Pullover

Так, перед самым Новым годом днем к Федору зашел погостить Гоголь с картонной коробкой в руках, в которой оказалась мини-ёлка и всякие игрушки с гирляндой и другой фигней. –Мне идет, Феденька? — обмотав себя гирляндой, спросил Николай, расставляя руки вверх. —Очень, — ухмыльнувшись, произнес Федор, смотря на вертящегося Гоголя. –Я ёлочка, я ёлочка, — подыгрывал Николай, хихикая, смотря пока Федор что-то украшает. —Ёлочка, но моя, — оставляя коробки с мишурой и подходя к блондину, произнес Федор, легонько ткнув Гоголя в нос. За эту неделю они успели поближе сблизиться, вместе ходя гулять. –Хе-хе, — довольно хмыкнул Коля, приобнимая Федора, все же, гирлянда мешала.– Куда ёлку поставишь? —На подоконник, — ответил Достоевский, указывая пальцем на окно. –Хе, валяй, — одобряюще кивнул Гоголь, смотря на подоконник а после на Федора, ухмыляясь. — Я уже приготовил тебе подарок на завтра! —И я тоже, — произнес Достоевский и слегка отстранился от объятий Гоголя, ставя ёлку на подоконник. Коля тем временем снял с себя гирлянду, подавая её Федору, который намотал гирлянду на елку и включил провод в розетку. Бам. Разноцветные огоньки украшали комнату своим мерцанием. Красный, желтый, зеленый, голубой — вся комната была затила радугой. –Работает, хе, — смотря на мерцающие огни, сказал Николай, пожав плечами. —Коль, выключим свет, посмотрим как ёлочка горит, — предложил Федор. В его аметистовых глазах отражалась радуга. –О-ой, ну не знаю~ — «смущаясь» сказал Николай, но после его настроение резко изменилось, как обычно бывает. — Давай! — бесцеремонно плюхнувшись на кровать Достоевского, добавил блондин, ожидая пока тот выключит свет в квартире. Через минуту пришел Федор и, цокнув, что белокурый смял белое одеяло на кровати, прилег рядом с Колей, приобнимая его, сплетая ноги. —Хочешь страшилку расскажу? — вдруг предложил Федор, хмыкнув. Вообще, истории любил рассказывать Коля, но инициатива Достоевского ему понравилась. –Давай! — лежа чуть ниже Федора, смело произнес Гоголь. Темноволосый начал рассказывать какую-то страшилку, которая очень зашла Николаю, но после он начал бегать глазами по полу, ища выдуманных монстров из истории Федора. –Включи свет, нафиг, — нервно сказал Коля, подняв глаза на Федора. Твердый голос Достоевского вместе с ужасающей истории сделали свое дело. —Ты что, боишься? — Федор тихо хихикнул, что светловолосый чуть не поверил в эту историю, основанную на реальных событиях. Он разжал тёплые объятья и направился к выключателю. –Я?! Нет, мне темно просто, — лёжа на кровати сказал Николай и вдруг почувствовал шуршание под кроватью. История была про каких зубастиков, похожих на ежей, которые выползали из-под кровати и убивали людей.  — Блять! — матерясь, Гоголь мигом выскочил, чуть не кидаясь прямо на Федора, но постыдившись своей трусости, встал на месте, будто ничего сейчас не было. —Чего так кричишь? — нервно произнес Федор, оглядываясь и смотря на Гоголя, старающегося сохранять свой обычный вид. — Тебя так напугала моя история? Как домой пойдёшь-то? Темно уже… –Огх, точно, — почесав затыльник, сказал Гоголь. Все же, монстры эти жили только под кроватью, но темнота за окном подливала масла в огонь. —Может останешься? — спросил Достоевский. Николай прижался в объятья Достоевского, лицом припав на его плечо, вдыхая запах кофейных угольных волос. –Ночевка? — улыбнулся Николай, спросив. —Именно, — Федор мягко улыбнулся, потрепав Гоголя по голове. Николай приятно расслабился от приятного ощущения нежной, но холодной руки Достоевского. Вдруг послышалось урчание живота, прерывающее эту милую сцену. —Есть хочешь? — произнес Федор, хмыкнув. «Как неловко» — пронеслось в мыслях Коли и он чуть покраснел, после отчаянно следуя за Дост-куном на кухню и садясь за стол. —Чем дальше займемся? — Федор достал из холодильника макароны, разогревать их. –Давай просто отдохнем, — предложил Николай, видя перед собой тарелку с едой. — Украшать дом слишком утомительно! —Мы можем что-то посмотреть, — Федя сидел напротив Николая, смотря на него и предлагая. –Можно, только давай что-то новогоднее, а то праздник уже завтра! — сказав последние слова с отчаянием, что время идет так быстро, произнес Гоголь, кушая макароны. –Не знаю. Только первый канал с новогодним, а так можно Гарри Поттера посмотреть, — произнёс Федор, вставая из-за стола и убирая посуду в мойку. –Ты же не смотришь фэнтези! — произнес Николай с ноткой сомнения. —Это исключение, — вздыхая, ответил темноволосый. –Хорошо! — ставя тарелку в раковину и чмокнув Федора в щеку, сказал он. — Я пойду посмотрю какие передачи крутят. Ты ведь не против? Конечно нет! — потянувшись, «спросил» Николай. —Скоро приду. Коля вернулся в комнату и, найдя пульт от телевизора, присел на пол у кровати, листая скучные каналы новостей и вскоре найдя какую-то программку, ожидая Федора. Рядом с телевизором был стеклянный шкаф с книгами. «Надо же как он читать любит.» — пронеслось в мыслях Гоголя. Федя зашел в комнату, потягиваясь, а после, сел рядом с Колей и обнял его, на что блондин положил свою голову на плечо Федора, укрываясь словно одеялом в темных волосах. –Гарри Поттера не нашел, только вот эту фигню, — указывая взглядом на экран, произнес Гоголь. Играл «Один дома». —Ничего страшного, — вздохнув, произнёс Федор и задумался.— Ты… маму предупредил? Проблем не оберёшься. –Ой! Я совсем и забыл! — посмотрев на Федора, опомнившись сказал Гоголь, поднимая голову. «Она убьет меня, что я не вернулся домой, да еще и остаюсь здесь на ночевку» — пронеслось в мыслях Николая. –Я сейчас вернусь, — резко произнес Гоголь, вставая на ноги и спешно погладив Федора по голове, снова растрепав его волосы, уходя в прихожую за телефоном в куртке. Федор недовольно цокнул и поправил темные волосы. «Надеюсь все будет нормально» — подумал Федор, смотря передачу. –Я снова тут, — начал Николай, вернувшись из прихожей. — Она позволила переночевать у тебя! Повезло, — радостно произнёс Коля, усаживаясь обратно. Он много рассказывал своей матери о новом «друге» который учится на одни пятерки и был из «приличной семьи». —Я рад, — стараясь говорить сдержанно, произнес Федор. Они продолжили смотреть фильмецы до самой ночи. Даже фонари на улице погасли, вот настолько было поздно. –Может… может пойдем спать, Федечка? — сонно сказал Николай, потирая глаза и вздыхая. —Хорошо, Коль, — Федор нежно чмокнул того в светлый лоб и встал с пола, выключая телевизор. В комнате темнота. –Только не отходи от меня далеко! — сонно произнес Гоголь, поднимаясь вслед за Федором и садясь на кровать. Достоевский тихо хихикнул и медленно подошел к Гоголю, садясь на его клетчатые штаны и втягивая в поцелуй парня. Николай положил свои длинные руки на бледное лицо Федора, поглаживая ланиты и углубляя поцелуй. Руки Федора скользили по лицу Гоголя, прижимая ближе. Щеки горели от холодных прикосновений Федора. Николай немного отстранился. –Нужно переодеться и умыться ещё, — вскользь произнес Николай, хихикнув и оттягивая момент. —Да… Точно, — приходя в себя, прошептал Достоевский, оставляя теплый след на губах Гоголя.— Я первый в душ схожу. –Хорошо, — шепотом произнес Гоголь, ложась на кровать. Федя встал и нехотя пошел в ванную. Все же это ежедневная процедура, которая очень надоедает думаю каждому. Но ведь не будешь ходить грязным. От нескольки часового просмотра телевизора и посиделок до часу ночи, Николая просто вырубило, он так и остался расслабленно лежа на кровати и крепко заснул. Вскоре Достоевский вернулся, тело было горячее, ведь обладатель аметистовых глаз любил мыться почти под кипятком. —Спит, — подытожил Достоевский, но шепотом, а после, обнимая заснувшее теплое тело Гоголя, уткнулся ему в грудь. Николай издал приглушённый хрип от объятий Достоевского и продолжил спать. До самого утра.

***

Утро. Тридцать первое декабря.

***

–Утречка! ~ — выходя из комнаты, весело пропел Гоголь, кажется, хорошо выспавшись. — О, ты готовишь? Как мило, — хлопнув в ладоши, сказал он, смотря что брюнет готовит. Федор стоял в своей полноценной белой пижаме с фиолетовыми пуговицами. —Коль, обними меня, — непринужденно, но с ноткой приказа, произнес Федор, готовя омлет с петрушкой. Гоголь вмиг со своей «послушностью» исполнил «приказ» Федора, приобняв того за талию и немного ухмыльнувшись. –Пахнет вкусно~ — хихикнув, подметил Николай, глубоко вдыхая аромат. Федор чуть улыбнулся и выложил готовое блюдо на тарелки около плиты. —У тебя руки такие горячие, — чувствуя горячие прикосновения, произнес Достоевский и выключил плиту, а после повернулся лицом к лицу с Гоголем. Слегка наклонившись, хитрая ухмылка соприкоснулась с потресканными, но такими вкусными губами Федора, отвечавшие на прихоть Гоголя. Тоже взаимно. –М-м~ — немного простонал Николай, уже почти научившись целоваться за эти две недели, щекоча нёбо Федора и обнимая за талию, скользя руками. Он немного отстранился, непринуждённо сказав: — Я тоже умею готовить! —Да? И что же, — ухмыляясь, сказал Федор, гладя Колю по щекам, забавляясь от этой наигранной детскости блондина. –Ну-у-у, — краснея, начал Гоголь, хвастаясь, — борщ, блинчики, пирожки… —Молодец~ — выдыхая, произнёс Федор, стараясь сдержаться от такой напущенной «серьезности» блондина. Николай смотрел на Федора своим пленительным взглядом, держа в объятьях, резко меняя выражение лица. –Тогда давай поедим вместе, — ловким движением разжимая объятья, невинно сказал Коля, садясь за стол и пробуя. –Ты хорошо готовишь, я не сомневался, Дост-кун, — попробовав омлет, заявил Николай. —Я знаю, — Федор ухмыльнулся и чуть покраснел, садясь за стол и приступая к трапезе. Николай любовался на милое лицо Федора, пока тот ел. –Слу-у-ушай, мне сейчас нужно пойти домой… Но! Но! Но! — начиная протяжно говорить, Николай доел яичницу, запивая горячим чаем, — Но я приеду к тебе вечером! Вот, — со своей звонкой манерой заключил Гоголь, ожидая ответа. —Хорошо, — согласился Федор, задумавшись, переведя взгляд. Уж очень не хотелось расставаться сейчас, ведь сегодня тридцать первое декабря. —Мы можем пойти погулять. –Конечно-конечно, — с нетерпением произнес Николай, убирая тарелку в раковину и медленно подходя к Достоевскому сзади, положив руки ему на плечи. — Только куда? —Хмм… Есть пару мест. Можем в библиотеку сходить, — предложил Достоевский, смотря снизу вверх на «озадаченного» Гоголя. «Блин. Какие книги? Я их терпеть не могу! Ох, ну, если ему они так нравятся.» — мелькнула мысль в голове Гоголя. –Договорились, Феденька~ — улыбнулся в ответ Николай, играясь. –Тогда не скучай, Дост-кун! — добавил Гоголь, через пару минут, стоя в прихожей вместе с Федором. —Коль, наверно ты не очень любишь читать, так? — Федор подошел, смотря Николаю в голубые глаза. Все же, распознавать ложь брюнет умел с ранних лет. –Почему? —Мне так показалось, — брюнет отвел взгляд, явно не желая объяснять причину такого вопроса. –Книги станут более интересными, если их будешь читать мне ТЫ, — подмигнул Гоголь, махнув косичкой и подходя к Федору, обнял его, рукой прижав к себе, на что лицо брюнета покрылось красными пятнами. Приятно такое слышать. —Хорошо, — произнес Федор и обнял Гоголя за шею. –Ой, не заставляй меня краснеть! ~ — произнес Коля, целуя обладателя аметистовых глаз в губы, наслаждаясь приятными ощущениями, а после чмокнул в нос, поспешно говоря: — Увидимся, Дост-кун, — добавил он, уходя. «Мы не разу не целовались долго… Почему?» — подумал Федор и закрыл деревянную дверь, уходя к себе в комнату и занимаясь своими домашними делами. Все же, новый год на дворе. Родители Федора так и не приехали его поздравить, только написали короткую СМСку с поздравлением и пожеланиями насчет учебы. Коленька возвратился домой и получил пиздюлей от матери за то, что не предупредил ее об ночёвке. Она не имела против, но очень беспокоилась за сына. Гоголь пришлось помочь матери нарезать салаты и помыть полы, ведь в этот НГ он собирался быть у одинокого «друга». И вот, освободившись, он уже заворачивал свой подарок и еще классическую книжку, предвкушая реакцию Федора на этот «сюрприз». Он вернулся к Достоевскому к четырем часам дня, весь запыхавшись. –Ну что, в библиотеку? — спросил Гоголь прямо с порога. —А… Коля… Ну хорошо, сейчас соберусь и пойдем. Проходи пока что, — Федор пропустил Гоголя и улыбнулся. Все же, хотелось увидеть родителей, но обещанному прибытию Николая брюнет был рад гораздо больше. Николай разделся и помахал красным подарочным пакетом в руках. –А это мини-подарок тебе~, — приложив палец в жест секрета, весело сказал Гоголь. –Подарю в новый год!!! Только тс! Не открывай! —Хорошо, — вздохнув, «нервно» произнес Федор, хотя очевидно испытывающий любопытство. —Есть не хочешь? –Не, — сухо сказал Гоголь, ведь уже поел дома. — А ты? — медленно, но верно приобнимая Федора за плечи и поглаживая. —И я. –Я успел соскучиться, — проводя по щеке теплой рукой, сказал Николай и медленно наклонился к лицу Достоевского, робко поцеловав того, проникая языком меж его белых зубок и проводя по деснам, научившись и входя во вкус. От неожиданного действия Федор тихо простонал в поцелуй, краснея. Николай придерживал его, слыша стоны, такие манящие, и больше углубляя поцелуй, придерживая, после немного отстранившись и сказал на краснеющее ушко: –Ты красивый когда смущаешься, Дост-кун. Достоевский молча уткнулся в плечо Николая, вспоминая нахлынувшие ощущения и воспоминания с походом в кино, где они так же сильно целовались. Немного краснея, Николай положил свою руку на голову Дост-куна. –И как ты собираешься идти в библиотЭку? — гладя по голове, сказал Гоголь, коверкая слово нарочно. —Пешком, — не понимая о чем говорит Гоголь, сказал брюнет и слегка нахмурился, думая. –Ха! Тогда нам нужно поторопиться, а то уже темнеет!!! — сказал Гоголь, смотря в окно. —Ко-оль, может никуда не пойдем и отпразднуем Новый год дома? — Федор резко передумал, ведь гулять вечером да еще и зимой было очень холодно, хотя причина была не только в этом. –Так мы и так планировали вместе отпраздновать, — не поняв вопроса, сказал Коля. –Тебе не хочется в библиотеку? —Не хочу на улицу, там ужасная погода, — произнес Федор и цокнул из-за погоды, ведь вправду не хотелось никуда идти. –Мм. Ну хорошо! — обдумывая ситуацию, резко согласился Гоголь. — Мы можем устроить библиотеку прямо здесь, хе-хех!!! —Верно, — Федор бережно снял с Николая дутую куртку и повесил её на крючок, почувствовав на холодной щеке небольшой поцелуйчик в знак благодарности, а после смешок. Достоевский приложил руку к месту поцелуя, немного помедлив. –Ура-ура! — припрыгнул Николай, беря за руку Федора и проходя в комнату. — Выбери что-нибудь на свой вкус, я тебе полностью доверяю, — с нетерпением добавил Гоголь, вертясь и рассматривая книжки. —Хм, хорошо, — задумчиво поизнес Федор и подошел к стеллажу с книгами, начиная выбирать. Брюнет остановился на одном романе его любимого писателя и немного улыбаясь. Он сел на свою кровать. Коля наблюдал за мерцающей гирляндой на елке, которую сам только что зажег. Странно, что Федор выключил ее, ведь без этого праздничного настроения совсем не было. — Тебе прочитать что ли? — хихивнув, вспоминая слова Гоголя утром, произнес Федор и показал роман «Обыкновенная история». За один вечер можно прочитать половину. –Конечно! — Николай ухмыльнулся и лег головой на ноги Федора, смотря на того сверху вниз и явно нетерпеливо ожидая. — Ну же! Достоевский улыбнулся, ведь ему нравилось эта черта характера в Николае — нетерпеливость, хоть и являлась полной противоположностю его самой смиренности. Федор положил одну руку на волосы Гоголя, заходя тонкими пальцами в этот «белый снег», а другой держа книгу. Брюнет начал спокойным и нежным голосом повествовать роман. Коля все это время слушал нежный голос темноволосого, пытаясь увидеть аметистовые глаза Федора, которые успешно загораживала книга, впрочем, как и все лицо брюнета. Зато голос был слышен хорошо, Достоевский прекрасно читал и выговаривал каждое предложение с интонацией. Так прошло часа два, а минутная стрелка показывала девять вечера. —Коль, читать дальше? — дойдя до интересного момента с Надеждой и Адуевым произнес Федор, ухмыльнувшись и мучая Гоголя, ведь тому, кажется, было ну очень интересно. –Почему ты остановился? — вдруг спросил Гоголь. «Блять. Интересно же чем там все закончится!..» — пронеслось в мыслях Николая, пока он молчал. –Ну, валяй! — хмыкнув, сказал Гоголь, отводя глаза в сторону. —Хорошо, — с ноткой наигранности произнес Федор, продолжая читать, передавая эмоции персонажей. «Вашу ж мать! Как она могла так обойтись с ним» — сначала закрыв глаза, а потом опять стараясь посмотреть на Достоевского, подумал Николай, видя лишь саму книгу и ее название над головой. В горле Федора пересохло, ведь он читал два часа без глотка прохладной воды. –Давай попозже дочитаю, отдохнём, поедим, — произнес Достоевский, убирая книгу и смотря на открывшееся лицо Николая, который наконец увидел его лицо вновь. –Бли-и-ин, — протянул Николай. Все же, книга была действительно интересной, но опять сидеть в таком положении очень наскучило Гоголю из-за его гиперактивности. Хоть интерес к книгам немного и пробудился. — Да, пошли поедим, нужно будет приготовить что нибудь для праздника, — тоже более оживлённо сказал Коля, поднимаясь с бедер Федора, который после вернул книгу в стеллаж. —Тебе понравилась книга, не так ли? — Достоевский победно натянул ухмылку и скрестил руки. –Книга хорошая, правда! — честно ответил Николай, смотря на угадавшего Федора. —В следующий раз выберу что-то поинтереснее, обещаю, — Федор потер затылок и пошел на кухню. Коля проследовал за Достоевским на кухню, обдумывая его слова. –Чур в этот раз готовлю я! — заявил Николай, открыв холодильник быстрее Федора. —Хорошо, — утомительно произнес брюнет и сел за стол. Ничего не делать и смотреть как другие работают было просто прекрасно. Николай взял некоторые ингредиенты из холодильника, через полчаса сделав небольшую пиццу на плите и салат оливье. –Видал? — ухмыльнувшись, посмотрел на Достоевского за столом Гоголь, показывая аппетитную еду. —Хозяюшка, — с иронией произнес Федор и тепло улыбнулся, смотря на Гоголя. –Меня так только мать называет, — отшутившись и хихикнув, сказал Гоголь. — Попробуй, раз тебе нравится. Салат или пиццу? — Николай мастерски разложил перед Фёдором еду, садясь напротив и ожидая, пока тот попробует. Обладатель аметистовых глаз начал с салата, съев пару ложек и похвалив блюдо. После брюнет взял, кусочек пиццы и положил себе в рот, тоже оценивая. Да, готовить Гоголь умел определенно лучше, тесто даже не подгорело. –Хе-хех, потому что с душой! — добавил Коля на похвалу Федора. Его мама учила, что все вкусное сделано с добавлением души. Часы пробили одиннадцать вечера. –Ой, я что придумал! — начал говорить Николай. — Давай построим шалашик из подушек и одеяла! —Хах, мы с… мамой такое в детстве строили, — темноволосый как-то грустно улыбнулся.—Хорошо, давай. Николай заметил небольшую грусть на лице Достоевского. –А… Что случилось Дост-кун? Не хочешь? — непринуждённо спросил блондин. —Все хорошо, пойдем, Коль, — Достоевский подошел к Гоголю и давая понять, что это не самая лучшая тема для разговора. «Ну. Наверно личное… » — вздохнув, подумал Гоголь, решив не портить новогоднее настроение себе и Федору. Они вернулись обратно в комнату. –Давай шалаш будет на полу, заодно и первый канал с обращением Путина посмотрим, — спросил Коля, глядя на ковер в комнате. —Не против, — Достоевский взял две подушки и начал расставлять их около кровати, делая высокую перегородку. Гоголь покрыл место одеялом, чтобы создался вид «шалаша». –Го-отово! — хлопнув в ладоши, радостно заключил Николай. –Залезем? —Уу, ты первый, — Федор недоверчиво смотрит то на сконструированый домик, то на Гоголя. –Хех, — ухмыльнулся блондин, садясь на корточки и пролезая в «шалашик» и высовываясь головой из него, сказал Федору: — Давай, тут прикольно. Нехотя брюнет залез за парнем и обнял, прижавшись ближе, чтобы места было побольше. Гоголь прижался к Федору, тоже обняв и смотря первый канал, по которому уже пели песню «пять минут». Коля положил на голову Федора свою руку, прикрыв глаза, осознавая, что сейчас обнимаются с близким человеком. —Феденька, — протянул вдруг Гоголь смотря прямо в аметистовые глаза обладателя. –М-м? — хитро посмотрев на него, спросил Федор, откликаясь на такую ласковую форму имени. —Я тебя люблю, — так же протянул Гоголь, смотря на темноволосого и гладя. –А я тебя больше~, — приблизившись уж слишком близко к лицу Николая, произнес Достоевский. Он смотрел в зрачки Гоголя, которые расширились. Недолго думая, блондин поцеловал темноволосого парня в губы, жадно и настойчиво. Федор ответил на поцелуй, обнимая за шею Николая и прикрывая глаза. В телевизоре начали бить куранты. –Загадывай желание! ~ — немного отстранившись от губ Федора, произнёс Николай, лучисто улыбаясь. —Хочу, чтобы мы всегда были вместе, — шебурша пепельные волосы Гоголя, с надеждой произнёс Федор, хоть и не очень верил в чудеса, а больше полагался на здесь и сейчас. –Ха. Мое желание такое же! Нечестно~ — Николай вновь припал к Федору, кладя того на себя, поцеловав ещё раз, только уже в щеку, а после в переносицу. –М-м~ м, — тихо простонав от ощущений, Федор закрыл глаза и тем ярче ощущал каждое ловкое прикосновение Гоголя, почти непредвиденные, но такие приятные и будоражащие. –Подарки, — припоминая специально, вновь отстраняясь, произнёс Гоголь. —Ох, точно… Подарки, — Достоевский смущенно уткнулся в плечо блондина. –Да~ — радостно пропел Гоголь, — Я сейчас принесу, готовься хе-хе, — через несколько секунд он приподнялся, аккуратно погладив Федора, и направился в прихожую, забирая красный подарочный пакет и через пару секунд принося его в комнату. —Я сейчас, — Достоевский последовал примеру Николая и открыл свой шкаф, доставая подарочную коробку. В это время Николай импульсивно ходил по комнате и пытался скорее увидеть краем глаза подарочную ленту, а после и саму коробку, с нетерпением дожидаясь его и теребя пакет в руке. Вскоре Федор показал блестящую коробку и немного помахал ей, глядя как взгляд Гоголя бегает за ней. Глаза Николая блестели, что ему тоже припасли сюрприз. Он протянул Федору свой красный подарочный пакет, нервно хихикнув: –Открывай~ хе-хе. Они обменялись подарками, начиная распаковывать, очевидно, как можно быстрее пытаясь понять сам сюрприз внутри. —Только аккуратно, она хрупкая, — Достоевский сел на кровать и открыл подарочный красный пакет с фиолетовым свитером, идеально уложенным ровно, и классическую книжку. Глаза раскрылись от неподдельного шока, собирая пазл в голове и то, как Николай внимателен к нему. Чуть не выступили слезы, но это не подходило к имиджу Достоевского, поэтому он продолжал удивленно смотреть на подарки и расплываясь в улыбке. Гоголь присел на колени, открывая коробку с новой аниме-фигуркой Хатсуне Мику, которая была одной из первых, с которым познакомился Гоголь. Его глаза сверкали ярче огней. Все же, смотреть и интересоваться аниме он начал именно с неё –Ого, какай красивая!!! — радостно рассматривая фигурку, выпалил Гоголь, смотря на Федора, который надевал свитер, очень удобно подошедший по размеру. —Какой мягкий и теплый, — неожиданно произнес Достоевский, продолжая мило улыбаться и сел на ковер рядом с шалашом вместе с Гоголем, радуясь, что угадал с подарком. Все же, это стоило немалых усилий и денег. –Тебе правда нравится? — нервно смотря на Федора, спросил Гоголь — Я сам связал~ —У тебя золотые руки, Коля! — Федор крепко обнял Гоголя, сказав это на эмоциях. Николай довольно прижал тело Достоевского к себе. Из окна послышались звуки фейерверков. —О, салюты, — задумчиво произнес Федор и встал с пола, подходя к окну. –Каждый год одно и то же. –Только русские на шум фейерверков бегут сразу к окну, хехе. Может тоже запустить? — подходя к Федору, спросил Гоголь. — У меня с собой есть пара бенгальских огней, — правда, сейчас было не до них. —М? Ну, можно, — Достоевский обернулся лицом к Гоголю, встретившись взглядом и приобнимая за плечи. –Спасибо~ — поблагодарил блондин Федора за подарок, ведь фигурки обычно дорогое удовольствие, и прижал к себе. —Люблю тебя, Феденька, — прижимаясь еще ближе к Достоевскому, улыбнулся Гоголь. Он легонько провел по спине брюнета, вызывая волну мурашек у него. –Я тебя тоже, Коль, — прошептал Федор и втянул Гоголя в долгожданный поцелуй.