Будущий муж.

      Снова утро. Снова без Джисона. Голова раскалывалась, хоть Джун и не выпила так много, чтоб страдать от похмелья. Тем более, она помнила абсолютно все, что было вчера. Абсолютно все. Даже то, как признала то, что неравнодушна к Джисону. На тумбочке была любезно оставленная мужем таблетка от головы, а рядом стоял стакан воды, чтоб запить.       — Черт, он и правда беспокоится обо мне, — вынесла вердикт Ёджун. На часах было 9 часов утра, поэтому она встала и по скорее начала собираться на работу. Открыв телефон, Ёджун увидела, что Дахён уже оставила ей пару сообщений, поэтому поспешила ответить на них. dahhyunnee: Джун, ты как? Голова не болит? У меня немного побаливает...       "Ну конечно, так накидаться." — посмеялась про себя Ёджун и настрочила ответ. lee__: а у меня не немного. Джи оставил таблетку, поэтому все будет ок. Скоро подойду. Голова и правда болела так, будто она выпила целую бутылку водки с горла, а не два шота текилы. Скорее всего это было от того, что Джун выплакала целый Атлантический океан вчера.

***

      — Он все также злится? — выдыхала Дахён, уже не скрывая того, что была не удивлена. Видимо, все уже привыкли к этому.       — Наверное...       — Сегодня ты обязана поговорить с ним, помнишь?       — Помню я, помню... Это был первый диалог Ёджун за сегодня. Он начался не с "привет" и даже не с "как ты?". Это немного обидело ее, но она не стала зацикливаться на этом, обдумывая дальнейшие действия.

***

      — Послезавтра она уже вернется! — радостно говорил Минхо.       — Ага, жду не дождусь, — закатывал глаза Джисон.       — Да ладно тебе. И правда не скучал? — удивленно спросил все тот же Минхо.       — Нет. Мне неинтересно. Единственное, что вас ждет - это возобновление ежедневных криков и драк, — с сарказмом ответил ему друг.       — Ну-ну, не горячись. В первый день не позволю, а потом уже занимайтесь тем, чем хотите, — показал он кулак.       — Да-да-да. На самом деле, Джисон и правда ждал возвращение этой маленькой истерички, ведь дни превратились в сплошное серое пятно. А так, если Ёджун вернется, то все встанет на свои места: ему будет до кого докапываться, получая в ответ соответственную реакцию. Это слишком уж забавляло его.

***

      Сегодня Хан делал меньше ошибок, и был более коммуникабельным, чем в другие дни, что не могло не радовать окружающих людей, ведь за это время он вымотал всем нервы. И довольно сильно.       — Молодец, Хан! Продолжай в том же духе, — довольно проговорил Бан Чан, поднимая палец вверх. Джисон одарил его искренней улыбкой, на которую Ёджун невольно засмотрелась.       "Я так давно не видела его улыбки... Неужели я и правда скучала по ней?" — мечтательно думала она, когда почувствовала, как кто-то трясет её за плечи.       — Э-эй, Джун, прием! Вызывает планета Земля, — Хван пытался вернуть ее в реальность битые три минуты, но та просто лыбилась как дура, смотря в одну точку.       — Я тут, — помотала головой Ёджун, возвращая себя в реальность. На лице Хана больше не красовалась широкая улыбка, потому что на замену снова пришел недовольный взгляд, который был адресован Хёнджину и Джун. Она грустно опустила взгляд, а затем взялась за лицо Хёнджина, чтоб поправить его макияж.       — Видимо, он и правда ревнует, — пожал плечами Хван, предварительно проследив за взглядом подруги.       — Я поговорю с ним.       — Давно пора уже, а то он скоро с кулаками на меня будет лезть. И напомни ему там, что на занятых дам я не заглядываюсь. Мне своей Йеджи хватает, — драматично вскинул руки Хёнджин.       "Йеджи? Они что, все еще вместе?" — удивленно на него уставилась Ёджун. Эти двое еще со школы вместе. Ёджун было неприятно вспоминать, ведь именно из-за нее они все и поссорились. Если коротко: та очень ревновала Хёнджина к Ёджун, к которой он относился как к младшей сестре, а Ёджун это очень злило. Ей это надоело. Начался скандал, в котором Сынмин встал на сторону друга. Но, если Хван все еще с ней, значит все хорошо и они пережили этот сложный период, когда та ревновала его к воздуху.       — Хорошо, — только и смогла выдавить Ёджун, поддаваясь неприятным воспоминаниям. Все остальное время Джисон старательно игнорировал присутствие друга. Он и правда завелся не на шутку.       — Слушай, Дахён, а Минхо случаем не надумывает себе всякого, а потом сам обижается, ничего тебе не говоря? — интересовалась Ёджун, собирая свой рюкзачок.       — Конечно надумывает. Не часто, но надумывает.       — И как ты справляешься с этим?       — Да я тоже хороша, — призналась та, — Но, за это время мы научились обговаривать все внутренние конфликты, чтоб таких моментов, как у вас с Джисоном сейчас, не было. Ёджун слушала подругу внимательно, но все еще не поняла как ей начать диалог с мужем.       — Ну все, мы пошли. Удачи! — Дахён подмигнула подруге, а затем взяла своего избранника за руку и они пошли домой. Рядом шел Джисон. Ёджун смотрела Дахён и Минхо вслед, переводя свой взгляд то на их руки, то на Хана. Ей тоже так хотелось, но она не смогла пересилить себя и пойти на этот шаг.       — Пойдем, — устало сказал Хан, и ускорил свой шаг. Он сразу понял мысли Ёджун, но ничего не предпринял, потому что все еще был в обиде. Но дело было не только в ней. Дело было в том, что тот, со вчерашнего дня думал над словами своей Джунни. Он понимал, что делает больно и себе и ей, поэтому твердо решил поговорить сегодня. Чего бы это им не стоило.       Дорога вышла долгой. На улице стояли страшные пробки. Джисон заметно начинал нервничать и обгонять всех. Но они так и не проронили ни слова. Больно. Очень больно. Захлопнув за собой дверь, они сразу пошли в свою комнату. Напряжение стояло жуткое, но никто не решался прервать эту тишину, начиная важный для них и для их отношений разговор. Но, собравшись с мыслями, Джун все-таки решила начать распинаться.       — Джи, слушай... — но она не успела договорить, он перебил ее.       — Ты мне изменяешь? — серьезно спросил Джисон, глядя ей прямо в глаза.       — Чего? — удивленно спросила Ёджун.       — Ты закрылась от меня, сидишь постоянно в телефоне, мило общаешься с Хваном. Думала я не замечу? — продолжал давить он. Джун встала в ступор. Хёнжин был прав. Джисон надумал себе лишнего, и сам же поверил в это.       — Так дело было в этом? — с облегчением вздохнула она.       — Отвечай.       — Нет, не изменяю. И не подумала бы. Ты же знаешь, что Хёнджин занят, а я замужем за тобой, — она ткнула его в грудную клетку указательным пальцем, — Ты какого обо мне мнения вообще? — злобно спросила Ёджун.       — Тогда в чем было дело? — растерянно спросил Хан.       — Да я сама уже не знаю. Сейчас все хорошо, разве это не главное? Почему ты молчал?       — Не был уверен.       — И принял решение делать вид, что мы никто друг-другу?! Ты в своем уме? — злилась та. Ёджун продолжала возмущаться, когда поняла, что ей что-то мешает говорить. Он заткнул ей рот поцелуем. Что-то в сердце Ёджун ёкнуло, отдаваясь бешенным ритмом сердца. Она не отвечала на его поцелуй минуту, но затем поддалась желаниям и поцеловала его в ответ. По его щеке скатилась слеза, он прервал поцелуй.       — Прости меня, — он уткнулся ей в плечо и горько зарыдал.       — И ты меня прости, — Ёджун погладила его по голове.       — Я такой дурак, — продолжал плакать Джисон.       — Согласна, — с улыбкой сказала та, — Главное, что мы поняли друг друга. Не делай так больше, хорошо? — она отодвинула его лицо от своего плеча, заставляя заглянуть его ей в глаза, — Ты меня понял?       — Я понял. Джун вытерла его слезы, а затем сама завлекла его в поцелуй. Он, то есть поцелуй, длился слишком долго. В животе появилось странное, но приятное чувство. Руки Хана преодолели путь с лопаток, до ягодиц, останавливаясь на них. Ёджун хмыкнула сквозь поцелуй.       — Ты чего? — затуманенным взглядом посмотрела на него она.       — Мириться будем, — мило улыбнулся Джисон, снова завлекая ее в долгий поцелуй. Его руки, как-то по-хозяйски легли на ее талию, прижимая Джун к себе еще больше.       — Мириться? — тяжело дышала Джун.       — Мириться. Его руки, снова по-хозяйски, начали снимать с нее футболку, а затем подхватили на руки и спустили только тогда, когда они оказались на кровати. В реальном мире Джун была девственницей, поэтому такие чувства для нее были в новинку. Она не знала что делать и как себя вести, поэтому отдала это дело в руки своему мужу. Позабыв о своей ненависти, она поддалась желанию Джисона слиться с ней в одно целое. Он снял с себя верхнюю часть одежды, а Ёджун в это время справлялась с застежкой бюстгальтера. Джисон по-кошачьи улыбнулся, а затем стал играть пальцами с ее сосками, иногда посасывая их. Возбуждение нахлынуло Ёджун, когда она почувствовала руку между своих ног. Пульс участился, а желание росло с каждой секундой все больше и больше. Он то игрался с ее клитором, то делал перерыв, тем самым подразнивая Джун. Из ее губ вылетел приглушенный стон, который она так не хотела выпускать. Джисон пустил смешок, а затем плавно вошел в нее двумя пальцами. Ёджун зажала их своими половыми губами от новых ощущений, а он стал медленно двигать их туда-сюда, одновременно играясь с ее грудью.       — Пожалуйста, — со стоном протянула Ёджун.       — Пожалуйста что? — продолжал дразнить ее Хан.       — Тебя еще и просить надо? — возмутилась та.       — Надо, — он вытащил свои пальцы из нее, оставляя неприятную пустоту снизу.       — Стой! Пожалуйста, я хочу тебя.       — Хочешь?       — Да, черт возьми. Хан Джисон, я хочу, чтоб ты вошел в меня, — слишком громко сказала Ёджун, на что Хан удовлетворенно промурлыкал и стал стягивать с себя уже нижнюю часть одежды. Казалось, что он делал это слишком долго. Его возбуждение было видно невооруженным взглядом, из-за чего Ёджун смутилась, ведь она первый раз видела мужской половой орган в живую. Она никогда бы не подумала, что первым станет Джисон. Ее враг. Но ей хотелось, чтоб он остался последним. Джисон приблизился к ней, оставляя цепочку из поцелуев. От живота к губам, целуя ее так, будто это их последняя ночь вместе. Он с каждой секундой углублял поцелуй, впустив свой язык в ее рот, изучая каждый сантиметр. Хан продолжал играться с ее половыми губами, а через пару секунд посмотрел на нее серьезным взглядом.       — Готова?       — Готова. Он медленно ввел свой член, смотря на ее реакцию. Она выгнулась, поддаваясь странным ощущениям. С ее губ снова сорвался стон, но в этот раз громкий и уверенный. Медленно двигаясь, чтоб она привыкла, он продолжал целовать ее туда, куда мог дотянуться, оставив пару багровых засосов на ее шее и груди. Сначала ощущения были не из самых приятных, но с каждым его толчком, они становились все приятнее и приятнее, из-за чего она вцепилась в его спину своими ногтями, желая получить еще большего.       — Моя, моя, только моя, — проговаривал парень.       — Твоя. Спустя время, парень слишком часто задышал и ускорил свой темп, что говорило о том, что он сейчас на пике. Из его рта вылетел стон, полный блаженства, а Ёджун задохнулась возбуждением. Джисон опустился с ней рядом, пытаясь привести дыхание в порядок.       — Помирились? — довольно спросил Хан.       — Помирились, — также довольно ответила Ёджун. Он обнял ее нагое тело, немного поглаживая живот.       — Я люблю тебя, — с каким-то облегчением сказала Ёджун, заставляя Хана удивленно посмотреть на нее, — Что, думал я о таком только пьяная распинаться могу?       — Нет. Я тебя еще больше, — улыбнулся тот, — Сладких снов, моя Джунни.       — Сладких снов, мой бельчонок, — ответила Ёджун, поцеловав мужа в висок.