириус постоянно твердил, что она зазнавшаяся аристократка с такими же отвратительными взглядами на людей как у его родителей. Что она безэмоциональная и больше не похожа на живого человека, к тому же круглая дура. Но Сириус часто преувеличивал, так что Римус смотрел на Принц чуть по-другому. К тому же, ликантропия, кроме ужасного перевоплощение в полнолуние, смогла принести прекрасное понимание эмоций других. И эмоции как раз у Принц были странные. Римус просто не понимал её. С одной стороны, он чувствует, что это невероятный души добрая особа, не несущая ничего опасного. А также Линда постоянно грустная, при нём она будто мечется из стороны в сторону, не знаю, как себя вести. Но это не самое главное. Её эмоции словно находятся под большим стеклянным куполом, Римус мог понять, что там, но в полную силу ощутить не мог. Словно Линда Принц выставляет вперёд очень проработанную маску, а внутри остаётся сама. Как ни странно, Римусу было жаль Принц, хотя точной причины этой жалости у него не было. ― Сегодня ночью было красивое полнолуние, ― сказала Линда, не отвлекаясь от книги. До мальчика не сразу дошёл смысл сказанных слов. Сердце резко упало вниз, все краски вмиг сошли с лица, а пальцы сжали бутерброд, пытаясь унять дрожь. Люпин медленно повернулся и его глаза упали на название книги. «Ликантропия ― истоки болезни». Девочка даже не смотрела на него, от чего в глазах Римуса защипало. Ну вот, сейчас все узнает его ужасный секрет. К горлу подкатил огромный ком, он открывал рот словно рыба, выброшенная на сушу. Но как только Римус собирался попросить не рассказывать его секрет, Линда начала говорить: ― Как ты думаешь, что чувствует оборотень во время перевоплощения? Римуса будто громом поразило. Он немигающим взглядом уставился на Принц, но та даже бровью не пошевелила. Хоть и после полнолуния его чувство других чуть-чуть притупилось, Люпин в полную силу чувствовал, как Принц волнуется. Как при их первой встрече в библиотеке. Сглотнув, мальчик опустил взгляд на недоеденный бутерброд и тихо проговорил: ― Думаю, как будто у них все кости ломаются и срастаются в тот же момент воедино. А боль такая сильная, что по-хорошему лучше бы они потеряли сознания, но тело не позволяет им это сделать. И после оборотни просыпаются, не понимая, что произошло за ночь, боясь, что увидят чужое тело в ногах. Он чувствовал, как Линда напряглась, слышал, как её пальцы сжали страницы книги. Но она ничего не сказала лишь молча кивнув. ― И нет никаких средств чтобы облегчить превращение? ― спросила она, мальчик отрицательно помахал головой. Встав со своего места, девочка пододвинула к Римусу поближе кубок с тыквенным соком и встав недалеко сказала: ― Я скажу мадам Помфи, чтобы она обработала твои ожоги из-за моего кольца, ― Принц показала руку, на указательном пальце которого был перстень из серебра и голубого камня, ― Буду рада видеть тебя в библиотеке, Римус. Выздоравливай. И, оставив книгу на прикроватной тумбочке, она сдержано улыбнулась и ушла к мадам Помфри. Люпин непонимающе глядел на то место, где мгновение назад сидела Принц и еле мог сдержать рвущиеся слёзы. Потому что, несмотря на ликантропию, его приняли. И может, чуть ли не впервые в жизни, у него появился человек, который не боится его, зная его истинную сущность.