Глава 17. Второй худший день Северуса
4 июля 2022 г., 21:18
— Ну, она точно от нас сбежала, — сказала Лили, откидываясь на покрывало. — Бедняжка, не знает, как расслабиться.
Северус не хотел спорить с Лили, но он очень сомневался, что именно это было причиной бегства Гермионы.
Он лёг на спину рядом с девушкой. Солнце пригревало, а Лили излучала приятную ауру, которая возвращала Северуса к самым счастливым дням их лета. Практикуя магию на цветах, прячась от Петунии и веселясь невзирая на суровые обстоятельства своего рождения.
— Ты помнишь взрывающийся цветок? – задумался Северус.
Лили усмехнулась.
— Петуния ещё несколько дней после этого вытаскивала лепестки из своих волос. Она всё ещё вздрагивает, когда видит букеты ромашек.
— К счастью для неё, она не так привлекательная, чтобы ей их дарили.
— Сев, ты ужасен, — засмеялась Лили, а затем громко вздохнула. — Если верить маме, у неё есть поклонник. Я встречусь с ним этим летом.
Северус смутно помнил подслушанный им разговор перед шестым курсом. В Хогвартс-экспресс Лили упоминала мерзкого кавалера своей сестры, но это было уже после их ссоры, и он не знал подробностей.
На этот раз он обязательно всё узнает.
— Обязательно напиши мне о нём.
— Ты будешь получать мгновенные репортажи с места событий всё лето, — просияла Лили. — Интересно, согласится ли Гермиона сделать мне ещё несколько таких пергаментов, чтобы я могла общаться с девочками.
Северус не знал, как реагировать на эту фразу. С одной стороны, он был уверен, что Гермиона не откажет Лили в просьбе. Но с другой, его очень огорчало, что Лили будет мало общения только с ним и Гермионой этим летом.
— Уверен, что Гермиона с радостью научила бы тебя делать такие пергаменты, если бы ты осталась с нами на лето.
— Да? Но она в любом случае уже умеет их делать. Разве не было бы быстрее, чтобы она просто сделала их сама, а не пыталась меня научить. Ты же знаешь, когда она экспериментирует с магией, её разум работает быстрее, чем полет на метле.
— Эй, разве это не Нюниус?
У Северуса кровь застыла в жилах. Этот мучительный момент он тысячи раз переживал в своих кошмарах. Он надеялся, что его изменений за последние несколько месяцев будет достаточно, чтобы предотвратить эту встречу.
Однако одной надежды было недостаточно, чтобы удержать бывалого шпиона от подготовки. Он постучал палочкой по покрывалу, активируя ранее наложенные чары. Магия завибрировала, когда заклинание, предназначенное для того, чтобы поднять Северуса в воздух, было заблокировано.
Северус вздохнул с облегчением. На этот раз он не будет оскорблен перед растущей толпой.
— Что это было? — спросила Лили.
— Стандартное приветствие от твоих друзей гриффиндорцев, — его слова были прерваны мощным жалящим заклятием, проскользнувшим сквозь защиту.
Северус выругался и создал щит вокруг себя и Лили.
Разъяренный Сириус Блэк швырял проклятие за проклятием в щит Северуса.
— Перестань, Нюниус, сражайся со мной как мужчина.
— Почему он нападает на тебя? — спросила Лили: — Что ты сделал?
— Что я сделал? — ответил Северус: — Я весь день был с тобой. Ты бы знала, если бы я что-нибудь ему сделал. Я никогда не начинаю это первым.
— Ну, очевидно же, что ты что-то сделал, — прошипела Лили, и используя палочку укрепила щит после очередного залпа проклятий. Поттер и Петтигрю присоединились к своему другу.
— Прекрати защищать его, Эванс! — крикнул Блэк: — Этот подонок Пожиратель смерти!
Лили посмотрела на Северуса, как бы прося подтверждения.
— Он лжет, Лили. Скажи мне, что ты знаешь, что это ложь. — взмолился Северус.
Лили перевела взгляд с Северуса на мародеров и обратно на Северуса. Её лицо придало Северусу уверенности в том, что она ему поверила. Что она поверила в него.
— Лили, ты знаешь меня лучше, чем он.
— Он в сговоре с моим братом. О, мама была та-а-ак рада услышать, что Регулус этим летом будет работать над проектом Нюниуса, — насмехался Сириус, бросая невербальное заклинание через щит Северуса.
По руке Северуса поползли зеленые чешуйки.
— Это правда? Ты заменил меня на… Блэка? — прошептала Лили. Она начала собирать свои вещи.
— Ты сказала, что не сможешь работать с нами этим летом. Нам нужен был ещё один человек. Регулус великолепен в зельеварении. — попытался объяснить Северус.
— Не могу поверить, что ты сделал это. Ты же знаешь с какими людьми общается Регулус.
Ещё одно заклинание угодило прямо в грудь Северуса, отбросив его обратно к дереву.
— Лили, ты не понимаешь.
Она перекинула сумку через плечо:
— О, я многое понимаю.
Мародеры расступились, пропуская рыжеволосую, и, как только она ушла, рассмеялись.
— Не думал, что Нюниус может быть ещё уродливее, но у тебя это получилось, Бродяга, — прыснул Петтигрю. — Ты только посмотри на эту чешую. Прямо как скользкая змея, которой он и является.
Глаза Северуса горели яростью. Двадцать лет. У него было двадцать лет, чтобы подготовиться к ответу на эти насмешки. Он провел более десяти лет своей жизни, подвергаясь пыткам со стороны самых могущественных темных волшебников. Часы под круциатусом, сломанные кости, плети и цепи, но он ни разу не сломался. Но он в очередной раз был унижен подростками хулиганами.
Он даже не назвал Лили непристойным словом, но она бросила его на растерзание львам. Поверив их обвинениям, не выслушав его объяснений.
В его сторону полетело ещё несколько жалящих проклятий, прежде чем четверым парням стало скучно, и они отправились обратно в замок.
Дрожащими руками Северус собрал свои вещи. Бессильная ярость кипела у него в груди. Ему нужно будет зайти в больничное крыло за весами, но там была Гермиона. Он не хотел видеть жалость на её лице. Или ещё хуже…
Поддержит ли она Лили в том, что ему не следовало приглашать Регулуса в проект? Даст ли она ему хотя бы шанс объяснить, что Регулус ещё не стал Пожирателем и что, возможно, его можно спасти от этой участи?
***
Разочаровавшись в себе, Северус пошел в лабораторию зельеварения. Он смог бы позже вернуть Слагхорну деньги за ингредиенты для зелья против проклятия. Следующие несколько часов он потратил на приготовления зелья для избавления от чешуи. Он пропустил ужин, но никого не волновало его отсутствие. Вернувшись в спальню, он обнаружил, что на пергаменте не было ни слова от Лили. Ни извинений, ни осуждения. Северус сидел на кровати и уставившись на чистую страницу, размышлял, должен ли он извиниться. Он перевернул пергамент и увидел записку от Гермионы. Прости, что так убежала. Я просто не могу говорить об этом. Не с Лили. Северус быстро написал ответ, что ей не за что просить прощения. Как прошел остаток дня? Ты загорел? Северус фыркнул: Я? Загорел? Ты должно быть шутишь, Грейнджер. Её четкий почерк появлялся на странице. Следующие полчаса они провели в письменной дружеской беседе, когда Северус, наконец, не выдержал и задал вопрос, который беспокоил его с момента инцидента у озера. Есть ли грань, перейдя которую однажды, можно разрушить дружбу? Он ждал ответа Гермионы мучительную минуту, которая показалась ему часами. Думаю, есть вещи, которые могут быть непростительными. Но всё же, потребуется много усилий, чтобы понять, что дружбу невозможно спасти. Почему ты спрашиваешь? Что-то случилось? Северус постучал пером по пергаменту, борясь с самим собой. Он мог потерять сегодня ещё одного своего друга. А у него и так их было не много. Лили злится на меня. И я не знаю, как заслужить её прощение. Что она сделала? Северус был поражен. Он ожидал вопроса что он сделал не так. Но Гермиона спросила, что сделала Лили. В этом не было никакого смысла. Северус посмотрел на это с другой стороны. Гермиона умна, она, должно быть, просто пытается показать ему, что она на его стороне. Чтобы он успокоился и открылся… И это сработало. Лили ничего не сделала. Тогда что же заставило тебя думать, что она сердится на тебя? Сириус Блэк. До того, как он успел закончить предложение, слова Гермионы появились на пергаменте стремительным огнем, заполняя его за считанные секунды. Этот никуда не годный кусок гоблинского дерьма. Зачем он вообще решил с тобой поговорить? Какое право, какое дело, какая причина позволила ему побеспокоить тебя? Бьюсь об заклад, он просто пытался создать проблемы. Это так на него похоже. Не могу ни слова хорошего сказать. Это то, что ты на самом деле чувствуешь? Прости, я тебя перебила. Он был благодарен ей. Его нерешительность была смягчена её рьяной неприязнью к его сопернику. У тебя есть какая-то неприязнь к Регулусу Блэку? К кому? Младшему брату Сириуса Блэка. Я пригласил его помочь нам этим летом, поскольку Лили должна будет вернуться домой. О, я его знаю. Слышала о нём только от Сириуса. И честно говоря, его рассказу я доверяю примерно так же, как доверяю банке арахиса из Зонко. Северус рассмеялся от её сравнения, из-за чего заработал ворчливое «заткнись» от Мальсибера. Регулус в этом году заканчивает четвертый курс. Он слизеринец. Он не пожиратель смерти, но я полагаю, его мать хочет, чтобы он присоединился. Что ж, посмотрим, сможем ли мы перетянуть его этим летом на светлую сторону. И если это не сработает, по крайней мере мы попытались, верно? Мы. Она сказала МЫ. Северус был настолько переполнен эмоциями, что готов был в любой момент взорваться. Он всегда нёс своё бремя в одиночку. Дамблдор и Темный Лорд оба использовали его. Направляли, тянули, подталкивали его к достижению своих собственных целей. Единственным решением, принятым Северусом лично, был выбор присоединиться к Пожирателям, а затем стать шпионом для Ордена. Если только ты, конечно, хотел отговорить его… Да, верно. Временами, ты понимаешь меня лучше, чем я сам. Это пугает. Прости. Не хотела тебя пугать. Но я доверяю твоему мнению. Ты не пригласил бы его в свой проект, не будь у тебя для этого причины. Я не могу себе представить, чтобы Северус Снейп когда-нибудь делал бы что-то не проанализировав все возможные результаты. Теперь ты просто льстишь мне. Теперь ты просто меняешь тему. С чего бы Лили злиться на тебя из-за того, что ты пригласил Регулуса присоединиться к команде? Её же даже не будет летом в замке. Сириус намекнул, что я пригласил Регулуса присоединиться к нам, поскольку мы оба будущие Пожиратели Смерти. — рука Северуса дрожала, когда он писал эти строки. — Лили злится, потому что она маглорожденная и… Я тоже маглорожденная, и я не сержусь на тебя. Она была права. Но у Гермионы не было тех же страхов, что у Лили. Северус не уделял особого внимания на отношения между учениками вне класса. Он только проверял, что они не убивают друг друга. Он знал, что соперничество между факультетами всегда играло большую роль, но не мог припомнить конкретных случаев предубеждений на фоне чистоты крови, пока Гермиона училась. На моем курсе был один парень, который при каждой встрече с удовольствием напоминал мне о моей «грязной крови». Его друзья всегда присоединялись к его шуточкам, а мне все советовали просто игнорировать это. И я так и делала. Я не пытаюсь сказать, что Лили не может бояться или злиться из-за того, что она маглорожденная. Особенно сейчас, но… ты её лучший друг, верно? Я думал, что это так… Если хочешь, я могу поговорить с ней. Возможно, мне удастся вбить в неё немного здравого смысла. Как маглорожденная маглорожденной. Нет. Думаю, лучше нам это решить с Лили лично. У тебя и без наших мелких ссор хватает забот. Как и у тебя, Северус. Я знаю, как это тяжело, когда друзья отворачиваются от тебя, а ты не знаешь почему. Не могу представить, чтобы твои друзья сердились на тебя. Только разве что в том случае, когда ты заставляла их учиться. Очень смешно, Северус. Обычно это происходило потому, что у меня было здоровое уважение к правилам и к профессорам. Или была осторожна в вопросах безопасности. На третьем курсе Гарри не разговаривал со мной больше месяца, поскольку я сообщила декану нашего факультета о подозрительном рождественском подарке. Месяц молчания из-за рождественского подарка? Зачем ты сообщила об этом профессору? Он был практически уверен, что Гермиона раздраженно фыркнула. Потому что известный убийца и беглец из Азкабана предположительно охотился за Гарри в то время. Поскольку он уже несколько раз чуть не умер из-за проклятий, связанных с метлой. Потому что, он должен был с подозрением отнестись к совершенно новой профессиональной метле без записки?! Северус подавил ещё один смешок. Он практически слышал в своей голове её самодовольную тираду. Сколько раз Гермиона обсуждала это сама с собой после того инцидента. Лежала ли она ночью без сна, гадая, было бы всё по-другому, если бы она ничего не рассказала. Сожалела ли она об этом? Если бы ты могла вернуться, то сообщила бы снова об этом? Подарок был от Блэка? Это просто ещё одна вещь, в которой я могу винить Сириуса. И да, если бы я могла вернуться, то всё равно рассказала бы МакГонагалл о метле. В то время мы не знали, что Сириус невиновен, но мы также не знали, что подарок был от него. С таким же успехом это мог быть Малфой. Иногда очень одиноко быть самой умной. В конце концов они простили меня. Возможно, если бы мы повзрослели и завели собственных детей, то они бы поняли, почему я так поступила тогда, и извинились. Боюсь, что Лили будет вечно на меня злиться и не даст мне шанса доказать ей, что я не тот, кем, как она боится, я стану. Тогда это будет её ошибкой. Её не будет рядом, чтобы увидеть величие, которого ты достигнешь. Мы всегда можем делать только то, что в наших силах. Если кто-то предпочитает верить только в самое худшее в тебе, это не показатель того, кем ты являешься. Это только отражение того, как эти люди смотрят на мир. А как на мир смотришь ты? Последовала долгая пауза, прежде чем она ответила: Ну, в наши дни мир в основном состоит из скучных серых стен. Всё, что я знаю, что этот мир ужасен и одинок, и мне было бы гораздо страшнее, если бы тебя не было рядом со мной. Это плохо, раз я рад, что именно ты провалилась сквозь пространство и время? Уверен, ты бы хотела, чтобы это случилось с кем-нибудь другим, но я рад, что это была именно ты. Его сердце бешено колотилось. Он боялся, что она воспримет его импульсивные слова неправильно. Я бы хотела, чтобы это был кто-то другой. Из всех, кто был со мной на битве, я, вероятно, хуже всех подхожу для этого. У всех остальных, была бы волшебная семья, к которой они могли бы пойти. А я… одна. Ты не одна. У тебя есть я. Спасибо, Северус. Мне лучше ложиться спать, пока мадам Помфри не отправила эльфов конфисковать мою палочку. Она бы не посмела. О, она может. На четвертую ночь, когда она застала меня за чтением после отбоя, то сказала Мипси, что если та увидит меня с зажжённым люмосом, то должна будет забрать мою палочку и напоить снотворным. Тогда мне стоит сказать: Спокойной ночи, Грейнджер. Спокойной ночи, Снейп.
