Глава 16. С.О.В., первая часть
1 июля 2022 г., 20:45
Сдавать С.О.В во второй раз было явно проще, за одним только исключением. Гермиона не была уверена, было ли это из-за двадцати лет магических достижений в образовании, того факта, что ей нечего было делать, кроме как учиться в течение последних двух месяцев, или из-за того, что она уже сдавала С.О.В раньше. Но экзамены, которые она когда-то считала самыми важными в своей жизни, казались такими же трудными, как краткий тест в начале урока.
— Я, наверное, умираю, — захныкала Лили в конце первой недели экзаменов. Она драматично плюхнулась на одеяло, которое Северус расстелил под буком на берегу Черного озера.
Это был редкий безоблачный день. Птицы пели песни, волны неторопливо плескались о гальку, и дул легкий ветерок.
— Я предупрежу гробовщика, — произнес Северус в своей фирменной сухой манере. Он перелистнул страницу ежемесячного журнала «Зелья» и что-то пробормотал себе под нос.
— Снова идиоты? — спросила Гермиона.
Северус, казалось, всегда сердито бормотал себе под нос, когда читал ежемесячник зелий. Как будто он не мог понять некомпетентность редакторов разрешить публикацию некоторых формул.
Даже в шестнадцать лет ее будущий профессор был приверженцем совершенства в зельях. Взгляд на человека, которым он мог бы стать, бесконечно веселил Гермиону.
— Тут реклама ножа с серебряным покрытием, — усмехнулся он, — истинная халатность в зельях. Серебряное покрытие не сработает ни в одном зелье, для которого требуются ингредиенты, нарезанные серебряным ножом. И любое зелье, для которого этого не требуется, с таким же успехом можно было бы приготовить лезвием из другого металла. В лучшем случае это расточительно, а в худшем — опасно.
— Опасно? — Лили рассмеялась: — Это просто красивое лезвие.
— Волчье противоядие требует, чтобы аконит был нарезан серебряным лезвием, — сказала Гермиона. — Серебро должно нейтрализовать часть вируса ликантропии, достаточную для того, чтобы зелье подействовало.
— Ты знаешь это только потому, что ты из будущего, — заныла Лили.
— Белби уже пришел к такому выводу? — спросил Северус.
— Я не осмелилась спросить, — призналась Гермиона, — я не хочу случайно участвовать в создании зелья. В моё время его полностью исследовал Белби, и он заслуживает похвалы.
— Даже если бы ты ускорила процесс? — Северус наклонил журнал достаточно низко, чтобы она могла видеть, как его темные глаза изучают ее.
— Это было бы безответственно. Правила путешествия во времени очень ясны.
— Но ведь пришли к мнению, что ты путешествовала в измерениях, а не во времени, так что эти правила действительно применимы? — спросил он. — А если они не применимы, не будет ли более ответственным помочь Белби любым возможным способом… Что ты говорила делает зелье? Облегчает страдания болеющих ликантропией?
Лицо Гермионы покраснело. В таком свете казалось безответственным, если не сказать откровенно жестоким, не рассказать Белби все, что она могла вспомнить о рецепте волчьего противоядия. Римус достаточно настрадался, он не должен бояться очередного полнолуния.
— Никаких этических разговоров в дни С.О.В, — заныла Лили, — у нас сегодня выходной.
— Как ты справился, Северус?
Он пожал плечами:
— Я считаю, что до сих пор справился хорошо. А ты?
— Боюсь сказать. — Она многозначительно посмотрела на другую девушку. К счастью, Лили лежала с закрытыми глазами.
— Экзамен по Защите, как мне кажется, был довольно приятным, — сказал Северус.
Лили простонала:
— Фу, мой боггарт такой смущающий.
Северус рассмеялся.
— Я же говорил тебе не ходить смотреть «Челюсти» прошлым летом.
— Никто не говорил мне, что акула будет такой страшной!
Северус оглянулся на Гермиону.
— В этом году, по приезду в Хогвартс, у Лили чуть не случился припадок по поводу отправки первокурсников в лодках.
— Там может быть акула!
Гермиона засмеялась.
— Да ладно, твой боггарт не лучше, — пожаловалась Лили, — это все еще Петуния?
— Твой боггарт — старшая сестра Лили? — Гермиона фыркнула.
— Она настоящий ужас, и это не страх, это здоровое уважение к опасной дикой природе.
Лили пнула ногой Северуса, но он с легкостью увернулся.
— А у тебя что?
Гермиона съёжилась.
— Раньше МакГонгал говорила мне, что я всё провалила.
Она провела много времени, готовясь отреагировать на это. Это была ее самая большая проблема, когда она впервые сдавала экзамен. На этот раз Гарри сказал ей, что она все испортила.
— А на этот раз? — подтолкнула Лили.
— Это был друг из моего мира. Он сказал мне, что… что… — Сердце Гермионы забилось быстрее. Вспоминая его забрызганное кровью лицо, выглядевшее точно так же, как в Отделе тайн, вплоть до дыры в штанах от падения в комнате пророчеств. Его зеленые глаза, глаза его матери, впились в нее с яростью, которую Гарри обычно берег для Малфоя или Снейпа. Он винил ее в смерти Сириуса, в том, что она не помешала ему отправиться в Отдел Тайн. За то, что не была достаточно умна, чтобы убедить его. За то, что разрушила его и без того жалкую жизнь. За то, что бросила его, когда он больше всего в ней нуждался.
Гарри-Боггарт ругал ее несколько минут, прежде чем вмешался экзаменатор и изгнал боггарта. Как и в первый раз, когда она сдавала экзамен, боггарт был единственным, что она провалила.
Северус коснулся ее колена, и нарастающий ужас утих.
— Он что? — спросила Лили, наконец сев и посмотрев на ребят.
— Это не имеет значения, Лили. — прорычал Северус.
— Ну, мы сказали ей о наших боггартах, это справедливо.
Гермиона фыркнула и собрала вещи.
— Мне нужно вернуться в больничное крыло, мадам Помфри хочет провести ещё один осмотр до выходных.
— Тебе не обязательно уходить, — заныла Лили, — мы только что пришли!
— Вы двое оставайтесь, наслаждайтесь прекрасным днем. Дайте мне знать, если захотите позже позаниматься.
Гермиона развернулась и поспешила обратно в замок. По пути внутрь она встретила Римуса и его друзей, но не обратила на них внимания.
В последний раз, когда она сдавала С.О.В, она потеряла всех и все, что когда-либо было ей дорого. Когда эти экзамены закончатся, битвы не будет, но что будет дальше?
Она нырнула в уже слишком знакомое Больничное Крыло. Мадам Помфри лечила нескольких студентов, экзамены которых пошли не по плану.
— О, хорошо, Гермиона. Не могла бы ты, милая, сварить мне порцию бодроперцового и зелья для живота? Клянусь, эти несчастные первокурсники изводят себя из-за своих экзаменов. Можно было бы подумать, что это будут семикурсники, но первокурсникам всегда труднее всего.
— Конечно.
Гермиона завязала фартук и принялась за работу. Не было времени думать о лице Гарри, когда она готовила ингредиенты. Было только зелье.
Нарезав кубиками имбирь, Гермиона позволила своим мыслям вернуться к своему бывшему профессору зелий. Находил ли он такое же утешение в лаборатории, как и она? Была ли его темница с котлами единственным убежищем от давления директора и его беспокойства о том, что его бывший хозяин снова восстанет?
У нее не было возможности спросить его. Но если бы она могла что-то сделать, чтобы уберечь своего друга Северуса от такого стресса, она бы это сделала. Гермионе не удалось уберечь Гарри Поттера от самого себя, но она не подведет Северуса Снейпа.
