holding onto nothing (ни за что не держишься)

Техно и раньше ссорился с Уилбуром. Они были лучшими друзьями, а для лучших друзей вполне нормально спорить. Большую часть времени их стычки происходили из-за того, что оба не любили признавать, что могут быть неправы. Но они всегда мирились. Своими глупыми способами. Техно предпочитал кинуть другому в голову Киткат, принести ему новую игрушку, или приготовить что-нибудь, что ему нравилось. Уилбур, в свою очередь, читал книгу, которую советовал Техно, или ходил за ним по пятам, хваля и распевая ему буквальные дифирамбы, или сжимал его в крепких долгих объятиях. Все их обычные дерьмовые извинения требовали личного присутствия, чего не было у Техно. Другая проблема заключалась в том, что Техно не был уверен, что хочет извиниться. Конечно, они наорали друг на друга. Но Техно не понимал, чего от него хотел Уилбур. Он не мог просто... забить. Он не понимал. Ему никогда не приходилось заслуживать его любовь. Техно забыл, каково это проводить все свободное время с матерью. Это был ебаный кошмар. Он постоянно пытался определить ее настроение и то, что ему может сойти с рук с точки зрения человеческого поведения. Он заперся в своей комнате во время вечеринки на выходных и всю, блять, ночь провел, страдая от шума и не в силах остановить стим раскачивания взад-вперед, бормоча себе под нос повторяющуюся мольбу, чтобы это закончилось. Просто прекратилось. Остановилось. Один из участников вечеринки минут двадцать пытался вломиться в его комнату, и Техно задался вопросом, придется ли ему выяснять, сможет ли он выбраться через маленькое окно в своей комнате. Техно просто нужно было больше стараться. Что он и пробовал делать. Он старался убираться по дому, даже когда это в основном вызывало пассивно-агрессивные комментарии и критику в его сторону. Он старался вести себя хорошо с матерью, даже когда она из кожи вон лезла, чтобы начать с ним перепалку. О его волосах, стимах, а теперь и его оценках. Его оценках, которые охуеть как попадали. Он перешел от стабильных пятерок до школы, звонящей матери по поводу его успеваемости. Что было отстойно, потому что это давало ей столько аргументов против него. Техно начал сомневаться, стоит ли ему вообще заниматься репетиторством, но это был его единственный источник дохода. Он буквально голодал, и это начало становиться проблемой. Он продолжал почти терять сознание каждый раз, когда вставал, и все его конечности были нечеткими и странно ощущались. Той ночью он лежал в постели и задавался вопросом, не вредит ли он себе. Техно подумал, что это очень смешно, что он бросил Уилбуру, ты мне не нужен . Он надел наушники и свернулся калачиком на матрасе с маленьким плюшевым осьминогом, прижатым к его груди одной рукой, а другой взял телефон, чтобы посмотреть видео, которое он крутил на повторе с тех пор, как его мать увезла его от Крафтов. Это был вечер на кухне. На видео был Уилбур с гитарой на коленях и вьющимися волосами, падающими на его сияющие глаза, с подпрыгивающим Томми с одной стороны и невозмутимым Филом с другой. В наушниках Уилбур пел красивую песню. Восхищенный смех Томми и Фил, повторяющий снова и снова каждый раз, когда он смотрел: «Это потрясающе, приятель. Я так тобой горжусь.» Видео всегда заканчивалось, обрывалось тишиной. И в эти моменты в его голове всплывал разговор по телефону, его собственный голос, такой резкий и отрывистый: «Ты мне не нужен.» Ах, да. По поводу этого. На следующий день Техно избегал Уилбура в школе. Он не был уверен, что Уилбур тоже избегал его, но они вообще не пересекались. Он держался подальше от столовой, чтобы случайно не вызвать у Уилбура желание накормить его, пока они в ссоре. После школы Ранбу нашел его в библиотеке. Техно готовился к занятиям со своим учеником, который не был Ранбу. Он с вопросом поднял бровь и посмотрел на Ранбу. — Сегодня вторник. — Я знаю. — сказал Ранбу, не обижаясь. Часто бывало вполне вероятным, что он забыл. Он протянул лоток для еды. — Это тебе. — Спасибо. — Техно сказал, немного настороженно. Латок был переполнен кексами полдюжины. — Почему ты принес их мне? — Вчера ты выглядел голодным. — сказал Ранбу совершенно честно. — И мне захотелось их испечь. Томми просил передать, что помогал, но в основном он мешал. — Потом он стал менее уверенным. — Тебе не нужно их есть, если не хочется. Техно тут же стал на защиту кексов. — Я съем! Спасибо. Он занимался репетиторством, а потом остался в библиотеке, чтобы съесть все шесть кексов за один присест. От этого у него заболел живот, и он пожалел, что не оставил пару штук на потом. Он хотел бы прокомментировать мастерство Ранбу в выпечке, но он проглотил их так быстро, что был уверен, что не почувствовал вкуса ни одного из них. Его мать была в суде, чтобы попытаться получить деньги от отца. Техно больше не имел никакого отношения к этому процессу, и она не сказала ему ничего, кроме того, что она выигрывает. Свое мнение он благоразумно оставил при себе. Техно постоянно колебался. Он уже не знал, чего хочет. Есть ли какие-то действия, которые он хотел бы предпринять. Все казалось таким мрачным. Ему хотелось, чтобы ему было восемнадцать, а не шестнадцать. Два года казались вечностью, когда он оказался во власти других людей. Все это было так изматывающе. Он не мог найти в себе силы для домашнего задания. Вместо этого он приплелся домой и лег спать. Он был хорошим сыном и отдал матери оставшиеся от его репетиторства деньги, чтобы оплатить дурацкий счет за воду. Его тело стало тяжелее, чем когда-либо. Мир казался больше, чем когда-либо. Четверг стал их рекордным днем без общения за всё время дружбы. Один из них должен был сорваться и извиниться. У Техно не было энергии, чтобы быть им. И он не думал, что это будет Уилбур, потому что его лучший друг хотел, чтобы его обстоятельства изменились, а они не собирались этого делать. Или так думал Техно. Когда он возвращался домой после репетиторства в четверг, было холодно, а возле его дома выделяющийся фургон. Техно обошел его стороной, но через несколько минут, когда он вошел в дом, раздался стук. Его ждали. На фургоне была эмблема правительства. Техно долго колебался, но в конце концов решил, что было бы глупо сопротивляться. Поэтому он открывает дверь. — Техно? — спросила дама с другой стороны. — Кто спрашивает? — Техно ответил со здоровой долей паранойи. — Меня зовут Летиция. Я психолог из Службы защиты детей. Я хотела узнать, можем ли мы пообщаться. При этих словах у Техно в груди что-то оборвалось. Он слабым жестом пригласил ее за неиспользуемый кухонный стол. В этот самый момент его мать находилась в суде против его отца. — Она знает, что Вы здесь? — спросил Техно, потому что она не обрадуется, если узнает. Она будет в пиздец какой ярости, по правде говоря — Твоя мама? Нет. Она не в курсе. А вот твой отец знает. Это он хотел, чтобы мы навестили тебя. — Летиция сказала ему честно. Техно оперся на ладонь и пытался сосредоточиться на происходящем, пока его сердце выпрыгивало из груди. — Хорошо сыграно. Ему не придется платить алименты, если вы, ребята, заберете меня у нее. — Я расценила это так же. — сказала Летиция. — Так что я решила, что нам стоит поболтать. Вы уже почти достигли того момента, когда наши услуги не понадобятся. Я хочу узнать, как ты смотришь на ситуацию. Техно пожал плечами. — Если бы Вы уехали, я был бы только рад. Летиция улыбнулась, у нее были очень белые зубы. — К сожалению, если кто-то пытается увильнуть от уплаты алиментов, утверждая, что другой жестоко обращается с ребенком, мы обязаны провести расследование. — Окей, ну, во-первых, — сказал Техно, очевидно, раздраженный. — Если кто-то и обращался жестоко, то это мой отец. Так что отметьте себе это где-нибудь. Летиция не выглядела слишком удивленной. — Приятно слышать. Но у него не было опеки над тобой с тех пор, как ты был маленьким? — Даже тогда она часто выгоняла его. — ответил Техно, сохраняя раздраженную интонацию, чтобы застопорить нарастающий страх. Из-за паники его кожа покрывалась мурашками, и у него зачесались руки изнутри. — Верно. Значит, с тех пор ты живешь только с матерью. — Летиция оглядела комнату и нахмурилась. — Можно мне увидеть твою комнату? — Я бы этого не хотел. — вяло сказал Техно. — Почему так? — В ней не так уж много вещей. — Уверяю тебя, я видела и похуже. Техно подумал про себя, что если ему действительно нечего скрывать, если его мать действительно не такая уж плохая, то он может просто показать Летиции. Он показал. — Тут много нестиранного белья. — Летиция прокомментировала его комнату. Техно сморщил нос. Он решил, что быть бедным - это не преступление, он ответил: — Нам постоянно отключают воду. Я дал ей на это немного денег, так что скоро ее снова включат. — У тебя есть работа? — Я репетитор. — Техно нервно пошаркал ногами, ему не нравилось, что в его комнате присутствует незнакомец. — Мы можем поговорить в другом месте? — Хочешь пойти прогуляться? — предложила Летиция. — Да. Техно повел ее по тропинке в сторону реки. Они оставили фургон у дома. Она была выше его ростом и больше не улыбалась, смотря на него, вместо этого сосредоточенно глядя вперед. — Твой отец утверждал, что ты мало времени проводишь дома. В судебных документах я прочла, что сейчас ты проводишь дома полный день. Куда ты ходил раньше? — Домой к другу. — сообщил Техно. — Как часто? — Не знаю, много раз. — Техно спрятал руки в карманы, переизбыток нервов вызывал непрошеный стимминг. Сейчас было неподходящее время для этого. Ему просто нужно было пережить этот разговор. — Тяжело снова быть с ней дома весь день? Он пожал плечами и отвел взгляд. — Мы не ладим. Многие люди не ладят. — Конечно. — Летиция легко согласилась. — Можешь рассказать мне о ее вечеринках? — Они у нее есть. — коротко сказал Техно. — Твой отец говорит, что у него есть друг, который бывал на них. Он рассказал, что там много агрессивного и опасного поведения. Ты чувствуешь себя небезопасно? — Это ее дом. — сказал Техно. — Это и твой дом тоже. — напомнила ему Летиция. Она не выглядела озябшей от холода, но Техно дрожал. — Обычно она пьет столько же, сколько на этих вечеринках? Техно не знал, как ответить на это так, чтобы это не прозвучало плохо. Он ничего не сказал, дыхание клубилось перед ним от холода. — При этом у вас отключена вода, и, очевидно, у вас не так уж много денег, раз она так старается получать алименты. Что насчет еды? — Я ем. — Техно сказал самое короткое предложение, которое он смог придумать и которое не было ложью. — Скулы и то, как ты обнимаешь живот, говорят о другом. — Я просто недавно болел. — защищался Техно. — Конечно. — Летисия снова отошла от темы, сменяя их до головокружения быстро. — Ты сказал, что вы двое не ладите. Твой отец сказал, что она не очень хорошо о тебе отзывалась. Правда в том, что он и сам не был особо лестным в этом отношении, однако он не тот, кто содержит тебя и отвечает за твое состояние. Она говорила тебе грубые или обидные слова? — Она сука. — стандартная реплика Техно. — В ответ я тоже веду себя, как подонок. Вот так это работает. — Верно. Но она имеет власть над тобой. — мягко напомнила ему Летиция. Они уже дошли до реки. По краям она была покрыт коркой льда. Техно сел на большой камень, и Летиция без колебаний пристроилась рядом, будучи на одной с ним высоте. — Она когда-нибудь заставляла тебя плакать? — спросила Летиция. Техно поморщился. Это был такой неприятный вопрос. Техно был слишком закалённым для подобного. Вот только она действительно заставляла, и делала это часто. — Многие родители так делают. — Конечно.— Летиция снова раздражающе согласилась, в своей манере. — Она что-то сказала тебе? Или она что-нибудь сделала? — И то, и другое. — Техно пожал плечами. — Можешь привести пример? Техно уставился на колышущуюся воду и подумал о Филе, говорящем ему, что он должен пожаловаться на нее за отрезанные волосы. С тех пор он задавался вопросом, не перегнул ли мужчина палку. Не задумываясь, почти из любопытства, как отреагирует человек, наделенный властью, он решил рассказать. — Она отстригла мои волосы, когда взбесилась на меня. Полностью отрезала косу. В этот раз у Летиции не было быстрого ответа. — Спасибо, что рассказал мне. Она когда-нибудь делала еще что-нибудь подобное? — Она почти никогда не прикасается ко мне. — Техно сказал, уверенный в своих словах.— Просто швыряется вещами. Никогда не бьет. Кричит. Стучит в мою дверь. Обычные вещи. — Делает ли она что-нибудь еще, что заставляет тебя чувствовать себя небезопасно? — спросила Летиция. — То, сколько она пьет. И вечеринки со всеми этими людьми. — признался Техно. — Но, как я уже сказал, она никогда не била меня, как это делал мой отец. Просто иногда она заставляла меня возить ее куда-то, хотя у меня нет прав. Или забирала мои вещи или деньги. Не давала мне еды. Но она моя мама. Я не думаю, что это небезопасно. Просто я не в восторге от этого. — Это то, что пришло тебе на ум, когда я спросила тебя, чувствуешь ли ты себя небезопасно. — напомнила ему Летиция. — Наверное. — Техно снова поморщился. Он не собирался говорить ей об этом всем. Просто было так странно, что она здесь, слушает и хочет знать. Было странно думать, что здесь есть человек, который решит, было ли это все только в его голове, был ли он сумасшедшим. Но в его сознании тревожно звенело довольно сильное препятствие, леденящее кровь с того момента, как он увидел ее. — Я не хочу попасть в приемную семью, мисс. Я… она действительно не так уж плоха. Я справляюсь. Я могу с этим справиться. — Я понимаю. — сказала Летиция. — У нас есть другие варианты. Но я буду честна с тобой, Техно. Я не могу сказать, что готова позволить тебе продолжать жить с ней. Его сердце ушло в пятки. — Я клянусь, она на самом деле не такая уж плохая. Я жил с отцом и она хорошая. По сравнению с ним, она практически святая. Летиция грустно улыбнулась. — Могу ли я дать тебе свою честную оценку, основанную на том, что я слышала от твоего отца, и от тебя самого? Техно нервно сглотнул. — Скажи мне, если что-то из этого неверно. Твоя мать воспитывала тебя с тех пор, как твой жестокий отец ушел, когда ты был еще маленьким. Но она тоже не хотела тебя. Она неоднократно говорила тебе, что ей будет лучше без тебя, используя довольно жестокие и унизительные выражения. Она никогда не обеспечивала тебя надлежащей едой или медицинским обслуживанием, не говоря уже о безопасных жилищных условиях. Будни с большим количеством употребления алкоголя как с ее стороны, так и со стороны незнакомцев, которых она впускала в ваш дом, а также в твое личное пространство, отдав твою спальню для сна чужим людям, выгоняя тебя и не давая тебе другого выбора, кроме как пойти в дом друга. Техно спрятал лицо в ладонях. Летиция продолжила: — Она злится на тебя из-за самых незначительных вещей, из-за пустяков, что приводит к тому, что она стучит в твою дверь с угрозами, запугивает тебя, швыряет в тебя вещи, и фактически нападает, отрезая тебе волосы. Сейчас она пытается получить за тебя алименты и запретила тебе ходить к другу, только чтобы получить больше денег. Что-то из этого не так? Техно встал и ушел от нее. Вот та ебаная причина, по которой он никогда раньше не разговаривал с психологами. Он читал об этом в книгах, но, твою мать, они были отстойными. Они такие идиотские. Летиция встала и последовала за ним к берегу реки. — Ты сказал, что это нормально. В доме твоего друга с ним так обращаются? — Не смей говорить такое дерьмо про них! — рявкнул Техно, не желая продолжать этот разговор. — Его хотели, а меня нет. Вот так это работает. Это… это нормально для меня, для такого как я, ясно? Летиция поджала губы. — Игнорируя на мгновение когнитивную предвзятость, я здесь, чтобы сказать тебе, как сторонний наблюдатель, что это не нормально. Что это неправильно, и оставить тебя там с ней было бы ошибкой. — Она не причиняет мне вреда. Ты не можешь просто разрушить мою жизнь, потому что тебе кажется, что я не могу позаботиться о себе. — отчаянно кричит Техно. — Я не стремлюсь разрушить твою жизнь. — пообещала Летиция. — Может ты и не стремишься, но ты собираешься это сделать. — В горле Техно образовался комок, что мешал вдохнуть — Я не должен был ничего тебе говорить. Ты сказала, что мы просто собираемся поболтать. — Мы и сейчас собираемся. — Летиция успокаивающе подняла руки. — Я не заберу тебя в эту же секунду. Мы будем строить планы. Но подумай вот о чем. Меня послали определить, заслуживает ли твоя мать алиментов на твое воспитание. Она не заслуживает. Хочешь ли ты быть дома, когда она это узнает? Сердце Техно замерло в груди. Что-то внутри оборвалось. Ему стало плохо. Он тяжело сглотнул. — Есть ли шанс, что я все еще смогу убедить Вас, что она не настолько плоха? — Я достаточно узнала от твоего отца, что она действительно настолько плоха. —Летиция пожала плечами. — Я действительно просто хотела больше контекста, чтобы понять, что нам делать дальше. Насколько я понимаю, у тебя есть три варианта. Техно вздрогнул от ветра, дующего с реки, и пожалел, что не взял с собой шарф или что-то в этом роде. — Окей. — Первый: мы забираем тебя из-под опеки твоей матери и помещаем в систему. Мы позаботимся о том, чтобы тебе было куда пойти, где есть еда, вода и надлежащий уход. И мы лишим твою мать прав на тебя. — Второй вариант? — резко сказал Техно. Этот точно не подходит. — Ты получаешь эмансипацию. Тебе придется доказать, что ты можешь позаботиться о себе в глазах суда. Это, вероятно, потребует бросить школу, чтобы ты мог получить работу и жить отдельно от матери. Техно понимает это. Он просто... он не хотел бросать школу. Он действительно, блять, не хотел. Да, это было глупо, но он хотел добиться стипендии и хотел получить высшее образование, и это был бред, но он хотел этого. Итак, в отчаянии, он прошептал: — Третий вариант? — Если у тебя есть безопасное место проживания, мы можем отпустить тебя туда. Эти люди не получат денег за заботу о тебе, поскольку ты не будешь в системе, но, если у тебя есть такое место, я буду рада, лишь бы ты был там в безопасности. Мгновенно Техно подумал о Филе, о Уилбуре, о Томми. Быть с ними непрерывно. Постоянно. Внутри него бушевал конфликт, недавняя ссора, все эти глупости. И вдруг, в итоге, это стало самым очевидным решением. Как будто оно было самым очевидным с самого начала, и он не хотел ничего с этим делать. — Вы можете сделать это? — спросил Техно немного неуверенно. Летиция пожала плечами. — Как ты сказал, она не сделала ничего, за что мы могли бы легко обвинить ее. Это более распространено, чем ты думаешь, особенно для подростков, просто... переехать в дом друга. Насколько я понимаю, если это там, где ты часто проживал раньше, то, вероятно, там ты и хочешь быть. Глупый желудок Техно так сильно болел. Он обхватил его руками. Он вернулся к камню, чтобы снова сесть, признав поражение. — Можешь рассказать мне немного больше о ситуации с едой? — спросила Летиция, глядя на него, обнимающего живот. Она снова опустилась рядом с ним. Не похоже было, что разговор мог стать хуже. В этот момент не было причин лгать. — О ситуации с едой? Я предоставлен самому себе в этом плане. — Когда это началось? — спросила Летиция. — Несколько лет назад. Раньше она все время жаловалась, что я слишком дорого обхожусь. Потом, когда я начала заниматься репетиторством, она сразу же начала злиться, если я брал "ее еду" , так как я зарабатывал свои собственные деньги. Но я не так уж много зарабатываю. — Техно вспомнил как было в начале, когда он не понимал новых правил, и насколько болезненным и сбивающим с толку был этот голод. — Поэтому большую часть времени я ем дома у семьи моего друга. — Техно сказал, потому что не хотел, чтобы она думала, что там полный пиздец. — Можешь рассказать мне о ней? Техно тут же улыбнулся. — Мой лучший друг Уилбур. Он… — Буквально не хватало слов, чтобы описать, каким замечательным был Уилбур. — Он ни разу не упрекнул, что я прихожу. Он всегда просто рад меня видеть. У него есть младший брат Томми, а я всегда хотел иметь младшего брата. И его папа, Фил. Он как настоящий папа. Летиция задумчиво кивнула. Техно хотел, чтобы она поняла его проблему. — Они… Я всегда боялся оставаться с ними дольше. Что я им тоже надоем. Так что я не знаю, правильно ли это. — Я понимаю, о чем ты. — рассудительно сказала Летиция. Он чертовски оценил это. — Они не твоя семья, у тебя нет никаких гарантий. После нестабильной жизни трудно решиться оторваться от земли, знаешь ли. Но можно сделать сетки для подстраховки. Ты можешь попытаться получить эмансипацию, живя с ними, чтобы не пришлось возвращаться к матери, если это не получится. Или, в случае неудачи, ты всегда можешь вернуться к нам, и мы тебя куда-нибудь пристроим. Я действительно не хотела бы, что бы ты умер на улице, однако. Техно хмыкнул, неуверенно. — Почему бы тебе не подумать об этом. — мягко предложила Летиция. — Я не представлю свой вердикт суду до завтра. И я могу подождать еще, если тебе нужно больше времени, чтобы настроить себя на разговор с ними. — Нет. Я не должен… — Техно знал ответ, который даст ему семья Крафтов, потому что они были хорошими людьми. Просто нужно было преодолеть мысленный барьер, что это была ошибка, что это не продлится долго, что он все испортит. Но Летиция была права, он мог встать на ноги, а затем самостоятельно добиваться независимости. Хорошо, если с едой, водой и безопасностью. Хотя мысль о постоянном использовании их ресурсов была эмоционально пугающей. Одно дело - приходить к ним нерегулярно и есть их еду, но просить Фила взять на себя обязательство кормить его бесконечно? Он знал, что это дорого, мать твердила ему об этом годами. — Давай возвращаться. — предложила Летиция. Техно с трудом поднялся на ноги и пошел домой. Летиция вернулась к своему фургону и открыла переднюю дверь. Там она достала карточку и протянула ему. — Звони мне в любое время. — сказала она. — Не заставляй меня жалеть о том, что я дала тебе этот выбор. Если я найду тебя на улице, а ты мне не позвонил, я надеру тебе задницу. Техно фыркнул, нашел номер телефона на визитке и переписал в свой телефон. Летиция пообещала, что вернется завтра после школы, чтобы помочь ему во всем, что он для себя решит, пока его мать будут обманывать в суде ее приговором. Техно сидел в своей спальне и думал... Мне не придется оставаться здесь больше. Так или иначе. Ему в любом случае не позволят с ней жить. Все еще не определившийся, он некоторое время планировал, что будет брать с собой. В основном складывал вещи в кучи и сортировал одежду. Это не заняло много времени. Затем он столкнулся с реальностью. Он должен был выбрать, что ему делать. Летиция была права в одном: если он останется здесь после того, как его мать узнает, что он, по сути, лишил ее денег... что ж. Он был уверен, что она сама вышвырнет его на улицу. Перво-наперво. Техно должен был извиниться перед Уилбуром. Он был почти уверен, что в данный момент ему нужно признать, что он был неправ. Поэтому он сделал вдох и проверил время. Ужин в доме Крафтов уже должен был закончился. Его мать должна была уже закончить дела в суде, но она еще не вернулась домой. Идти к Уилбуру было немного рискованно, но нахуй всё. Он взял свой буквально последний доллар и пошел на заправку, чтобы купить Киткат. Затем он с головокружением направился к Уилбуру домой, думая, что, возможно, потеряет сознание до того, как доберется туда. Но он не вырубился. Техно добрался, когда было еще достаточно рано, чтобы дверь была открыта. Но у него не хватило смелости просто войти внутрь. Не после всего, что произошло недавно. Он сел на ступеньку, как будто была полночь, а не шесть вечера, и написал Уилбуру. «тук-тук» Не прошло и десяти секунд, как дверь резко открылась. Уилбур был взлохмачен, волосы торчали во все стороны, шапки не было, и он крикнул: — Извини! Техно бросил Киткат ему в голову. Уилбур дернулся и поймал его. — Извини тоже. — Техно справился, потому что он мог извиниться устно, особенно когда Уилбур сделал это первым. Даже если делать это было слегка болезненно. — Ты зайдешь? — спросил Уилбур, немного нервничая. — Я обещаю, что больше не буду на тебя кричать. Папа приготовил спагетти. Там много. О, Техно был пиздец каким голодным. Даже нелепо насколько голодным. Это было безумно, бесчеловечно. Но у него действительно не было времени. — Я должен вернуться, пока она не заметила. Но у меня есть вопрос. — Всё что захочешь. — Уилбур пообещал, и в тот момент действительно казалось, что Уилбур принесет ему абсолютно всё, что он попросит. Именно поэтому Техно колебался. Будет ли ответ, который он получит, настоящим? Или он будет окрашен эмоциями, сожалением о том, что они поссорились? — На самом деле, могу я спросить Фила? Брови Уилбура сошлись вместе, обеспокоенно и немного недовольно. Но он не отказал ему, повернувшись внутрь и крикнув «Папа!» в дом с максимальной громкостью. Техно остался на пороге и не вошел внутрь. Никогда еще в жизни он не чувствовал себя таким посторонним здесь. В поле зрения появился Фил, спускающийся по лестнице. — Техно. — Фил поздоровался с широкой облегченной улыбкой. Он вышел к нему на улицу. — Ты хорошо себя чувствуешь? У тебя все еще есть температура? Его теплая рука легла ему на лоб. Техно попытался скрыть, как затряслись его плечи и как его глаза наполнились слезами от сочувствующего прикосновения и слабо сказал: — Да, я в порядке. У меня есть вопрос. — Конечно. — Фил закрыл входную дверь, что бы их не подслушали и сказал со своим полным и абсолютным вниманием. — О чем ты хочешь спросить? Его голос гораздо менее окрашенный эмоциями, чем Уилбура. И, вообще-то, это тот человек, которого он должен был бы спросить об этом в любом случае. — Ты был серьезен... когда сказал, что я могу зайти в любое время? — О, Тех, конечно.— Брови Фила выразили то же беспокойство, что и у Уилбура. — Всегда. Мы всегда были так счастливы видеть тебя здесь. — Но, типа. — Техно не хотел банальностей. Он хотел реальности. — На более длительный срок. Это все еще применимо? — Да.— Фил сказал, никакого отступления от слов или сомнения в голосе. — Если ты хочешь остаться здесь, на сколько угодно, ты можешь. Твоя комната всегда здесь. Я всегда готовлю больше еды, на случай, если ты придешь. И Уилбур с Томми тоже хотят, чтобы ты был здесь. Если бы ты захотел остаться с нами, мы были бы в восторге. Надолго ли? Техно мрачно подумал, но ничего не сказал. Он нахмурился и шаркнул ботинком по полу. — Хорошо. Спасибо. Я, эм... Я свяжусь с тобой по поводу моего плана. Скажи Уилу, что мы увидимся завтра в школе. — Ты уверен, что не можешь еще немного тайно побыть тут, чтобы перекусить? — спросил Фил, немного озорно, но в то же время явно обеспокоенный. Техно подумал о том, какой смертью он бы умер, если бы его мать узнала, что он здесь. — Я в порядке. — Могу я тебя подвезти? — Сейчас даже не темно. — Техно полуулыбнулся. — И она меня убьет. Спокойной ночи, Фил. — Скоро увидимся, Тех. — сказал Фил с тихой надеждой. Ему было о чем подумать, пока он шел домой. Он знал ответ, но было приятно получить подтверждение. Он мог бы просто... позволить себе это ненадолго. Они же не застрянут с ним навсегда, вынужденные кормить и содержать его. Просто он побудет у них, что бы он смог подтянуть успеваемость, получить стипендию, заработать достаточно денег, чтобы она не воровала их постоянно, а потом... убраться с их глаз долой. Техно чувствовал себя ужасно из-за того, что использовал их, и что они будут вынуждены терпеть его присутствие столько времени, сколько потребуется ему, чтобы разобраться со своим дерьмом. Они действительно не хотели бы долго иметь дело с его реальностью. И это был такой риск - возложить на них такую ответственность, потому что Техно они очень нравились. И он так, так не хотел, чтобы они возненавидели его, как ненавидели его родители. Но чем еще это может закончиться? Сколько он себя знает, всё всегда заканчивается этим. Он был бы просто идеальным грёбаным гостем. Он бы не делал ничего, из-за чего мог бы проебаться. Они заслуживали гораздо большего, чем всё, что он мог им предложить. Когда он вернулся домой, его матери там не было. В ту ночь она вообще не пришла домой, даже когда он лежал без сна и ждал, что она придет. Это было не то чтобы облегчение, но и не плохо. Это было просто... немного забавно, что такой была последняя ночь, которую он мог провести в ее доме. Хотя это действительно заставило его пожалеть, что он не остался, чтобы поесть спагетти. Желудок болел так сильно, что боль была его единственной компанией в ту ночь.