Домашний очаг

9 ноября 2276г./30 декабря 2259г. "В настоящий момент истории известно немало случаев путешествия во времени и, как следствие, различных связанных с этим процессом парадоксов. Время - чрезвычайно текучая материя, постоянно изменяющаяся под влиянием различных, в том числе самых крохотных и незначительных обстоятельств. Об этом следует помнить денно и нощно, потому что нередко от понимания и соблюдения этой простой истины может зависеть ваша собственная жизнь" Эти слова, произнесенные некогда одним из профессоров Академии на лекции по темпоральной физике, бьются в голове столь же настойчиво и размеренно, как и кровь в висках, уже не первый день подряд. - Доктор, не кричите на Пашу! - так обиженно, словно кричали на нее, прикрикнула Хели, нервно одергивая слишком свободную в груди форменную алую тунику. - Инженер, не суйте нос не в свое дело, - отмахнулся Леонард Маккой, и это было настолько привычно и одновременно дико, что даже захотелось протереть как следует глаза, - У меня тут утренний чумной, два перелома, тяжкие внутренние и две разных формы гриппа. Скажите спасибо, что вы оба вообще до сих пор на свободе, а не в изоляторе. Как Джим только умудрился пропихнуть в команду столько детей, ума не приложу! О том, что Хелен, помимо безобразно юного возраста, страдает частичной амнезией, отсутствием документов и сильным подозрением на прибытие из будущего, начальник медслужбы с несвойственной ему тактичностью умолчал. Чехов, незадолго до этого неудачно стукнувшийся головой об угол оборудования в инженерном и притащенный ею в медотсек практически на горбу, улыбнулся немного виновато, будто извинялся перед ней за несдержанность Маккоя. Хели отвела взгляд, монотонно и последовательно переводя на стандарт центаврийские ругательные идиомы. В обратном алфавитном порядке. Для разнообразия. Конечно, никакой амнезии у нее не было. Вернее, была, но дела не касалась. Пострадали лишь самые ранние воспоминания, едва ли не первые осознанные дни жизни. И Саавик тоже пронесло. И Дэйв с Джо легко оправились. Жаль, что толку от этого, как с козла молока. По правде говоря, их закинуло в прошлое и вдобавок швырнуло через полгалактики исключительно по собственной вине. Кто же знал, что очередная не совсем удачная модель нового типа двигателя в гараже Скоттов поведет себя как последняя сволочь и сломается особенно неудачно именно в тот момент, когда вокруг нее ошивались четверо не в меру любопытных детей. Хотя с другой стороны, научный интерес - святое дело, даже (особенно!) если он сопряжен с некоторым риском. Как бы то ни было, факт оставался фактом: отцовское творение в самый неподходящий момент продемонстрировало свой скверный характер, собрало Вселенную в кучку, сломало все шаблоны и разорвало к чертовой матери ткань времени и пространства, затянув в крохотный получившийся разлом первые попавшиеся живые формы жизни, в число которых входили два миллиарда бактерий, четыре мухи, тринадцатилетний парень и три девицы среднего и старшего подросткового возраста. Хели понятия не имела, каким сумасшедшим чудом их выкинуло на тот астероид не за миллион лет до цивилизации, а всего-навсего на шестнадцать лет назад. Тот же факт, что буквально через час астероид прилетела исследовать сама Энтерпрайз, вообще не поддавался никакой логике. Так не бывает. Так просто не может быть ни с кем, кроме разве что прирожденных в-неприятности-влипателей Кирков. Оставалось только надеяться, что все образуется и не слишком сильно навредит будущему. На что не было бы ни малейших шансов, если бы не скорость вулканского мышления вкупе с чисто кирковской интуитивной реакцией в подобных ситуациях. Дэйв сориентировался быстрее остальных, и Саавик от него не отставала - да ведь иначе и быть не могло. Чуть только услышав вдали до боли знакомые голоса, парень сорвал с плеч сестры черный платок, в который она закуталась, собираясь на ночную вылазку в гараж, и накинул себе на голову, а она в свою очередь молниеносно и ювелирно заехала никак этого не ожидавшей Джоанне в глаз, раз и надолго перекосив ее милое, полностью скопированное с материнского личико. Таких мер Хели никак не могла одобрить полностью, но другого выхода в их ситуации не было. Даже Джо это поняла, хотя и не сразу. Еще не хватало, чтобы Джим Кирк из-за них ушел в монастырь, а молодая Нийота вышла замуж за кого-нибудь другого вместо неловкого доброго Скотти. За Спока, например. Возможно, она даже родила бы ему сына вместо Хели. Не то чтобы дочери Скоттов совсем не хотелось родиться мальчиком, но не сыном же Спока, блин! Нет, такого нельзя было допустить. В общем, Джо теперь щеголяла с фингалом на пол-лица и чуть смещенным носом. Казалось бы, не слишком и серьезная разница, но если бы не медные ухоженные локоны, черта с два Хели узнавала бы ее в коридорах, столкнувшись мимолетом при переходе из одного отсека в другой. Сама она, правда, послала конспирацию нахрен. Вслух и громко. Когда капитан Кирк - двадцатисемилетний капитан Кирк, больше похожий на подвижную пуму, чем на привычного величественного льва - отказался возвращаться ради них с окраин обитаемого космоса в центральный сектор и предложил работу на корабле, она молча взломала ближайший репликатор под обалдевшими взглядами старших офицеров и выторговала у него инженерскую форму своего размера. Переодевалась прямо в турболифте, пока спускалась на нижние палубы. На глазах у вконец остолбеневшего Хикару, на свою беду решившего ее сопроводить. Бедняга от неожиданности даже не отвернулся. Интересно, будет ли он вспоминать этот эпизод спустя годы, глядя, как она взрослеет у него на глазах? Поначалу, само собой, отец - то есть лейтенант Скотт, черт, как же сложно к этому привыкнуть - рыкнул на нее так, будто она не помогать пришла, а убивать его "крошку". "Я делаю исключение для Чехова, парень гений, но больше чужих, а особенно детей, здесь терпеть не стану", - заявил он, и на словах о чужих детях Хели чуть не рассмеялась в голос. Вместо этого ей пришлось набрать побольше воздуха в легкие и ответить отборным матом, а потом парой коротких профессиональных движений реанимировать ближайший зависший терминал. С демонстративным грохотом, конечно, куда ж без этого в инженерской бытовухе. Скотти с тех пор косился на нее со странным выражением где-то между уважением и нехорошим подозрением, но зато работать не мешал. - Не выстебнешься - умрешь? - узнав об этом, очень мрачно спрашивала загнанная усталая Джо, рефлекторно касаясь уже пожелтевшего синяка на скуле, - Саавик, не могла ее в кому на это время погрузить, ну? - Могла, - меланхолично кивнула в ответ Саавик, не отрываясь от внимательного чтения стащенного у Скотти же технического журнала, - Если аккуратно порвать пару вен на шее, будет кома. Но гарантий насчет выхода из нее дать не могу. Всегда предпочитала убивать намного быстрее и надежнее. Не до церемоний было, знаешь ли. Это был один из очень немногих случаев, когда она добровольно упомянула о своем прошлом. Голос у нее при этом ничуть не изменился, будто не было никакой разницы, говорить об этом или о старом стандарте обуви (черт, какие же щегольски-шикарные сапоги были в этом стандарте!). Но разница была, и это понимала даже не слишком умная Джо. В тот вечер вулканка не произнесла более ни одного слова и ушла к себе в глубокой задумчивости. Увидев ее впервые, Спок (совершенно прекрасный, молодой, неуловимо мощный и удивительно гибкий коммандер Спок, в которого просто нельзя было не влюбиться еще сильнее) неожиданно для всех проникся ее положением и предложил разделить с ним каюту, уже отлаженную под вулканский климат. Согласие он получил мгновенно и, возможно, с долей безотчетности: со стороны выглядело так, будто после часа на холодном астероиде у девочки при одном упоминании теплой сухой комнаты, полной запахами благовоний, что-то щелкнуло и переклинило внутри, не дав отказаться. Джо, Хели и Дэйву при этом предложили пустующую с последнего визита на недружелюбную планету трехместку на последнем жилом уровне. Везучая сукина дочь. С Дэйвом, к слову, получилось особенно весело. С повязанным на голове платком, скрывающим волосы, его подростковые крупные черты лица, голубые глаза и неприлично пушистые ресницы почему-то не вызвали ни малейшей ассоциации с мужественностью. Особенно на фоне Хелен. По нелепому стечению обстоятельств костлявая фигура, длинные тонкие пальцы с аккуратными ногтями и свободные джинсы тоже не навели энтерпрайзовцев на правильную мысль, и, получив чувствительный тычок в бок от сестры, Дэйв смирился с неизбежным. А именно с именем Дивина. И женской униформой. И проживанием в одной каюте с девчонками. Если бы не опасность ситуации в целом, Хели с удовольствием свела бы его с ума насмешками. Ну да на это еще будет время. Когда все закончится. "Когда все закончится..." Да, наверное, именно об этом она и думала, когда в восьмой вечер их пребывания на Энтерпрайз ноги несли ее в общую комнату отдыха: когда же, черт возьми, все это закончится. За прошедшие годы здесь ничего не изменилось. Все те же знакомые лица играют в шахматы и пьют реплицированный чай, все те же разноцветные подушки разбросаны по диванам в произвольном порядке, и все так же бездумно их перекладывают с места на место по цветам отдельные личности, для которых лучший отдых - разложить все по полочкам. Догадываются ли они, что какой-то год спустя их строгая начальник связи, не пожелавшая ни на день покидать рабочее место даже во время беременности, подарит своему молодому мужу маленькую дочку, которая всю пятилетнюю миссию будет давать жару всем и каждому на корабле, то и дело требуя внимания в самый неподходящий момент? Думали ли когда-нибудь, во что превратится вот этот самый стол, за которым сейчас разыгрывают сложный гамбит Кирк и Чехов, если посадить за него четырехлетнюю девочку и не спрятать фломастеры в шкафу? Ну хотя бы мельком?.. Чувство узнавания было очень теплым и живым. Словно не было никакой поломки механизма и никакого путешествия в прошлое. Словно сейчас Рождество, и они просто дрейфуют в свободном от условностей космическом пространстве, отдыхая от Земли и всех ее удерживающих рамок. Опьяненная, Хелен безо всякого стеснения плюхнулась на дальний диванчик у иллюминатора рядом с Хикару Сулу и со младенчества отработанным движением ткнулась носом ему в плечо. Казалось, он даже не удивился. - Решила осветить мое серое существование лучом своего света, а, Рэн-тян? - он сказал это так ласково, что на мгновение Хели и правда поверила, что последняя неделя была лишь страшным сном. Но только на мгновение. - Рэн-тян? - нахмурилась она. - Не возражаешь? Само на язык просится, ничего не могу поделать, - Сулу пожал плечами. Хелен начала смутно догадываться, с кого в раннем детстве скопировала собственные вольные привычки. А мама с папой тоже замечают, интересно? - Что это означает? - спросила она. - Разное. От написания зависит. - Например? Хикару взглянул на нее немного лукаво и быстро провел широкой ладонью по ее жестким волосам. Жест был такой родной, что хотелось потянуться вслед за рукой, как котенок. - Дай руку, - попросил он, - Смотри. На тыльной стороне ее грубой ловкой кисти он пальцем провел несколько коротких линий. - На японском языке твое имя будет звучать как Хэрэн. Это два слога: Хэ и Рэн. Хэ можно изобразить вот так, - он изобразил сложный рисунок из плавных линий, похожий на домик, - И он будет означать "Солдат". А можно вот так, и это будет Солнце. У Рэн больше значений, среди них Лотос и Любовь. - И какое используешь ты? Хикару очень серьезно посмотрел на нее, словно прикидывал, можно ли открыть столь сокровенное знание такому несмышленому ребенку. - Честность, - наконец, ответил он. - Честный солдат? - Искреннее солнце. Если переводить художественно. Хелен наморщила нос, обдумывая имя, и решила, что в принципе ничего против не имеет. И вдруг Сулу тихо хихикнул: - Хотя вообще-то таких сложностей для иностранных имен японцы не строят. Хели вскинулась, вырвавшись из его теплых рук. - Ах ты гад! - Тише-тише, - рассмеялся он, притягивая ее обратно, - Мало ли кто что не строит. А я вот строю. Рэн-тян. - Дешевый флирт, - фыркнула она. Хикару в ответ лишь пожал плечами. Хелен же, вновь удобно устраиваясь у него в объятиях и глядя в иллюминатор на бесконечные звезды вокруг, едва ли не впервые на полном серьезе подумала, что не так уж это и забавно - путешествие во времени. В искусственной стерильной атмосфере корабля постепенно скапливалось напряжение. Парадоксы накладывались один на другой, и ощущение нереальности становилось все более настойчивым с каждым новым вздохом, которого она не должна была делать. А где перемены - там сотрясения. В комнате стало трудно дышать. Хели рывком вскочила на ноги и увлекла Хикару за собой куда-нибудь, где воздух был бы чище.