Obsessed

***

      Чимин лежал в ванной и думал о том, что чем дальше, тем его жизнь все сложнее. Хотелось помочь другу, разобраться в своей личной жизни, поехать на показ мод в Нью-Йорк и встретиться с родными. Последний пункт особо угнетал. Родители, узнав о том, что их ребенок с тотемом дракона, были ошарашены. По правде говоря, отец Пака не знал, что у него в роду были драконы. Он вообще был шокирован, когда старейшины ему рассказывали настоящие факты о прошлом. Мужчина не отдалялся от Чимина, поддерживал его, но из-за учебы они виделись не часто. И вот сейчас, когда начались каникулы, оба родителя ждали и Чимина, и Марисоль.       Медсестра прислала смс, что Юнги пришел в себя, но сейчас у него родители. Так что ребят попросили приходить завтра. Пак радовался, что друг не один, но все же волновался. Слово «волнение» последнее время очень давит на мозги. Именно из-за нервов и волнения он выпустил огненный шар. И этот факт пугал. Чонгук все проверил, никого рядом не было, и это единственное, что радовало. Однако свидетелем оказался Ким. Конечно же, они ему рассказали то, что можно было. Но все же он не входил в число тех, кому хотелось рассказывать.       Вода в ванной остывала, и блондин недовольно фыркнул, мысленно жалуясь на этот маленький факт. Хотелось подольше нежиться в теплой водичке, но температура в общежитии в зимнее время стремительно снижалась. Смыв с себя пену и завернувшись в теплое полотенце, Чимин пошлепал в комнату, ощущая прохладный воздух каждой клеточкой. Несмотря на то, что начались каникулы, в общагу начали возвращаться студенты, ведь отопление починили, и теперь жить здесь было комфортно.       В комнате мягко отбрасывала свет лампа на прикроватной тумбочке, а из колонок у стены тихо звучала приятная песня, еле уловимая для слуха. Быстро скинув с себя влажное полотенце и протерев тело махровым сухим, Чимин натянул теплую пижаму и, развесив мокрые полотенца на сушилке у батареи, залез под одеяло. Хотелось быстрее согреться, но это ему никак не удавалось. Он ерзал в кровати, пытался найти удобное место или найти удобную позу, но все попытки были тщетны.       Дверь тихо открылась, и Чимин испугано посмотрел в сторону звука. На пороге стоял Чонгук.       — Не спишь? — тихо спросил парень и мягкой походкой направился на кровать напротив.       — Нет. Только десять вечера. Хочу, но не могу уснуть… А ты?       — Почему ты решил не говорить Киму, что я тоже дракон?       — Я не доверяю ему. И сам виноват, что спалился перед чужаком. А тебя зачем раскрывать? За компанию? Лучше пусть думает, что я один такой.       — Я не думаю, что он мог бы мне навредить, — Чонгук стащил со стола конфету и, довольно развернув фантик, закинул её в рот.       — Если бы твой отец услышал, то дал бы по голове! Кинь мне одну, — Чимин сделал милые глазки, и брюнет швырнул в противоположный конец комнаты несколько конфет. Пак их ловко поймал и принялся за дегустацию.       — Где ты их покупал?       — Марисоль притащила. Сказала, что в «Пеппер» новые конфетки делают.       — Сто процентов, Хосок! Неугомонная лань. Но вкусные до ужаса! — Чонгук развернул фантик и начал изучать содержимое. Потом увидел название и расплылся в улыбке: — Он назвал эти вкусняшки «Розовый Фламинго»…       — Вот же. Спелись, видимо! — Чимин был доволен. Ему нравился Хоби и не напрягало его общение с Марисоль.

***

      Марисоль сидела в «Пеппер». Ее подруга, с которой она живет в общежитии, завела какой-то супер-важный разговор с каким-то парнем. Всем почему-то очень хотелось познакомиться с француженкой, и Марисоль в такие моменты чувствовала себя как бесплатное приложение. Она безразлично посмотрела на витрину с булочками и грустно вздохнула, когда к ней подошел Хоби.       — Почему ты не с друзьями? — спросил Чон, кивая в сторону соседки-француженки и нескольких ребят вокруг нее.       — Я для них не супер-звезда. Уверена, что они даже не заметили, что я пересела за барную стойку.       — Они просто не знают тебя. Хочешь, я тебе что-нибудь вкусненькое принесу?       — Дай мне что-то самое вкусное, — Марисоль мило улыбнулась, а потом добавила: — Ты никогда не провожал меня домой. Ты избегаешь меня, Чон Хосок?       — Я? — Хоби сразу же стушевался. — Тебе показалось.       — Не-а, не показалось. Я тут проанализировала наше совместное времяпрепровождение и поняла, что мы тусим только днем. Вечером ты пытаешься меня побыстрее куда-то спихнуть, а ночью я тебя еще никогда не видела.       — Ты преувеличиваешь… Я просто не активничаю ночью. Вот и все.       — Давай погуляем после твоей смены?       — У нас увеличилось количество рабочих часов. Я закрою заведение только в два ночи. Тебе лучше пойти домой с друзьями и не ждать меня так долго.       — Ты избегаешь меня!       — Не придумывай. Я просто здраво рассуждаю. Тем более, тебе стоит не со мной проводить время, а с парнем, который тебе нравится.       Девушка сделала большие глаза и непонимающе посмотрела на друга. Она не могла понять, о чем говорит Хоби. Взяв конфетку со стола, она решила узнать о его мыслях.       — Ничего не понимаю, но желаю узнать. Выкладывай!       Хоби поставил перед Марисоль тарелку с кексом, а сам направился к кофейному аппарату, но девушка схватила его за руку через стойку и непонимающе заглянула в глаза.       — Хо, что такое? Почему ты не хочешь говорить?       — Тебе не кажется, что ты сейчас должна быть в больнице с Юнги, а не сидеть вечером в кафе и общаться со мной?       — Ну, во-первых, с ним родители, а во-вторых, я пойду в гости завтра, вместе с ребятами, — девушка думала, что вопрос о Юнги - это вступительное слово перед главной речью, но откусив кусок кекса, она замерла и с набитым ртом добавила: — Ты Юнги имел в виду? Думаешь, мне нравится Юнги, как парень?       — Это очевидно. Я просто спросил, почему ты не с ним…       — Но мне нравится Юнги просто как друг...       — М-м-м, будешь еще какао? — как будто не услышав фразу Марисоль, Хоби «гнул свою линию».       — Хоби, давай пойдем на свидание, — в лоб спросила девушка, и Чон от неожиданности уронил поднос с посудой. Сестра Чимина попыталась помочь, но сотрудница «Пеппер», что выбежала из кухни, отодвинула ее. Так же присоединилась к уборке милая официантка, что ласково обняла Хоби за плечи, а потом заботливо ворковала вокруг него. Марисоль наблюдала за всей этой идиллией и вдруг поняла, что лучше ей уйти домой.       Многие ощущали эти эмоции… Когда ты рядом с объектом своего воздыхания и нелепо пытаешься обратить его внимание на себя, а потом приходит кто-то другой, и ты теряешь его минимальное внимание. В такие моменты хочется просто убежать, спрятаться, стереть себе и ему память или получить вторую попытку… Но вторых попыток не бывает, и единственным вариантом остался побег. Так что Марисоль окинула взглядом суету за барной стойкой, Хоби, рядом с которым звонко смеялась милая официантка, и решила уйти. Накинув на плечи курточку, девушка тихо вышла из «Пеппер», придерживая рукой колокольчик сверху, чтобы никто не смотрел в ее сторону.       Температура была низкой, но мороз совсем не ощущался. Так же не чувствовалась и красота вокруг, когда Марисоль шла по улице. Она не видела блеска снежинок, сияния мороза на витринах. Она даже не обратила внимания на звенящую тишину, которая околдовала город… Остановись на секунду, и ты услышишь, как падает снег. И больше ничего. Но в голове у девушки был только звук от ее учащенного пульса и сотни мыслей, терзавших ее голову. Да, ей нравится Хоби. Давно. С первого взгляда, если быть более конкретной. Она помнит его солнечное лицо, когда она залетела в кафе, и он подошел к столику. Часто она приходит в «Пеппер», чтобы поговорить с ним, но судя по всему, он даже не замечает. Так же не замечает, как она приходит в заведение, только когда его смена. Да, Марисоль нравится Чон Хосок.       Несколько раз она обернулась, где-то в глубине души надеясь, что Хоби увидел, как она ушла, и что он догонит ее, обнимет, а на фоне будет играть романтическая музыка. Но за Марисоль никто не шел. Целая улица была пуста, и не было ни души вокруг. От этого становилось еще хуже на душе. Она ускорила шаг и направилась в сторону городского парка. Хотелось быть подальше от этого района, дальше от знакомых, чтобы никто не увидел ее слабостей.       Городской парк находился недалеко и был изюминкой студенческого городка. Здесь особенно хорошо летом и сказочно зимой. Марисоль никогда не видела этот парк зимними ночами, только в светлое время суток, и сейчас он казался совсем чужим, незнакомым, будто это не Сеул и не ее район.       В последнее время она не чувствует себя собой. Скорее, всё как сон или какое-то марево. Брат оказался белым драконом, крутейшим тотемом современного мира. Но ведь они разнояйцевые близнецы! Она тоже могла быть драконом! Или нет? Почему он, а не она? Чем он лучше? Потому что мужчина? Марисоль задумалась, что жизнь ее достаточно несправедлива. Ее тотем — нежное розовое фламинго, а по характеру она минимум львица. Эфир решил выделить одного из близнецов? Чертов Эфир! Чертова природа и законы! Девушка зло пнула кучу снега и почувствовала пронзающую боль в ноге. Под сугробом стоял металлический столбик с указателем.       Шлепнувшись на задницу, она склонилась к ноге и тихо заскулила. Жизнь боль. Сейчас по классике жанра должен был прийти прекрасный принц, поднять ее на руки и отнести домой, нежно успокаивая и говоря милые вещи. Но вокруг никого не было. Так что обматерив Вселенную, она вытащила телефон и позвонила брату.       — Ты почему так поздно не спишь? — сразу же начал Чимин.       — Чимин-а, забери меня пожалуйста… — девушка сделала самый милый голос из всех существующих, и Пак понял, что она явно не в кровати.       — Где ты?       — В парке. В городском парке, у огромных качелей, где мы отдыхали, когда я переехала в Сеул.       — Почти полночь! Что ты там делаешь? — Чимин недовольно бурчал, параллельно надевая обувь и одежду.       Чонгук увидел недовольный вид блондина и, поняв, в чем проблема, тоже начал одеваться. У Чона есть автомобиль, у Чимина нет. Значит Чонгук поможет ему решить эту проблему. Оба быстро спустились на первый этаж, нашли автомобиль Чона на парковке и направились в парк. Чимин молчал, и было заметно, что он закипает. Больше всего парень беспокоится за близких людей, и его ужасно выбешивает, когда сестра ведет себя, как малолетка, и не беспокоится о своей безопасности.       Марисоль сидела на лавочке, сверху ее притрусило снегом, и она напоминала какую-то зимнюю скульптуру. Увидев брата, она слегка обрадовалась. Чимин решил сам подойти к ней и поговорить без свидетелей, так что Чонгук остался в автомобиле. Подойдя поближе, блондин рукой стряхнул снег с лавки и сел рядом.       — Рассказывай…       — Я ему не нравлюсь, — грустно сказала девушка, уставившись на фонарь рядом.       — И ты решила умереть в парке от холода?       — Нет! Я же позвонила тебе!       — Кто он? Хочешь, я поговорю с ним? Ты не должна так убиваться из-за другого человека.       — Хоби. Говорить с ним не надо. Он просто не заинтересован во мне. Какой смысл с ним говорить?       — Тогда чего ты хочешь? Он твой соулмейт?       — Не знаю, он избегает меня ночью. Мне так кажется. Так что я не знаю.       — Но тебе он нравится…       — Угу, — Марисоль положила голову на плечо брата и выдохнула. — Чим, ну почему я такая невезучая?       — Так, как ты оказалась ночью тут?       — Я была в «Пеппер», болтала с Хоби. А потом я сказала, что хочу пойти с ним на свидание, и он уронил поднос с посудой. Потом ему пришла помогать какая-то тупая курица, и он… забыл обо мне? Не знаю, как по-другому расценивать его игнор. Я ушла.       — И направилась не домой, а в парк? Ты в своем уме?       — Ну, Чимин-а, я же позвонила тебе! Если ты будешь отчитывать меня, то в следующий раз не позвоню!       — Хочешь сказать, что это проявление глупости было не единичным эпизодом? — блондин поднял ногу девушки. — С ногой что? Почему ботинок так исцарапан?       — Я пнула сугроб. Там была какая-то металлическая фигня.       Чимин закинул сестру на свою спину и направился к автомобилю. Он был рад, что с ней все в порядке, но немного волновался из-за того, что ее отвергли.       — Чонгуку не говори обо всем. Хорошо?       — Хорошо. Пообещай мне, что не будешь лезть на рожон. Твой соулмейт никуда от тебя не убежит, а те, кто чужие для твоей души — не важны. Если Хоби твой соулмейт — значит так тому и быть, он не отвернется от тебя. Но с большой вероятностью вы чужие люди. Просто не проводи с ним столько времени… Ты ведь терзаешь свое сердце, мучаешь сама себя. Он хоть раз тебя куда-то звал или ты всегда сама проявляешь инициативу?       — Я прихожу к нему в «Пеппер», и пишу первой тоже всегда я…       — Дай отдых своему сердцу. Ты сама себя мучаешь. Бегать за кем-то — плохой способ наладить отношения. Тем более он мой друг.       — Не приходить в «Пеппер» и к вам на пары?       — Давай так, пока что сделай перерыв. Займись своими делами, учебой. К родителям поехать надо… Просто не мельтеши у него перед глазами. Чуть позже, если захочешь, снова можешь заходить в «Пеппер».       — Угу, я поняла. Просто это так неловко и так грустно.       — Грустно - это то, что ты промокла и повредила ногу. А все остальное решится само собой.       Чонгук увидел, что брат с сестрой уже рядом, и вышел, чтобы открыть дверцу Марисоль. Она мило поблагодарила его и, кряхтя, залезла на заднее сидение. Чимин включил печку сильнее и кивнул брюнету, давая сигнал, что пора ехать домой.       Чон без слов понимал эмоции белого дракона. И грусть в глазах Марисоль он тоже мог прочитать. Да, она не дракон, как Чимин, но в ее крови все же есть часть драконов и, не смотря на ее робкий и изящный тотем, Марисоль ровно наполовину принадлежит клану огня.