Hope you don't regret it Надеюсь ты не жалеешь

Владимир сидел в ванной комнате на холодном полу, в руках он держал двадцать первый тест с положительным результатом. Он беременен, кому рассказать не поверят. Срок не такой большой, ведь с последней течки не прошло и двух недель. Первый порыв выпить таблетку и сделать аборт. Второе осознание пришло через секунду. Это ребенок. Ребенок Эммануэля, с одной стороны это большая ответственность, с другой стороны были ночи проведенные с альфой в спальне. — Мы не молоды, моя любовь, — произнес Макрон, поцеловав свою омегу, который был наверху. Он судорожно сжался на члене, его глаза закатились, и украинец произнес очаровательное: «Аах, блять». Отдышавшись и пристроившись в объятия альфы, Владимир соизволил ответить. — Что ты имеешь ввиду? — Дети, — произнес Макрон. Он тут же ощутил напряжение своей пары. В комнате обострился запах омеги. Дышать в секунду стало тяжелее. — Нет, — грубо отрезал Зеленский. Голубые глаза Эммануэля были на против его. — Почему? — Мы не можем, — начал отвечать брюнет. Шатен перебил его. — Тебя волнует, что мы не узаконили это связью? Я готов расписаться. — Дело не в этом. — Я люблю тебя. И хочу от тебя детей, моя любовь. Я буду рядом всегда, я никуда не уйду. Палец лег на губы Эммануэля, заставляя того замолчать. Владимир выдохнул, улыбнулся альфе и поцеловал его. Он снова перевел тему. Наверное он так спасает себя. Наверное, чтобы было легче уйти, чтобы не страдать. Сейчас это очень не просто сделать. Это просто невозможно. Их связывает не просто их связь, их связывает ребёнок. Владимир привык бежать, уходить от ответственности, от того, чье поведение он не понимал. Он считал, что любовь делает из людей самых беспросветных идиотов, мужчина не желал быть таким. И теперь на Владимира, потерявшего бдительность, смотрел очередной тест, который оказался положительным. Мир просто сломался, перевернулся с ног на голову. Теперь уже ничего не будет как прежде. Телефон, лежащий на тумбе умывальника, завибрировал. Зеленский в спешке протер руки полотенцем и взял в руки смартфон. Черт. Эммануэль. Было глупо считать, что пара не ощутит беспокойство истинного. Выдохнув, президент Украины провел по экрану. Эммануэль был с расстёгнутой бабочкой, которая висела на шее свободной черной полоской. Вова вспомнил, что сегодня у Макрона была встреча с канадским премьер-министром. Джастин Трюдо. — Что произошло, моя любовь? Я не смог досидеть конференцию спокойно. Твое беспокойство буквально душило меня. Это связано с Джастином? — президент Франции любил сразу переходить к делу, но это всегда зависело от настроения. Француз поднял пронзительные голубые глаза на свою омегу. Дыхание на секунду прервалось. — Нет, я просто снова думал насчет ситуации с Россией, — на автомате произнес украинец. Недоговоренная фраза: «Я беременен. У нас будет ребенок.» осталась где-то внутри. Ему не надо знать, Вова лучше убьет себя, чем даст лишний повод Эммануэлю заботится о себе. — Пожалуйста, едь в Париж. Мне будет спокойнее, если ты рядом, — начинает вновь гарант конституции Франции, но он был перебит. Эммануэль лишь устало вздохнул. — Все будет в порядке. Я буду в порядке. «Мы будем в порядке», — отвечает Владимир и смотрит на своего истинного. После чего снова завершает разговор. Владимир прошел в гостиную и погладил кота, что спал на диване, он проснулся. Словно чувствуя, что-то Владимир-младший прыгнул на живот Зеленского и улёгся сверху. Как бы «защищая» хозяина и еще не родившегося ребенка. Президент улыбнулся своим мыслям. Все будет хорошо. Обязано быть. На следующий день началась война…