Глава 39. Протего
16 ноября 2022 г., 13:08
Раннее субботнее утро застало Гермиону, Регулуса и Снейпа в Выручай-комнате, где они отрабатывали защитные заклинания.
Поскольку большинство студентов в пятницу засиделись допоздна, коридоры были пусты, когда трое слизеринцев поднимались по многочисленным лестницам на седьмой этаж.
— Хорошо, это был приличный щит, Гермиона, но если бы Регулус бил всерьез, он бы легко пробил его. Давай ещё раз.
Она взмахнула своей палочкой, и Северус покачал головой.
— Слишком размашисто, Гермиона. Необходимо, чтобы щит был твердым, как стена.
Гермиона хотела бы, чтобы ее профессор Снейп с такой же страстью относился к преподаванию, как и его младшая версия. Он был терпелив, и его слова имели смысл. Он продемонстрировал движения палочкой, а когда она все еще ошибалась, подошел к ней сзади.
— Вот так, - сказал он, осторожно обхватил ее правой рукой, взяв ее палочку в свою.
Гермиона чувствовала его дыхание у своего уха, когда их руки повторяли движения заклинания: - Чем меньше взмахов, тем быстрее заклинание, - прошептал он. - А скорость - это все в битве.
Она знала это слишком хорошо. Ее сердце билось так громко, что она молилась, чтобы он его не услышал.
— Хорошо, думаю, я могу попробовать еще раз.
— Хорошо, Регулус, попробуй еще раз, - Северус отошел подальше.
Комната поплыла. Единственным объектом внимания Гермионы был кончик палочки Регулуса. Его плечо поднялось, и Гермиона выставила свой щит.
Быстрый, мощный, сильный. Заклинание Регулуса отскочило, ударившись о дальнюю стену.
— Отлично, Гермиона. Меняемся.
Их дуэльная практика продолжалась до тех пор, пока все трое студентов не стали мокрыми от пота и магически истощенными.
— Спасибо, Северус, - сказал Регулус. - Руквуд бесполезен. Первые два месяца он сфокусирован на магических существах.
— Почему это? - спросила Гермиона. - Мои преподаватели по Защите тоже больше склонялись к темным существам, чем к практической защите.
— Могу предположить, что это только потому, что до тревожных времен самой темной магией, с которой мог столкнуться ученик, были обычные бытовые неприятности, - сказал Северус.
— Да, если только вы не выросли в Древнем Благородном Доме Блэков, - насмешливо сказал Регулус. - Моя мать заставила нас выучить проклятие Круциатус еще до того, как у нас появились палочки.
— Это ужасно! - воскликнула Гермиона, - На четвертом курсе профессор в первый день занятий применил Непростительные к пауку. Это было ужасно. Я так плакала, умоляя его остановиться, что меня чуть не оставили после занятий.
— Только ты можешь плакать о благополучии паука, - поддразнил Северус.
— Ни одно живое существо не должно подвергаться пыткам во имя образования, - сказала она.
— Мы знаем, знаем, - подхватили оба мальчика, хорошо подготовившись к речи Гермионы о достоинстве жизни и о том, что ни одно существо не лучше другого.
Регулус уже совершил ошибку, указав на то, что Гермиона без проблем ест других существ во время одного обеда летом. Ее последующий этический виток о пищевых привычках волшебников и плотоядных существ занял два полных дня, прежде чем все согласились никогда больше не упоминать об этом. Хотя после этого Гермиону редко видели за поеданием мяса.
— Мы всегда благодарим домовых эльфов, даже если не видим их, - сказал Северус.
— И мы поддерживаем порядок в наших классах и комнатах, чтобы не добавлять им лишней работы.
Гермиона покраснела. Они дразнили ее, но в отличие от дразнилок по поводу Г.А.В.Н.Э на четвертом курсе, у нее было ощущение, что ее друзья из Слизерина уважают ее стремление к этичному отношению ко всем.
— Мне жаль, что твоя мама была такой ужасной, Рег, - сказала она, - я бы хотела, чтобы у тебя были такие родители, как у меня. Они бы тебя любили, хотя ты, наверное, никогда бы не получил дополнительную лакричную палочку. Стоматологи и все такое.
— Всё в порядке, я справляюсь, - засмеялся Регулус, - Но я бы хотел увидеть выражение лица Вальбурги, если бы она узнала, что ты думаешь, что маглы воспитают ее сына лучше, чем она сама.
— О, я могу себе представить, - Гермиона провела не одну тоскливую минуту перед портретом Вальбурги, крича в ответ на эту ужасную женщину, которая не стеснялась возмущаться о грязнокровке каждому, кто проходил мимо.
— Ты знала мою мать в будущем? - спросил Регулус, затем махнул рукой: - Нет, не хочу знать.
— Кроме того, будущего, которое я знала, больше не существует, - заметила она. - Я уже безвозвратно изменила временную линию, даже если бы это было то же измерение, из которого я родом.
— И мы благодарны тебе за это, - сказал Регулус. - А теперь я собираюсь принять пенную горячую ванну в ванной префектов. Увидимся за обедом, а потом просмотрим записи Белби?
Гермиона и Северус кивнули. Даже несмотря на регулярные обновления в зачарованных исследовательских тетрадях, Белби любил регулярно созваниваться по камину в дни до и после полнолуния, чтобы сравнить варящееся зелье. Гермиона подумала, что пожилому мужчине также нравилось слушать истории о своих бывших профессорах и вспоминать о том, как он сам учился в Хогвартсе.
— Я собираюсь перекусить перед походом в подземелья, - сказал Северус. - Не хочешь пойти со мной?
Гермиона провела рукой по волосам: - Думаю, я попрошу Выручай-комнату разрешить мне привести себя в порядок здесь. Мои волосы - просто катастрофа.
— Тогда мы станем красивой парой: жирный гад из подземелий и кучерявая дамочка со второго этажа.
— Серьезно? Кучерявая дамочка - это лучшее, что ты смог придумать?
— Я слишком устал, чтобы язвить, - признался он.
— Встретимся в лаборатории. Можешь не волноваться, сейчас едва девять, никто не заметит, что я брожу без сопровождения.
— Лучше бы не заметили. Будь осторожна, Гермиона.
***
Когда Северус ушел, Гермиона выскочила в коридор и трижды прошлась мимо, чтобы дверь снова появилась. Внутри был роскошный спа-салон, в который мама водила ее во время каникул в Швейцарии летом перед вторым курсом. Именно в такие моменты ей очень не хватало родителей, и она пожалела, что не попросила комнату заколдованные инструменты, чтобы те играли для нее музыку. Она сняла мантию и быстро проверила её на чистоту. Достаточно привести её в приличный вид для прогулки обратно в подземелья. Затем она погрузилась в теплую ванну, позволяя лавандовым маслам скользить по ее коже и расслаблять больные мышцы. Ей хотелось остаться на весь день, но, вымыв волосы, она поняла, что скоро придется уйти. Одевшись, она направилась к выходу. — Куда делась эта дверь? — Там никогда не было двери, Хвост. — Конечно, там была дверь, Гермиона только что вышла из нее. — Неважно, пойдем, мы должны все расставить, пока ученики не вернулись с завтрака. Гермиона не могла видеть Джеймса и Питера, но она могла их слышать. — Если вы хотите быть незаметными под мантией, я бы посоветовала использовать заглушающие чары, чтобы вас не услышали. - Она не стала их искать, а просто направилась к лестнице. — Гермиона, подожди! - Питер побежал за ней, - что ты там делала? — Где? - спросила Гермиона. — Не притворяйся, змея, что-то произошло, и я хочу знать, что именно, - Питер скрестил руки. — Просто гуляю по коридорам, Питер. Что ты задумал? Не может быть ничего хорошего, если в этом замешана мантия-невидимка. — Кто тебе вообще сказал о мантии. Эй, не меняй тему. Это ты ведешь себя подозрительно. — Как спуск по лестнице может быть подозрительным? — У тебя мокрые волосы. Гермиона вздрогнула. — Так и есть, - заметила она. — И ты вышла из двери, которая исчезла. Ты что-то задумала. — Я уверена, что да. А теперь прошу меня извинить. — Разве ты не собираешься увидеть форму анимага Лунатика? - спросил Питер. Гермиона почувствовала себя неловко из-за смены темы, и еще менее комфортно из-за ухмылки, которая скользнула по его лицу. — Я не планировала, а что? — О, он сказал, что ты собираешься пойти. Он в шестом классе Трансфигурации, тренируется, если хочешь сходи посмотреть. Это действительно здорово. — Кем он становится? - Гермиона видела только, как МакГонагалл превращается в кошачью форму и обратно. Сириус и Петтигрю трансформировались рядом с ней на третьем курсе, но это был такой напряженный день, что она не успела оценить этот навык с академической точки зрения. — Я не могу сказать тебе об этом, иначе он будет в ярости из-за того, что я испортил сюрприз. Гермиона сделала паузу: - Я уверена, что если бы он хотел, чтобы я была там, он бы мне сказал. Он всегда может показать мне позже. — После того, как Сириус испортит сюрприз? Да ладно, Клокс. Ты же знаешь, как Лунатик рад этому. Неужели ты хочешь, чтобы его секрет был испорчен до того, как он покажет его тебе? — Ты просто хочешь, чтобы я была подальше от того, что устраивает Поттер. Питер выглядел смущенным: - Ладно, ты меня подловила. Теперь ты пойдешь? — Веди.***
Гермиона последовала за Питером в класс. В коридоре было тихо, слишком тихо. Пространство вокруг двери светилось от защитных полей, охранявших то, что находилось внутри. — МакГонагалл поставила их, чтобы не пускать тех, кого Римус не хочет видеть. Вот, - он постучал палочкой по петлям, и свечение исчезло, - проходи. Она не успела отреагировать, как Питер втолкнул ее в комнату и захлопнул за ней дверь. Она увидела Бродягу в дальнем конце большой классной комнаты, прижавшегося к углу. Этого было достаточно, чтобы Гермиона резко развернулась и попыталась открыть дверь. Она не поддавалась. Она бросила алохомору, но дверь оказалась не заперта, а заблокирована с другой стороны. Скрежет когтей по полу был единственным предупреждением. Она крутанулась и выставила щит. Как раз вовремя, чтобы Лунатик ударился об него. Она и раньше видела, как профессор Люпин превращается практически в волка. Эта версия была меньше, с более густым мехом, но все же не волк. Существо снова ударилось о ее щит и заскулило от сильного удара. — Бродяга, помоги! - крикнула Гермиона. Собака заскулила. Хромая, он направился к ним, но его остановила магия. — Мисс Грейнджер, что вы здесь делаете? Гермиона не могла видеть, где находится профессор МакГонагалл, но она почувствовала облегчение от того, что та была рядом. — П... Питер... - Лунатик отступил от нее, а затем снова прыгнул на щит, пустив в ход когти. В Лунатика полетели ярко-оранжевые и красные заклинания, одно из них промахнулось и попало в щит Гермионы, еще больше ослабив его. — Мне так жаль, Римус, - прошептала она. Ей не следовало приходить сюда. Она знала, что Петтигрю нельзя доверять, и все равно сделала это. Гермиона хотела обвинить свой измученный разум в глупом решении. Оборотень снова ударил по ее щиту. У нее не было достаточно магии, чтобы поддерживать его долго. — Это не твоя вина, мне так жаль, - умоляла она его. Его коготь пробил щит, разорвав рукав ее мантии. Гермиона закричала. Острые когти Лунатика схватили ее за руки. Это был конец. Гермиона пережила темные проклятия, путешествие во времени и поездку на спине фестрала, чтобы быть убитой в классе ее любимого нынешнего профессора ее любимым бывшим профессором. — Я прощаю тебя, - прошептала она, когда изнеможение одолело ее и челюсти чудовища нащупали ее шею.
