Дофамин

Аромат свежесваренного кофе, наполняющий комнату Аластора, казалось, мог разбудить мёртвого. Но Энджел Даст умер уже слишком давно, поэтому только переворачивался и бессвязно бормотал что-то во сне. Радио-Демон, не спавший вторые сутки из-за внезапного "гостя", отпил из тонкой фарфоровой чашки и бросил взгляд на кипу отельных бумаг, которые он только-только закончил разбирать, сортировать и заполнять. Впрочем, по Аластору было и не скажешь, что тот не выспался — такой же сгусток чистой энергии, как и всегда, он с неизменной улыбкой телепортировался туда-сюда по отелю, отвечал на миллион глупых вопросов, которыми его забрасывала Чарли и занимался бумагами. Выглядело так, будто он напрочь позабыл об Энджеле. Но это было не совсем так. Прислонённая к стене около двери, в комнате оленя стояла трость-микрофон, внимательно фиксирующая любое движение или звук. Аловолосый говорил себе, что это на случай, если внезапно проснувшийся паук начнёт от злости крушить его кабинет. Но Энджел спал. Кошмары прекратились, и он просто лежал на тёмных волнах сознания, глядя в окрашенную бордовым цветом штор пустоту. Иногда просыпался, но продолжал лежать, внимательно прислушиваясь и боясь даже открыть глаза, чтобы опять не усыпили. Кровать Аластора была, на удивление, удобной. Время от времени из микрофона доносилось приглушённое гудение, треск, отдалённый смех и разговоры Радио-Демона. Это гудение и смех преследовали Даста теперь, кажется, и наяву, и во сне. Энджел чувствовал себя отвратительно. Не физически — рана заживала с совершенно невозможной даже для Ада скоростью. Психологически. Порноактёр был сбит с толку и буквально разрывался, не зная, что и думать. Наивным ребёнком Энджи никогда не был — если только очень, очень давно и точно не в адской жизни — но искренне не понимал, что движет Радио-Демоном. Что ему вообще от Энджела нужно. Непохоже было даже на то, что Аластор захотел просто посмеяться над паучком — уж слишком непоследовательно демон себя вел. Хотя "Аластор" и "непоследовательно" в одном предложении уже звучало дико. Версию, что аловолосый сам не знает, что делает, Энджел отбросил сразу — в отсутствие у оленя плана он бы не поверил ни за что. А ведь эта версия была бы ближе всех к правде

"Какую игру ты затеял, Оленёнок?"

Ещё это внезапное приглашение. Даст почему-то не сомневался, что Аластор его повторит — демон не выглядел одним из тех, кто способен просто принять отказ. В конце концов, он же всё-таки Оверлорд и явно привык получать желаемое. На удивление, Энджи был не уверен, что ему в этот раз ответить. Он всё ещё злился на Радио-Демона за "свидание" в ресторане, но эта... пародия на заботу заставляла сомневаться, что олень так уж безнадёжно безучастен ко всему вокруг. От размышлений паучка отвлек тихий шелест. Медленно приоткрыв один глаз, он заметил Аластора, аккуратно вешающего пиджак в шкаф. В одной рубашке, красной с чёрным перевёрнутым крестом, демон выглядел непривычно. Но красиво. Даже очень. Взяв с одной из многочисленных книжных полок небольшой фолиант по криминалистике, он устроился в кресле и погрузился в чтение. Наблюдать за читающим Аластором было интересно. Точнее, за его глазами-лампочками, которые то вспыхивали ярче, видимо, когда демону было интересно, то гасли и как будто покрывались изнутри пылью. Чуткие уши время от времени чуть вздрагивали, реагируя на шум на улице. Дасту вдруг ужасно захотелось их погладить. — Энджел, тебе ещё не надоело? — Радио-Демон захлопнул книгу и в упор посмотрел на порноактёра. — Я же знаю, что ты не спишь. — Я просто надеялся, что папочка придет лечить меня в кроватку, — высунул язык паучок, открывая глаза и снова пытаясь сесть. На этот раз успешно. Гул помех взвизгнул, будто поцарапанная пластинка. — Ха! Нет, — привычно ответил Аластор. — Да и ты наверняка совершенно здоров! Полутора суток сна под заживляющей магией должно было хватить. Ну-ка, вставай! Сейчас узнаем, как это работает, а то я ни разу её не применял, по крайней мере, на других, ха-ха! Радио-Демон подался вперёд, с любопытством рассматривая Энджела, пока тот неуверенно пытался встать, опасаясь новых вспышек боли. К удивлению порноактёра, он чувствовал себя вполне нормально. За исключением слабости — но она была вполне объяснима как минимум тем, что последний раз Энджи что-то ел ещё в ресторане. Почти трое суток назад. — Интересно. Подойди, я хочу взглянуть на рану, — не попросил, приказал Аластор, и у Даста мурашки пробежали по спине от того, как властно это прозвучало. — Оу, Ал, да нафиг эту царапину, я могу показать тебе куда более интересные вещи, особенно если ты ТАК попросишь. Я уже понял, что папочка любит командовать, — сладко-сладко промурлыкал Энджел, подходя вплотную и пытаясь положить правое колено на ногу Аластора. Впрочем, безуспешно — демон оттолкнул ножку паука бедром и проигнорировал соблазнительное предложение. Зато так увлекся разматыванием бинта, что не заметил — или сделал вид, что не заметил — одну из ладоней Энджела у себя на плече. Положил холодные пальцы на светлую кожу с коротким смятым пушком. От пореза остался только небольшой шрам — розоватая длинная полоска, пересекающая гладкие мышцы. Она ещё немного отдавала запахом крови, и Аластор рассматривал очевидно зажившую рану чуть дольше нужного, чувствуя, как Даст невольно вздрагивает от каждого прикосновения. Такая реакция была в новинку. В голову пришла интересная мысль. — Дорогуша, Энджел, ты уверен, что всё-таки не хочешь немного развеяться после того, как провалялся столько времени? Вечеринка сегодня вечером, но времени собраться тебе хватит, — мягким голосом предложил он, аккуратно проводя когтем чуть ниже шрама. Какого чёрта каждое касание этого хитрющего оленя чувствовалось, как электрический разряд? Энджи уже привык, что при всей его любви к сексу он почти ничего не чувствует в процессе — ну, исключая боль. Да и ту уже чувствовал слабо. Но почему-то тёмные когтистые пальцы ощущались на коже так, как не ощущалось ничто и никто даже при жизни. Как хорошо, что Аластор не знает, что с этим делать — успел подумать порноактёр, но по вкрадчивому тону Радио-Демона понял, что кажется, ошибся. Но просто так сдаваться было тоже нельзя. — Я готов подумать, — уклончиво ответил Энджел. — Но у меня есть своё условие. — Условие?, — широкая, саркастичная улыбка заняла почти всю нижнюю часть лица Аластора, когда он поднял на паука глаза. — Какое же? — Ответь мне честно, во что ты играешь со мной, — неожиданно сёрьезно, глядя прямо в насмешливые алые глаза. Скрыть удивление оказалось странно легко. Радио-Демон поднялся из кресла, угрожающе нависая над порноактёром. — Это Ад, дорогуша, — прошипел он чужим голосом. — Здесь не бывает честных ответов. И ты знаешь это не хуже меня. — Тогда дай хотя бы выбрать платье, — понимающе усмехнулся и не надеявшийся на реальный ответ Энджел. — Я очень постараюсь надеть что-нибудь приличное. - Ха! Хорошо, но только если я тоже его одобрю, — легко согласился Аластор, внутренне празднуя победу. — Только прошу тебя, ради всего несвятого, оденься! — Хочешь дать мне свой пиджак, чтобы я не замерз, сладкий? — кокетливо осведомился Даст, выразительно взглянув в сторону шкафа. Радио-Демон фыркнул и указал на взявшийся из ниоткуда на кровати красный махровый халат. — Ах да, я, конечно, не умер от раны, но сейчас вполне могу умереть с голоду, — заметил Энджи, надевая халат. — Папочка же не хочет, чтобы прекрасная спутница оставила его, не дойдя до бала?

***

Приемы у Сатаны были самым скучным и одновременно самым интересным развлечением в Аду. На первый взгляд, всё банальнее донельзя — пафосные балы и фуршеты, толпы "влиятельных" своим относительным богатством или относительной силой демонов, методично закидывающих в свои мерзкие тела тонны закусок и напитков, щедро разносимые чертенятами по залам. Но, если приглядеться, среди этой аляповатой вакханалии нет-нет и можно было заметить демонов, действительно имевших какое-то значение под небом с пентаграммой. Оверлордов. Принцев Ада. Иногда даже других высших демонов, управителей остальных кругов. Пусть большую часть времени они показательно скучали в одиночестве или со своей "парой", крупнейшие решения, планы и договоренности зачастую брали свое начало именно здесь — когда Сильнейшие всё-таки изволили пообщаться друг с другом. Или же Самаэль приглашал кого-нибудь на аудиенцию, чтобы лично обсудить непременно важные вопросы. Именно последнего ожидал Аластор, пустым взглядом наблюдая, как чертёнок на входе подобострастно кланяется, едва не падая в ноги, и спешит распахнуть огромные двери в залу. Энджел, очевидно, оказавшийся во владениях Магне впервые, с интересом осматривался по сторонам, но, кажется, чувствовал себя в высшем обществе не очень комфортно. Нервозность порноактёра с головой выдавал затравленный взгляд и то, как он постоянно поправлял брошь в виде микрофона на груди. Последнюю он вообще долго отказывался надевать, памятуя о ситуации с ожерельем. Согласился только когда Радио-Демон с пренеприятной улыбочкой заявил: "Знаешь, если вдруг ты окажешься слишком пьян, чтобы найти дорогу от стойки с пуншем, я хотя бы буду знать, где ты находишься и смогу телепортировать к себе. Да, и к твоему сведению, любезный Энджел, не все из гостей отличаются таким спокойным нравом, как я. Поэтому все их спутники носят какие-то опознавательные знаки, обозначающие, с кем они пришли. Если ты, конечно, хочешь, чтобы тебя изнасиловали (здесь Энджел собрался было усмехнуться, но после дальнейших слов передумал), после чего порвали на мелкие кусочки и сожрали заживо — можешь не надевать. К слову, тебе стоит быть благодарным, что я не превратил это в ошейник, ха-ха!" Аластор явно не ожидал привлечь ещё больше внимания, оказавшись на приёме у Люцифера в компании самого известного порноактёра во всем Пентаграм-Сити. Или это просто платье подобрано хорошо? То, что Энджи, оказывается, имел не такой уж и плохой вкус в одежде, когда собирался не на "работу", тоже было непривычно. Выбором Даста оказалось иссиня-черное атласное платье, практически не открывающее декольте, но с глубоким, до середины бедра, разрезом. Очевидно, именно стройные ножки паука в разы увеличивали количество взглядов в сторону странной пары. На удивление, Энджел почти всё время молчал — настолько ему было не по себе. Казалось, что демон пытался максимально не привлекать внимания — когда аловолосый ожидал противоположного. Даже обычная провокационная усмешка порноактёра сменилась на совершенно нейтральное, даже немного напуганное, выражение лица. Скрываемые Дастом эмоции стали очевидны, когда Аластор услышал за спиной знакомый шелест меховой шубы. Кажется, произошло именно то, чего порноактёр больше всего опасался. Энджел вздрогнул и сжал руку Радио-Демона так, что костяшки побелели. Ну, должны были - паук был, как всегда, в перчатках. — Приятнейшего вечера, мой дорогой радиоприёмник, безмерно рад тебя видеть, ты даже не представляешь! — ядовито-сладкий, немного шипящий тон Валентино невозможно было спутать ни с чем. — Я тоже ужасно рад тебя видеть, любезный друг! — расплывшись в пугающе широкой улыбке, обернулся Радио-Демон, представляя, с каким невыносимым удовольствием он бы переломал все лапки по одной этой насекомообразной сволочи. — Чем обязан такой редкой честью поболтать? Валентино, оскалив зубы в наифальшивейшей пародии на улыбку, поправил очки. — Милашка, ты ведь знаешь, что нехорошо отказывать, когда наш дражайший Владыка приглашает~ Это может ой как неприятно обернуться, да и кто упустит возможность столь приятно провести время в компании лучших членов общества, а не тех, с которыми мне приходиться обращаться каждый день, — гигантский мотылёк сально усмехнулся. Его кислотно-розовые очки действовали оленю на нервы. — Совершенно согласен, ну, за исключением последней части, — с зубодробительной вежливостью блеснул клыками Аластор. — Я бы позволил себе осведомиться, хотел ли ты только поздороваться, или у тебя ко мне ещё какое-то дело? — О, ты знаешь, сладкий, да, и не только к тебе, — очень нехорошим тоном протянул Валентино, переводя голодный взгляд на Энджела. — Приветик, мой сладкий малыш, неужели не хочешь даже поздороваться с папочкой? — Что ты, Вэл, — голос Даста не уступал в приторности боссу, хотя Аластор чувствовал, что порноактёра колотит крупная дрожь. — Я просто умирал от желания выразить свою радость от твоего присутствия! Просто не хотел мешать твоей беседе, пока ты не пожелаешь уделить и мне минуту времени. — Хороший ответ. Рад слышать, детка, — хозяин порностудии, не мигая, таращился на Энджи. — Я уж боялся, что ты снова немного забыл своё место. Как ты любишь делать. Длинная когтистая ладонь Валентино потянулась к шее порноактёра. Брошь-микрофон на секунду мигнула ярче, и Оверлорд резко отдернул руку, возмущённо глядя на Радио-Демона. — Дорогой друг, ты, вероятно, не заметил, но сегодня любезный Энджел является моим спутником, — чистый лёд и прерывающийся скрежет помех. Вэл примирительно вскинул четыре ладони. — Конечно, заметил, дружище, — ядом в его голосе можно было выкосить целый город. — Уверен, вы прекрасно проведёте время вместе. Энджел очень хороший мальчик, просто замечательный, ты даже не знаешь, насколько, хе-хе. Отличного вечера, котята, еще поболтаем, — плотоядно облизнувшись, Валентино ретировался, но его яркую шляпу с пером еще долго было видно в толпе. — Пойдём, — Аластор равнодушно отвернул голову и направился в противоположную сторону. — Не люблю сладкое.