Глава 42. Ужасные вещи случаются с волшебниками, которые вмешиваются в Великое Благо
9 января 2023 г., 13:24
— Клянусь тебе, Лунатик, она звала тебя.
Сколько бы раз Сириус ни говорил, что Гермиона проснулась, Римус сомневался, что она звала его.
— Кто звал Лунатика? - спросил Джеймс, прижимаясь к Римусу по пути в Большой зал на обед.
Обычно, на следующий день после полнолуния, Римус спал в Больничном крыле. Его обмазывали бадьяном и накладывали дюжину заклинаний, что мало помогало облегчить боль в каждой косточке и мышце. Сегодня же он чувствовал себя хорошо, даже лучше, чем хорошо, он чувствовал себя человеком. Утренний урок "Ухода за магическими существами" с хаффлпаффцами его ничуть не беспокоил. Птицы, похожие на диринар, не улепетывали от него, как это было, когда он был профессором. Некоторые птенцы даже ели с его рук.
— Клокс, когда очнулась прошлой ночью, - продолжал Сириус. - Я почти не слышал ее, это был стонущий шепот. Римус... Римус.
— Она не стонала, - фыркнул Джеймс. - Я не могу представить, чтобы Клокс так стонала.
— Она стонала, приятель. Отчаянно хотела увидеть Лунатика.
— Ты уверен, что она хотела меня видеть? - спросил Римус, не обращая внимания на театральность Сириуса. Он сильно сомневался, что Гермиона стонала.
— Конечно, хочет! - Сириус шлепнул его по спине: - Если бы Помфри позволила ей встать с постели, я готов поспорить, она бы сразу пошла к тебе, чтобы убедиться, что с тобой все в порядке.
— Оооо, посмотри на него, - поддразнил Джеймс. - Ты можешь обслюнявить, но ты ей все равно нравишься.
— Лунатик не слюнявил, - сказал Римус, его уши стали ярко-красными.
Мальчики сели на свое обычное место за столом, где их ждал Питер, более дерганый, чем обычно.
— Ребята, вас вызывали в кабинет МакГонагалл после обеда? - спросил Питер. Он протянул лист пергамента: - Сова принесла это, как только я сел за стол.
Дамблдор, Слагхорн и МакГонагалл отсутствовали в Большом зале за завтраком в то утро, Флитвик преподавал Трансфигурацию, если верить разговорам младших курсов. Гермиона и Северус тоже отсутствовали, но они не появлялись с момента инцидента.
— Дай-ка взглянуть, - сказал Сириус, выхватывая пергамент из рук Питера. После быстрого прочтения его лицо стало серьезным: - Я получил такое же в прошлом году после инцидента с Нюниусом в Визжащей хижине.
— Я думал, ты сказал, что твой розыгрыш был неудачным, - обратился Римус к Джеймсу.
— Так и было, бомбы-вонючки даже не взорвались, - заверил его Джеймс.
— Ты проказничал в одиночку?
Питер побледнел.
— Что ты сделал?
— Я ничего не делал, - пискнул Питер.
— Это твой лживый писк, - сказал Сириус. - Это серьезное письмо, Питер. Это письмо "МакГонагалл рассматривает возможность исключения тебя". Это письмо "пригласи своих родителей в Хогвартс, чтобы они умоляли о твоем будущем". Это...
— Он понял, пусть объяснит, - сказал Джеймс.
— Возможно, я мог сказать Грейнджер, что Римус хотел показать ей свою форму анимага.
Сириус вскочил из-за стола, подальше от Питера. Джеймс побледнел. Лунатик зарычал из своего укрытия глубоко в душе Римуса.
Питер начал плакать: - Я не думал, что она действительно пойдет. Она просто прошла прямо через чары МакГонагалл.
— Опять этот твой лживый писк, ты, безмозглая крыса! - крикнул Сириус.
Они привлекали внимание в Большом зале. Как долго другие ученики наблюдали за ними? Римус не знал.
Сириус наклонился к Питеру и прижал свою палочку к его шее: - Лучше надейся, что она тебя исключит, если нет, то твоя жизнь в Хогвартсе превратится в ад. Ты думал, что то, как мы обращались с Нюниусом, было грубо, но мы знаем, где ты спишь. Мы знаем, как ты прячешься. Куда бы ты ни пошел в Хогвартсе, мы тебя найдем.
Питер задрожал, слезы стекали по его лицу, капая на стол: - Это не моя вина. Откуда мне было знать? Чем это отличается от того, что сделал ты?
Сириус убрал свою палочку и выбежал из Большого зала. Питер сбежал вскоре после этого.
Римус изо всех сил старался проникнуться сочувствием к Петтигрю. Он думал, что сможет изменить будущее Питера. Что помешает ему предать Джеймса.
— Как ты думаешь, что произойдет? - спросил Джеймс.
— Ради Сириуса, я надеюсь, что Питера исключат, - сказал Римус. - Иначе мы можем потерять двух друзей сегодня из-за исключения или еще чего похуже.
Почтовые совы летали по залу, сбрасывая письма ученикам. Джеймс и Римус получили по одному.
— Это выглядит официально, - сказал Джеймс.
У Римуса внутри все сжалось: - Да, так и есть.
— Доброе утро, мальчики, почему такие напряженные лица? – к ним подошла Лили.
Джеймс протянул ей свое письмо.
"Мистер Джеймс Ф. Поттер,
Просим вас присутствовать на предварительном слушании об исключении Питера Петтигрю. Пожалуйста, явитесь в кабинет заместителя директора в четверть часа пополудни. Возможно, вы захотите взять с собой немного Ледяных мышей.
А.П.В.Б. Дамблдор, директор школы чародейства и волшебства Хогвартс."
— В моем написано то же самое, - подтвердил Римус. - В то же время.
— После обеда в кабинете МакГонагалл состоится слушание об исключении, - добавил Джеймс.
Глаза Лили расширились: - Но что произошло?
— Питера, - уточнил Джеймс, - с нами в качестве свидетелей. Я полагаю, Дамблдор примет наши слова к сведению.
— Что сделал Питер? - спросила Лили.
— Мы скоро узнаем.
***
Джеймс и Римус нашли Сириуса во дворе. Они должны были скоро прийти в кабинет директора и предполагали, что Сириус тоже. — Это было не то же самое. Правда, Лунатик? Джеймс тоже посмотрел на Римуса. — Я не знаю, Бродяга, - признался Римус, - мне кажется, что Питер был хуже, потому что это была... – Гермиона, а не Снейп. Но это не делало поступок реально лучше или хуже, только из-за того, что он чувствовал по этому поводу. Что делало поступок Сириуса хуже? Только то, что Сириус поставил бы Римуса в положение, когда он фактически убил того, кого ненавидел, и мог бы убедить его не жалеть об этом. Потому что Сириус мог бы убедить его, что Северус заслужил это, верно? Но Питер знал, что Римус никогда не простит себе, если что-то случится с Гермионой. — Неважно кого направили, - сказал Джеймс, - все было одинаково. Отправить ничего не подозревающего студента в логово оборотня. Но Питер отправил ее в контролируемый класс с высококвалифицированным профессором, а Сириус отправил Северуса в логово зверя в разгар полнолуния. Сириус, казалось, следовал аналогичной мысли: - Черт, меня должны были исключить. Или в Азкабан. — Ты ведь извлек из этого урок? – Спросил Римус: - Вы с Северусом по большей части ладили после того случая. — Да, он не такой уж и гад с тех пор, как Клокс свалилась на меня, рассказывая всем, что я убил ее, - Сириус опустился на колени. - Я мог убить его. И не думаю, что меня бы это волновало. Что за человек так поступает? Гермиона была права. Джеймс присел перед своим лучшим другом: - Тебе не все равно. Мы не можем знать, что могло бы случиться или что могло произойти. Все, что мы можем сделать, это сосредоточиться на будущем. Сириус надулся: - Да, ты же не можешь вернуться в прошлое и остановить меня. Джеймс посмотрел на Римуса и подмигнул. Оба волшебника не знали, как много Сириус помнил из признания Римуса. Сириус умел хранить секреты, но не без того, чтобы люди знали, что он знает секрет. Сириус не стеснялся говорить о мохнатой проблеме Лунатика, конечно же, он не побоялся бы рассказать о приключениях Римуса во времени. — Нам пора идти, - сказал Джеймс, похлопывая по карману, в котором лежало письмо. Трио молча шло к кабинету директора. — Просто скажи правду. Что случится с Питером, то случится. — Точно, правду, - Сириус судорожно вздохнул. - Всю правду? Или только правду о том, что они спрашивают, потому что я не хочу признаваться Дамблдору во всех своих грехах. Джеймс усмехнулся: - Ему не нужно знать о твоей дрочильной банке, Бродяга. Ледяные мыши. Горгулья закружилась, открывая проход. Трое поднялись по винтовой лестнице, их шаги были барабанным боем к гибели. — Ах, джентльмены, спасибо, что присоединились ко мне, - сказал Дамблдор. Он указал на полный чайный сервиз и пять удобных стульев: - Надеюсь, вы простите мою уловку про созыв этого собрания. — Разве мы собрались не для слушания дела об исключении Питера? — Потенциально, - сказал Дамблдор. Римус узнал выражение лица старика, блеск в его глазах и плавную манеру, с которой он предложил им сесть. Он всегда так обращался к Римусу, прежде чем попросить его отправиться на очередную опасную миссию в Европе. Именно так он начинал каждую стратегическую встречу с Орденом. Знакомство со страданиями, которые приведут к высшему благу. По коже Римуса поползли мурашки. Дамблдор знал правду о Римусе. Но Орден еще не знал. Они будут возражать против отправки его в стаи. Они должны были. Он был слишком молод. Это было слишком рано. Он не хотел жить таким образом. То, что он должен был сделать, чтобы заслужить их доверие. — Лунатик, ты сядешь или просто будешь пялиться на стену весь день? - спросил Сириус. Римус сел в кресло: - Кого мы ждем? — Он скоро придет. Я хотел спросить вас троих, что вы знаете об Ордене Феникса. Глаза Сириуса загорелись: - Больше, чем мы должны, меньше, чем хотелось бы. Миа и Монти иногда забывают наложить заглушающие чары, когда возвращаются с собраний. Дамблдор усмехнулся: - Отлично. Это общество волшебников-единомышленников, которые хотят предотвратить приход к власти темных волшебников. Уверен, вы слышали о волшебнике, который называет себя Лордом Волдемортом. Предвкушающая улыбка сползла с лица Сириуса, и он кивнул: - А кто не слышал? — Боюсь, что из-за выходки мистера Петтигрю, Хогвартс привлек не то внимание, - Дамблдор взмахнул палочкой, и массивная пачка пергамента соскользнула с его стола и воспарила над бутербродами. - Это письма от родителей, которые были отправлены в Совет попечителей с требованием моего смещения и увольнения Минервы. — Они собираются поставить на этот пост марионетку сами-знаете-кого, - сказал Римус. - Если вас уберут, МакГонагалл получит повышение, станет заместителем директора, но если уйдет и она... — Что мы можем сделать? — Боюсь, что все уже произошло. Мистер Принц провел последние несколько дней, готовясь к этому. Я был ослеплен, - сказал Дамблдор. — Значит, все безнадежно? А при чем здесь Орден? - спросил Джеймс. — У Ордена есть шпион в Отделе тайн. Он сообщил нам об экспериментальной магии, которая позволит нам предотвратить это. — Путешествие во времени, - с нетерпением сказал Сириус. - Как далеко назад мы можем вернуться? Дамблдор посмотрел на Римуса: - Я позволю члену Ордена объяснить. Но сначала мне нужна клятва на палочках от всех вас, что вы не раскроете его личность, его связь с Орденом, и вы не раскроете ничего из того, что обсуждалось на этом собрании или в этой временной линии тем, кто этого не знает. Трое подростков принесли клятву. Знакомый завиток связывающей магии закрутился вокруг руки Римуса. — Превосходно. Август, ты можешь выйти. Профессор Руквуд шагнул вперед. — Профессор Руквуд? Вы в Ордене? — Вы работаете в Отделе Тайн? — Мальчики, - сказал он, доставая из кармана маленькие песочные часы, - что вы знаете о путешествиях во времени? — Это маховик времени? - спросил Римус. — Вроде того, что использовала Гермиона? - спросил Сириус. — Мне неизвестно, что могла использовать мисс Грейнджер, чтобы попасть в это время. Департамент предпринял все усилия, чтобы переписать магию, - сказал он. - Мы обнаружили это. Оно возвращает использующих магию в их тела. — Значит, это не маховик времени, - уточнил Римус. - Маховик времени оставляют несколько версий человека, пока линии времени не сойдутся. — Верно, мистер Люпин. — Значит, мы можем вернуться назад только на неделю, а не на шесть месяцев? - спросил Сириус. — Наши тесты не увенчались успехом дальше, чем на неделю, - продолжил Руквуд. — Задание, если вы решитесь принять его, состоит в том, чтобы вернуться в утро инцидента с мисс Грейнджер и не дать ей войти в класс, - сказал Дамблдор. - Нам нужен только один из вас для путешествия. — Ну, я - очевидный выбор, - сказал Римус. - Я просто не буду превращаться. — Есть ли шанс, что предыдущие приключения Римуса во времени... все испортят? - спросил Джеймс. — Подожди, это реально? Ты из измерения Гермионы? Я думал, это был пьяный сон. — Не сейчас, Сириус, - заворчал Римус. - Мы объясним позже. — Тебе не придется, если ты просто отправишься в прошлое, в то время, которое я не знаю, - сказал Сириус. - Нет, это должен быть я. Я был в комнате. Ты можешь сказать мне что-то, чего я не буду знать, и я смогу убедить тебя не превращаться. — А как же я, я был в коридоре с Питером. Я могу просто помешать ему подойти к Гермионе. — Теоретически можно отправиться вдвоем, - сказал Руквуд. — Почему тогда не отправитесь вы? - спросил Римус. - Или Дамблдор. — Плохие вещи случаются с волшебниками, которые вмешиваются во время ради собственной выгоды, мистер Люпин, - сказал Дамблдор. - Если бы я вернулся, то только для того, чтобы сохранить свою работу. Если бы кто-то из вас, мальчики, вернулся, это было бы для того, чтобы предотвратить вред и защитить невинных. — А Руквуд? — Я был в Министерстве весь день. Для меня было бы слишком рискованно пытаться вернуться в школу вовремя. — Это должен быть я, это мое существо вызвало проблему в первую очередь, - заявил Римус, протягивая руку. — Нет, Лунатик, это слишком рискованно. Позволь мне сделать это для тебя, пожалуйста, - сказал Сириус. Римус покачал головой: - Я видел, как ты умер, Сириус, я не могу позволить тебе сделать это для меня. Я вернусь, профессор. Я уже член Ордена. Я сражался в двух войнах. Позвольте мне предотвратить еще одну. — Очень хорошо. Август? - сказал Дамблдор. Римус потянулся за прибором, но Сириус выхватил его из рук профессора прежде, чем Римус успел схватить его. Джеймс бросился за ним, схватив Сириуса: - Пусть это сделает Лунатик. — Отстань от меня, Сохатый. Я должен это сделать. Я должен все исправить. — Будь осторожен. Магия времени опасна и непостоянна! - крикнул Руквуд. Магия потянулась к пупку Римуса, как от порт-ключа. Он закрыл глаза, чтобы не видеть тошнотворный вихрь магии вокруг себя. Когда он открыл их, МакГонагалл стояла в нескольких футах от него: - А, опоздали всего на две минуты. Вы готовы начать? — Сначала мне нужно поговорить с Лунатиком. — Сириус, все в порядке. — Нет, это срочно. — Нет, Сириус, все в порядке, я знаю. Я тоже ел ледяных мышей. — Ледяные мыши? О чем ты говоришь... Ох, ОХ. Но тебя не было рядом с... ледяными мышами. — Мы можем поговорить об этом после. Мы уже опаздываем, а профессор ждет.***
Римус стоял в центре комнаты и готовился к превращению. После всех его тренировок это было очень легко. Он превратился в Лунатика и терпеливо сидел, глядя на МакГонагалл в ожидании указаний. Когда она в ужасе перевоплотилась в свою кошачью форму, он вернулся в человеческую. — Профессор, все в порядке? Кажется, я контролирую ситуацию, - он несколько раз перевоплощался из формы Лунатика в человеческую и обратно. — Мистер Люпин, это не должно быть возможно. — То, что он оборотень или то, что он не напал на нас? — Его контроль, - сказала МакГонагалл. - Вы не должны были пытаться превращаться без моего присутствия. Но, очевидно, вы практиковались. Вы хоть представляете, насколько это могло быть опасно! — Но он в порядке, - сказал Сириус. - Его форма анимага не проклята. Можете представить себе последствия? Полнолуние через несколько дней, как вы думаете, что произойдет, если он превратится до восхода луны? Ярость МакГонагалл исчезла, пока она размышляла о возможностях: - Вы оба можете подумать над этим на отработках. Три недели за ваше безответственное поведение. А теперь прошу меня извинить. Мне нужно сообщить в Министерство о нашем новом анимаге. Римус прислонился к столу, когда за профессором закрылась дверь. — Ты помнишь, что сделал Питер? - спросил Сириус. — Да, я помню. И ты помнишь, что сказал Дамблдор? — Да, как ты думаешь, Джеймс... — Мы должны найти Джеймса.
