The Witcher: Сказания о Неверлэнде

      На грани Мира — так я называю разломы в пространстве. Один шаг в бездну Хаоса отделяет мага, осмелившегося приблизиться к разлому, от погружения в междумирье.        Во времена моего обучения в академии Бан Ард существовало устоявшееся описание искаженного пространства, через которое соединялись различные миры: «Миры представляют собой защищенные сферические пространства, названные Классическим Пространством, и в первоначальном виде существуют отдельно от других. Классические Пространства находятся в пустоте, наполненной первозданным Хаосом, проникающим в миры малыми дозами. И называется необузданная пустота — Эфир».        Преподнесенное толкование представители человеческого рода обрели от представителей расы эльфов. Сия интерпретация гласила, что во времена, отличавшиеся непомерной давностью, Классические Пространства существовали в абсолютной изоляции. Только мифические единороги обладали привилегией проникать через магическую атмосферу, обнаруживать пути в иные миры и одолевать охранительные чары этих миров. Возникшее по неизвестной причине Сопряжение Сфер модифицировало укоренившиеся каноны.        Для чего же подобная лаконичная экспедиция в эзотерические дисциплины? Да к тому, что я сейчас стою на границе Классического Пространства и Эфира. Впервые в жизни я вижу такое огромное «окно» в первозданный Хаос.        «Ну, приступим к работе», — я ступил в разлом.        Мне пришлось сразу влиять на пространство, чтобы меня не выплюнуло обратно.         Понятное дело, первым делом взялся за растянувшиеся вдаль «щупальца». Вместо того, чтобы устранять их с большого расстояния, постепенно приближаясь к центру, я просто отсек наиболее внушительные сегменты отростков в непосредственной близости от ядра. Оставшиеся фрагменты со временем должны раствориться самостоятельно.        В качестве последующего этапа я переместился к центральной части разлома, то есть. к его ядру. Однако с ним невозможно было поступить аналогично первому пункту. Необходимо было полностью купировать разлом.         В следующие минуты, с заметной, но не чрезмерно высокой скоростью разлом претерпевал уменьшение. Сияющие вспышки энергии постепенно редели, покрывая уменьшающуюся площадь прилегающей территории, а леденящий холод с неумолимым постоянством угасал, покидая мир.        Но вместо того, чтобы попросту закрывать проем, спасая мир от замерзания и ставя точку в договоре, я перенаправлял поступающую энергию на то, чтобы отдалить этот мир из зоны Сопряжения Сфер. Отрешение от зоны созидания группы миров закроет эльфам путь в другие миры. Переместиться в другой мир не получиться даже с помощью Врат, которые станут бесполезны в руках эльфов. С учетом того, что им больше не стоит рассчитывать на помощь единорогов, они навечно останутся в этом изолированном мире.        «Черт, это оказывается сложно сделать», — пришлось признаться себе в мыслях.        Я с немалой трудностью возвел отталкивающий энергетический барьер в тонком проходе между миром Ольх и Эфиром. Благодаря сделанному удавалось отдалять мир Ольх подальше от зоны Сопряжения Сфер. Мои усилия увенчались успехом лишь благодаря тому, что единороги провели ритуал, запечатав свои души у самого края разлома. Если бы не их самоотверженная жертва, мне бы не удалось свершить этот подвиг. Закрыть разлом, образовавшийся в ткани мироздания, мне было бы под силу и без их подмоги. Но отдалить мир Ольх от остальных — без их пожертвования это было бы невозможно.        Наконец, мне удалось осуществить задуманное. Мир Ольх оказался отрезан от остальных, а разлом, созданный единорогами, был запечатан. Я стоял на вершине горы, увенчанной ледяной короной, или вернее, у того, что от нее осталось. Только теперь, с завершением этой миссии, я осознал всю тяжесть бремени, которое легло на мои плечи. По лбу стекали капли пота, руки подрагивали от напряжения.        «Наконец-то разобрался с эльфами. Пора возвращаться домой, меня там ждут привалившие богатства».        Я сотворил портал, готовясь шагнуть в него. Этот мир больше не привлекал меня, его секреты утратили свой былой интерес.  ***        Ранее.        Карантиру не раз доводилось сражаться с единорогами разной иерархии. Труднее всего приходилось с патриархами, ибо они не уступали эльфу в мастерстве пространственной магии. Второе место по праву занимали воины — или защитники, как их именовали в мирное время.        Схватка в нескольких километров от подножия горного массива, известного зловещим разломом в Эфир, не стала неожиданностью ни для Карантира, ни для Кревана. Собственно, именно для выполнения этой миссии их направили вместе с Эреном.        Помимо оказания помощи в сражении с единорогами, им было поручено наблюдать за выполнением второй части договора. Точнее, они должны были удостовериться, что все условия соглашения будут соблюдены, и не дать Эрену увеличить разлом в случае подлянки.        Их удивило, что цель сопровождения решила ринуться вперед, оставляя на их плечах сражение с единорогами. Этот человек не боялся сражаться, а значит, он хотел побыстрее добраться до разлома. И тут возникли две стороны одной и той же медали. С одной стороны, можно было расценить это как желание чародея побыстрее выполнить свою часть сделки, без оглядки на нападающих единорогов. С другой стороны, такое поведение могло преследовать совершенно иную цель, оставляя чародею возможность действовать, пока эльфы поглощены битвой.        По дороге пронесся треск статического электричества. Креван обрушил мощную молнию, которая змеей взвилась из его руки и поразила ближайшего единорога. Яркий заряд парализовал мифическое существо, заставив его рухнуть на землю.        — Следуй за человеком, — приказал старший эльф. — Он не просто так умчался вперед.        — Это уж точно, — согласился Карантир.        Последний раз окинув взглядом двух поверженных единорогов и оставшуюся троицу, Карантир заметил вдалеке лошадь своего бывшего наставника. С помощью до идеала отточенного Блинка он мгновенно оказался рядом с ней.        Случайная лошадь из общих конюшен даже близко не могла сравниться с его боевым скакуном, чьи останки теперь покоились на твердой земле в виде трех разорванных частей. На своем собственном коне Карантир без труда нагнал бы человека.        — Скачи, вперед! — крикнул Карантир, пришпоривая лошадь.        Он мчался без оглядки, набирая скорость. Не хватало еще, чтобы единороги уничтожили последнюю возможность преследования.        Приближаясь к горе, Карантир, прекрасно знакомый с разломом и тем, как первородный Хаос проникал в мир Ольх, понимал, что человек выполняет свою часть договора. Это немного успокоило эльфа, но не развеяло всех его сомнений.        Несколько раз он уже подходил к разлому и пытался закрыть его, но все попытки оказывались тщетными. Каждый раз ему приходилось брать с собой воинов Дикой Охоты, чтобы противостоять единорогам. Многие из них погибли в тех столкновениях.        Спешившись, когда пешая ходьба стала более выгодной по времени, Карантир направился к вершине, часто используя заклинание мгновенного перемещения. Разлом значительно уменьшился к моменту его прибытия, так что телепортация была безопасной.        На вершине обледенелой, искаженной горы Карантир увидел удравшего вперёд Эрена. Человек заканчивал свою работу с разломом, оставался последний штрих.        — Обошлось без двойного дна, — прошептал эльф. — Или нет? — Его глаза расширились, когда до него дошли новые ощущения при попытке связаться с другими пространствами в Эфире.        Карантир больше не ощущал притяжения к соседним землям в Эфире. Когда осознание страшной истины дошло до него, эльф увидел, как человек создает портал в свой мир, намереваясь оставить их в полной изоляции.        — Нет! — взревел эльф и молниеносно переместился за спину Эрена, намереваясь схватить того за одежду. Эрен успел среагировать и обернуться, отразив вытянутую руку Карантира. Однако инерция, которую набрал эльф, привела к тому, что оба чародея рухнули в портал.        Мир Ольх остался в одиночестве дрейфовать в Эфире. Классические Пространства более не были связаны с ним последствиями Сопряжения Сфер.  ***        Проклятый эльф смог меня удивить, когда неожиданно сработало предвидение. Вот не ожидал я, что они так быстро расправятся с пятью единорогами. Или же, раз на горе был только один эльф, они решат разделиться и нагнать меня.        Благодаря инерции своего разбега и мгновенному перемещению Карантир влетел в меня, а затем последовал за мной в открытый ранее портал. Мы вместе упали в Эфир, так как в последний момент я прервал соединение со своим миром.        Эфир действует следующим образом: существо, попадая в него, одновременно замораживается и притягивается к проходящему рядом миру; если существо продолжает жить, то оно выталкивается в ближайший мир; если же оно замерзает, то растворяется в Эфире. Другими словами, если твое пребывание в Эфире кратковременно или ты можешь защитить себя от сильного магического холода, то тебя выбросит в какой-нибудь мир. В противном случае тебя заморозит и поглотит Хаос.        Нас, как и следовало ожидать, выбросило в ближайший мир. Но с одним нюансом — это был ближайший мир к Миру Ольх, который успел удалиться.        Мы приземлились спинами на песчаник, покрытый тонким слоем песка.        Солнце палило на кожу, и я почувствовал, что температура воздуха не ниже тридцати пяти градусов.        — Тц, все никак не угомонишься? Я ведь, выполнил свою часть договора, — сказал я, вставая и отряхиваясь.         В двух метрах от меня поднялся на ноги злой Карантир. И тут мы оба огляделись по сторонам, оттягивая тем самым предстоящий конфликт.        Мы оказались в центре огромной арены, почти полностью сделанной из песчаника. На зрительских местах сидели какие-то летающие гуманоиды, похожие на гибрид гуманоидов и жуков.        — И здесь люди, — презрительно сказал Карантир.        Я повернул голову в противоположную сторону, к четырем красным каменным колоннам. Их высота составляла примерно шесть или семь метров. У трех из них стояли люди. С помощью металлических цепей их за руки привязали к вершинам колонн, так, чтобы спины прикасались к поверхности колонн.        Третьего человека, а именно женщину в белой обтягивающей одежде, только-только привязали на наших глазах.        — И здесь люди, — уже без презрения подтвердил я.        Кроме трех людей, прикованных к колоннам, мы заметили еще одного мужчину на вершине специального наблюдательного балкона. Судя по тому, что это место выделялось от остальных, это был какой-то важный хер.        Наше появление стало неожиданностью для всех присутствующих.