Птичья клетка на двоих

― Мерлин, я не могу понять, почему ты так сомневаешься. Из нас точно выйдет отличный дуэт! Линда скептично посмотрела на золотой значок Старосты на джемпере Финна, закатив глаза, и вновь закрылась «Ежедневным Пророком». Парень махнул на неё рукой, и завёл разговор с Фрэнком Долгопупсом, старостой Гриффиндора их курса. Купе старост было в разы длиннее, чем обычное купе, давая место всем двадцати четырём старостам местечко. Именно двадцать четыре! Начиная с пятого курса, деканы факультетов выбирали по два самых ответственных человека с их факультета ― парня и девушку. А уже на седьмом курсе, из всех старост выбирали двух Старост Школы. Конечно, этим ученикам-старостам на шеи возлагалась большая ответственность ― помощь только прибывшим первокурсникам, слежка за правилами, разрешение мелких конфликтов, патрулирование коридоров первый час после отбоя и проведение мероприятий. Но, если Старосты факультетов — это слаженный оркестр, то Старосты Школы это их дирижёры. Именно они составляют графики патрулирования, расписание матчей, а также доносят директору жалобы и предложения его студентов. Но, чем больше дел, тем больше привилегий ― кроме общего доступа к Ванне Старост, Старосты Школы получают в распоряжение отдельные спальни и общую гостиную. Линда успела зорким глазом оглядеть новых старост, и, в принципе, была ими довольна ― им то работать вместе ещё придется. Фрэнк Долгопупс и Сара Беверли явно не вызывали плохих эмоций, и с ними работать Принц не брезговала, а даже радовалась бы. Особенно с первым ― негласный лидер львов после ухода старшего Спарроу и близнецов Пруэттов имел сильное чувство справедливости и чувство такта, которые девушка всегда уважала. Сара же была простой отличницей, о которой мало что было известно когтевранке. Марк и Мария Аббот оказались довольно милыми и общительными, потому тоже не вызвали антипатию у Линды ― тем более, печенье которым угостила пуффендуйка было восхитительно, от такого у кого угодно сердце растает. Но даже в такой идиллии могло быть своё разочарование. И это точно не была Яксли у которой в голове пусто. Сидящий напротив Мальсибер неприятно мусолил глаза, раздражая каждую клеточку мозга. Линда еле сдерживала себя в руках от того, чтобы не зарядить этому парню второго леща и рассмеяться в лицо. Что он говорил ― что она ничего не стоит? Что она не заслуживает и капли своей гордости? И теперь у кого орден Мерлина второй степени, а? Да, чувство победы аж улыбку на лице вызывало. Уже прошёл месяц с её презентации и оглушительной победы, и Линда не могла напитаться чувством полноценности, которое она заслужила кровью, потом и бессонными ночами. Дверь купе отодвинулась, Старост Школы тут же встретила гробовая тишина. Редко, когда Старостами назначают двоих людей с одного факультета, но, видимо, этот год был особенным. Иначе Линда не могла найти причины, почему кроме Дамокла, Старостой Школы стала Вэйн. Первое собрание прошло успешно, и Линда, получив первое поручение в виде патрулирования вагонов, поправила на своей рубашке воротник, собираясь выходить из купе, вместе с другими старостами её потока. Уже ступив за порог, за предплечье кто-то схватил, девушка резко повернулась, встречаясь с чёрными глазами. Кулаки сжались сами собой, когда на плечо парня упала рука вышедшего Дамокла. ― Не стой в проёме, Мальсибер, иди, патрулируй, ― спокойно проговорил Белби. ― Нам с Линдой нужно поговорить наедине. В глазах Мальсибера в одно мгновение пробежался огонь, тут же потухнув. Рука на предплечье Линды разжалась, парень пошёл прочь. Оставшись на, относительной, едине, всё же, по коридорам всё равно ходили студенты, Белби коротко поцеловал девушку в губы. ― Всё нормально? ― тут же спросил он, кивая на спину уходящего слизеринца. ― Да, вполне, ― краем рта улыбнулась Принц. ― Поздравляю с новой должностью. ― Спасибо. Несмотря на то, что, они уже встречались почти-что полгода, летние каникулы были наполнены сухими переписками о Волчьем противоядии, и парой очень коротких и малозапоминающихся встреч в Косом переулке. Линде нужно было готовиться к будущему Эшафоту, а у Белби были дела в Роду, как Наследника. Каждый был занят своим делом, хотя, Линде уже стало надоедать такое молчание, и первое сентября она встречала с надеждой на новые шаги парня. Дамокл молчал пару секунд, словно собираясь с духом, и проговорил: ― Ладно, тогда… Можешь идти. Разочарование комом встало в горле, но Принц его быстро придушила, и попрощавшись, пошла вперёд, куда вели глаза. «Можешь идти»? Просто «можешь идти»?! Нет уж, это уже ни в какие ворота не лезет. Белби же мог столько всего сказать! Например, сделать комплимент по поводу нового костюма Линды, или расспросить про её победу, о которой всё ещё трубят по всем газетам, или поинтересоваться хоть что она ела сегодня на завтрак! Уму не постижимо! Группка второкурсник метушились впереди, собирая плюй-камни, мешая пройти другим студентам. Линда слишком резко взмахнула палочкой, отправляя все шарики в мешочек и кидая его в грудь когтевранца. ― Пришейте этот мешок себе к штанам, мистер Челси, раз не можете его удержать в руках, ― холодно отрезала девушка, стараясь не раздувать ноздрями. Мальчик сглотнул, промычав извинения и вжался вместе с другими второкурсниками в стенку, пропуская студентов. Линда фыркнула, быстрым шагом пройдя вперёд. Появлялась ужасное желание убить кого-то по дороге.

***

— Бродяга, ты с нами? Сириус встряхнул головой, возвращаясь в реальный мир. Разговор з дядей никак не мог уйти з головы, его слова просто застряли в ней. Казалось, парень их прокрутил уже тысячу раз. ―Я знаю, что вы вряд ли когда-то станете по-настоящему близки, ― с грустью проговорил старший Блэк. ― Но всего, чтобы мне хотелось, так это того, чтобы вы держались друг друга. Потому что когда меня не станет, никто не сможет вас защитить и… Нет, Сириус не хочет об этом думать! Альфард слишком молод, чтобы умирать, чтобы он не говорил! Он заслуживает на долгую жизнь, полной радости, вечеринок, и холостяцких прелестей! Как он смеет даже задумываться о своей кончине? А как же Сириус? А про него он не подумал? — Земля вызывает Блэка, приём, — проговорил Люпин, махаю рукой перед его лицом. — Да здесь я, здесь! — отмахнулся Сириус. Римус не поверил не единому слову, это точно. Поттер же и Петтигрю не заметили какой-то отстранённости в друге, и продолжили обсуждения плана «крещения старосты». И как бы Сириус не пытался сосредоточиться на словах Джеймса, он лишь отдалённо понимал, что от него хотят. Спор Римуса и Джеймса по поводу этичности, угрозы Люпина, аргументы Поттера, поддакивания обоим сторонам в лице Петтигрю, решение — всё прошло мимо. И только когда Блэк оказался под мантией-невидимкой, его мозг включился в дело. На удивление, места под мантией, где раньше они могли и втроём вместиться, еле хватало на двоих. Хотя, все парни, кроме Питера, вытянулись за лето, особенно Римус. В коридорах уже почти-что не было людей — скоро поезд должен был прибыть на свою единственную станцию. Пройдя несколько вагонов, Поттер дёрнул парня за рукав, останавливая. С купе, в костюме з факультетской мантией и галстуком, вышла Принц, раздражённо поправляя на шее последнее. Блэк то думал, что она вернётся в своё обычное состояние в школе, но нет, видимо девушка не собиралась отказываться от своего нового амплуа. Поттер, на ходу, достал маленький сосуд с прозрачной жидкостью. Набрав зелье в палочку, Джеймс уже собирался опрыскать Линду, когда его за руку схватил Блэк. — Ей, ты чего? Она же сейчас уйдёт! — прошипел Поттер. Сириус открыл рот, чтобы сказать причину, но, на удивления, не нашёл её. И правда, зачем он остановил друга? — Принц. Девушка обернулась, изумрудные глаза вмиг стали пустыми, будто и не было в них того зудящего раздражения. Блэк с Поттером вжались в стенку, стараясь не дышать, пропуская Мальсибера вперёд. — Слушаю, — отчеканила Принц, скучающим взглядом осмотрев парня. Слизеринец замолчал, за спиной сжимая кулаки. Поттер оскалился, подмигивая другу — явно подумал, что Блэк своим нюхом смог учуять получше наживу. Но Сириус не ответил ему, лишь прищурился, пытаясь понять, что задумал этот змей. Молчание затягивалось, и Линда, вздохнув, попыталась обойти слизеринца, когда тот схватил её за предплечье. Реакция сработала у всех одновременно — Блэк, Поттер и Принц тут же схватили свои палочки покрепче, а последняя вообще направила свою между глаз парня. Куда та пустота делась? — сейчас в её глазах полыхала такая ненависть, что для Сириуса осталось загадкой, как Мальсибер не превратился в пепел в тот же миг. — Либо ты отпустишь мою руку, либо уже нечем будет отпускать, — прошипела Принц. Мальсибер усмехнулся, тут же подняв обе руки вверх, словно капитулируя. Девушка медленно опустила палочку. — Чего тебе нужно от меня? Усмешка з лица парня пропала, тот, приосанился, ставая серьёзнее в один миг. Открыв рот, он, словно на секунду, передумал говорить, и опустив глаза, направился прям на двух мародёров, видимо, уходить, бросив напоследок: — Ты отлично выглядишь в костюме. Глаза Принц округлились, брови взлетели вверх, а с её уст лишь смогло выйти: — Что? Зелье з палочки точным выстрелом облило парня, девушка, пискнув, покрылась алыми пятнами, тут же спрятав глаза в руках, отвернувшись, пока Блэк и Поттер, наплевав на всю конспирацию, рванули с места преступления, еле сдерживая смех. Вряд ли когда-то Сириус сможет развидеть голого Мальсибера, но это явно того стоило.

***

— Мерлин, я даже не знаю, отблагодарить Мародёров, или проклянуть их, — через смех прошептал Спарроу, за что получил тычок от Линды. — Я предпочитаю проклянуть, — нахмурившись проговорила она, — Я без мантии вся промокла! — Так не давала бы, пусть щеголял бы с голой задницей по замку, — Принц смерила Шервуд уничтожительным взглядом, на что та лишь закатила глаза. — Хорошо, что я выучила те чары на досуге, так бы и сидела мокрая до нитки, — сказала Дора. — Что это за зелье вообще, от которого одежда исчезает? — спросил Финн. — Главное, чтобы про него не прознали некоторые идиоты, — пробурчала Рози. — А то начнут юбки обливать, я вам обещаю. — Думаю, они сами его изобрели, — проговорил Томас, доедая свой кекс с экспресса. — Да они слишком тупы для этого! Они же с третьего курса. — Быть умным, это вовремя прикинуться глупым, Сьюзен, — сказал Ксено. — Но я всё равно не могу понять, как они овладели в таком возрасте Дезиллюмециоными чарами? Линда спасло начало Распределения, которое быстро сменило внимание друзей. И не просто так — в этом году в Хогвартс вступала младшая сестра Финна, маленькая Синди Фарлоу. Парень очень дорожил ею, надеясь всеми фибрами души, что Синди попадёт на их факультет, поближе. Хотя, сам же признался, что боится, что с её характером, у девочки все шансы оказаться на Слизерине. — Фарлоу, Синди! Высокая патлатая девочка, вскинув острый носик, гордо прошлась к Распределяющей шляпе. Та, где-то минуту пошептавшись с ней, вздохнула. — Гриффиндор! — Фух, повезло, — выдохнул Финн, говоря. — Я ещё в купе старост з Фрэнком поговорил, что, если что, он за ней приглянет. — Не думаю, что твоей сестре понадобиться нянька, — усмехнулся Спарроу, кивая на стол львов. Там, маленькая Фарлоу, что-то очень рьяно доказывала другому мальчишке, и махнув рукой, прям посреди продолжающего Распределения встала, и пересела от него через пару людей. И к кому — к Мародёрам! — Рано радовался, — улыбнулась Шервуд, пока Финн, прищурив глаза, сжал кулаки. Линда лишь покачала головой, когда, по велению директора, на столах появился ужин. Прикончив еду, девушка, не смотря на желания Финна побыстрее разобраться с Мародёрами, за шкирки повела к маленьким первокурсникам Когтеврана. — Меня зовут Линда Принц, а этот парень Финн Фарлоу, — проговорила она детям. — Мы, как старосты, за вас отвечаем головою, поэтому, я надеюсь, проблем у нас не возникнет. — Наш герб — орёл, который парит там, куда другие не могут подняться. Цвета нашего факультета — синий и бронзовый, — без энтузиазма продолжил Финн, открыто зевая. — Хотя, вы и так это поняли. За нами. — Ты можешь хотя бы рот прикрывать? — прошипела девушка. — Та я ж не специально! — возмутился он, но подойдя к выходу тут же, улыбнувшись, скрыл смех за кашлем. Принц, покрывшись алыми пятнами вновь, остановилась прям возле Мальсибера. Тот, тоже явно смущённый, отдал девушке её мантию, которую он, на время, взял в коридоре, чтобы дойти до своего купе. Выйдя первыми, Линда, несколькими взмахами палочки, очистила мантию от невидимых следов, и быстро отвлеклась на вопрос одного мальчишки о живых портретах. Принц, честно говоря, не знала, что и думать. И это не о конфузе, что случился между когтевранкой и слизеринцем, нет. Её волновало то, что сказал Мальсибер. То, что Белби не заметил, или заметил, но не сказал. Но почему этот придурок решил сделать комплимент? Что его на это сподвигло? Линду это ужасно волновало, особенно то, что теперь, ей будет намного сложнее его ненавидеть. Хотя, покопавшись в своих чувствах, девушка, к счастью, решила, что Мальсибер всё также ей противен. И от своей маленькой мести она отказываться не собирается.