Сезон ураганов

День 6 Среда "Спасибо, Джейн... Мы будем... Пока". Мэгги повесила трубку, положила ручку и блокнот рядом с кофеваркой и со вздохом прислонилась к столу. Шторм наступал. Феликс был еще только тропическим штормом, но всю ночь бушевал в Карибском море. Национальная Метеорологическая Служба ожидала, что он продолжит набирать обороты, в течение следующих двадцати четырех часов подойдёт к американскому берегу где-нибудь около Чарльстона и затем оттуда направится к северу вдоль береговой линии Каролины. Шторм уже направился к Outer Banks, что означало, что у них было приблизительно тридцать шесть часов до того, как он обрушится. Мэгги прижала ко лбу руку и просмотрела примечания, которые кратко записала, пока говорила с подругой, хозяйкой 'Прекрасной Гармонии'. Джейн позвонила сообщить им о штормовом предупреждении и возможности эвакуации и предложила - как и их официантка прошлым вечером - чтобы они обеспечили себе безопасность в доме, пока погода еще хорошая. Под домом в кладовой находились доски для окон и несколько керосиновых ламп, а в одном из кухонных ящиков - запас свечей. Джейн не могла сказать наверняка, будут ли они вынуждены оставить дом, но - как она и Мэгги повторяли друг другу по телефону - бережёного Бог бережёт. Из своей спальни вышел Билл, направившись прямо к кофеварке, которая булькала и чихала на столе около Мэгги. Он наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку, и достал из буфета кружку. "Доброе утро, милый", сказала Мэгги. Билл улыбнулся ей и налил себе кофе. Мэгги протянула свою чашку, чтобы снова наполнить её, и заметила усталость на лице сына. "Вам удалось снова заснуть?" спросила она. Билл фыркнул, наливая ей кофе, и повернулся, чтобы поставить кастрюлю на конфорку. "Мы довольно поздно встали", сказал он. "Мэтти был очень напуган?" спросила она, с сочувствующей улыбкой склоняя голову. Билл сделал глоток кофе, качая головой. "Мэтью был в порядке, как только все остальные успокоились", сказал он ей. "Но мы с Тарой долго не спали, говорили". По выражению его лица Мэгги могла сказать, что о чём бы они с Тарой ни говорили, это был не приятный разговор. Взяв маленький сливочник в форме коровы, она налила в кофе немного молока и поглядела на Билла, который уселся за стол. "Всё хорошо?" спросила она. Билл вздохнул и откинулся на спинку стула. "Ну, вообще-то нет", признался он, глядя на нее. Мэгги нахмурилась, приученная даже к мельчайшим вспышкам уязвимости в глазах сына. Это был единственный сигнал, который он мог дать, что нуждается в поддержке матери или наставничестве. Она взяла свою чашку с кофе и вернулась к столу. Билл снова поглядел на неё, но быстро перевёл взгляд к своей кружке, которую медленно вращал на столе перед собой. "Вчера вечером я сказал Таре, что мне предложили гражданскую должность в Чайна-Лейк", сказал он. Мэгги сделала глубокий вздох и уставилась на сына. "Чайна-Лейк", произнесла она на полпути между вопросом и выражением удивления. Билл поглядел на нее и кивнул. "Меня спросили, хочу ли я возглавить их команду разработчиков бортового оборудования. Это фантастическая возможность - зарплата хорошая…" "О, Билли", прервала Мэгги, ее голос стал тише от беспокойства. "Чайна-Лейк находится в пустыне…! Он вдали от всего..." Билл тяжело вздохнул и поднял свою кружку. "Реакция Тары была такой же", сказал он и сделал глоток кофе, пока Мэгги ставила стул напротив него и садилась. "Милый", сказала она тихо, осторожно. "Я думаю, Тара надеялась, что вы вернётесь на восточное побережье, если ты решишь оставить службу. Так вы бы оба были ближе к семье…" "Я знаю это", сказал Билл, поднимая голову и встречая взгляд матери. "И я хотел бы вернуться - быть ближе к тебе и Дане..." Он затих, отвёл взгляд и рассеянно уставился на свою кружку. Он облизал губы и начал качать головой. "Я проверил каждый участок командования авиационными системами ВМС на Восточном побережье. Я искал в Pax", сказал он, "и на прошлой неделе, прежде чем приехать сюда, мы ездили в часть морской авиации в Черри-Пойнт. Я надеялся, что услышу от них ответ прежде, чем мы уедем из Северной Каролины, но с наступлением шторма..." Он говорил удручённо. "Лучшая возможность в Чайна-Лейк. Я не могу ничего поделать". Мэгги вздохнула. Получить должность в Pax River было бы идеальным вариантом, он лишь в полутора часах от ее дома или от дома Даны в городе. Чайна-Лейк, с другой стороны, находился посреди одного большого ничего, расположенного в жаре пустыни Мохаве. "Ты решил принять предложение?" спросила она. Билл покачал головой. "Нет", сказал он. "Пока нет. Ну, не точно". Мэгги кивнула и приложила все усилия, чтобы подавить разочарование, которое почувствовала растущим в груди. Прежде она не осознавала, насколько рассчитывала на то, что Билл привезёт свою семью обратно на восточное побережье. Если он устроится на эту работу, это будет означать, что они останутся в Калифорнии на неопределенное время. Она вздохнула. Просто это было так далеко... Но уже давно она научилась позволять своим детям принимать собственные решения, следовать собственными тропами. Такие независимые – трястись над ними и вмешиваться никогда не давало никакого прока, а в некоторых случаях только сильно отталкивало их. Она встала, наблюдая, как сын отвлечённо крутил свою кофейную кружку. Он не нуждался вдобавок ко всему и в ее нытье. Взяв кофе с собой, Мэгги медленно прошла по комнате к балконным дверям, которые выводили на веранду. Воздух, пробивающийся через москитную сетку, был горячим. За эти четыре дня, что они были в доме, погода была почти прекрасной - приятное тепло днём, прохлада ночью - и они оставляли окна открытыми для постоянных бризов. Сейчас было только восемь утра, и она решила закрыть окна и включить кондиционер. Она отвела взгляд от сетки и веранды, привлеченная движением внизу на дюнах. Там, пересекая дюну и глухо топая по дощатому настилу, шёл Фокс, возвращающийся с утренней пробежки. Мэгги открыла дверь и вышла на веранду, щурясь на солнце и ожидая услышать на ступенях звук шагов Фокса. Прошло несколько минут; он не приходил. Мэгги подошла к перилам посмотреть, что могло заставить Фокса задержаться, наполовину ожидая увидеть, что он распластался у основания лестницы. Но его нигде не было видно: ни под верандой, ни на лестнице, ни у основания дома. Мэгги нахмурилась и выпрямилась, задаваясь вопросом, куда он мог пойти, затем повернулась, увидев, что на веранду выходит Дана. "Доброе утро, милая", сказала Мэгги, целуя Дану в щеку. "Привет, мама", мягко сказала она. Несмотря на темные очки, которые скрывали ее глаза, было очевидно, что пристальный взгляд Даны был направлен мимо Мэгги к дюнам внизу. "Ты случайно не видела Малдера?" "Минуту назад он проходил по дощатому настилу", ответила Мэгги. Затем она улыбнулась. "Где мой внук?" Скалли нежно улыбнулась. "С Биллом и Тарой в доме". Мэгги сжала ее руку и направилась к двери. Обернувшись, она увидела, что Дана исчезла на лестнице, спускаясь к песку. ***** Малдер присел перед горизонтальными деревянными планками, расположенными под спальней Мэтью, пот бежал по его вискам, пока он осматривал грязный песок. Ничего нового при дневном свете он не увидел. Старый сгнивший окурок Morley. Крышка с пивной бутылки, погнутая посередине, фирменный знак на ней стёрся. Разбросанная шелуха от семечек - это его. Он надеялся найти какую-нибудь информацию, какую-нибудь подсказку, которая скажет ему, кто мог попытаться добраться до этого позаимствованного дома. Прежде чем отправиться на пробежку, он сунул в карман шорт несколько полиэтиленовых пакетов для сэндвичей, чтобы собрать улики, но пакеты остались в кармане пустыми. Он не знал, что чувствовать, разочарование или облегчение. Нехватка доказательств не означала, что никто не пытался проникнуть внутрь, но он начинал думать, что Билл был прав – сила внушения могла быть более чем достаточным топливом для воображения трехлетнего мальчика. Было абсолютно возможным то, что Мэтью вообразил все это. Малдер хотел поверить, что всё так и было. Несмотря на ранний час, солнце было горячим и ярким, и белая туманная дымка висела в неподвижном воздухе, отчего погода казалась еще более теплой. Влажность замедляла его, туманная и тяжёлая. Он слегка наклонил голову набок и вытер висок рукавом футболки, поймав яркую вспышку рыжего золота, когда по пыльному песку к нему подошла Скалли. Он поднялся на ноги, поворачиваясь к ней. "Ты ничего не нашёл", сказала она, изучая его лицо из-под темных очков. Ее голос был ровным, как воздух. Он прикусил уголок губы, смотря на нее. Ей снова утром снился кошмар, когда он надевал кроссовки. Он лёг на кровать и обернулся вокруг нее, тихо поглаживая ее по волосам и отводя их с ее лица, в то время как она пыталась замедлить дыхание. Она расслабилась, но, очевидно, больше не уснула после того, как он ушёл, и надела очки, чтобы скрыть больше, чем просто ушибленный глаз. Он покачал головой. "Я не вижу ничего, что указало бы на то, что прошлой ночью здесь кто-то был". Она положила ладони на бедра, хмуря лицо и смотря на горизонт. "Ты думаешь..." "Дана? Фокс...?" крикнула им Мэгги из окна Мэтью. "Вы не могли бы зайти на минуту? Мы все должны кое-что обсудить". Скалли проглотила остальную часть того, что собиралась спросить, и встретила взгляд Малдера. Они долгое время смотрели друг на друга больше из привычки, чем потребности укрепления своих стен. Это была привычка, заточенная после многих лет совместной работы – когда их вызывали в офис Скиннера, или офис какого-нибудь неверующего полицейского, или офис кадровой проверки. В данном случае это была просто политика семьи Скалли. ***** В гостиной комнате маленькое коротковолновое радио Билла было настроено на частоту службы погоды, мужской голос вещал: прослушайте последние новости и информацию о Тропическом Шторме Феликсе... Капризный Мэтью прижимался к боку своей матери на диване, жалуясь и желая спуститься к пляжу и искать пиратов. Тара держала на коленях Уима, ребенок с визгом или воплем дёргал короткими ножками. Чарли свернулся около Джой на другом конце дивана, наполовину спя, а Билл и Мэгги стояли посреди комнаты, как главы семейства, ожидающие, когда все соберутся. Скалли оглядела все лица, их выражения - другая история, другое настроение. Она подозревала, что никто не спал хорошо, и надеялась, что это не превратится в двадцать вопросов о полуночном расследовании Даны и Фокса места под домом. Она была не в настроении. Она подняла Уима с коленей Тары и прижала его к плечу, пока он махал кулачками Малдеру, лепеча. Малдер забрал его у нее и прижал к своему плечу. Уим затих, его голубые глазки расширились, как у его матери, пока Малдер поглаживал его по попке. Двухместный диван, стоящий напротив Тары, был незанятым, и Малдер осторожно сел, выражение его лица было расслабленным, но взгляд был острым и встревоженным. Скалли села рядом с ним, положив локти на колени и смотря на мать, ожидая объяснений. Мэгги переводила взгляд от одного к другому и вздыхала. "Я говорила с Джейн о доме и шторме", сказала она. "И она предоставила нам выбор - остаться до конца недели или уезжать до того, как обрушится ураган. Я подумала, что решение должно быть принято всеми, так как мы все подгоняли свои графики, чтобы оказаться здесь". Мэгги глянула на Билла, и Скалли видела, какой несчастной была ее мать из-за того, что приходится поднимать эту тему и принимать это решение. Они так давно не были вместе, и, несмотря на незначительные ссоры, они хорошо проводили время. Более того, ей казалось, что Малдер начинал чувствовать себя частью ее семьи, и что они начинали осознавать это и принимать его. Скалли не понимала, насколько важным было для неё, чтобы Малдер вписался в клан Скалли. Если они уедут сейчас, кто знает, когда ещё им всем выпадет шанс снова собраться вместе? В то же время нужно было думать о безопасности Уима. Если они останутся, если шторм наберёт обороты и превратится в ураган, если он обрушится на полных парах на Outer Banks - невозможно будет приуменьшить опасность ситуации. Она освободила длинный расстроенный вздох и откинулась на спинку дивана. Время с ее семьей было важным, но здравый смысл говорил ей, что лучше им заколотить дом и перебраться подальше от побережья в более безопасное место. Билл положил руки на бедра, вздохнув. "Ну, мы с Тарой должны будем заплатить штраф за наш рейс, если изменим дату, но полагаю, это не такое уж большое дело - мы можем провести оставшуюся неделю с мамой в ее доме. Я не знаю, какие планы у Чарльза и Джой..." Он посмотрел на Скалли. "И я не думаю, что мы увидимся еще, прежде чем уедем, если все вернемся в Вашингтон". Скалли посмотрела на него, но не ответила. Он был прав - она с Малдером и Уимом поедет домой, и если они не запланируют семейный ужин до отлёта Билла и Тары, они, вероятно, не увидятся друг с другом до следующего большого семейного события. Каким бы он ни был. Мэгги нахмурила бровь. "Я уверена, что мы сможем что-нибудь придумать", сказала она с надеждой. "Почему нам не решить сейчас?" спросил Чарли, не поднимая головы от руки Джой. Он открыл один сонный глаз и оглядел их. Билл скучно ответил. "Мы должны быть подготовлены". "Так мы и готовимся", сказал Чарли. "Мы найдём фонари и купим несколько бутылок воды. Мы с Джой всё равно едем на рынок. Мы купим то, что нам нужно, только составьте список". Он зевнул и снова закрыл глаза, прижимаясь ближе к Джой, которая чопорно переместилась на своём месте. "Я голосую за то, чтобы мы остались здесь и приняли решение, если и когда будем знать наверняка, действительно ли будет ураган или нет". Билл сжал губы в тонкую линию и посмотрел на Тару. Она подняла брови и пожала плечами. "Это не похоже на землетрясения в Южной Калифорнии, Билли", сказала она, переводя взгляд от Билла к Мэгги и затем оглядывая комнату. "Мы будем предупреждены". "Всё не так просто", сказала со вздохом Скалли. Чем больше они обсуждали это, тем больше она осознавала, что не хотела быть пойманной в ловушку в ещё одном урагане. "Должен быть маршрут эвакуации, безопасная связь за пределами области, где мы сможем все собраться в случае, если разделимся…" "Скиннер", произнёс Малдер, и все повернулись к нему. Он пожал одним плечом, смотря на Скалли. "Помощник директора Уолтер Скиннер в Бюро. Он станет хорошим связным". Скалли мгновение смотрела на него, пытаясь решить, был ли он за эвакуацию или хотел поддержать предложение Чарли. "Это означает, что ты хочешь остаться?" спросила она немного резко, неспособная определить его мотив. Он кивнул. "Я думаю, мы должны подготовиться…" он сделал паузу, смотря на Билла. "И должны обсудить детали, конечно. Но я не вижу необходимости опережать события". "Интересный выбор слов", сухо прокомментировала Джой. "Опережать события". Малдер в замешательстве посмотрел на нее. Он сжал губы, как будто собираясь задать вопрос, затем тряхнул головой. Скалли вздохнула и напряглась. Тон голоса Джой действовал ей на нервы. Было что-то в девушке Чарли такого, что медленно раздражало ее, и Скалли находила, что стойкость и желание ладить начинали истончаться. Джой села прямее, сосредоточив прямой пристальный взгляд на Малдере. "У тебя было оружие, когда ты крался вокруг дома прошлой ночью. Я видела его в твоей руке". Чарли открыл один глаз и поглядел на неё. "Джой. Он из ФБР. Он не крался, он шёл крадучись". "Был", подчеркнула Джой, все еще смотря на Малдера. "Был из ФБР. И он принес с собой в дом оружие…" "Что бы ты предпочла, чтоб он сделал с ним?" спросила Скалли, снова кладя локти на колени и встречая укоризненный взгляд Джой. Она поймала быстрый взгляд, который бросил ей Малдер. "Оно не в доме, я держал его запертым в кейсе в багажнике своей машины", терпеливо сказал он. "Я вернул его туда этим утром…" Джой сделала глубокий вздох и быстро выдохнула, игнорируя заявление Малдера и смотря на Скалли. "Я предпочла бы, чтобы он вообще не приносил его. Это было заряженное оружие…" "Какое твоё дело, Джой?" рявкнула Скалли, заставляя Джой закрыть рот и смотреть на неё с удивлением. Скалли было всё равно - она устала и была раздражена - и Малдер был обученным профессионалом, имеющим разрешение, как и она. И она чертовски лучше себя чувствовала, зная, что поблизости на всякий случай находилось оружие, были у девушки Чарли проблемы с этим или нет. "Оружие убивает людей", решительно сказала Джой, и Скалли не упустила агрессивный маленький взмах головой и сужение её глаз, сопроводившие это утверждение. "И я думаю, что имею право знать, когда кто-то приносит смертельное оружие в дом, в котором остаюсь я". Все молчали. Скалли распрямила плечи, готовясь высказать женщине всё, что думает, когда Малдер сжал губы и покачал головой, глядя на неё. "Ты права", сказал он Джой в качестве извинения – Малдер умел извиняться так, что это было не похоже на извинение. "Я должен был спросить всех". Было долгое мгновение тишины. Джой фыркнула, как и Билл, хотя Билл фыркнул абсолютно по-другому. ​ "Значит, мы будем ждать и посмотрим, что сделает шторм", сказал он, говоря сомнительно, но покорно, осматривая комнату и ожидая их согласия. Никто не спорил, хотя Скалли колебалась. Она посмотрела на Малдера, который кивнул ей в ответ с видом заверения. Она все еще чувствовала, что самым безопасным будет уехать с побережья куда-нибудь подальше - предпочтительно в ее собственную квартиру. "Хорошо тогда", сказала Мэгги, "я составлю список вещей, которые будут нужны нам и которые нужно купить на рынке". "Мы можем теперь пойти на пляж?" проскулил Мэтью. Тара закрыла глаза и вздохнула усталым вздохом матери. Чарли поглаживал руку Джой, мягко говоря: "Расслабься, детка". Его тон был явно предназначен только Джой, но Скалли услышала его. "Это было только ночью", прошептал он. "Они знают, что делают. Я говорил тебе прошлой ночью - это не большое дело". Скалли закатила позади очков глаза и встала. Если они собирались переждать шторм, то, по крайней мере, она могла бы удостовериться, что они решили важные детали. "Я составлю план эвакуации", решительно сказала она. Малдер встал позади нее, отдавая ей Уима, когда она протянула к нему руки. Он одними губами изрек 'душ', и она кивнула, идя с Уимом на кухню, в то время как Малдер отправился по лестнице наверх. ***** Скалли сгорбилась на стуле и пристально глядела на волны, щурясь, несмотря на свои темные очки, тень от зонтика и даже позаимствованную кепку Янки, которую надела. Это был ясный день, полный яркого солнечного света. С запада дул теплый ленивый ветер, неся с собой маленькие рои комаров и москитов, которые делали нахождение на пляже почти невыносимым. Уим начинал суетиться, раздраженный жарой, и она почти решила унести его в дом наслаждаться кондиционированным воздухом. За завтраком они разработали порядок действий при чрезвычайной ситуации, и она составила два самых эффективных маршрута эвакуации, чтобы выбраться с острова. За несколько часов они будут готовы так, как только могут быть без большого количества новостей. Ничего большего сделать было нельзя, но сидя на берегу, она думала о других возможных чрезвычайных сценариях, дополнительных условиях, которые они не записали, но, возможно, нуждаются в них; она не могла перестать мысленно пробегаться через дополнительные маршруты эвакуации. К сожалению, вариантов было не много, и с имением только одного главного шоссе на острове пробка растянется на мили, если официально объявят эвакуацию. Она подумала, что ещё раз могла бы взглянуть на карту, на всякий случай. Тара и Билл спустились к воде, чтобы избавиться от надоедливой мошкары, и стояли вместе в пенящихся волнах, плещущихся у их коленей, Мэтью висел и раскачивался между ними, держа их за руки, его смех пузырился с ревом прибоя. Они поднимали его над каждой накатывающей волной, его маленькие ножки ударялись о них, и он вопил от восторга и страха. Где-то там крутился Тропический Шторм Феликс. Скалли сделала глубокий, усталый вздох и повернула голову, чтобы посмотреть на мать. "Ты идёшь в дом?" спросила Мэгги, не отрывая взгляда от своей книги. Скалли освободила небольшой смешок. Это был один из многих талантов ее матери, она казалась способной ощущать, когда чье-то внимание было направлено к ней, даже прежде чем человек заговаривал. "Думаю, да", сказала Скалли, снимая кепку и расчёсывая пальцами волосы. Она бросила кепку на колени и заправила волосы за уши. "Просто здесь слишком жарко", сказала она, смотря на Уима, который сердито сморщил носик, глядя на неё. Мэгги согласилась и захлопнула книгу, и они вдвоём начали собирать свои сумки, книги и полотенца. Они крикнули Таре и Биллу, что уходят, радуясь поводу оставить зонтик и стулья. Даже без добавленного груза дорога к дому была длинной и жаркой, и они шикали от дискомфорта, когда обжигающий песок попадал им в сандалии. Скалли тащилась по дюне к дощатому настилу, прилагая все усилия, чтобы одной рукой держать Уима, а другой - две переполненных пляжных сумки. Малдер так и не спустился после душа - а это было почти два часа назад. Она менее чем праздно задавалась вопросом, что с ним случилось, и должна была напоминать себе, что, вероятно, всё было более чем хорошо. Он, вероятно, просто растянулся где-нибудь, чтобы нагнать упущенный сон. Они оба не смогли хорошо отдохнуть после возвращения в комнату ночью прежде, не смогли расслабиться под весом нового беспокойства о безопасности Уима и их собственной, возобновленного осознания того, что в мире были силы, которые хотели - когда-то, по крайней мере - причинить им вред. Малдер наконец-то уснул в середине ночи, но она не смогла практически до рассвета, ворочалась и крутилась под простынями, только чтобы оказаться в холодной власти кошмара, как только дремота наконец-то накрыла её. Малдер приложил все усилия, чтобы успокоить ее, но она не могла избавиться от мысли о том, что, возможно, в этих возвращающихся снах было некоторое предсказание. Она невольно задрожала, чувствуя, как покрывается гусиной кожей, несмотря на жаркий день, и крепче прижала к себе Уима, ища утешение в его мягком весе в ее руках. "Мы поднимемся и сделаем чай со льдом..." рассеянно проговорила Мэгги, когда они подошли к лестнице, ведущей на веранду. Скалли посмотрела на дом, на тонкие сваи, которые поддерживали огромное здание, перекладины-ступеньки, по которым любой мог подняться как по лестнице. Всё равно что уставиться на слово, пока оно не казалось написанным с орфографической ошибкой, дом выглядел неправильным. Уродливым. Насколько безопасным был этот дом? Если они застрянут здесь в штормовых волнах, эти тонкие подпорки поддержат их? Платформа находилась достаточно высоко, чтобы воспрепятствовать им быть смытыми? Если кто-то хотел забраться через окно Мэтью, их можно будет остановить…? Смогут они помешать кому-то забрать Уима? В этом месте или у неё дома в безопасности ли они? В безопасности ли они где-нибудь? Это было основной проблемой; если те, кто приходил забрать Уима прежде, решили, что хотели забрать его сейчас, она знала, что было немного, что она могла сделать против них. Это была та ситуация, над которой она не имела никакого контроля и никогда не будет иметь. Ее чувство безопасности навсегда поставлено под угрозу. Самое близкое ощущение безопасности, которое она когда-либо чувствовала, было в присутствии Малдера. Солнце стояло высоко и было горячим, и целый мир колебался, дрожал. Скалли все еще стояла на песке у ступеней, смотря на дом, пока ее мать медленно поднималась. Она услышала странное гудение. Откуда оно шло? Как долго она стояла здесь? Что-то падало с веранды, медленно и ирреально, словно галлюцинация – что-то плавно летящее в неподвижном воздухе, приземлившееся на ее нос. Она рефлексивно потянулась смахнуть это и нашла в руке тонкую прядку золотисто-каштановых волос. ***** "Небеса милосердные!" воскликнула Мэгги, стоя наверху лестницы. Малдер наблюдал, как она с недоверием смотрела на Чарли, голова которого была побрита на одну восьмую дюйма. Джой электрической машинкой работала над последним участком волос на макушке Чарли. Малдер усмехнулся при виде выражения шока на лице Мэгги. "В чём дело, мама…?" спросила Скалли, резко останавливаясь позади Мэгги. Она вошла на палубу, открыв от удивления рот при виде брата, зарабатывая хихиканье от Чарли и широкую усмешку от Малдера. "И не смейте говорить, что я не выполняю условия пари", сказал Чарли. Ещё один большой клок волос упал на его плечо, когда Джой начала сбривать волосы у основания его шеи. Мэгги смотрела, прикрыв рукой рот. "О, Чарльз", вздохнула она. "У тебя такие красивые волосы..." "Всё, что от них осталось", добавила Скалли, со вздохом бросая пляжные сумки на пол веранды. Малдер подошел к ней и забрал у неё Уима, целуя ребенка в лобик, после чего целуя в лоб и Скалли. Она освободила сдерживаемый вздох и наклонилась к нему. "Что думаешь, сестрёнка?" спросил Чарли. "Я пытался уговорить Оксфорда тоже сделать что-то новое". "О, нет", ответила Скалли, качая головой. "Не подкидывай ему идей". Малдер подтянул Уима и весело посмотрел на нее, притворяясь задетым. "Что, тебе не нравится, когда у меня короткие волосы?" "Это не стрижка, Малдер, это убийство. Ты являешься свидетелем смерти абсолютно прекрасной копны волос". "О-о-о-о", застонал Чарли с ложным возражением, морща лицо. Малдер усмехнулся Скалли и обернулся через плечо, показывая ей отойти в сторону, поскольку на веранду поднялся Билл, неся зонтик, стулья и остальные пляжные вещи. "О, чёрт!" с усмешкой воскликнул Билл, когда заметил брата, и направился к нему, чтобы провести ладонью по колючей голове Чарли. "Кто полюбит тебя, детка..." "Не так уж и коротко", возразил Чарли, поворачиваясь посмотреть на Джой. "Или коротко…?" Джой засмеялась и властной рукой повернула его голову. "Коротко", сказала она. На ступеньках показался Мэтью, где остановился и уставился на Чарли. "Эй, Мэтти! Иди сюда, маленький парень…" воскликнул Чарли, протягивая маленькому мальчику руку, но Мэтью спрятался за Билла, робко выглядывая из-за ноги отца. Джой стряхнула волосы с полотенца, обёрнутого вокруг плеч Чарли, и провела рукой по его голове. "У тебя хороший скальп", прокомментировала она и посмотрела на Билла. "Думаю, он выглядит сексуально". "Ты же с ним спишь", парировал Билл. "Чарли!" воскликнула появившаяся на ступеньках Тара, ее рот открылся. Она поднялась на веранду и стала рядом с Малдером. "О, Боже мой!" Мэтью подбежал к ней, хватаясь за ее ногу. "Нравится?" спросил Чарли, вставая и проводя рукой по голове. "Нет!" ответила Тара, смеясь и качая головой. "Но кого волнует, что я думаю, раз Джой нравится". Она вздёрнула подбородок и серьезно посмотрела на мужа. "Билл Скалли, если ты когда-нибудь..." она не договорила, смысл был понятен. Джой фыркнула, сворачивая полотенце. "Что, побреет голову? А почему нет?" "Стрижка «ежик» уже достаточно плоха…!" засмеялась Тара, подходя, чтобы погладить Чарли по голове. Джой убрала машинку и поглядела на Билла и Тару. "Ну, это же его волосы", сказала она. Тара подняла взгляд, ее улыбка исчезла, а на лице появилось выражение изумления. В этот момент Уим с воплем схватил Малдера за нос. Малдер оторвал ребенка от своего тела, поднимая его высоко в воздух, где ребенок заверещал, задёргал ножками и замахал ручками, Малдер и все остальные засмеялись. Снова прижав мальчика к груди, Малдер поглядел влево. Мэгги улыбалась. С метлой в руке Джой начала подметать волосы у основания стула, где сидел Чарли, в то время как Тара, казалось, приняла всерьёз просто так сказанное Джой. "Я полагаю, вопрос не в том, что это его волосы", сказала она, наконец. "Это вопрос уважения. Уважать своего партнера достаточно, чтобы учитывать его мнение". Она пожала плечами, смотря на мужа. "Это часть того, что ты обещаешь, когда даёшь клятву любить, почитать и заботиться о ком-то". Малдер посмотрел на Скалли, думая об уважении в партнёрстве и насколько похожи определенные аспекты рабочего партнёрства были с браком. Стоя рядом с ним, Скалли слегка наклонила голову назад и сжала губы. Она смотрела на Джой, и у Малдера было чувство, что о чём бы она ни думала, это лучше оставить невысказанным. Тара все еще смотрела на Билла, а Джой сузила глаза, глядя на них и усмехаясь. Малдер с любопытством наблюдал, задаваясь вопросом, что же будет дальше. Последние дни Джой доказывала, что почти невозможно было предсказать, что она могла бы сказать. "Это уважение?" спросила Джой, "или просто результат утраты своей индивидуальности и желание соответствовать правилам социально навязанного союза?" Чарли резко посмотрел на неё, но Джой проигнорировала его, продолжая сухим тоном. "Это самая большая проблема в браке - люди теряют свою индивидуальность и становятся двойственными, удовлетворёнными обосноваться с тем, что ощущается удобно. Это эффект наименьшего общего знаменателя; иллюзия того, что брак поглощает дух и свободу воли каждого человека, создавая посредственный союз". Глаза Малдера немного расширились от удивления - если он и ожидал чего-нибудь, то, конечно, не трактата о социо-философских рисках в супружестве. Тара стояла с открытым ртом, смотря на весь мир так, будто ей только что дали пощёчину. Билл сузил глаза, а Скалли просто смотрела. Чарли глубоко вздохнул и кашлянул, искоса смотря на нее. Джой отбросила волосы и вернулась к уборке. "Всё совсем не так", несколько неубедительно произнесла Тара, и Джой остановилась, но вместо того чтобы повернуться к Таре, она посмотрела на Малдера, как будто ожидала, что он ответит. Малдер в ответ мог только смотреть. Мэгги откашлялась, направляясь к балконным дверям. "Кто хочет чай со льдом?" напряжённо спросила она. "Я хочу!" воскликнул Мэтью, несясь за нею. "Мама, я иду помогать баушке, холошо?" Тара моргнула и закусила губу. "Хорошо, детка", отвлеченно сказала она. Мэгги остановилась у двери и повернулась. "Тара, ты не поможешь мне?" Тара снова моргнула и поглядела на Малдера, прежде чем кивнуть и последовать за Мэгги и Мэтью в дом. Джой наблюдала, как дверь закрылась, и затем продолжила. "У вас с Даной правильный подход", сказала она, снова глядя на Малдера. "Отдельные места жительства, отдельные жизни. Вы знаете друг друга достаточно хорошо, чтобы понимать важность поддержания своих индивидуальностей". Ее голос указывал на восхищение. "Вы не уступили социальному давлению, потенциальной посредственности жизни только потому, что у вас есть ребенок". "Посредственность…?" переспросил Билл, смеясь без юмора. "Что, черт возьми, дает тебе право осуждать мой брак и мою семью? Что ты можешь знать об этом?" Джой вздохнула и неустрашимо посмотрела на Билла, нетерпеливо отбрасывая волосы с плеча. "Я не говорила именно о вас. Я просто прокомментировала брак как институт и ситуацию Даны и Малдера, какой я вижу её". Малдер открыл рот, чтобы заговорить, но снова закрыл его, смотря на Скалли. Он был немного ошеломлен тем, что Джой интерпретировала его отношения со Скалли таким образом. Откуда она взяла это, чёрт возьми, когда даже они сами не знали, как классифицировать их отношения? Голова Скалли была повернута, и она избегала его взгляда. Она не казалась такой потрясенной, как все остальные, декларациями Джой - будто она уже слышала их прежде. Может, и слышала. Может - как и он - Скалли находила, что легче говорить с незнакомцем о таких вещах, чем обсуждать их с ним. Для них с Джой было много возможностей поговорить; было совершенно возможным, что оценка Джой их отношений была основана на чем-то, что говорила ей сама Скалли. Что, подумал он, могло многое объяснить. Джой все еще ждала от него подтверждения. "Не говори мне, что не понимаешь, о чём я тут", сказала она. Малдер глубоко вздохнул. Он почувствовал на себе взгляд Скалли. "Я не знаю", сказал он и услышал смешок Билла – который, вероятно, неправильно понял направление его утверждения. "Я не могу отрицать важность сохранения чувства личной индивидуальности в любом партнёрстве…" Малдер сделал паузу и поглядел на Скалли, его живот немного сжался, когда она опустила глаза. Что, черт возьми, происходило? Почему Скалли ничего не говорила? Он что-то пропустил по пути, какой-нибудь сигнал, какой-нибудь маленький жест или комментарий, которые осведомили бы его? Он не мог поверить, что Скалли действительно могла согласиться с мыслями Джой - или хуже, что она могла последовать им. Это действительно было то, как она хотела, чтобы было между ними? Набросать в общих чертах наименьшие детали - то, что моё, это моё, а то, что твоё, это твоё...? Как они должны включить Уима в такое описание? Он откашлялся. "Я полагаю, всё зависит оттого, что каждый хочет получить из этого партнёрства", категорично сказал он, и Скалли встретила его прямой взгляд. Тишина нависла над всеми на веранде на бесконечное время. Тогда Скалли освободила длинный, медленный вздох. "Уиму нужно дать бутылочку", тихо сказала она, забрала ребенка из рук Малдера и исчезла в доме, не встречаясь с ним взглядом. Он наблюдал, как она уходила, чувствуя себя так, будто его ударили в живот. Билл свернул на груди руки и покачал головой, внимательно смотря на Малдера. Он поглядел на Джой, затем снова на Малдера. "Я так и знал", пробормотал он, состроив гримасу, и последовал за сестрой в дом. Джой моргнула, наблюдая за уходом Билла. Затем открыто посмотрела на Малдера и пожала плечами, возвращаясь к своей задаче подметания пола. Малдер посмотрел на океан и вздохнул, задаваясь вопросом, как и когда, учитывая нынешнее положение дел, они со Скалли раскроют все свои проблемы и разберутся в них. ***** "Ты можешь поверить в это дерьмо?" спросил Билл, войдя в кухню, его голос был острым. Мэгги и Мэтью заваривали чай, а Тара стояла у холодильника и наливала в чашку сок. Лёжа в своём кресле, Уим жадно сосал бутылочку. Его глазки были широко раскрытыми, Скалли оторвала взгляд от его розового личика и посмотрела на хмурую Тару. "Мэтти, вот твой напиток", твердо сказала Тара, ставя чашку на стол. Мэтью обернулся, подпрыгивая, чтобы взять чашку. Тара уставилась на Билла, положив руку на бедро. "В тени мнения Джой скрыта некоторая правда", резко сказала она... "Правда?" недоверчиво спросил Билл. "Какая, например?" "Как одна личность имеет приоритет над другой, изменение динамики отношений, чтобы удовлетворить более сильную личность". "О чем ты говоришь?" снова спросил Билл. "В этом доме все сошли с ума или…" "О чем я говорю, Билл…" Тара с силой закрыла дверку холодильника, "…о том, что ты принимаешь работу посередине одного большого ничего, даже не спрашивая меня, что я об этом думаю!" Мэтью оторвался от своей чашки, сморщившись. "Не сок! Не сок! Я хочу чай со льдом!" "Милый, чай еще не готов", ответила ему Тара. "Бабушка почти закончила". "Я не дал согласие на эту работу, Тара", проговорил Билл, его голос был слабым от раздражения. "Я не говорил тебе об этом прежде, потому что знал, что ты так отреагируешь". "Я хочу чай…!" завопил Мэтью, бросая чашку на пол и сердито надуваясь. "Эй…!" предупреждающе рявкнул Билл, и Мэтью подскочил, с угрюмым видом выпячивая нижнюю губу. "Хватит, Мэтью. Сейчас же подними". Мэтью скрестил на груди руки, не двигаясь. "А почему я не должна так реагировать?" продолжила Тара, наклоняясь поднять чашку Мэтью и ставя её на стол. "У нас было соглашение, Билл. Мы согласились, что когда твоя военно-морская карьера будет закончена, наступит моя очередь. Моя и Мэтти". "Когда это я нарушил наше соглашение, Тара?" "Тогда, когда начал принимать важные решения без меня!" закричала с раздражением Тара. В поисках поддержки она посмотрела на Скалли. "У нас было соглашение", объяснила она. "Даже раньше, чем мы поженились". Скалли посмотрела на Билла, который стоял со склоненной головой. Она не хотела быть включённой в этот личный разговор. Вздыхая, она снова посмотрела на Тару и затем на мать, которая стояла ко всем спиной. Плечи Мэгги были напряжены. Билл устало ответил: "Официально я не дал согласие, Тара…" В этот момент с веранды вошли Малдер, Чарли и Джой. Мэтью тащил свою мать за рубашку, выглядя обеспокоенным, и Тара сердито посмотрела на него. "Мэтти, перестань…! Не сейчас, малыш, хорошо…?" "Я не хочу, чтобы вы ругались", сказал он, ударяя мать по бедру. Его тон был настойчивым и сердитым, но в глазах маленького мальчика дрожали слезы, в любую секунду готовые сорваться с ресниц. Тара раздражённо застонала и наклонилась поднять его. Она обошла стол, свирепо глядя на мужа. "Я не собираюсь проводить следующие пять лет - или десять, или пятьдесят - застряв в пустыне, Билл", спокойно сказала ему Тара. "Я не сделаю этого". "Тара..." вздохнул Билл, затихая. "Ты не должна ехать в пустыню", сказала Джой после долгой тишины на кухне. Все головы повернулись к ней, она села за стол и как ни в чём не бывало подмигнула им. "Останься в Сан-Диего", сказала она, обращаясь к Таре. "Или, если бы ты захотела, то могла бы переехать в Лос-Анджелес или Бейкерсфилд. То есть я знаю, что это не намного лучше, но…" "О чем ты говоришь?" прервал Билл, смотря на нее так, будто она внезапно начала говорить с ними на китайском языке. Джой немного поёрзала на табурете, садясь прямее. "Только потому, что твоя работа вынуждает тебя переехать в Чайна-Лейк, автоматически не означает, что Тара должна последовать за тобой туда". Тара уставилась на нее с открытым от удивления ртом. "Он - мой муж, Джой", сказала она с немного меньшим терпением, чем использовала с Мэтью. "Я это знаю", сказала Джой, используя сверх-терпеливый тон, который абсолютно не соответствовал напряжённой, воинственной позе, которую она приняла, распрямив плечи, раздвинув локти и прижав ладони к краю стола. Она хмуро глядела на Тару. "Да ладно тебе, Тара…! Ты действительно думаешь, что быть замужем за кем-то значит отказаться от вещей, которых ты хочешь? От своих собственных целей, желаний и основных удобств? Тем более если мы говорим только о работе другого человека...?" Глаза Тары расширились, в то время как глаза Джой проницательно сузились. "Я имею в виду, что эти идеи пришли с корсетами и крытыми повозками", надменно сказала Джой. Когда поддержки от других не прозвучало, она оглядела всех, с нетерпением нахмурив бровь. "По крайней мере, я подумала бы именно так". "Ты когда-нибудь была замужем, Джой?" резко спросил Билл. Джой посмотрела на него с видом презрения. "Нет", сказала она так, будто он спросил ее, ела ли она когда-нибудь человеческое мясо. Тара вышла вперед и посмотрела Джой в глаза. "Ну, как кто-то, кто замужем за мужчиной с военно-морской карьерой уже девять лет, я думаю, что могу знать немного больше об этом, чем ты", сказала она, ее голос был хриплым от переполняемых её эмоций. Подошла Мэгги и успокаивающе положила руку на плечо Тары. Она строго посмотрела на Джой. "А как кто-то, кто был в счастливом браке с моряком больше тридцати лет", сказала она, ее голос был нежным, но твёрдым: "и пережил несколько мучительных обстоятельств - думаю, я могу сказать, что лучшим будет оставить Тару и Билла разбираться в этом самостоятельно. А теперь…" Мэгги сделала паузу и протянула руки, чтобы забрать у Тары Мэтью. "Позвольте мне забрать внука в мою комнату, и мы почитаем сказку", нежно сказала она. "Я сама", пробормотала Тара, сторонясь Мэгги и направляясь в спальню. Мэгги сердито опустила руки. Скалли глубоко вздохнула и поглядела в сторону Малдера, не встречаясь с ним взглядом, она вытащила Уима из креслица и направилась к лестнице, все еще прижимая бутылочку ко рту ребенка. Её живот скручивался в узел, чувство отчаяния соответствовало чувству днём прежде, мозг прокручивал комментарии Джой об их отношениях, она волновалось о том, чего действительно хотел Малдер. Боковым зрением она увидела, что Малдер пересекает комнату и следует за нею. Пока она поднималась по ступеням, краткую тишину нарушил голос Чарли: "Что, черт возьми, все это было, Джой?" Скалли поднялась наверх со следующим по пятам Малдером. "Скалли…" Она вошла в их комнату и понесла Уима к пеленальному столику, не оглядываясь и ставя почти пустую бутылочку на комод. Малдер остановился где-то позади нее и освободил длинный, утомленный вздох. Уим сидел на столе между ее руками, нейтрально моргая ей и жуя кулачок. Выражение личика ребенка было смущенным, почти смешным, и Скалли накрыла волна расстройства и безнадежности, когда она смотрела в его глазки. Уим не боялся; он не волновался о том, что произойдёт в следующем месяце, или на следующей неделе, или даже завтра. Он не знал, что не мог доверять им в том, чтобы заставить это работать… Она почувствовала, что стало тяжело дышать, и с трудом проглотила ком в горле. "Что мы делаем, Малдер?" "Ты спрашиваешь меня?" В его голосе была резкость, которой она не ожидала. Она повернулась посмотреть на него, их глаза встретились и были совсем не дружелюбны. Она почувствовала что-то укрепляющееся в груди. Чувство защиты себя. До них донёсся звук громких голосов снизу, и Малдер закрыл дверь в их комнату. Он стоял перед нею, положив руки на бедра. "Мы не можем продолжать так, Скалли", сказал он, его голос был тихим. "Нужно положить конец всей этой ерунде…" Скалли сузила глаза, глядя на него, и открыла рот, чтобы заговорить, но была прервана звуком тяжелых шагов в прихожей. "Не убегай от меня, черт возьми…" послышался голос Чарли с другой стороны их двери. "Я хочу поговорить об этом…" "Нет, Чарли - ты хочешь поругаться из-за этого, а я не собираюсь это делать сейчас…" "Но внизу ты не возражала, не так ли?" "Ты не мог бы отойти, пожалуйста?" "Нет, мы будем говорить об этом. Место хорошее…" "Отойди от гребаной двери, Чарли. Я не буду говорить с тобой сейчас…" "Чёрта с два…" Дверь в спальню Чарли и Джой закрылась с приглушенным ударом, сопровождаемым быстрым глухим стуком. "Черт возьми, Джой – открой…" Дверь открылась и снова закрылась с ещё одним ударом. Малдер и Скалли смотрели друг на друга несколько долгих минут. Наконец, Малдер опустил подбородок к груди и отвел взгляд, а Скалли повернулась обратно к Уиму. Расстёгивая кнопки его комбинезончика, она чувствовала себя так, будто кто-то забрался в неё и перевернул ее внутренности. Громкий голос Чарли проникал через вентиль наверху стены. "…и уедешь вот так? Перед моей семьей? Особенно моей матерью?" говорил он, его голос становился выше и печальней. Ответ Джой был слишком тихим, чтобы быть услышанным через вентиль, но голос Чарли был громким и чётким. "Что, черт возьми, это означает, Джой? Я имею в виду... Господи Иисусе…" "Почему ты ведёшь себя так, будто это большой сюрприз?" закричала тогда Джой, впервые повысив голос. "Я никогда не делала тайны из того, как отношусь к браку и наличию детей - я всегда была абсолютно откровенна в этом вопросе…" "Чушь", презрительно произнёс Чарли. "Это такая чушь..." Скалли обернулась через плечо к Малдеру и увидела, что он подошёл к стене, которую их комната делила с ванной Джой и Чарли. "Малдер…!" прошипела она. Он поднял руку и слегка покачал головой. "Нет, чушь в том, что последние шесть месяцев ты притворялся, что понимал, откуда я родом", говорила Джой, и Скалли даже через стену могла слышать бурю эмоций в голосе другой женщины, даже притом, что она не хотела слышать. Она вернула внимание Уиму и сконцентрировалась на смене его памперса, стараясь не слушать. "...Когда это касается правды", говорила в соседней комнате Джой Чарли, "ты точно такой же, как и все остальные". "Что ж - как все, кроме Фокса Малдера, я полагаю, так?" отстрелялся Чарли. Скалли задержала дыхание. Ответ Джой снова был слишком тихим, чтобы услышать, но независимо оттого, что она сказала, это заставило Чарли горько рассмеяться. "Хватит заливать!" закричал он. "'Ты знаешь, о чём я, Малдер'. Чёрт побери, Джой, ты была страстно увлечена им с того момента, как мы приехали сюда…" "О, когда ты уже повзрослеешь, Чарли…" Скалли медленно выдохнула и повернулась посмотреть на Малдера. Он поднял голову и посмотрел на нее в ответ, на его лице была маска беспокойства и замешательства. Она попыталась произнести его имя, но ее голос застрял в горле, и никакого звука не вышло. В соседней комнате Чарли продолжал, его голос был язвительным от гнева. "Уже довольно плохо то, что ты, чёрт побери, флиртуешь с каждым чёртовым парнем, с которым сталкиваешься... но он с моей сестрой, Джой - у них есть ребенок, чёрт возьми…" "Почему бы тебе не говорить 'чёрт' немного чаще, Чарли..." "…парень практически мой зять - но я полагаю, для тебя это не имеет никакого значения, не так ли…?" "Просто заткнись, Чарли. Заткнись сейчас же, прежде чем…" "…потому что такие отношения ничего не значат для тебя, верно? Нет священных уз…" "Заткнись…!" "…тридцатилетний брак или острые ощущения одной ночи траха, все это одинаково для тебя, не так…" Оскорбления Чарли резко прекратились, и хотя ни Малдер, ни Скалли не слышали самого удара, не требовалось многого, чтобы понять, что заставило его замолчать. Внезапно дом стал зловеще тихим. Из комнаты по соседству не доносилось ни звука, и в их собственной комнате было настолько тихо, что Скалли могла слышать часы Малдера, отсчитывающие время с медленным, мучительным тиканьем. Она повернулась обратно к пеленальному столику, где лежал корчившийся Уим, и положила рук на его теплые ножки, заканчивая застегивать комбинезон. Дверь в комнату Чарли и Джой открылась и снова закрылась, и мимо их двери и вниз по лестнице кто-то тяжело прошёл. Мгновение спустя резкий удар сотряс весь дом, когда кто-то сильно хлопнул входной дверью. Уим коротко, раздражительно вскрикнул. "Ш-ш-ш", произнесла Скалли, поднимая ребенка со стола и чувствуя теплый укол слез в глазах. Она повернулась к комнате, моргая и нежно покачивая Уима, поскольку он хныкал и недовольно кряхтел. Малдер с глубоким вздохом сел на край матраца и сгорбился, положив локти на колени и низко опустив голову между плечами. Она, казалось, видела его будто сквозь стеклянную стену, как будто воздух между ними утолстился, создав барьер в маленькой спальне, через которую она была бессильна пробиться. Комната ощущалась странной и холодной. Она наблюдала за мышцами спины Малдера, когда он поднял руки и обхватил голову; наблюдала, как он длинными пальцами проводил сквозь волосы; она ничего так не хотела, как оставить этот дом и всё напряжение, конфликты и семью в пределах них и вернуться в их маленькую, спокойную вселенную в Округе Колумбия. Она хотела поехать домой. Он посмотрел на нее с выражением боли и расстройства, которое она видела на его лице несколько раз – в ужасные времена, которые ей не нравилось вспоминать. "Малдер…" начала она, делая паузу, когда Уим снова раздражённо вскрикнул. Она слегка подбросила его, поглаживая его по попке и успокаивая, снова смотря на Малдера. "Давай поедем домой". Его глаза вспыхнули, когда он посмотрел на нее. Его голос был резким и монотонным, когда он ответил: "И что потом? Притворяться, что этого не случилось? Статус-кво?" Она почувствовала повышение гнева в груди и вынудила себя вздохнуть и понизить голос, прежде чем ответила: "Думаю, я предпочла бы поддерживать статус-кво немного дольше, а не стоять здесь и ругаться, чтобы слышал весь дом". Он нетерпеливо выдохнул, затем встал и повернулся к ней, его гнев был очевиден в том, как он сжимал руки. Он понизил голос и спросил: "А чего именно ты думаешь, мы сможем избежать, не говоря об этом?" Она сузила глаза, глядя на него. "Я ничего не избегаю", коротко сказала она. Глаза Малдера стали шире, а рука прикоснулась к брови в недоверчивом жесте. "Мы избегали этого многие недели, Скалли…!" прошипел он. "Месяцы даже - атмосфера пропитана этим!" Он покачал головой, глядя на неё. "Я не могу так жить и не могу поверить, что ты можешь. Мы не сможем работать, если не будем общаться". Она уставилась на него, все еще подбрасывая ребенка, ее тело немного качалось больше из расстройства, чем успокоения Уима. "Я знаю, что мы о многом должны поговорить, Малдер. Но я не могу делать это так - посреди этого дома, когда моя семья может слышать каждое слово. Это наша жизнь. Это не «Секретный материал», а мы не Питри, играющие в дом". Он вздохнул. "Нет, это не «Секретный материал», а мы не Питри. Но это не что-то, от чего мы можем просто убежать или избежать, пока оно не пройдёт". Скалли уставилась на него, ее сердце бешено колотилось в груди. Она была не готова к этому разговору. "Малдер…" она тяжело сглотнула. "Ты сомневаешься в моих намерениях?" спросил он, его голос был едва громче шепота. Он нетерпеливо откашлялся, но следующие его слова были звучными от переполняемых его эмоций. "В этом дело? Скалли…?" он выдохнул, затем спросил: "Ты думаешь, что я не способен поддерживать отношения?" "Нет…" она покачала головой, заверяя его, и сделала дрожащий вздох, слезы снова жалили ей глаза. "Нет. Я знаю, что ты чувствуешь к нам". Она помолчала, облизав губы. "Но я думаю, что понятно то, что мы могли бы - мы могли бы оба чувствовать себя... по-другому от перспективы воспитывать ребенка вместе, чем было тогда, когда мы сначала говорили об этом в общем представлении…" "По-другому". Он нетерпеливо переместил вес с одной ноги на другую, сжав губы в тонкую линию. "Как по-другому? По-другому в том, что теперь у нас есть ребенок, которого нужно растить и защищать? Или по-другому из-за всех тех месяцев, что ты провела в одиночестве, имея дело с перспективой растить этого ребенка как единственный родитель…?" "Малдер, я не могу отрицать тот факт, что то, что случилось с тобой - что случилось с нами обоими в течение того времени…", она остановилась. "Ты не можешь сказать мне, что это не изменило нас. Мы никогда не сможем быть теми, кем были до того, как тебя похитили, до того, как я забеременела". Она мгновение наблюдала, как он дышал и впитывал ее слова. "Я знаю это", тихо сказал он. "И я могу только представить, как тяжело тебе было иметь дело со всем этим самой. Я не могу изменить то, что случилось. Но сейчас я здесь, Скалли. Я вернулся". "Это ничего не делает тем же самым, как было прежде". Он уставился на нее, переминаясь с ноги на ногу. "Тем же? Ну, некоторые вещи остались теми же…" "Какие, например?" Он нетерпеливо выдохнул. "Я не припоминаю, чтобы мы когда-нибудь много говорили о том, как будем справляться с этим", сказал он, его голос взял фальшивую нотку сарказма, "до или после того, как ты забеременела". Она моргнула, глядя на него, поглощая его тон и смысл. Ее голос был обманчиво спокойным, даже когда она ответила: "Что это должно означать?" Он скрестил на груди руки и сжал губы в тонкую линию, его взгляд был острым. "Какой бы ни должна была быть моя роль во всём этом сценарии, она всегда была немного расплывчатой". "Чёрт возьми, Малдер!" прошипела она, перемещая корчащегося Уима от одного плеча к другому. Она понизила голос. "Ты был тем, кто нуждался во времени, чтобы разобраться во всех изменениях, которые произошли, пока тебя не было!" Удерживая ее взгляд, он открыл рот, затем закрыл его, колеблясь. "Так что, теперь я должен просто расслабиться и быть призрачным папой, который появляется всякий раз, когда меня хочет мама?" Скалли почувствовала, как его вопрос, словно скальпель, врезается ей в сердце. Очень глубоко и очень чисто исполнено. Она прижала Уима к груди, как будто он мог остановить кровотечение. "Ты знаешь, что это не то, чего я хочу…" "Знаю?" переспросил он, прикусывая уголок губы. Его голос был твердым, насмешливым, противоречащим его боли. "Скажи мне, чего ты хочешь, Скалли. Ты хочешь жить вместе? Пожениться? Подавать совместную налоговую декларацию?" Она чувствовала, как напряглась грудь, и сделала вдох и выдох, моргая, чтобы загнать слезы обратно, и пытаясь придти в себя. Она засопела и дрожащим голосом ответила: "Я не знаю, чего я хочу". "Что ж, прекрасно", с сарказмом сказал он, кивая. "Нас уже двое". Они мгновение смотрели друг на друга, затем она опустила глаза, поворачиваясь к нему спиной. Была долгая тишина, и затем она почувствовала, как он пронесся мимо и открыл дверь, выходя в прихожую и закрывая ее за собой с резким щелчком замка. Она положила Уима на пеленальный столик и для поддержки положила ладони на стол, слезы сорвались с ее ресниц и покатились по ее щекам. Она снова засопела и небрежно вытерла их, смотря на Уима, который потрясённо смотрел на нее, дёргая ножками и что-то балаболя ей. Она почувствовала, что больше не может сдерживаться, и, прикрыв рот рукой, повернулась лицом к пустой комнате и зарыдала - глубокие, судорожные всхлипы, которые рождались в центре ее живота и сотрясали все тело. ***** Мэгги отцепила от кольца большой, прямоугольный серебряный ключ, который дала ей Джейн, и отперла чулан под домом. Воздух в небольшой темной комнате был холодным и неподвижным, и там пахло свежей древесиной и холодным бетоном. Билл щелкнул выключателем за дверью и вошёл внутрь, когда зажёгся ряд флюоресцентных ламп. "Что ж", вздохнула Мэгги, обходя сына. Она уперлась руками в бока и осматривала аккуратно разложенное содержимое комнаты. К одной стене было приставлено много досок различного размера: длинные - для балконных дверей, более короткие - для окон. В углу на полке лежало несколько фонарей, о которых упоминала Джейн, несколько пустых пластиковых кувшинов для молока и два больших пластиковых контейнера. Мэгги облизала губы и освободила длинный вздох. "Джейн сказала, что здесь мы должны найти большую часть того, в чем можем нуждаться", сказала она. Билл, обходя большой моющий пылесос, подошел к стеллажу, стоящему в центре комнаты, и снял крышку с одного контейнера. Он поднял аккумуляторную дрель и снова опустил её. "Чарльз купил всё, что было в списке?" спросил он. "Уверена, что да". "Ну, ты должна, вероятно, проверить, что он не поменял дополнительные батарейки на пакетик m&m's или ещё что-нибудь", пробормотал Билл, проверяя доски. "Билли…" серьезно предупредила Мэгги, и Билл сжал губы. "Где он вообще?" "Я попросила Тару передать ему, чтобы встретился с нами здесь", сказала она. Она не знала, куда умчался ее младший сын, когда ранее оставил дом, но предполагала, что он, вероятно, спустился к пляжу, чтобы остыть после слов, которыми они обменялись с Джой. Все слышали горячую перепалку в прихожей, прежде чем хлопнула дверь в их комнату, и хотя все они сделали вид, что ничего не заметили, когда Чарли пронёсся по лестнице, по его покрасневшему лицу было очевидно, что спор продолжился за закрытыми дверьми. Мэгги позволила себе внутренне вздохнуть. Ее сердце болело от сочувствия к Чарли - ее ребенку - как оно болело всегда, когда она знала, что ее дети были несчастливы. Но она не чувствовала себя полностью виноватой в его конфликте с Джой. У Мэгги были предчувствия по поводу тона и манер Джой с тех пор, как они встретились, но сцена на веранде этим утром оказалась полностью решающим фактором. Риторика Джой об анти-браке была наивной и опасной, думала Мэгги, и позади агрессивной бравады и твёрдого рукопожатия она могла видеть слабые мерцания реальной женщины. Отсутствие качеств, нравственности - эта женщина не для её Чарли. Не для ее мальчика. Она ощутила, что кто-то подходит сзади, и повернулась, наполовину ожидая увидеть младшего сына. В дверном проеме стоял Фокс, его лицо было мрачным. Он приподнял брови, глядя на них. "Тара сказала мне, что вы собираетесь начать закрывать окна", сказал он, рассеянно проводя рукой по голове. "Что нам нужно делать?" Билл посмотрел на него, на мгновение сжав губы и размышляя. "Что ж", сказал он, его голос принял эффектный распорядительный тон. "Сначала нам нужно вынести отсюда доски, распределить, куда пойдет каждая из них. Думаю…" он нагнулся, чтобы внимательней исследовать одну из досок. Увидев то, что искал, он выпрямился. "…Они пронумерованы согласно окнам, какая для какого окна предназначена". "У меня есть список", сказала Мэгги. Она вынула из кармана список, который писала во время телефонного разговора с Джейн, и показала его Фоксу. "Но я боюсь, что вы должны будете вытащить лестницу, чтобы добраться до некоторых окон, и я не знаю, нравится ли мне мысль о том, что вы вынуждены будете подниматься так высоко…" "С нами всё будет в порядке, мам", сказал Билл. Он кивнул Фоксу, который вежливо обошёл ее и наклонился, чтобы помочь Биллу поднять первую доску. "Но ты можешь подняться, найти Чарльза и сказать ему, что мы ждем его здесь?" "Хорошо", сказала Мэгги, выходя из комнаты, в то время как Фокс и Билл вынесли доску и бросили её на песок. Мэгги обняла себя, несмотря на душную жару, и направилась к ступеням. У нее было чувство, будто все они находились в ожидании, и нервозное состояние только усиливалось с каждой минутой, пока ожидание росло. Взволнованно дыша, она поднялась по ступеням, задаваясь вопросом, когда же упадёт другой ботинок. ***** Воздух под домом был спёртым и полным надоедливых мух. Малдер оттянул от груди рубашку и пообдувал ею себя, ожидая, когда Билл найдёт батарейки к дрели. Он подёргивал лодыжками в ожидании следующего укуса мухи. В любом случае он был чем-то занят – чем-то, что не требовало многих мыслей или разговора. Они работали главным образом в тишине, за что Малдер был благодарен; он был не в настроении для легкой беседы. К счастью, Билл, казалось, разделял его настроение, и они оба вытаскивали доски на песок, кладя каждую под соответствующее окно, ни один из них ничего не говорил кроме тех случаев, когда необходимо было вести или направлять действия другого. Время от времени Билл вслух задавался вопросом, где же его брат. "Он так дерьмово поступал с тех пор, как был ребенком", раздраженно говорил он, достав один из пластиковых контейнеров и роясь в нем в поисках недостающей батарейки. Он остановился, чтобы согнать муху с бедра. "Как только в доме пахло работой, Чарльз погружался в работу по дереву. А, вот мы где…" Билл запихал батарейку в дрель так, будто заряжал магазин пистолета. Он проверил её, производя резкий дребезжащий звук, который сотряс зубы Малдера. "Понесём доски для дверей к верандам", спросил Билл, "или ты хочешь сначала заделать окна?" Они решили сперва позаботиться об окнах и вытащили алюминиевую раздвижную лестницу, которая висела среди свай. Они стояли на песке под окнами комнаты Мэтью, обсуждая, как лучше всего затащить громоздкие доски к окнам второго этажа - которые были на тридцать футов над песком - когда появился Мэтью, спускающийся по лестнице и держащийся за перила обеими руками. "Я помогу тебе, папа", заявил он, несясь по песку к ним. "Мама говорит, что я помогу тебе". "Эй, приятель – тебе нужно надеть сандалии, если собираешься быть здесь", сказал Билл, с беспокойством смотря на босые ноги Мэтью. Песок под домом был засыпан острой галькой, погнутыми гвоздями и прочим мелким мусором. Мэтью сомнительно поглядел на песок под ногами и пошевелил пальчиками. Билл строго посмотрел на него через планки, которые отделяли их. "Я серьёзно, Мэтти - иди, надень обувь". Мэтью не двинулся с места, вместо этого наблюдая, как Малдер и Билл прислоняют лестницу к стене дома, и закрыл ушки, когда раздался громкий звон, когда она стукнулась об окна. Звон был заменен громким ударом, который, казалось, сотряс весь дом над ними. Они все посмотрели сквозь планки и увидели, что по ступеням спускалась Джой, за нею следовал Чарли. Они оба несли свой багаж. Билл и Малдер подошли к фасаду дома и наблюдали, как Джой направилась к арендованной машине. Чарли остановился, когда увидел их, и поставил свой чемодан у основания лестницы. Он быстрым шагом подошёл к ним, заслоняя от солнца глаза и смотря на них так, что его лицо было затенено. "Привет - мы уезжаем", сказал он, говоря неестественно легко и небрежно. "Что?" спросил Билл. На дороге Джой засунула сумки в багажник и села за руль. Она завела машину, и на мгновение Малдер задался вопросом, собиралась ли она уехать без Чарли. "Да", сказал Чарли, игнорируя их замешательство. "Мы собираемся попытаться пробиться через ураган к Норфолку, успеть на обратный рейс в 19:30…" "Господи Иисусе…" раздражённо пробормотал Билл, нетерпеливо отходя от брата и быстро возвращаясь. Его глаза были широкими и полны недоверчивого презрения. "Ты действительно превзошёл всех, Чарльз…" "Что?" с негодованием спросил Чарли, его маска легкой беспечности на мгновение соскользнула. Он посмотрел на Малдера. "Эй, послушай", сказал он, возвращая своё невозмутимое самообладание пожатием плеч: "Это лучшее, правда". Он протянул Малдеру руку. "Было здорово наконец-то познакомиться с тобой, приятель". Малдер пожал его руку. "Взаимно", тревожно сказал он и смотрел в глаза Чарли, сощурившись. "Знаешь, аэропорт может быть закрыт к тому времени, когда вы доберётесь до него - ты уверен, что это лучшая идея?" Чарли вернул ему такой же взгляд. "Да", сказал он. "Я уверен". Билл снова фыркнул, недовольно качая головой. Чарли сделал маленькое движение к брату, с надеждой смотря на него, но, казалось, передумал пытаться вызвать нежное прощание. Он снова пожал плечами и провёл рукой по голове. "Да, в общем - счастливо, наверно. Я, м-м - я сказал маме, что позвоню, когда мы доберёмся…" "Она ждет тебя", прервал Билл, кивая на заведённую машину, где сидела Джой и смотрела на трио мужчин. Чарли вздохнул и пошел обратно, чтобы взять свою сумку. "Точно", сказал он, оглядываясь на них и идя к машине. "Что ж, пока. Пока-пока, Мэтти…! Действительно было здорово познакомиться с тобой, Малдер…" Малдер кивнул и неуверенно поднял руку в жесте, каким имел обыкновение чесать голову. Он, Билл и Мэтью смотрели, как Чарли захлопнул багажник и сел в машину. Джой, казалось, едва признавала присутствие Чарли, ее лицо было словно каменное. Она подняла голову, на миг встречаясь с Малдером взглядом, и развернула машину. Малдер вздохнул. Было очевидным, что, хоть уезжали они и вместе, они не помирились после ссоры наверху, и Малдер думал, что мог видеть, как между ними в машине висела напряженность. Он не завидовал трехчасовой поездке Чарли в Норфолк. "Куда едет дядя Чальз?" спросил Мэтью. Билл провёл руками по лицу, затем уперся ими в бока и повернулся к сыну. "Они едут домой", устало сказал он. "И разве я не сказал тебе пойти надеть обувь?" "Я не хочу одевать". Дальше последовал недолгий спор между отцом и сыном относительно босых ног под домом, который закончился, наконец, тем, что Билл нетерпеливо сгрёб Мэтью в охапку и понёс его к ступенькам. Он оглянулся через плечо на Малдера. "Я спущусь через минуту. Полагаю, будем только мы с тобой". ***** Они решили, что будет легче и безопасней занести доски внутрь, а не пытаться поднять их одной рукой по лестнице снаружи. Малдер стоял на лестнице, в то время как Билл стоял внутри, прилагая все усилия, чтобы передавать доски Малдеру через окна, не сбив его при этом. Это был неуклюжий танец - одновременно удерживать доски, дрель и пытаться устоять на лестнице, но к предпоследнему окну они выяснили, что работало, а что нет, и двигались удивительно систематично. "Так, так – я держу", кряхтел Малдер, осторожно перемещаясь и прижимая край доски к бедру. Его руки были влажными и полными заноз от грубых краёв досок. Он зубами вытащил из ладони щепку и взялся за доску, которая теперь находилась между ним и Биллом. "Дай мне дрель…" "Ты держишь?" "Да, но поспеши…" Малдер почувствовал в руке вес дрели и медленно притянул её к себе, вздрагивая под давлением доски на ноге. Они усердно работали уже почти три часа - тяжёлая, физически утомительная работа - но он желал, чтобы было больше окон, больше работы, которую нужно ещё сделать. Концентрация, чтобы манипулировать тяжелыми досками и не упасть при этом, препятствовала ему думать, и он знал, что это было именно тем, в чем он нуждался прямо сейчас. Если бы он позволил разуму блуждать, то закончил бы тем, что постоянно проматывал в голове спор со Скалли - что она сказала, что он сказал, что в действительности подразумевал каждый из них. Он не мог думать об этом сейчас. Он сведёт себя с ума. "Ты там в порядке?" прозвучал из-за другой стороны доски голос Билла. "Да, в порядке". Малдер просверлил первый угол. "Для последнего окна давай я стану на лестницу, если хочешь". Малдер поместил крестообразный винт во второй угол и поднял дрель. Быстрое дррррр! и всё было надёжно закреплено. "Нет", сказал он, повышая голос, чтобы быть услышанным в шуме. "Я наконец-то приобретаю здесь навык". "Ты уверен?" "Да", сказал Малдер, опускаясь на ступеньку ниже, чтобы закрепить нижние углы. "Я довольно хорош на этой лестнице – может, я смогу получить работу на стройке небоскреба..." Он услышал смешок Билла и почувствовал, как в уголках и его губ появилась улыбка, когда он представил себя носящим шлем-каску и балансирующим на двутавровой балке на сороковом этаже. Хоть в этой мысли серьезности было чуть больше зернышка, идея, осознал он, была притягательна для него. Может, работа строителя была сейчас тем, в чем он нуждался: что-то ручное, что-то, что потребует использования спины и рук и не втянет его в болотистые глубины и запутанные коридоры собственного мозга. Было приятно использовать руки - даже если они были разорваны в клочья. Приятно быть в состоянии видеть заметные результаты работы за день. Он просверлил в последний раз. Прошло много времени с тех пор, как он испытывал такое удовлетворение. "Может, я буду работать с Habitat for Humanity или чем-то подобным", громко сказал он. Лицо Билла появилось в соседнем окне, он расцеплял и убирал сетку и ухмылялся Малдеру. "Да - ты и Джимми Картер. Я могу это видеть", сказал он. Малдер тихо засмеялся. "Да, ну, в общем", произнёс он, с небольшим рывком проверяя прочность только что закрепленной доски. Он осмотрел всю стену. Пять окон - шесть, считая это последнее - только на этой стороне. Это было хорошо. Он осторожно передал Биллу дрель через открытое окно. "Но было бы неплохо снова чувствовать себя полезным". Он спустился по лестнице, его ноги ощущались легкими и дрожащими, когда снова коснулись твердой земли. Может, с внутренним стоном подумал он про себя, он должен использовать свой диплом и втянуться в менее физически напряженное дело. ***** Дом, названный 'Прекрасной Гармонией', преобразовался к тому времени, как Билл и Малдер закрепили последнюю доску. Все окна были закрыты, спальни, казалось, сжались, когда скрылись от мира. А большая гостиная комната с высокими потолками напротив казалась еще больше расширившейся, подобно пещере в тени. Дневной свет был видим там, где пробивался из-под краев досок, но иначе невозможно было сказать, насколько было поздно, не смотря на часы. Билл и Малдер оставили одну из балконных дверей на веранде незакрытой, и она обеспечивала единственный признак того, что мир снаружи вообще существовал. Мэгги ходила, включала везде лампы, в то время как Тара грела для Мэтью в микроволновой печи макароны с мясом. Никто не упомянул о более формальном ужине; если у кого в доме и был аппетит, существовало, казалось, невысказанное соглашение, что на кухне каждый позаботится о себе сам. Мэгги и Тара поделили остатки салата из тунца, оставшегося от их пикника, когда они поднимались на маяк. Малдер открыл пакетик кукурузных хлопьев и банку сальсы, которую они с Биллом разделили в голодной тишине на кухне, прежде чем каждый из них направился в душ. Скалли сидела в кресле в гостиной, на ее коленях лежала открытая книга, ее глаза были закрыты - и она ничего не ела. Напряженность росла, окружая их, когда темнота выползала из океана на небо, видимая через единственную открытую дверь. Поднялся ветер, и они могли слышать, как он мчался из-за углов дома с низким, жалобным завыванием, усиливая чувство замкнутого пространства. Малдер вернулся после душа вниз, чувствуя себя так, будто они были в каком-то другом доме на каких-то других каникулах. Это походило на Bizarro-каникулы, подумал он про себя, мрачно улыбаясь собственному юмору, предназначенному для того, чтобы поддерживать напряжение, а не уменьшать его, это были анти-каникулы... Тепло душа раздражило каждую царапину и открыло каждую щепку, которая вонзилась в кожу его рук этим днем, и, направляясь в гостиную, он дёргал пальцами. Он должен был знать лучше. Острое зрение Скалли уловило его беспокойство, и она немедленно потребовала показать ей руки. Он положил руку на стол, стоящий между ними, Скалли держала его ладонь открытой, внимательно ища в его коже причиняющие боль занозы. Свет был тусклым, и она сняла темные очки, чтобы лучше видеть. Малдер увидел, что она плакала. Он чувствовал себя так же плохо, хотя смог направить свое расстройство в физическую работу. Это помогло отвлечься от их спора, но сейчас, сидя с нею, он чувствовал себя несчастным. Если внешний вид был каким-нибудь признаком, то она тоже. Он внимательно смотрел на ее лицо, пока она опытно вытягивала пинцетом для выщипывания бровей длинную, темную щепку из его ладони. "Ой..." пожаловался он и издал шипящий звук. "Я должна предположить, что в том чулане не было рабочих рукавиц?" прохладно спросила Скалли, ее взгляд был все еще сосредоточен на его ладони, пока она немного поворачивала его руку, чтобы лучше видеть. Он не ответил. Он не должен был. Подняв голову, он увидел Билла, вошедшего в гостиную из их с Тарой спальни. Он остановился перед диваном, вздыхая. Тара вышла из спальни вслед за ним, выражение её лица было задумчивым. Мэгги, кормящая из бутылочки Уима, сидела на двухместном диванчике, к ней прижался дремлющий Мэтью. "По телевидению было объявление", сказал Билл. "Феликс только что превратился в ураган". Малдер повернулся на табурете к нему лицом, на миг глянув на Скалли. Она сделала глубокий вздох. "У тебя есть телевизор?" спросил Малдер, задаваясь вопросом, как этот факт избегал его все эти дни. Мэгги переводила взгляд от Билла и Тары к Малдеру и Скалли. "Что ж", сказала она, "думаю, мы должны собираться. Сколько каждому нужно времени?" "Двадцать минут", сказала Скалли. "Но много времени займёт закончить укреплять дом". Билл посмотрел на сестру, затем на Малдера. "Думаю, мы могли бы…" В комнату ворвался ветер и послышался удар в холле, когда открылась и закрылась входная дверь, и в дом вдуло Джой и Чарли. Джой сразу направилась по лестнице наверх, даже не глядя в направлении гостиной. Чарли следовал более спокойным темпом, направившись в гостиную и представая перед изумленными взглядами её обитателей. "Приветик", усмехнулся он им. "Смотрите, кто вернулся". "Чарльз!" удивленно воскликнула Мэгги. Чарли опустил на пол свой чемодан и рюкзак, висящий на плече. Он помахал матери. "Привет, мам". "Что случилось?" спросил Билл. Зазвонил телефон, заставив их всех подскочить. Мэгги встала с дивана, осторожно высвобождаюсь из-под Мэтью, вытаскивая бутылочку из ротика Уима и прижимая его к плечу. "Я возьму - уверена, это Джейн", сказала она, в то время как Уим раздражённо вскрикнул из-за своего прерванного ужина. Скалли положила пинцет и повернулась, забирая ребенка у матери. Малдер посмотрел на Чарли, который все еще стоял за диваном. "Вы опоздали на самолёт?" спросил Малдер. Чарли покачал головой, его усмешка несколько поблекла. "Вообще-то…" он поглядел на свои часы, "рейс, на который мы пытались успеть, улетает, вероятно, пряяямо…" он сделал паузу на три секунды "…сейчас. Ну, если аэропорт еще открыт. Шторм теперь реальный ураган, между прочим. Только что объявили об этом". "Мы слышали", сказала Скалли, поглаживая и покачивая Уима. Малдер встал, чтобы взять с журнального столика бутылочку, и вручил её ей. "Но что случилось? Почему вы вернулись?" "Мы только что собрались уезжать", добавила Тара. Чарли поднял брови, глядя на них и недоверчиво тряхнув головой. "Мы никуда не едем, детки", сказал он им. "Мы с Джой больше пяти часов провели в пробке. И не добрались даже до моста". Они все уставились на него. На кухне Мэгги заткнула пальцем одно ухо, говоря по телефону. "Хорошо, Джейн - да, это правильно. Правильно - об этом все беспокоятся", говорила она. "Спасибо, Джейн... да, мы будем... ты тоже. Пока". Мэгги отключила телефон и положила его на стол. Она посмотрела на встревоженные лица своих детей. "В чём дело? Что случилось?" "Чарли говорит, что движение остановлено на многие часы", сказала Тара. "Они не добрались даже до моста". Лицо Мэгги поникло, пока она смотрела на них. "Вот тебе на", выдохнула она и посмотрела на лежащий на столе телефон. "Это была Джейн - она просила, чтобы мы уехали, как только сможем". "Ну, и куда мы должны ехать?" спросил Билл. "Как я сказал, мы не идем никуда", с мрачной улыбкой сказал всем Чарли. "Мы застряли". Вся комната, казалось, вздохнула, и как будто по заказу по дому сильно ударил ветер. Феликс наступал. ***** Они приложили все усилия, чтобы подготовиться, наполнить водой ванны и кувшины, найти все фонари, фонарики и свечи и разместить их в пределах легкой досягаемости на кухонном столе. Когда делать больше было ничего, они стали ждать. Билл и Тара забрали Мэтью в свою комнату, а Мэгги пожелала спокойной ночи и отправилась наверх. Джой не появлялась с тех пор, как вернулась в дом, а Чарли отнёс свои сумки в спальню Мэтью, и было похоже, что он проведёт ночь на второй односпальной кровати. В гостиной было тихо. Малдер наблюдал, как Скалли собирала Уима со всеми его вещами - очень много вещей для такого маленького человечка, размышлял Малдер, смотря, как Скалли наклонилась, чтобы взять бутылочку, зубное колечко, пластмассовые ключи. Скалли поглядела на него, вешая на плечо сумку для памперсов. Она выглядела усталой и обиженной. "Тебе нужна помощь со всем этим?" тихо спросил он. Она долго смотрела на него, прежде чем отвести взгляд и быстро тряхнуть головой. "Я в порядке", сказала она и последовала за матерью наверх. Малдер медленно выдохнул и прошёл по гостиной, протягивая руки, полные нервной энергии. Если бы не час и приближающийся шторм, он отправился бы на пробежку – просто побежал бы по дюнам и избавился от напряженности с помощью ног. Он даже не мог погрузиться в какую-нибудь бессмысленную телевизионную программу, когда единственный телевизор был в комнате Тары и Билла. И он сомневался, что они бы очень хотели, чтобы он свернулся к них на кровати рядом с Мэтью. Он открыл дверь на веранду, и, оставив её приоткрытой, сел на стул. Ветер, дувший сквозь москитную сетку, был приятно теплым по сравнению с холодом дома, где терморегулятор был установлен на слишком низкой отметке. Малдер положил голову на спинку стула и закрыл глаза. Его руки пульсировали. Спина ныла. Сердце болело. Это был долгий, долгий день. Он не знал, сколько сидел вот так, или, возможно, даже уснул на несколько минут, когда на веранду вышел Чарли. Малдер искоса посмотрел на него одним глазом. "Привет", тупо сказал Чарли, притягивая стул и садясь за стол. "Привет", ответил Малдер. Долгое время они больше ничего не говорили, просто сидели в темноте и слушали вечерние звуки. Ветер задул сильнее, Феликс начинал медленное вторжение в их каникулы. Скоро они должны будут вернуться внутрь. Телевизор в комнате Билла и Тары был включен, и они могли слышать слабые звуки комедийной программы, дрейфующие через окно их спальни. Чарли встал и молча зашёл в дом. Малдер был удивлен, когда несколько минут спустя он вернулся с бутылкой Absolut, полной на три четверти, и двумя стаканами. "На всякий случай, если ты испытываешь желание присоединиться ко мне", сказал Чарли, покачивая бутылкой, прежде чем поставить её на стол вместе со стаканами. Малдер протянулся и схватил бутылку, открутил крышку и налил полные стаканы. Они подняли их и чокнулись, затем опрокинули с большим глотком. Чарли выпил всё до капли и поставил стакан на стол, в то время как Малдер держал свой, делая еще один большой глоток и допивая. Он тихо поставил стакан, чувствуя, как в животе разливается тепло алкоголя. Его живот не был сговорчив, и он боролся с убеждением вырвать. Протянув руку, он снова налил Absolut в оба стакана и поставил бутылку. "Полагаю, я должен тебе извинение", сказал Чарли, смотря в свой стакан и побалтывая жидкость в нём. Малдер пожал плечами и покачал головой. "Забудь об этом", сказал он, уставившись на свой стакан. Минуту спустя он проглотил его содержимое, сморщившись и подняв голову. Чарли смотрел на него с небольшим восхищением, затем сделал то же самое. Некоторое время они сидели в тишине, не разговаривали, не пили. Сквозь сетку свистел ветер, сотрясая рамы и встряхивая подушки на стульях. На песок обрушивались волны, громко ревущие в ветре. Дом скрипел и стонал, принимая первые признаки Урагана Феликса, бьющегося в его стены. ***** "У нас с твоим отцом были некоторые жёсткие моменты", сказала Мэгги диалоговым тоном, закрывая ставни в своей спальне, даже притом, что снаружи была прибита доска. Скалли посмотрела на неё, лёжа в кровати, свернувшись на боку на мягких, застиранных простынях, которые помнила из детства. Мэгги и Ахаб спали на этих простынях, когда Скалли была в старших классах школы, и она помнила, как лежала на кровати с Мелиссой и водила пальцем по атласу, пока ее сестра о чём-то болтала. Комната была освещена маленькой прикроватной лампой Мэгги, и это напомнило Скалли о доме, пахнущем миндальным лосьоном, смягчителем ткани и мамой. Она сделала вдох, чувствуя мгновенный комфорт того, чтобы быть ребенком своей матери. Не Скалли, не агентом Скалли, а просто Даной. Мэгги подошла к кровати и села на край лицом к дочери. "Было время прямо после рождения Мелиссы", сказала она, "когда мы столкнулись с ситуацией, подобной той, через которую проходят сейчас Билл и Тара. Твоему отцу предложили должность в Мирамаре. Я не хотела покидать твою бабушку, тетю Оливию и остальных членов семьи и ездить по всей стране с новорожденным ребенком и без поддержки семьи". Скалли смотрела на мать. "Папе ещё тогда предложили должность в Мирамаре?" Мэгги кивнула. "Мы чуть не развелись из-за этого испытания. Твой отец и я рассматривали возможность того, что он мог бы поехать без нас и навещать, когда у него будет отпуск". Она легла на кровать рядом с дочерью. "Когда я вышла за твоего отца, я узнала, что значит быть женой военно-морского офицера. И я приняла это, плохо ли, хорошо ли. Но это не означало, что я не боялась". "Но папа не поехал в Мирамар, пока Чарли и я не пошли в начальную школу". "Нет, не поехал. Он принял очень твердое решение относительно своей карьеры и отказался от должности из любви и уважения ко мне". Она вздохнула. "К счастью, были другие возможности". "Значит, ты думаешь, что Билл должен отказаться от этой возможности получения работы из-за Тары?" Мэгги сделала глубокий вздох. "Я не могу отрицать, что эгоистичная часть меня хотела бы видеть, как они переберутся поближе к дому. Но согласиться на эту работу не означает, что он не получит другую возможность переехать домой через год или два". Скалли в замешательстве нахмурила бровь, и Мэгги улыбнулась, проводя пальцами по лицу дочери, осторожно избегая нежной области вокруг ее глаза. "Ты не можешь позволить страху диктовать, как тебе жить своей жизнью, Дана". Скалли закрыла глаза, затем открыла и перевернулась на спину, уставившись в потолок. Она слышала, как внизу хныкал Мэтью, жалуясь и не желая ложиться спать. Ее голос был слабым, когда она спросила: "Как ты думаешь, чего я боюсь?" Мэгги ответила не сразу. "Ты знаешь, Мелисса имела обыкновение заходить и ложиться со мной вот так, как сейчас мы с тобой?" Скалли повернула голову и посмотрела на мать. Мэгги улыбалась, мягко и тепло. "Даже после того, как она уехала из дома, она звонила ночью и рассказывала мне о своём дне, о своих друзьях, что она делала, чему научилась, о своих волнениях..." Скалли освободила дрожащий вздох. Она знала, как сильно ее мать скучала по Мелиссе, и как близки они были. Она знала, как сильно ее мать хотела таких открытых отношений и с нею. Но она не могла открыться и изливать Душу матери, как делала Мисси, в ней этого не было. Сильнее чем когда-либо она скучала по своей сестре. Мэгги перевернулась на бок лицом к ней и улыбнулась. "Ее волнения были главным образом о тебе". Скалли нахмурилась. "Обо мне?" "Мисси открыто говорила о своих чувствах, но ты настолько глубже кого-либо переживаешь всё, Дана. Всегда. Вы с Чарли похожи в этом отношении, только он разыгрывает свои эмоции. А ты держишь всё в себе. Мисси знала это и волновалась о тебе из-за этого. Ты делилась с нею большинством своих мыслей и чувств, чем с кем-либо, и это было важно для нее". Мэгги сжала плечо дочери. "Потому ее кончина оказала значительное влияние на твою жизнь и как ты живешь ею сейчас". Со вздохом Скалли закрыла глаза. "Я в поря…" она замолчала, не заканчивая слово. Какой смысл? Посреди этого дома, этой семьи проблемы, перед которыми оказались она и Малдер, были столь же очевидны, как ситуация с работой Билла и разные точки зрения об обязательствах Чарли и Джой. Она только дурачила себя, думая, что это было личное дело. Все знали. Дана Скалли была не в порядке. ***** Чарли поднял руку и с усмешкой провёл ею по голове. "Чувствую себя фантастически", сказал он. "Свободным". Он опустил руку и взял бутылку, с тихим вопросом покачивая ею перед Малдером. Малдер кивнул, и Чарли наполнил один стакан. "Я не верил в то, что говорил о тебе Джой, между прочим". Малдер моргнул, глядя на него, и Чарли мгновение удерживал его пристальный взгляд, прежде чем отвёл глаза, чтобы наполнить другой стакан. "Я знаю, что вы, должно быть, слышали, по крайней мере, часть. Мы слышали...", он оставил предложение незаконченным. "Чёрт. В любом случае вы, ребята, справитесь с этим". Малдер поднял стакан и рассеянно кивнул. Он хотел бы думать так же. Он знал, что они со Скалли решат что-нибудь. Они должны ради Уима, если ничего иного. Вопрос был в том, будет ли это то, с чем они оба смогут жить? Будет ли этого достаточно? "…Что касается меня и Джой", Чарли покачал головой. "Прогноз не выглядит хорошим". Малдер слегка склонил голову и моргнул, глядя на него. Чарли проглотил содержимое своего стакана. Со стоном он покачал головой и вытер губы тыльной стороной ладони. "Она уже сказала именно это". Он слегка покачал головой. "Ну, когда мы вернемся домой". Приоткрыв рот, Малдер уставился на него. "Что ты чувствуешь?" Чарли пожал плечами, не встречая его взгляда, взял бутылку и играл ею, прежде чем ещё раз наполнить стакан. "Мне особо нечего сказать об этом". Он фыркнул. "Любовь - улица с двухсторонним движением", насмешливо заметил он с ухмылкой. "На ее улице стоит заграждение". Малдер тихо фыркнул и снова посмотрел на свой стакан. Он уже чувствовал себя вялым, а алкоголь сделал свою работу и заставил его чувствовать себя ещё слабее. Меньше боли, меньше страдания. Меньше страха. Он таращился на стакан, затем собрался с духом и выпил жидкость до дна. Чарли покачал бутылкой. "Для опохмела", сказал он, снова наполняя стакан Малдера. ***** Скалли склонилась над кроваткой, подоткнула одеяло вокруг Уима и поцеловала его в щечку. Она нежно положила ладонь на его голову, слегка лаская его лобик подушечкой большого пальца, затем выпрямилась и подошла к кровати. Со вздохом она села, наклоняясь вперед и смотря на руки. Она чувствовала себя беспомощной. Неконтролируемой. Испуганной. Оборачиваясь через плечо и смотря на пустую сторону кровати Малдера, она обняла себя. Ее живот сжимался в узел с тех пор, как они спорили – а то и дольше, если она должна быть полностью честна с собой. Весь день она не могла заставить себя съесть что-нибудь, и кроме нескольких глотков воды она не испытывала желания и что-нибудь пить. Она не понимала, сколько гнева подавляла, начиная с исчезновения Малдера. Теперь она признала это - что он задержался над нею, паря как темное облако даже после выздоровления Малдера. Более того, она думала, что давно справилась с болью из-за того, как Малдер вёл себя, когда она наконец-то привезла его из больницы домой, его комментариев о незнании, где он находится сейчас, его ощутимой неловкости относительно её беременности с того момента, как он узнал, что она в положении. Достаточно было воткнуть булавку в радость, которую она чувствовала при его возвращении. Разве она не показывала ему, насколько она хотела, чтобы он был частью ее жизни - насколько она хотела, чтобы он был отцом их ребенку? Разве последние четыре месяца она не доказывала, насколько она хотела и нуждалась в нем, жить вместе как семья, разделять обязанности родителей, любить их сына вместе... Как он мог сейчас подвергать это сомнению? Она действительно была такой закрытой? А он? Она думала, что была в состоянии простить все это... Ее чувства явно доказывали иное. Ей все еще было очень больно. Малдер, наконец, принял, погрузился в роль отца ее ребенка и предпринимал большие усилия в участии; курсы Lamaze, чтение книг о беременности и родах. Оставался с ними эти четыре месяца. Возможно, если оглянуться на эти шесть месяцев, начиная с восстановления Малдера, она приняла ответственность растить Уима самой, даже с участием Малдера и тем, что он проводил каждые день и ночь с ними. Снаружи ветер сотрясал стены дома, и в свисте и легких ударах песка о древесину она могла слышать рёв моря, волнами обрушивающегося на берег. Все вокруг было в состоянии переполоха, а она должна была вернуть в свою жизнь порядок. Она не была особо уверена в том, как собиралась достигнуть этого баланса. Ложась на кровать, она свернулась на боку и посмотрела на дверь спальни. Малдер был внизу, но она оставила для него дверь приоткрытой, когда бы он не решил придти. ***** Чарли вынул бутылку Mount Gay из того же кухонного шкафа, где нашел Absolut, и открывал крышку, пока Малдер в гостиной тасовал колоду карт, раздавая каждому по пять карт на журнальном столике. "Эй, не жульничай, парень", сказал Чарли, плюхаясь на диван и наполняя каждый стакан, перед тем как с громким стуком поставить бутылку рома на стол. "Я не жульничаю", ханжески сказал Малдер. Наклонившись вперед и опираясь локтями на колени, он поднял свои карты и изучил их. У него было две двойки червей, две шестёрки треф, два трефовых короля, два пиковых короля и две бубновых пятёрки. Его глаза расширились от такой удачи - четыре короля! - и когда он поморгал, эти четыре короля снова превратились в два. Он снова моргнул. Пара. Пара королей. Он поднял свой стакан, сделал глоток, сплюнул, сморщившись и смотря в свой стакан. "Господи…" "Хорошее дерьмо, а?" Чарли широко усмехался, дёргая бровями, которые в свою очередь заставляли двигаться весь его лоб. "Mount Gay... РррррАММММ!" Он засмеялся, его глаза почти закрылись, оставив небольшие щелки, а голова немного покачивалась из стороны в сторону. Малдер сделал ещё один глоток и поставил стакан, сморщившись. Вообще-то, если задуматься, ром на вкус был лучше водки. Он снова посмотрел на свои карты, сбрасывая двойку, шестёрку и пятёрку и сдавая ещё три карты. Тогда он глянул на Чарли, который все еще усмехался ему. "Ты все еще играешь?" "Да". Чарли моргнул и схватил свои карты, пристально смотря на них, распределяя их полудюжиной различных способов. "Чёрт", тихо воскликнул он, перекладывая карты в последний раз. Карта упала на пол - четвёрка пик - и он наклонился поднять, позволяя Малдеру видеть свои карты. Лучшее, что у него было, это пара четвёрок. Малдер поднял три карты, которые сдал себе. Еще двойка. Бубновая королева. Семёрка треф. Он снова посмотрел на Чарли, ожидая. Чарли вытащил мятую пятёрку из своей кучки банкнот и монет и бросил ее в кепку Янки, лежащую посреди стола. "Везёт в картах, не везёт в любви", съязвил он. "Ещё одну". Пока Чарли был весьма удачлив в картах, с лёгкостью выигрывая у Малдера. "Сколько?" "Гм..." Чарли уставился на свои карты. Последовала долгая пауза. "Одну". Он бросил карту на стол, и Малдер сдал ему другую. Тогда Малдер положил колоду и взял пять банкнот из своего выигрыша, бросая их сверху пятерки Чарли. Затем поднял свои карты, снова пристально смотря на Чарли. Чарли осушил свой стакан, заваливаясь назад. Он спохватился, прежде чем упасть, перевернул стакан вверх дном и поставил его на стол. Возвращая внимание к картам, он почесал лоб, изучая их. Его глаза метнулись к деньгам, лежащим в кепке, затем снова к картам. "Господи, Чарли", нетерпеливо засмеялся Малдер. "Давай уже…" "Отвечаю", объявил Чарли, кладя карты на стол и поднимая голову. Две четвёрки, две девятки, один валет. "У меня две пары. Показывай свой набор, Оксфорд". Закусив уголок губы, Малдер положил карты на стол, как Чарли. "Два короля". Так как Чарли держал только пару четвёрок, было бесспорно, что Малдер выиграет партию. Он смотрел, но не видел изменения в выражении лица Чарли, когда тот поднял дополнительную карту, которую сдал ему Малдер. Счастливый ублюдок. Откидываясь на спинку дивана, он провёл руками сквозь волосы. Он не мог чувствовать пальцев ног. Чарли схватил деньги, гогоча. "Я очень не хочу забирать деньги у безработного человека", сказал он без сочувствия. "Ну да, ну да". Малдер уронил голову на спинку дивана и моргнул, уставившись в потолок. Потолочный вентилятор вертелся в противно медленном темпе. И он все еще не мог чувствовать пальцы ног. Комната начала вертеться вокруг вентилятора, и он сделал глубокий вздох, поднимая голову. "Который час?" Чарли немного покачнулся вправо и посмотрел на свое голое запястье, моргая. Минуту спустя он поднял голову. "Понятия не имею". Повернув голову, Малдер посмотрел на лестницу. Она была так далеко от того места, где он сидел. В милях. В милях далеко. Он задавался вопросом, не спала ли ещё Скалли. Может, она заснула, но, с другой стороны, может, и нет. Может, она не спала, а ждала, когда он придёт в постель. Может, она хотела обняться с ним. С другой стороны, может, и не хотела. Забудь любое реальное движение, он не мог чувствовать не только пальцы ног. Комната снова начала вращаться, и он закрыл глаза, сглатывая. Тогда он резко сел, чувствуя, что голова кружится быстрее, а живот скрутило. Он медленно лёг на бок, подняв ноги на диван. Так было лучше. Кровать была бы лучше. Но этот диван был не плох. Может, подумал он, полежать здесь некоторое время. Только пока комната не перестанет вращаться.