Follow your heart | Следуй за своим сердцем

Войдя в Большой зал, Гермиона замерла, и в неё буквально втаранился Рон. Рыжик не сразу понял, почему подруга замерла, как статуя, пока не услышал голос сестры: «Это Виктор Крам за преподавательским столом?» Гарри и Рон синхронно перевели взгляд на стол, где сидел Виктор возле какого-то весёлого старца, шепчущего на ухо Дамблдору. Реддл, сидевший по другую сторону от Альбуса, только закатывал глаза, а Минерва, сидевшая возле Тома, что-то ему говорила, и тот охотно ей отвечал. Когда старшие курсы расселись, МакГонагалл пошла встречать первокурсников, а Реддл наконец-то перевёл взгляд на Гарри, который буквально излучал недовольство. «Я не знал, малыш. Три часа назад Альбус сообщил, что Крам отныне будет в школе. Ты удивишься кем». Гарри, который сидел между Джинни и Гермионой, сидящей между Роном и Гарри, передал слова Тома ребятам. — Это ни в какие ворота, — рычала Джинни. — Нужно сообщить близнецам. — А если он не будет лезть к Гермионе? — спросил Рон. — Будет, он глаз с неё не сводит, — прошипел не хуже змеи Гарри. — Помолчите, прошу, — Гермиона схватилась за голову, пытаясь восстановить спокойствие. — Ему двадцать только в феврале, по какому праву такой юный придурок сидит за учительским столом? — Узнаю Герми, — улыбнулась Джинни, слыша рычание в голосе подруги. — Меня больше волнует тот старик возле Дамблдора и Крама. Думаю, это неспроста. — Дамблдор в своём репертуаре, — ответил Рон. — Он может хоть год без выебонов? — Скорее бы Том стал Директором, — устало прошептал Гарри. — Только мы уже этого не застанем — выпустимся, если не умрём раньше, — добавил Рон, и спорить с рыжиком никто не стал, ведь правдивость его слов не оспорить. Гарри перевёл взгляд на слизеринский стол, где между Блейзом и Драко сидела Дафна. Ещё в поезде на блондинку налетели Паркинсон с Ноттом, требуя, чтобы та прекратила общение с грязнокровкой. Конечно, слизеринский принц и слизеринский паук успокоили бунтовщиков, взяв девушку под свою охрану, но это не отменяет того факта, что Дафна стала белой вороной на факультете. Распределение первокурсников прошло быстро, в этом году всего двадцать восемь студентов, на Гриффиндор попало всего пятеро, как и на Слизерин, десять человек отхватил Когтевран, остальных восьмерых забрал Пуффендуй. Самое интересное, на Гриффиндор попали одни маглорожденные, поэтому Гарри и Гермиона им сегодня долго будут всё объяснять. — Я рад приветствовать вас, юные дарования, в стенах школы Хогвартс, — начал говорить Альбус. — В этом году у нас с вами снова изменения. Как вам всем известно, профессор Снейп умер, поэтому место декана Слизерина отныне занимает профессор Реддл, — слизеринцы одобрительно захлопали, как и остальные студенты, ведь Том показал за год работы себя с лучшей стороны. — Возле меня сидит выдающийся зельевар и профессор, который обучал ещё ваших родителей, а теперь ближайшие семь лет решился обучать и вас — Гораций Слизнорт, — многие слышали это имя, поэтому аплодировали. — Возле профессора сидит всем известный Чемпион Турнира Трёх Волшебников, а также бывший спортсмен и лучший ловец современности Виктор Крам, который отныне ученик профессора Слизнорта и будущий преподаватель Зельеварения в Хогвартсе. Почти все радостно восприняли эту новость, почти. Рон, Гермиона, Гарри и Джинни смотрели на Виктора круглыми от ужаса глазами, прослушав слова Директора о пире. — Что нужно было натворить, чтобы его попёрли из спорта? — удивился Рон. — Спортсменов легко латают. Этот логичный вопрос заставил вернуться панику у Гермионы. Шатенка ухватила Рона за руку, и тот почувствовал дрожь в теле ведьмы. — Так, Герми, давай к себе в комнату, — приказал Рон, — а Гарри с первым курсом справится сам. — Я староста школы… — Похуй! — рыкнул Рон. — Гермиона, у тебя явно паническая атака, — заявил Гарри. — Рон, сопроводи её в башню, а с первым курсом завтра познакомишься. Пять человек всего, я с ними справлюсь. Ведьма не стала спорить, а согласно кивнула. Пир ещё не закончился, а Рон и Гермиона покидали Большой зал. Парень, приобнимая подругу за талию, медленно вывел её. То, что староста школы была какой-то побитой, заметили все. Том поднялся со своего места и подошёл к Гарри и Джинни, которые сразу обернулись к профессору. — Это из-за Крама? — Да. Ей бы успокоительного, — прошептала Джинни. — И разрешение близнецам посещать Хогвартс до отбоя в любое время, — попросил Гарри. — Всё будет, — Том покинул зал вслед за Уизли и Грейнджер, а Гарри как раз в этот момент перевёл взгляд на Слизнорта, который провожал Тома своими восторженными глазами до тех пор, пока тот не исчез. — Ого! — ужаснулась Джинни. — Тебе профессор ничего не рассказывал о Слизнорте? — Нет, но расскажет, — рыкнул Поттер, бросая ложку на пустую тарелку, аппетит пропал. Джинни подняла свой взгляд на Драко, который сразу отвернулся и начал болтать с Дафной. Уизли фыркнула. Рыжая была благодарна вселенной за такого друга, как Гарри, который рассказал ведьме ещё на похоронах матери о проклятии Малфоев. И волшебница решила, что добьётся нормального разговора с Хорьком, но пока не решила как. Его благородство её бесило, но он решил за неё, а не вместе с ней. Это обижало.

***

Гарри очень радовался, что среди гриффиндорцев были только мальчики в этом году, и им выделилась одна спальня на пятерых. Рассказав всё мелким, быстро переоделся в джинсы и футболку и достал мантию невидимости. Симус наблюдал молча, Рон всё ещё не вернулся от Гермионы, как и Джинни, которая после ужина побежала к подруге. — Ты куда? — удивился Невилл. — Дежурить. Гермионе не здоровится. — А мантия тогда для чего? — удивился Симус. — Или ты будешь возвращаться намного позже? — Симус, ты знаешь, кого я люблю. Ты тот, кто это знает, — Финниган тяжело выдохнул. — Мой отец абсолютно не против моей влюблённости. Ты ведь никому не скажешь? — Не скажу, — ирландец обижено посмотрел на Гарри. — Почему он? — Он лучший, — тепло улыбнулся Поттер. — Мне нужно выяснить о Слизнорте. — О! Это хорошо, — заявил Невилл. — Я ведь Зельеварение сдаю. — Я знаю, но у меня другой интерес. Больше Гарри не желал говорить с ребятами, особенно, когда Дин чуть ли не плевался, глядя на двух геев в комнате, Симус чуть ли не рыдал от неразделённой любви, а Невилл желал узнать, не будет ли новый профессор вторым Снейпом. Поттер не особо заморачивался дежурством, но всё-таки провёл его. Грех было не снять с Паркинсон и Нотта по пять баллов, что и сделал грифф, найдя их в одной из коморок. А после направился в покои Тома. Именно возле его комнат Дамблдор выделил Поттеру лабораторию для артефакторных исследований. Дверь в класс ЗоТИ и Тёмных искусств была приоткрыта, поэтому Гарри видел фигуры Слизнорта, который стоял у стола, и Тома, который сидел за столом, прожигая алыми глазами старика. — Я очень счастлив, Том, что ты вернул свою душу, и Волдеморт погиб. Заметь, я никому за столько лет не проболтался, — Гарри проскользнул в мантии сквозь приоткрытую дверь и стал так, чтобы видеть лица мужчин. — Волдеморт и я — одно целое, Гораций. Он никогда не умрёт. За что Крама исключили из команды? — Я не спрашивал, но не мог упустить такой талант, поэтому взял в ученики. — Его ты тоже касаешься при каждом удобном случае? — Том, — Слизнорту стало не по себе, — я… был не прав, но я влюбился в тебя, мальчик мой, и люблю до сих пор, — Реддл фыркнул. — Мне твоя любовь к одному месту. — Ты так и не научился любить? — печально спросил старик. — Научился, — хмыкнул Реддл. — Но если я тебе по-прежнему дорог, могу задать вопрос? — Всё, что угодно, — тепло улыбнулся зельевар. — Трава Жизни — что это? Существует ли? — Да, но это редкое растение. Считается, что Трава Жизни растёт в славянской местности, — Реддл чертыхнулся на парселтанге. — Тебе это нужно срочно? — Это для моих друзей. — Джеймс и Регулус? Я читал газету. — Да, Гарри Поттер хочет создать артефакт от проклятия мунговцев, но ему нужна Трава Жизни. — Я знаю тех, у кого она растёт в Венгрии. Они попросят много денег. — Сумма неважна. Регулус и Джеймс важнее галеонов, Гораций. Любовь важнее денег. — Раньше от тебя таких слов я не слышал. Твой избранник хорошо на тебя влияет. Мужчина сделал шаг к Тому, и тот мгновенно вскочил, отходя к окну и почти врезаясь в Гарри. Мантия коснулась руки Тома, и тот сразу ухмыльнулся. — Тебе пора Гораций. — Не отталкивай меня, мой мальчик. Я никогда не переходил границы и искренне рад, что твоё сердце научилось любить. Спокойной ночи, Том. — До завтра. Когда дверь закрылась за стариком, Том протянул довольное: «Гарррриии». Мальчик сбросил мантию и положил её на парту, а сам подошёл к слизеринцу, который сразу зарылся рукой в волосах студента, склоняясь к желанным губам. За последний месяц Реддл привык их целовать каждый день, а сегодня не смог из-за работы, поэтому отказывать себе в любимом занятии на стал. Его львёнок прильнул к груди змея, обнимая за талию, убеждаясь в очередной раз, что Том только его. — Он был влюблён в тебя? — спросил Гарри, переводя дыхание, пока губы Тома исследовали его шею. — Да, и я этим пользовался, как мог, — хмыкнул Реддл, кусая мальчика за мочку уха. — Он рассказал мне о крестраж, когда я спросил, он знал, что я Волдеморт, но молчал. Любовь зла, Гарри. — Надеюсь, не ко мне, — Том хмыкнул и заглянул в преданные и влюблённые изумрудные омуты. — Тебя не обижу. Никогда, — обещал Реддл. — Я уже пытался тебя убить, как можно обидеть сильнее? — брюнеты засмеялись, ведь правда и абсурдность слились в одной фразе. — Ты узнал что-то о Викторе? — Нет, и у него хороший окклюментный щит. Гермиона в порядке? Альбус выписал разрешение для близнецов, и оно уже отправлено. Я там дописал немного от себя, чтобы они понимали причину этого разрешения. — Я голодный, — признался парень, не желая больше говорить о делах, и Том тепло улыбнулся. — Я тоже. Останешься у меня? Мне будет одиноко спать без своего львёнка. Будь Гарри котом, то уже мурчал бы на груди мага, но он только легонько чмокнул его в щеку и согласно кивнул. Спать в объятиях Тома оказалось настолько приятно, что гриффиндорец пока и сам не знал, как себя на время учёбы отучить от этого.

***

Крик в спальне девочек, заставил Драко проснуться. Три часа ночи, слышны взрывы, и это навело его на мысль, что Пэнси всё-таки доебалась до Дафны. Он ставил на будущую Поттер, та легко даст фору мопсоподобной Паркинсон. — Драко, Гринграсс разбила нос Пэнси! — закричала Булстроуд, влетая в спальню старосты факультета. — Она заслужила. Нотт рыкнул и побежал к девчачьей спальне, вот только мальчишки не могли войти к девочкам из-за заклинания Основателей, поэтому Тео начал что-то кричать на входе, а после получил Жалящим от Дафны, которая выпихнула Паркинсон из спальни и закрыла дверь. Блейз засмеялся, наблюдая за этой картиной, а Драко закатил глаза. — С ними не поспишь, — устало прошептал блондин, когда вернулся в спальню вместе с мулатом. — Ложиться нужно раньше, а не думать об огненной гриффиндорке, — хмыкнул Забини. — Как будто ты не думаешь о её брате, с которого не сводил глаз весь ужин, — подметил Малфой, вызывая улыбку итальянца. — Не отрицаю. Он крепко засел в моей голове ещё с лета, — признался мулат. — Думаю, шанс есть, если он не бабник. — Но ты же бабник, если тебя бросят, разве это страшно? — спросил Драко, растягивая слова, чтобы подразнить друга. — Заткнись, — засмеялся Блейз. — Он мне нравится. Сильно. — А как же продление Рода? — Сделаю так, как поступил Реддл, — стану крёстным. Похуй мне на продление Рода, если я буду несчастлив, — Драко сразу понял, что дальше речь будет адресована ему. — Ты решил всё за Джинни, а сам спросил, чего хочет она? — Она хочет семьи! — Ты можешь стать её семьей! Ты и ваш общий будущий сын! Драко, вы хотите строить карьеру лет до тридцати, а после задумаетесь о детях. Так учти, Поттер может оказаться той самой надеждой Рода, о которой говорила вейла, подарившая вам всем платиновые макушки, — блондин хмыкнул. — А если Поттер всё-таки не сможет вам помочь, это не значит, что она будет несчастна жить возле тебя и малыша! Я решил жить для себя, поэтому найду себе крестника, может, напрошусь к Дафне, — засмеялся Забини. — Она говорила, что всегда хотела четверых детей. — Я выгнал Джинни. — Моли прощения, Хорёк! И учти, у неё много старших братьев, двое частые гости Хогсмида, ведь открыли там ещё один магазин, а второй учится в школе. Не увиливай от кулаков, — засмеялся Блейз и сразу получил подушкой по голове, но смеяться не прекратил. Драко знал, что друг прав. Рон не тот, кто прощал слизеринцам даже плохое слово. Чего стоила драка Флинта и близнецов три года назад, когда тот обозвал их мать, страшно вспоминать. Рон вырос таким же крепким и высоким, как близнецы, поэтому его удар может сломать челюсть. Драко желал быть возле Джинни, поэтому готов понести все наказания мира. Блейз прав: Драко сделал несчастными обоих.

***

Уже утром двое близнецов вошли на территорию Хогвартса. Сова Реддла долетела, и то, что Крам снова в школе, братьям не понравилось. Они очень переживали за свою девочку, которую по словам Тома, вывел Рон из зала почти в бессознательном состоянии. Гермиона боялась Виктора. Крам как раз выходил из Большого зала, когда ему преградили путь. Близнецов у входа увидели все, но к ним направилась только староста школы и сразу угодила в объятия Джорджа, который взмахом палочки закрыл дверь в Большой зал. Фред встал перед братом и любимой, нацелив на болгарина палочку, а тот удивлённо уставился на обнимающихся. — Я думал, это рекламный ход, а Гермионе действительно нравятся два… — Заткни ебальник! — рыкнул Фред, подходя почти впритык. — Ты сломал Гермиону, хуй ты хуев! Нам потребовалось время, чтобы она пришла в себя и подпустила нас! Если мы с Джорджем узнаем, что ты к ней подошёл ближе, чем на пять футов, мы тебя кастрируем, и никакой международный скандал не поможет, ведь ты насильник! Воспоминания нашей девочки это докажут. Я понятно объясняю? — Уроки… — Гермиона не выбирала Зельеварение на шестой и седьмой курсы, — заявил Джордж. — Вы никак не пересечётесь! Если мы узнаем, что ты преследуешь её или заставляешь бояться, то поверь, будешь вспоминать Болгарию с ностальгией! — Мы понятно объяснили, Крам? — спросил снова Фред. — Мы на территории школы, вы меня не тронете, — хмыкнул Виктор. — Мы ученики Реддла, который является наследником Салазара Слизерина, то есть, он наследник четвёртой части зáмка. Профессор Реддл дал нам право бить тебе ебальник, понял!? — ухмыльнулся Фред. — Ты жить хочешь? — Виктор сглотнул. — Тогда ты нас услышал. Пошёл вон! Крам удивлённо уставился на близнецов, на Гермиону, которая всё ещё прятала лицо на груди Джорджа, а после ушёл. Он решил не горячиться, а вызнать побольше. К близнецам подошёл Реддл, решая предупредить: — Будьте осторожны. Я пока не в курсе того, что на уме у этого мальчишки.