Глава 51. Нет чести в войне
31 марта 2023 г., 16:43
Римус стоял перед горгульей, ведущей в кабинет директора. Сова доставила письмо накануне завтрака в субботу. Проведя весь день в Хогсмиде вместе с друзьями, с нетерпением готовящимися к празднику Хэллоуина (и последующей вечеринке в гостиной Гриффиндора), Римус был рад отвлечься.
Прошло почти два месяца после его неудачного эксперимента со временем. Он был не ближе к ответам на вопросы о своем звере, чем в первый раз двадцать лет назад. Хождение возле горгульи не помогало. Он не знал, чего от него хочет директор.
Его миссия в прошлом по защите школы была технически успешной. Дамблдор все еще был директором, работа МакГонагалл не была под угрозой. Но Гермиона избегала его. Все свое время она проводила со змеями.
Лунатик зарычал при этой мысли. Римус часто чувствовал запах Гермионы, когда проходил мимо Северуса в коридорах. Ее запах сводил Лунатика с ума, а запах, исходящий от соперника, проверял весь самоконтроль Римуса.
— Желейные слизни, - сказал он, наконец-то приготовившись к разговору с Дамблдором.
Горгулья повернулась и показала знакомую лестницу.
— Римус, мальчик мой, садись, садись, - Дамблдор жестом указал на поднос с чаем и тремя стульями вокруг стола, - наш второй гость скоро придет. Я попросил эльфов приготовить шоколадные круассаны специально для вас.
Римус покраснел, довольный тем, что о нем подумали во время подготовки, даже если это была такая простая закуска. Он откусил кусочек шоколадной маслянистой вкуснятины и стал ждать, когда старый волшебник заговорит.
— Как проходят занятия, Римус?
— Хорошо, сэр.
— Так ли это. Мне сообщили, что на большинстве уроков вы - лишь оболочка своего прежнего "я". Редко отвечаете на вопросы, - сказал Дамблдор, - Флитвик выразил беспокойство. Он сказал, что вашим чарам не хватает той броскости, к которой он привык в вашей работе.
Римус приподнял бровь: - Я и не знал, что мои чары заслуживают внимания.
— Вы потеряли свой блеск, мой мальчик, скажи мне, что происходит.
— Вы помните, как отправили меня в прошлое?
— Я отправил вас в прошлое? Ну, должно быть, я сделал это не просто так. Не могу представить, зачем мне отправлять с вами мисс Грейнджер.
— Нет, не большой прыжок. Всего на неделю, а потом еще на день.
Дамблдор замахал руками перед собой: - Нет, нет, вы не должны говорить мне больше, чем следует. Вы выполнил задачу, для которой вас отправили?
— Да, но за это пришлось заплатить цену, к которой я не был готов.
— Ужасные вещи случаются с волшебниками, которые вмешиваются во время.
— Вы говорили, что ужасные вещи случаются с теми, кто вмешивается во время ради своих корыстных целей.
— Разве? Ну, я не тот, кто это сказал, поэтому я не могу быть уверен.
Римус взял еще один круассан и отщипнул кусочек.
— Какую цену пришлось заплатить?
— Что вы знаете о партнерах оборотней?
— Боюсь, не очень много, - признался Дамблдор, - Есть, конечно, теории о магической связи между двумя существами. Это может быть мощная связь, усиливающая магию обоих.
— Я чувствую, что есть какое-то но.
— Но, когда только один из партнеров является оборотнем, я слышал, что это может быть сложно.
— Как это?
— У неликантропа нет связи, и он может жить так, как будто у него нет партнера. Оборотень, однако, ну, природные волки спариваются на всю жизнь. Они обречены на одинокое существование.
Лунатик завыл глубоко внутри Римуса. Печаль одиночества была ему хорошо знакома. Это была та жизнь, к которой он уже был предназначен. Почему же слышать это было так больно?
— Так вот почему вы позвали меня сюда сегодня, профессор?
Почему он не почувствовал ее запах, когда она вошла? Почему он не услышал движения горгульи?
— А, мисс Грейнджер, как раз вовремя. Присаживайтесь.
Римус осмелился взглянуть на нее. Внутри Лунатик давил на все мысленные границы, которые Римус воздвигал, чтобы держать свою человеческую половину под контролем. Она кусала нижнюю губу и смотрела на пустое место рядом с ним, словно оно предало ее.
Через несколько мучительных секунд она пересекла комнату и села в кресло.
— Мистер Люпин как раз объяснял мне, почему в последнее время у него мрачное настроение.
— Я не понимаю, какое отношение это имеет ко мне. Или почему это не могло подождать возвращения из Хогсмида.
— Я не помню, чтобы я подписывал разрешение на посещение вами деревни, - сказал Дамблдор, - вы все еще являетесь подопечной школы, не так ли?
— В прошлом месяце мне исполнилось семнадцать, профессор. По законам волшебников я совершеннолетняя и больше не являюсь подопечной школы.
Дамблдор улыбнулся: - Еще лучше, мисс Грейнджер. Тогда, как взрослый человек, вы наверняка сможете понять затруднительное положение бедного Римуса.
— И в чем же дело?
Той нежной девочки гриффиндорки, которую он знал, больше нет. За несколько коротких месяцев Северус превратил ее в холодную змею. Нет, не Северус. Джеймс сказал, что она помнит другие временные линии. Она помнила, что сделал Лунатик. Она помнила страх, который он ей внушал.
Дамблдор выжидающе посмотрел на Римуса. Гермиона последовала его примеру. Что они ожидали от него услышать? Он знал, что недостоин любой любви или привязанности, что любой, кто решит провести с ним время, обречен на то, что в конце концов захочет уйти, что в будущем он будет лишь бедным, проклятым, жалким ничтожеством, и изменить это невозможно.
— Мистер Люпин? - спросила Гермиона, когда он слишком долго не отвечал.
Она называла его Римусом с момента путешествия в прошлое. Это был знак того, что она воспринимает его как друга, а не как профессора.
Хотя, учитывая последние события, понижение статуса казалось неизбежным.
— Мое затруднительное положение тебя не касается. Я не знаю, зачем директор вызвал тебя, чтобы обсудить это.
Гермиона нахмурила брови и снова посмотрела на директора: - Ну что? Я могу идти?
— Нет, мисс Грейнджер. Вы двое должны оставаться здесь, пока мы все не выясним. Римус, ты слишком важен для Ордена, чтобы слоняться по школе.
— Я работаю над этим, - прорычал Римус, - Но это не тот рубильник, который я могу переключить, чтобы Лунатик не впивался когтями в мою кожу каждый раз, когда я нахожусь в одной комнате с ней.
Гермиона надулась.
— Я не обвиняю вас, Гермиона, - спокойно сказал Дамблдор. - Это просто факт природы, который мы можем использовать в наших интересах.
— В наших интересах? - спросила Гермиона. - И кто же мы в этой ситуации?
— Орден, конечно же. Как вы сказали, вы уже достигли совершеннолетия, вы можете присоединиться к нему сегодня. Вы с Римусом можете быть напарниками для миссий.
— Какого рода миссий, профессор?
— Нет, это слишком опасно, - Римус вскочил на ноги. Лунатик вспомнил миссии первой войны. То, что ему приходилось делать, пытаясь проникнуть в стаи. Он никак не мог допустить, чтобы туда попала Гермиона. Он не мог позволить ей увидеть его в крови чужаков. Он не позволил бы никому видеть, как он оплакивает жертв, погибших от его собственных когтей и челюстей. Он даже не знал их имен, чтобы утешить их семьи.
— Вы рассказывали мне о покушениях в своем прошлом, но тогда у вас не было напарника.
Лунатик зарычал, Дамблдор перешел черту: - Нет. И если вы хотите, чтобы я рассмотрел выполнение этих миссии во второй раз, вы должны вытеснить из головы мысль о привлечении Гермионы. - Лунатик скорее сбежит, чем вовлечет свою подругу в этот конфликт.
Он знал, что Гермиона смотрит на него, но лунатик не позволил Римусу отвести взгляд от угрозы его партнеру. Лунатик никогда не любил старого волшебника. С того момента, как он появился на одиннадцатилетие Римуса с обещаниями Хогвартса и друзей. Лунатик не хотел покидать свою мать, свою стаю.
В конце концов, Лунатик создал новую стаю, и снова старый волшебник оторвал его от них. Снова и снова Дамблдор заставлял Лунатика отдаляться от своей стаи, и зверь ненавидел его за это. Наконец-то Лунатик вновь обрел свою стаю в Хогвартсе, и теперь, когда он нашел своего партнера, он не хотел ее терять.
— Мистер Люпин, вам стоит присесть.
— Я думаю, будет лучше, если я уйду, - сказала Гермиона. - Римус теряет контроль, и я бы предпочла не быть здесь, когда это произойдет.
Лунатик заскулил, звук вырвался из горла Римуса.
— Нет, мисс Грейнджер. Вы должны видеть, что ваше пренебрежение делает с вашим однокурсником.
— Я не однокурсник, - прорычал Римус, он не был уверен, кто больше контролирует его в этот момент, зверь или человек. - Я был ее профессором, и вы не будете использовать меня, чтобы манипулировать ею, а также не будете использовать ее, чтобы манипулировать мной. Пусть мне шестнадцать, но я прожил целую жизнь, и со мной не стоит шутить.
Римус услышал скрежет камня, когда лестница открылась. Запах Гермионы становился все слабее. Лунатик расслабился, его партнера больше не было в комнате.
— Это упущенная возможность, Римус. Мисс Грейнджер - талантливая волшебница. Она была бы полезной для ваших миссий.
— В первый раз мои миссии были обречены с самого начала. Обещания, которые вы дали, не были выполнены. Я не буду вашим рупором лжи.
Римус выскочил из кабинета. Лунатика нужно было выпустить. В школе было небезопасно, единственным вариантом была Хижина. Поскольку большая часть школы была в Хогсмиде, Римус направился к хижине. Как только он надежно укрылся в стенах, Лунатик вырвался наружу и завыл. Он царапал стены когтями, грыз мебель. Зверь измучился и в конце концов потерял сознание.
***
— Первокурсники уговаривали друг друга исследовать хижину с привидениями. Хэллоуинский розыгрыш, предложенный твоим драгоценным Петтигрю. Голос, пробудивший Римуса от ступора после превращения, звучал с отвращением. Римус был не в настроении разбираться со Снейпом. Ни сейчас, ни когда-либо еще. — Уходи. — Нет, потому что по какой-то причине моя девушка беспокоится о тебе. После всего, что ты с ней сделал, ничто из того, что я сказал, не заставило бы ее отказаться от желания проверить тебя. — И поэтому пришел ты? — После всего, что ты сделал, неужели ты думаешь, что я стал бы рисковать ею? - Северус усмехнулся: - Я знаю, что ты не самая умная собака в башне, но я никогда не считал тебя полным тупицей. — Ты уже победил, Северус. Она выбрала тебя. Я не буду рисковать ее безопасностью. — Она сказала, что ты отклонил предложение Дамблдора. Лунатик зарычал внутри Римуса. Звук был слабым от усталости, но он был. — Дамблдор забывает, что я уже пережил его планы. Это не сработает. — Гермиона не сказала мне, что он от тебя хотел. — Отвести ее в стаи оборотней и попытаться завоевать их верность для грядущей войны. Это не сработает. Их не переубедит ничего из того, что Дамблдор может предложить, и я не стану им лгать. — Почему он думает, что она может поменять исход? Лунатик снова зарычал. Северус вытащил свою палочку и направил ее на Римуса. — Не заставляй меня говорить это, - прошептал Римус. — Чего Дамблдор хочет от Гермионы? — А чего он вообще хочет? Власти. - Сказал Римус: - У него не получилось спарить пару оборотней в первый раз, почему бы не попробовать сейчас? — Она не оборотень. — Она скоро станет им по плану Дамблдора. Вспышка света, и Римус ударился о стену: - Я не позволю этому случиться! — Я тоже этого не допущу, - кашлянул Римус. - Я бы не пожелал этого и своему злейшему врагу. Северус послал в Римуса еще одно заклинание. Жгучее заклинание, которое ощущалось как дюжина пчел. Он закричал. — Сопротивляйся! - Северус послал еще одно заклинание, режущее. Римус не стал сопротивляться. Даже если этот Северус не знал всей их истории, Римус знал. Римус знал, какие звуки издавал профессор, когда думал, что никто не услышит его заглушающие чары. Римус знал, как сильно он скорбит. Римус знал человека, который тратил свое свободное время на варку зелья, чтобы мучитель его детства мог обрести хоть немного покоя. Римус знал человека, который встал бы между Лунатиком и студентами, несмотря на свой собственный ужас. Римус знал, что он сделал с Гермионой. Римус знал, что он сделал с Северусом (даже если это было до того, как он смог контролировать Лунатика и до того, как он отправился в прошлое). Римус заслужил все, что Северус выплеснет на него. — Северус, остановись, пожалуйста. Гермиона. Лунатик спрятался в глубине Римуса. Даже зверь не хотел, чтобы девушка видела его в таком жалком состоянии. — После всего, что он сделал? Гермиона подошла к Северусу сзади и потянула его руку с палочкой вниз: - Пожалуйста, Северус. Северус повернулся и притянул Гермиону в свои объятия. Мягкость их объятий стала для Римуса ударом под дых. Гермиона погладила соперника по спине, утешая его, несмотря на то, что именно Северус причинил Римусу боль. — Поможешь мне отнести его в Больничное крыло? - спросила Гермиона. — Разве он не может еще немного помучиться? — Северус, ты выше этого, ты лучше их. Римус внезапно стал невесомым, удерживаемый палочкой Северуса. — Ты можешь не разочаровать нас, мой дорогой? Я бы хотел избежать мести львов. Еще одно заклинание покалывало его кожу. Такое же комфортное, как и его собственная магия. — Ты должен извиниться, - прошептала Гермиона, когда они вышли. — После всего, что он сделал? Серьезно, Гермиона. Ты слишком снисходительна. — Как бы то ни было, он не заслуживал того, чтобы его ударили. Он не поднял палочки. — На войне нет чести, - сказал Северус. — Мы не воюем с Римусом. Северус молча проворчал.***
Римус не хотел, чтобы Гермиона участвовала в войне. Судя по звукам, Северус тоже. Даже если она не сможет стать его партнером, возможно, она позволит ему быть рядом. Помогать. Чтобы уберечь ее от неизбежной войны. Римус попытается убедить Северуса, что оборотень может быть полезен. Лунатик может принять Северуса в свою стаю, это маловероятно, но все возможно. За мгновение до того, как Северус опустил его на больничную койку, он почувствовал покалывание магии Гермионы на своей коже. Девушка присела рядом с подушкой: - Мне жаль, что Северус напал на тебя. Я не знаю, смогу ли я простить тебя за то, что ты изменил время, но я не хочу, чтобы тебе было больно. Горло Римуса сжалось, и он не мог подобрать слов, поэтому он просто кивнул. — Надеюсь, тебе скоро станет лучше, Римус. Гермиона отступила назад, и он увидел Северуса: - Я извиняюсь за второе заклинание, это было не по-джентльменски. Но ты причинил гораздо больше вреда, чем несколько рубцов, которые у тебя остались. Северус развернулся, и вышел из Больничного крыла вместе с Гермионой. — О, Римус, я думала, вы двое поладили. Римус застонал, когда мадам Помфри начала прощупывать его раны. — Возможно, я флиртовал с его девушкой... - пошутил Римус.
