Птичья клетка на двоих

Алый поезд рассекал метель, несясь на встречу к Лондону. Окна покрылись рисунками инея, а в купе то тут, то там, звучали Согревающие чары. Запах приближающегося Рождества витал среди студентов, вызывая улыбку на лицах. Чемоданы лежали на верхних полках, где покоились подарки для родных, друзей и просто важный особ в жизни. А сами дети хомячили сладкое, уже предвкушая двухнедельное веселье. Да вот только это веселье лишь на мгновение коснулось Сириуса Блэка. Проснувшись, парень подумал, что умер. Голова трещала, в горле ― пустыня, а в глазах чёрные пятна. Хорошо, что Поттер не решился звать мадам Помфи и позвал старшего студента, которого уважал даже побольше чем профессоров ― Оскара Вуда, капитана гриффиндорской команды по квиддичу. Парень тут же принёс противопохмельное зелье из своего личного запаса. Сириусу стало чуток лучше, но воспоминания Рождественского бала были лишь вспышками. Танцы с Алисой, хмурый Поттер, Саймон на сцене, хихикающая Марлин, Чёрное озеро, вкус лимонада на губах МакКинонн. А вот у Джеймса прошёл бал более плодотворно. Сейчас, парень, скрипя зубами, рассказывал о подслушанном разговоре Нюниуса со слизеринцами, где он во всю поливал помоями Эванс, на вопрос Мальсибера о паре Снегга. К слову, сейчас лицо сальноволосого было покрыто чудовищными фурункулами, да и не только лицо. Сириус слушал в пол-уха, пытаясь хоть как-то разобраться в себе. Марлин классная девчонка, спору нет. С ней интересно, она обожает квиддич. Она красивая, многие парни за ней хвостиком бегают. И ей нравится Сириус. А может, она даже любит его. Блэка передёргивало от этого. Нет, конечно, Марлин ему симпатична, с ней бывает интересно, но не больше. Сириус вообще собирался оставаться холостяком до конца дней, как дядя Альфард. Но кто сказал, что после одного поцелуя стоит планировать свадьбу и имена детей? Поезд мучительно медленно остановился возле платформы, дети вскочили со своих мест, хватая чемоданы. Протиснувшись между студентов, Сириус с Джеймсом распрощались с Римусом и Питером, и взяв поклажу, отправились искать миссис и мистера Поттера. С семьей Поттеров Блэк познакомился ещё летом. Неизвестно как, но после обряда, Альфард смог уговорить его дрожащую матушку отправить его к друзьям на оставшийся месяц, да и семью Джеймса преподнёс в самом лучшем виде ― чистокровные, связь с Блэками, а единственный маглорождёный волшебник лишь в пятом колене, за что можно закрыть глаза на «предательство крови». Всё же, Вальбурга сжалилась над старшим сыном, хотя, скорее всего она опять не хотела позорится перед знатью. Сириус смог подслушать, что Леди и Лорд Блэк собираются проводить какое-то важное мероприятие, где будет присутствовать Лорд Волан-де-морт. Это имя часто слышалось в стенах дома на улице Гриммо, но детям никто не хотел разъяснять детали, особенно Сириусу. Но о Поттерах. Джеймс был единственным ребёнком в семье, у него не было ни сестёр, ни братьев, ни бабушек, ни дедушек. Как рассказал сам парень, родители его отцам умерли от какого-то страшного проклятья, когда Флимонту Поттеру было всего двадцать. Родители Юфиммии во времена буйства Грин-де-вальда пропали безвести, скорее всего, их убили за слишком промагловские взгляды. Сами же Флимонт и Юфиммия были не старше чем мать Сириуса, и ребёнка они ждали очень долго. Потому Поттер вырос таким разбалованным и неугомонным. Флимонт собой представлял полную копию Джеймса. Тёмные волосы с едва заметными седыми прядями, аккуратная щетина, ровный нос и карие глаза с огоньком. Это был честный и уверенный начальник Мракоборческого центра, со стальной хваткой и острым языком, но всё же, озорным нравом, словно у подростка. Юфиммия же была очень красивой женщиной с едва заметными морщинами в уголках глаз. Вьющиеся каштановые волосы, добрая улыбка, мягкая кожа, и карие с желтыми крапинками глаза. Казалось, миссис Поттер была наглядным словом «мама». Родители Джеймса приняли Сириуса с распростёртыми объятиями и относились как ко второму сыну. ―Ей, Эванс! ― воскликнул неожиданно Джеймс, вырывая Сириуса из раздумий, ― Я буду тебе писать, будь готова! Рыжеволосая, стоявшая вместе с родителями и какой-то блондинкой с кислой миной, покрылась алыми пятнами с ног до головы и зло крикнула: ―Слава Богу! А то я думала, что всю зиму будет нечем камин топить. Блэк, не ожидавший таких слов от заучки, громкоголосо рассмеялся аж до слёз. Поттер скорчил обиженное личико, но тут же подхватил настроение друга. Родители Эванс переглянулись, мужчина покачал головой, глядя на дочь. ―Что-ж, для такого великого дела, я тоже буду писать тебе, Цветочек, ― усмехнулся Сириус, проходя мимо Эванс. ― Счастливого Рождества! ―Я что, только что познакомился с будущим зятем? ― смеясь спросил мистер Эванс. ―Папа! Друзья вновь разразились хохотом, пока позади слышались разъярённые тирады заучки-Эванс. Вытирая слёзы, они наконец-то нашли мистера и миссис Поттер. Юфиммия поочерёдно обняла парней, поправляя на них мантии. ―Сынок, ты выглядишь чересчур довольным, ― заметил мистер Поттер, ― Так, признавайся, что ты опять натворил? ―Как вы могли такое подумать? ― драматично воскликнул Джеймс, от чего Сириус прыснул в кулак. ―Монти, поговоришь с детьми уже дома, я уже просто окоченела на этом морозе, ― проговорила миссис Поттер, пряча пальцы в карманы, ― Трансгрессируем уже на магловской части вокзала, хорошо? Парни кивнули и встали в очередь на выход между платформами.

***

В кабинете директора было светло, различные артефакты щёлкали, звенели, вертелись, искрились и светились, от чего Линда не смогла отказать себе в удовольствие и рассмотреть некоторые экземпляры. Часы давно перешагнули десять часов, но Альфард так и не появился. Директор сказал, что ученица вполне может не возвращаться в башню и остаться в его кабинете. Сейчас Дамблдор, откинув седую бороду на плечо, писал какой-то отчёт, иногда поглядывая на Принц голубыми глаза из-под очков половинок. Линде даже показалось, что старик попытался заглянуть в её сознание, но отточенные блоки не дали ему ничего важного. Алкаид с интересом смотрел на птенчика феникса в пепле, непонимающе крича и переводя взгляд на хозяйку. Пару мгновений назад он летал на пару с Фоуксом под потолком, а теперь его новообретённый друг даже глазок разлепить не мог. В голове крутились различные мысли, но Линда не могла нормально ухватится не за одну из них. Губы Дамокла горели на устах, а запах апельсинов с пергаментом тут же всплывал в сознании только при мысли об этом. До этого Принц терпеть не могла традицию целоваться под омелой, но сейчас она поменяла своё мнение в абсолютно противоположную сторону. Но это ещё не всё. Уезжая, Пандора непрозрачно намекнула на тубус, припадавший пылью. Линда собиралась его оставить в Хогвартсе, но всё же, после уговоров Лестрейндж, решила взять с собой. Может, получится «случайно» его оставить на острове Шиллай? Чертежи отвлекали от занятий, как бельмо на глазу. Сколько бы Принц не пыталась сосредоточится на словнике и книге на французском языке, глаза сами, вместо строчек, находили тубус, от чего у Линды руки чесались от злости. Сдалась ей эта артефакторика! Она может быть лучшей в другом деле, к примеру, в чарах, или зельях, или в манерах, или в языках, или… ―Мисс Принц, вас что-то беспокоит? ― спросил директор, отвлекаясь от пергамента. Линда и не заметила, как размышляя, стала тарабанить пальцами по злосчастному тубусу на коленях. Девушка тут же смутилась, опуская голову. Дамблдор улыбнулся, протягивая руку, увешанную кольцами, к тубусу. Принц вздохнула, отдавая чертежи профессору. Мужчина расстелил пергаменты на письменном столе, с интересом изучая их. На вопросы девушка сначала отвечала сухо, но с каждым словом распылялась, и вот она с огнём в глазах рассказывает о своём личном футарке и о цепочке, в которой она видела целых пять тысяч и три десятка символов. ―Мисс Принц, я в который раз убеждаюсь, что впереди вас ждёт великое будущее, ― улыбнулся Дамблдор, Линда тут же расстроилась, понимая, что опять забылась. ― Но я не могу понять одного ― почему вы решили отказаться от проекта? ―Профессор, не сочтите за грубость, но какой из меня артефактор? ― вздохнула Линда. ― Лучше оставить это дело другим, а самой заняться обустройством будущего дома. ―Вы имели в виду, что оставить это дело мужчинам, ― поправил директор, ― Ведь женское дело — это быть хранительницей очага, а мужское ― быть охотником, защищать семью. ―Да, сэр. Мужчина краем рта улыбнулся, и протерев очки-половинки, спросил. ―И кто же вам сказал это, мисс Принц? Линда стала загибать пальцы. ―Лорд Принц, Леди Принц, мистер фон Вальбери, мистер Гетте, мистер Фанкорт, мистер Мамбллер… ―То есть большинство знакомых вам взрослых мужчин с высоким чином? ― переспросил профессор, Линда кивнула. ― Смею предположить, что громче всех кричал мистер Мамбллер, не прав ли я? Принц опять молча кивнула, директор улыбнулся. ―Когда-то давно, когда я не имел ещё такой длинной бороды с колокольчиками, я был профессором Трансфигурации и обучал его этой науке. Уилльям Мамбллер не был выдающимся учеником, и не только на моём предмете. Он с трудом сдал СОВ и ЖАБА, и смог устроится сначала зам, а потом и главой Отдела артефактов в Отделе Тайн. Сам мистер Мамбллер любит говорить, что он добился таких высот благодаря деловой хватке, но, скажу вам по секрету, его отец был не последним человеком и смог протолкнуть сына на вершины, ― Дамблдор многозначительно посмотрел на Принц, и продолжил. ― К тому же, за всю свою жизнь мистер Мамбллер никогда не выставлял свои собственные изобретения, лишь действуя по ранее написанной методичке. И несмотря на это, он очень полюбил судить молодых учёных, раздавая всем советы как надо, и как не надо делать, хотя сам не знает этого. И как я вижу по статьям в «Артефакты сегодня» вы, мисс Принц, стали главным его объектом для высказываний. Линда опустила голову, вся сжимаясь. Это была чистейшая правда, мистер Мамбллер часто выставлял статьи с её участием и большинство из них Принц бы предпочла вообще не видеть. Как оказалось, глава отдела мог писать даже более обидные слова, чем говорить в лицо. Мужчина постоянно сомневался в умственных способностях Линды, любил перемыть кости Альфарду, а также ещё раз сказать, что Принц переоценённая бездарность. ―Но почему он это делает? ―Такими людьми движет страх, ― задумчиво проговорил Дамблдор, поглаживая свою бороду. ― Мистеру Мамбллеру страшно, что такие люди как вы, мисс Принц, добьются успеха. Ведь в таком случае, Министерству не потребуются такие серые массы как сам Уилльям Мамбллер. Ему будет проще втаптывать вас в грязь, смеяться над вашим умом, считая слабой. И если вы согласны с его словами, то видимо, вы именно такая, мисс Принц. Из мраморного камина посыпались изумрудные искры, из облака зелёного пламени вышел Альфард. Выглядел не лучше, чем в начале года, казалось, даже хуже. Болезненность вместе со страхом читалась на лице, но как только серые глаза наткнулись на Линду, Блэк улыбнулся. ―Вот ваш делюминатор, мистер Дамблдор, ― проговорил Альфард, протягивая алую бархатную шкатулку, ― Не думаете патентовать изобретение? ―Некоторые тайны я хочу унести в свою могилу, мистер Блэк, ― улыбнулся директор, взмахом палочки возвращая чертежи Линды в тубус. ― Счастливого Рождества вам, мисс Принц, и не забывайте ― не всякая правда — это ложь, и не всякая ложь — это правда, пока не доказано обратное. Принц кивнула, отдавая поклажу Альфарду. Как оказалось, её мысли могут быть ещё более спутанными, чем мгновение ранее.

***

―Дорогой, вставай. Сириус перевернулся на другой бок, причмокивая губами и укутываясь в тёплое одеяло. Сверху послышался женский хохот, уговоры кого-то встать, но Блэк уже проваливался в сон. Вчерашний день был самым крутым из всех возможных. Миссис Поттер наготовила кучу разных яств, Сириус с Джеймсом украсили ёлку, благополучно разбив несколько шаров и наверх дерева посадив замороженную докси, которые развелись в домике садовника дома Поттеров. Мистер Поттер до тёмной ночи рассказывал байки из жизни, что очень объясняло характер лучшего друга. Сириус с Джеймсом даже успели поиграть в огромных сугробах Годриковой впадины, в бою, кстати, победил Блэк. Что-то грохнулось на Блэка, прижимая к кровати. Ругнувшись, Сириус увидел довольное лицо Поттера, пока тот хохотал до коликов в животе. ―Мерлин, ты бы видел свою рожу, Сири! ― воскликнул Джеймс, пока Блэк потирал ушибленный бок. ―Твои шутки такие же плоские как твой ум, дружище, ― показав язык, Сириус ногами столкнул парня с кровати, которую трансфигурировал мистер Поттер ещё до их приезда. ―Лучше бы тебе заткнутся и встать, а то мама уже начала угрожать, что окатит нас ледяной водой, а потом выставит на улицу, ― проговорил Джеймс, переодеваясь. ― Тем более я видел огромную коробку под ёлкой… Блэк никогда так быстро не одевался. Сбежав по лестнице за Поттером, они наткнулись на собирающегося мистера Поттера и волнующуюся миссис Поттер. Сириус остановился позади, чувствуя себя лишним. ―Пап, ты куда? Сегодня же Рождество… ―Знаю, Джейми, знаю, ― вздохнул Флимонт, надевая шляпу-котелок на голову. ― Но меня вызывают на работу… ―Прошу, Монти, не смей лезть на рожон, ― попросила, хотя можно сказать, что даже приказала, Юфиммия, поправляя складки на мантии мужа. ― А то ты меня знаешь… Поцеловав мистера Поттера, миссис Поттер унеслась на кухню, доготавливать завтрак парням. Флимонт с улыбкой провёл жену взглядом, и когда она скрылась, повернулся к Джеймсу с Сириусом, и как можно серьёзней проговорил. ―Я знаю, что скорей всего, вы меня ослушайтесь, но постарайтесь не выходить из дома, разве что, только в сад, ― младший Поттер открыл рот запротестовать, но отец его перебил. — Это очень серьёзно, Джеймс. Даже серьёзнее, чем ты думаешь. И даже чем думали взрослые, в том числе, я. Сириус нахмурился, слушая мистера Поттера. Он всего пару раз видел его в таком расположении духа ― когда его подчинённый потерял глаз в бою, и иногда глубокой ночью, когда мужчина сидел со стаканом огневиски в темноте в гостиной. Флимонт Поттер взял с тумбочки, стоявшей в коридоре, свёрнутую газету, и протянул парня, говоря: ―Мия не хотела, чтобы вы это читали, а тем более, видели, но я думаю, это важно. Вы уже не дети, а если ими ещё остались, то это не на долго. Джеймс, постарайся не слишком нервировать маму, ей и так пришлось выпить успокаивающий бальзам. Сириус, проследи за Джеймсом. Я на вас надеюсь, парни. Поочерёдно хлопнув мальчиков по плечу, мистер Поттер вышел из дома, трансгрессируя. Миссис Поттер позвала их завтракать, Сириус взбежал наверх, пряча газету в чемодан. Почему мистер и миссис Поттер словно на иголках? Почему миссис Поттер выпила успокаивающий бальзам? Зачем мистера Поттера вызвали в Рождество на работу? Столько вопросов, что хотелось глазами впиться в эту газету, но миссис Поттер стала звать на завтрак более настойчиво. Так что, хлопнув чемоданом, Сириус забежал в столовую, усаживаясь за деревянный стул возле Джеймса. ―Джейми, ты же сам говоришь без остановки о квиддиче! Какой торт на завтрак? ― удивилась Юфиммия, хлопоча на кухне. Джеймс нахмурился, но тут же улыбнулся, засовывая яичницу себе в рот. Сириус присоединился к завтраку, кидая обеспокоенный взгляд то на друга, то на его маму. У Поттеров была домовушка, Петти, но миссис Поттер любила готовить, потому эльфу оставалось лишь следить за порядком в доме, оставив кухню на хозяйку. Но сегодня у Юфиммии Поттер всё валилось из рук, она то и дело проговаривала «Репаро», собирая осколки тарелок и кружек. Джеймс тоже заметил нервозность мамы, и доев вторую порцию, спросил: ―Мам, может тебе стоит отдохнуть? ―Да, наверное, стоит, ― вздохнула миссис Поттер. ― Пойду, посплю пару часов. Пожалуйста, не разнесите дом без моего ведома. Потрепав парней по волосам, женщина ушла на второй этаж, крича напоследок: ―Я удивлена, что вы всё ещё не разорвали ёлку в гостиной. ―Подарки! ― хлопнув себя по лбам, воскликнули Блэк с Поттером, срываясь с места. Сверху послышался хохот, пока парни сев возле древа стали срывать упаковочную бумагу с рождественских подарков. От Джеймса Сириусу достался набор фейерверков, от Римуса «Сказки братьев Гримм», видимо, оборотень запомнил, как Блэк был ошарашен настоящей историей Золушки. А волшебники ещё называют простецов беспомощными! От Питера пришла коробка сладостей, от дяди пара джинсовых штанов, которые Блэк тут же напялил на себя. От мистера и миссис Поттер новенькие спортивные очки и пара перчаток, от которых так и пахло кожей. А от Марлин… а от Марлин открытка с наилучшими пожеланиями и словами, что подарок он получит в школе. Блэк быстро засунул её в карман, подальше от глаз Поттера, который радовался новенькому «Чистомёту» от родителей и набору для уходя за метлой. ―Надо её опробовать! ― воскликнул Джеймс, гладя рукой древко метлы. ―Поттер, не хочу показаться Эванс, но, насколько память меня не подводит, твой отец попросил нас не лазить по улице, ― прошептал Блэк, боясь, что миссис Поттер может это услышать. ―Я, конечно, идиот, но не настолько, ― улыбнулся Поттер, ― Но, если мы останемся дома, мама точно заподозрит неладное. А поле для квиддича за нашим садом, так что я, по сути, не нарушаю слова папы. Блэк кивнул, и накинув на себя шапки и тёплые мантии, парни вылетели на промёрзлую улицу, и скрипя снегом под ногами, понеслись через сад к полю.

***

Линда ни на мгновение не пожалела о решение съездить к Альфарду. Преддверье Рождества они провели на улице, строя снеговиков, играя в снежки и делая снежных ангелов, а вечером ели, испечённые Черёмухой, домовиком Альфарда, пряники. Выросший Желток ни на шаг не отходил от них, постоянно требуя внимания, и даже решил поспать вместе с Линдой в кровати. Встав поздно, Принц вместе со старшим Блэком успели разорвать все подарки. Альфарду пришло много писем и открыток, и он искренне обрадовался новой тёплой мантии с красными искрящимися снежинками на чёрной ткани, которую Линда заказала по специальному предложению одного портного. Желток бегал вокруг эли в новом ошейнике, а Алкаид летал под высоком потолком, дразня шишугу. Принц получила от Пандоры рассыпной чай с мандрагорой и эдельвейсом, от Ксенофилиуса большой ловец снов с перьями птицы-гром, феникса, а также парочку слив-цепелин, которые, по словам Лавгуда, приносят удачу. Линда пообещала сама себе, что обязательно повесит его над кроватью в Хогвартсе. От Джима пришла сказка Эрнста Теодора Амадея Гофмана «Щелкунчик и мышиный король», вместе с письмом, которое Принц решила прочитать уже вечером. От Дамокла ей досталась серия книг по древним артефактам лимитированной версии. А от Альфарда чёрная мантия, которая жила будто собственной жизнью, меняя формы и летая только по одному велению хозяина. Линда никогда не была из нерешительных людей. Да, были вещи, над которыми она готова была размышлять часами, но решения девушка принимала без сомнений. Но сейчас в голове, после слов директора, было столько мыслей, что Принц казалось, что она вот-вот лопнет от них, разорвавшись на маленькие кусочки. Линда всегда понимала материал уроков, но сейчас она не могла понять саму себя. Хотелось подойти к кому-то, попросить совета, узнать, что она должна делать, но у Принц не было столько умных взрослых и мудрых людей в жизни, чтобы такое спрашивать. Альфард Блэк, вчера услышав метание ученицы, спокойно ответил. ―Линда, я не вправе решать что-то за тебя. Но, если ты знаешь, что после твоего решения ты будешь сожалеть о нём, лучше выбери второй вариант. Я поддержу тебя в любом случае. Сейчас Блэк, сидя в кресле, с интересом рассматривал не движущиеся иллюстрации книжки Джима, попивая какао из кружки. Да вот что делать Линде, если оба варианта навеивают тоску и страх? За бессонную ночь Принц призналась себе, что артефакторика ― дело её жизни. Она не может просто взять, и бросить его. Слишком несчастна она без любимого дела, а всю жизнь себя отдёргивать от написания чертежей и выстраивания цепочек ― Принц просто сойдёт с ума! Но все вокруг только и делают, что твердят, что ей лучше отложить это (кроме Альфарда, конечно же), от чего руки сами собой опускаются. Но, ведь, если она и правда сдаётся, то это лишь обрадует таких как Уилльям Мамбллер, и докажет его слова, что она бездарность. Дура. Слабачка. Линда ненавидела быть слабой, просто терпеть не могла. И, как оказывается, ненавидела этих толстых, важных мужланов, которые смели об неё ноги вытирать. Но и действовать Принц не спешила. Всё же, её будущий брак никто не отменял, а это, несомненно, важный момент в жизни каждой аристократки, да и вообще, девушки. И их к этому готовят с рождения, уча этикету, манерам, Родам и родословным, танцам, языкам, и так далее. Линде всё больше казалось, что будущее, которое рисуется сейчас на основе её действий, ей не нравится. Представляя себя как Леди Блэк, с тугими корсетами, на каблуках, с маленьким ребёнком на руках и рядом с Лордом Блэком, Сириусом Блэком, Принц воротило. Когда она почувствовала любовь, ощутила взаимность, Линда не хотела провести остаток жизни с незнакомцем. Но что же ей делать? От судьбы нельзя уйти, но и смирено принять было выше сил девушки. Что-то сломалось в ней, треснуло, бесповоротно. Линда боялась. Боялась реакции Лорда Принц, если она обмолвится о нежелании выходить замуж. Потому что знала ― он её убьёт, даже ценой Наследника Блэков. Он чертовски страшен в гневе, Линда прекрасно знала и видела это. Её могут спокойно изгнать из Рода, и что ей делать потом? Ютится в Паучьем тупике с Северусом, у которых и так денег еле на еду хватает? С громким хлопком возле кресла Альфарда появился Черёмух, что-то обеспокоено шепча ему на ухо. Спокойное лицо Блэка сменилось, он тут же подскочил, но с схватившись за голову, осел обратно в кресло. Линда подбежала к нему, когда Альфард приказал: ―Черёмух, спрячь где-то мисс Принц, немедленно, и все вещи в гостиной, которые могут выдать её присутствие Тому. Принц не успела и слова сказать, когда домовик схватил её за руку. Грудную клетку сжало тисками, голова закружилась, когда они появились на кухне, неподалёку от самой гостиной. Черёмух вновь исчез, и появился с охапкой её подарков на Рождество, её уличной мантией, кружкой с какао и тапочками. Приставив длинный палец к губам, он поклонился, и трансгрессировал. Алкаид влетел на кухню, словно почуяв опасность, и сел на одной из тумб, не издав ни единого звука. За ним прибежал Желток, вжавшись в угол комнаты, скавча. Сжав древко палочки из акации, Линда прижалась к стене возле двери, прикрыв глаза. Кто бы ни был этот Том, если он найдёт её, она будет оборонятся. В том дневнике, где Принц и нашла то злополучное проклятье, которое ранило Аластора Грюма, было множество разных сглазов, проклятьев, порч и тёмной магии. И девушка точно не постесняется к ней прибегнуть для спасения собственной жизни. Она прикрыла глаза, прислушиваясь. В гостиной прозвучала вспышка пламени, тихие шаги и шелест ткани, скорее всего, мантии. А дальше голос ― холодный, с высока и с шипением, словно это не человек, а настоящая змея. ―Здравствуй, мой дорогой друг, ― прошелестел Том, Альфард ему ничего не ответил, ― Не обнимешь своего старого друга? В ответ ― молчание. Вновь медленные, размеренные тихие шаги, словно гость обходил гостиную. ―Что ты тут забыл, Том? ― стальным голосом спросил Блэк, ― Или в аристократичных кругах тебя не научили, что приходить без приглашения дурной тон? ―А твои родственники были рады моему приходу. Или ты уже не Блэк? ―Что тебе здесь нужно, Том? ―То же, что и прошлый раз, ― в голосе незнакомца послышалась улыбка, но Линду бил страх. ―Только через мой труп. ―Что ж, до этого момента не так уж далеко… ―Твоими молитвами, Том, твоими молитвами. Вновь молчание, но Принц кажется, что двое мужчин слышат, как колотится её сердце в грудной клетке. Рука с палочкой дрожит, но девушка пытается унять эту дрожь оклюменцией. ―Видел, твоя ученица добивается верхов, даже с Министерством работает… В её возрасте, это похвально. Знаешь, Альф, я ведь таким же был в её возрасте. Да и что таить ― она такая же как я. ―Нет, ― прошипел Альфард. ― Линда ― не ты, Том. Она не чудовище. Том рассмеялся, но этот смех не был добрым или весёлым. Казалось, что его смех режет стекло в окнах, раздирает сердце, заставляя тело сжиматься в страхе. ―Когда Министерство будет в моих руках, я обязательно возьму её в свои ряды. ―Этому не бывать, Том, я этого не допущу… ―Альф, ты слишком размяк после той поганой маглы. Ты думаешь, что составишь мне какую-то угрозу? Мерлин, не смеши меня… ―Не смей в это впутывать Люси! Она мертва только по твоей вине…! ―По моей? Нет, я лишь сделал тебе одолжение, Альф. Что бы сказал твой отец, узнав, что его любимый сыночек закрутил роман с этой… Мужчина замолчал, послышался шелест мантии. Вновь шаги, странный шёпот, с различными шыпениеми, который Принц не смогла различить. От понимания тело ударила новая волна страха. Парлсентанг. ―Как жаль, что нас прерывают, Альф. Мои коллеги смогли найти Леонарда Майнд, нужно срочно бежать к нему на встречу. Всего хорошего и Счастливых праздников. Вспышка пламени и утихающие потрескивание палений. Выйдя из своего укрытия, Линда ошарашено посмотрела на Альфарда. Мужчина, кряхтя, встал с кресла, и поманив бутылку огневиски с погреба, откупорил её, делая огромные глотки пойла. В голове Принц крутилось столько вопросов. Кто такой Том? Что ему нужно от Альфарда Блэка? Чем она схожа с змееустцем? Почему он отправился на встречу с её учителем легилименции, мистером Майнд? И кто такая Люси? ―Сядь, Линда, ― спокойно попросил мужчина, девушка осела на кресло. Сам Альфард встал возле окна. За ним всё окутала метель, очертания острова стёрлись, и остались лишь метания снежинок и рисунки на стекле. ―Учась в Хогвартсе я сдружился с невероятно умным, и амбициозным юношей, ― начал Альфард. ― Его идеи заражали людей вокруг, он был истинным лидером и моим лучшим другом. Мы вместе изучали Тёмную магию, расширяя её границы. Когда мы доучились седьмой курс, он предложил отправится вместе с ним в кругосветное путешествие, но я отказался. Но, эта идея мне понравилась, и через год, после того как я просидел над артефакторикой довольно долгое время, я взял вещи, и поехал во Францию. Потом в США, Мексику, Бразилию, Кению, Ливию, Японию, Китай, Корею, Советский Союз, а именно в Россию, Украину, Грузию, Польшу и Литву с Латвией. А потом, я оказался в Швейцарии, в Альпах. И тогда я познакомился с нею, Люси. Я, думаю, влюбился в неё с первого взгляда. Я несколько лет провёл бок о бок с ней, и это было лучшее время в моей жизни. И, конечно же, я списывался со своим другом, делясь с ним даже своей любовью. Когда моё кругосветное путешествие подходило к концу, я пообещал Люси, что я ещё обязательно к ней ещё приеду. Но этого не случилось. Когда я вернулся во второй раз в Альпы, местные рассказали, что Люси умерла. В закрытом доме, без никаких явных повреждений, без отравления, просто по щелчку пальца. Я сразу понял, кто стоял за её кончиной. Но Том уже был слишком силён, слишком неуязвим, что я испугался. И не смог отомстить, и просто закрылся на острове Шиллай, погряз в артефактах. Мужчина залпом выпил бутылку, опуская лицо в руку. Линда сидела пораженная громом, что настолько откровенное доверили ей. Встав со своего места, девушка подошла к Блэку, беря его за руку. Альфард сжал её, утирая рукавом мантии слёзы горя. ―Я всю жизнь жил как трус, ― всхлипнул мужчина. ― А потом не смог уберечь самое дорогое от чудовища. Я просто убийца… Бутылка со звоном выпала из ослабевшей руки Блэка. Мужчина осунулся, словно в один момент постарел на несколько десятков лет. Принц, сама того не понимая, обняла его, пытаясь этим жестом приглушить ту боль в учителе. Альфард сжал девушку в объятиях, пытаясь унять слёзы и горе. Линда сама стала тихо всхлипывать. ―Альфард, ты не один, ― тихо проговорила Принц. Девушка сама того не знала, почему атмосфера тянула её за язык. Может, потому что Блэк открыл перед ней секрет, тот груз, который он никому не показывал. ―Я ведь убила своего брата, ― выдохнула девушка, поджимая губы. ― Я иногда думаю, что, может, если бы на моём месте сейчас был он, то Лорд Принц смог бы его полюбить. Он наверняка больше заслуживал жить, чем я. ―Линда, послушай меня, ― мужчина взял её лицо в руки, глядя прямо в глаза. ― Любовь — это то, что дают безвозмездно. Это чувство появляется само, и заслужить его почти что невозможно. Любить, значит быть просто рядом. Просто так. Особенно родительская любовь. ―Как мы с тобой? Альфард грустно улыбнулся, вновь обнимая девушку. ―Да, как мы с тобой. Молча стоя возле окна, они оба друг друга успокаивали объятиями. Казалось, весь мир остановился на острове Шиллай, лишь мысли в головах этих двоих метались из стороны в сторону, бились в предсмертных конвульсиях. А потом умерли, оставляя пустоту и лишь тихое умиротворение. Слёзы на щеках давно высохли, оставляя лишь покраснения в глазах. Блэк присел на колени возле Принц, сжимая её руки своими. ―Линда, не бросай то, что любишь. Никогда, даже перед угрозой смерти. Потому что, когда это исчезнет, ты умрешь в этот же момент, потухнешь, а загореться вновь будет ой как не просто. И я говорю не только про людей. Принц кивнула, замолчав. Окончательно успокоившись, вместе с Альфардом она провела остаток дня, лишь время от времени выныривая из омута своих мыслей. Когда тёмная ночь окутала небосклон, Линда, накинув изумрудную мантию незнакомца, очутилась в мастерской. Касаясь подушечками пальцев инструментов, материалы, Принц прокручивала в голове слова Блэка и Дамблдора. Слишком много свалилось на неё. Вопросы по поводу Тома всё ещё были у девушки, но отошли на второй план, давая месту другому вопросу. Кто она? И Принц не знала ответа. Такой просто вопрос, а ответа у неё прост-напросто нет. ―О Магия, дай же мне знак, ― взмолилась Линда, поднимая голову к небу. ― Дай мне знак, что мне делать? В ответ ― шум прибоя и стук ветра по оконным рамам. Глупо, конечно же, это было глупо надеяться на волю случая. Девушка, оперившись на стол, сунула руки в карманы. Но в левом что-то оказалось, что-то прохладное и твёрдое. Вытащив наружу находку, Линда поднесла её на лунный свет, оторопев. Её херкимерский алмаз, основа для глазного-протеза, который она выкинула на опушке леса. Видимо Магия всё же дала ей знак что делать. Взмахом палочки, Принц зажгла факела. Поманив к себе материалы и мел, девушка стала выписывать свою рунную цепочку на пять тысяч и три десятка символов на доске. В мастерской закипела работа, когда Линда сделала шаг в неизвестность. И теперь пути назад ей нет.

***

«Побоище в Блэкпуле.

Рождественской ночью группировка волшебников под названием «Пожиратели» ворвались в дома жителей посёлка, убив маглов и маглорождёных волшебников, а также, устроив подрыв зданий. Работы всё ещё ведутся, пока, установлено 12 погибших, и 24 пораненных, но жертв может быть в разы больше. Не смотря на прошлое заявление Министра Магии Гарольда Минчума, про то, что Пожиратели являются ничем не больше, чем хулиганами, устраивающих разбои на улицах, сейчас Министерство призывает волшебников не выходить из домов и не сеять панику. «Министерство Магии стоит и будет стоять на охране своих граждан» ― заявила заступница Министра Магии Миллисент Багнольд, ― «И чтобы не думал о себе лорд Волан-де-морт, мы сможем дать ему отпор». Если вы, или ваши знакомые, имеете родственников в Блэкпуле, и они не выходили на связь более 24 часов, заполните заявку о вашей и их контактной информации, и отправьте в Почтовое Отделение Мракоборческого центра, чтобы помочь нашим мракоборцам опознать пострадавших людей. Также, если у вас есть возможность, материальная, физическая и моральная, Детский приют имени Доркас Очаровательной, просит взять на передержку детей, оставшихся без родителей и дома после побоища в Блэкпуле.» Дальше шли адреса, куда можно отправить письма и другие статьи, в которых виднелись правила самообороны, противостояния смерквутам, дементорам и инферналам. Но Сириус их не читал. Поттер наматывал круги по комнате, держась за голову и бубня себе под нос. Блэк, сидя за столом, хмуро глядел за окно. Тихая ночь, лишь хлопья снега равномерно падают на землю. ―Да они психи какие-то! ― воскликнул Джеймс, ― Этого не может быть! ―Ты уже пятый раз говоришь, что этого не может быть, но, Поттер, это правда, ― проговорил Сириус, скрипя зубами. ― И мои предки этого урода поддерживают! ―Ты уверен в этом? ―Просто так они бы его на бал не пригласили бы, ― прошипел парень, хмурясь. Джеймс молча кивнул, прислушиваясь. Внизу хлопнула дверь, чии-то шаги, приглушенные голоса. Прижав указательный палец к губам, Поттер накинул на себя мантию-невидимку, и шмыгнул на лестницу. Блэк, прижавшись к двери, попытался уловить суть разговора миссис и мистера Поттера, но слова, как назло, путались, не срастаясь в одну кучу. Через десять минут, когда голоса Поттеров утихли, дверь в комнату отворилась, и вошёл Джеймс, чия мантия покоилась в руках. Лицо его было обеспокоенное, парень молча упал на кровать, снимая очки и потирая пальцами переносицу. ―Нашли ещё один труп, в Коукворте, ― проговорил Поттер. ― Преподаватель Ментальных наук, Леонардо Майнд. Папа говорит, что таково месива за всю работу никогда не видел. Сириус сел рядом, пытаясь осознать происходящее. ―И газета врёт. Нападения были не только в Блэкпуле, ещё в двух населённых пунктах. Жертвы идут уже на десятки. Папу хотят понизить по службе, сделать козла отпущения. Поттер подорвался, со всей силы пиная ногой тумбочку. Его лицо исказилось злобой, а сам парень, казалось, готов в эту же секунду в кого-то запустить Аваду. ―Сири, я тебе клянусь, я перебью всю эту нечисть этими руками! ― воскликнул Джеймс, пока Блэк лихорадочно думал. ―Эванс, ― подскочил Сириус, ― Эта заучка живёт в Коукворте. Марлин говорила. Краски с лица Поттера сошли, он, схватив пергамент, написал несколько строчек, и тут же отправил своей совой, Кракеном. Но парень не остался сидеть сложа руки. Чуть ли не вырвав дверь с петель, он побежал вниз, что-то лихорадочно говоря отцу.