Yes, you can be a hero

Он продолжал встречаться с Даби, хотя правильнее сказать следил за ним. Изуку не особо скрывал это от него, позволяя замечать слежку, вмешиваясь в его драки с преступниками, а иногда просто прямо подходил и угощал холодной собой. За это время Даби смирился с его присутствием в своей жизни и уже не посылал его в далекие дали при встрече. И даже не пытался затевать драку, после того как Мидория несколько раз подряд связал его Черным кнутом. Они много говорили. Или говорил Изуку, а Даби пытался все отрицать. Но Мидория не терял надежды убедить его в том, что его ненависть к младшему брату совершенно глупая. Возможно, в некоторых моментах он слишком давил, но он не хотел, чтобы Даби снова услышал, как Шото просит прощения за свое рождение. Он не хотел, чтобы Даби снова проходил через ад. Однако ситуация со Старателем накалилась настолько, что высока вероятность того, что Даби снова это услышит. Шото на грани. Он уже прекратил использовать огненную половину причуды и регулярно подвергался избиениям за это. Изуку с трудом слушал записи этих «тренировок». Пару раз он хотел вломиться в поместье Тодороки и просто размазать Старателя по земле. И Ками, ему все еще нужно достать видео. А после все едва не рухнуло в один день. Даби редко выходил днем на свой маршрут линчевателя, но этот раз был одним из таких. Мидория уже тогда знал, что все могло закончиться просто ужасно и мечтал, чтобы им не встретился Старатель. У Даби было плохое настроение, и он мог в любой момент наплевать на здравый смысл и просто напасть на своего отца. Поэтому Изуку возносил мольбы Ками, чтобы они просто тихо-мирно разминулись, надеясь что мольбы будут услышаны. Разумеется, они не были. Старатель вместе с несколькими другими героями как раз передавал злодеев полиции, когда Даби его заметил. И Мидория считал удачей, что он уловил тот миг, когда Даби переполнился яростью. Он не видел ничего вокруг себя, ни гражданских на улице, ни полиции, ни других героев. Перед ним был только Старатель, которого он хотел уничтожить. Мидория отреагировал сразу, не колеблясь ни мгновения. Он спрыгнул с крыши вниз и притянул Даби к себе Черным кнутом, утянув его назад в переулок. Тот рычал и вырывался, словно дикий зверь, требуя, чтобы Изуку немедленно отпустил его. Как будто бы он стал это делать! Нападать на Старателя так открыто, на оживленной улице и вприсутствии других героев? Это глупая, суицидальная затея! Мидория оттащил Даби назад, где их никто не мог видеть и прижал к стене. — Прекрати рычать на меня и успокойся! — рявкнул он. — Не будь идиотом, Тойя! Он там был не один, это просто глупо! — Плевать! Неважно сколько помех, я все равно уничтожу дорогого папочку и его драгоценный шедевр! — Мы уже говорили о твоей нерациональной ненависти. Шото тебе ничего не сделал, ты все еще его любимый брат. И я уже не раз предлагал тебе помощь со Старателем! Может послушаешь меня хоть раз для разнообразия?! — Я не собираюсь тебя слушать! Как будто ты можешь понять! Я уничтожу их обоих. Сожгу, как они сделали это с моей душой! На мгновение Мидория отшатнулся от Даби в ужасе от того огня ненависти в его глазах. Это было страшно. Он уже забыл, как сильно Даби ненавидел Шото и Старателя, ведь в его реальности огонь ненависти уже не горел так сильно. Было больно снова видеть Даби таким, но Изуку не мог просто оставить это. Не мог позволить ему дальше разрушать самого себя. Он все равно любил Даби, несмотря на это. Однако, если Даби так сильно обременен его присутствием, то он должен был дать ему мизерный шанс уйти. — Я задам тебе три вопроса, Даби, — севшим голосом сказал Мидория. — И если ты сможешь на все ответить «да», я прекращу свои попытки помочь тебе. — Ну давай! — оскалился тот. — Уверен, это будет просто. — Даби, ты считаешь, что ты единственный ребенок в своей семье, который заслужил быть любимым родителями? Усмехаясь, Даби уже был готов ответить, когда замер. Смысл вопроса медленно доходил до затуманенного гневом сознания. Былая уверенность исчезла с его лица. Он покачал головой, честно отвечая: — Нет, это не так. — По крайней мере, ты не эгоист. Ты считаешь нормальным, что Старатель практически никогда не называет Шото по имени и даже при посторонних зовет его «своим шедевром»? Это длиться уже пять лет, чтобы ты понимал. — Нет, — ответил Даби, хотя и вскинулся сперва на имя брата. — Это справедливо, что пока ты тут на свободе, ненавидишь его, Шото каждый день избивают до кровавой рвоты? Ты правда считаешь, что он хотел стать этим шедевром, чтобы проходить через все это? Мидория ослабил Черный кнут, потому что Даби сполз по стене. В нем уже не было той яростной злобы, скорее это было выражение шока. Очевидно, он никак не мог поверить в то, что услышал. Мидория его не торопил с ответом, позволяя хорошо обдумать. Выбор в любом случае был за Даби, но Изуку, правда, не хотел, чтобы его разрывало от противоречий. Даби это отрицал слишком долго, но отрицание не всегда означало, что это взаправду его чувства. Даби все еще любил Шото. Даже сквозь ненависть он продолжал его любить. И это рвало его на куски. — Нет, — наконец сказал Даби. — К черту это! Никто бы не захотел. Это того не стоит! — Конечно, именно поэтому то, что Старатель делает называется насилием. Я собрал много доказательств против него за это время. И я спрошу тебя снова, Даби, ты хочешь, чтобы я уничтожил его? — Сделай это.

***

Мидория хотел бы быть удивленным, когда наткнулся на Даби, пробираясь в поместье Тодороки за видеозаписью для обвинения. Но на деле только вздохнул. Он просто велел Даби молчать и не вмешиваться, как бы тяжело это ни было. Это было ужасно. Изуку самому было сложно не спуститься и не ударить Старателя по его пылающей роже, но также пришлось удерживать Даби. Мидория просто уткнул его лицом себе в грудь, где Даби отчаянно оплакивал их общее потерянное детство. Обычно изменить свое мнение сложно. Что же, здесь было достаточно увидеть. Изуку остановил запись, когда личный доктор Старателя закончил исцелять Шото. Его увели в комнату, где, как Мидория уже знал из записанных аудиофайлов, Шото будет плакать и звать брата. Он хотел бы, чтобы Даби не слышал этого, но как он мог запретить ему идти вслед за братом? Но это окончательно сломало прежние убеждения Даби. Он был в ужасе, слушая, как его брат тихо плакал и постоянно звал Тойю, просил спасти его. Это было выше его сил. — Мы должны забрать его, — прошептал Даби. — Он не должен ни дня дольше находиться здесь! — И куда ты его отведешь? В то подобие места для ночлега, где ты ошиваешься? Или хочешь доверить его мне, даже не зная кто я? — Плевать, кто ты! — огрызнулся Даби. — Ты никогда не пытался мне навредить и явно более лучший вариант, чем заставлять Шото страдать здесь! — Хорошо, но дальше ты слушаешь меня во всем, что касается уничтожения этого пылающего дерьма, ясно? — Мидория улыбнулся, когда Тойя кивнул, но поморщился. Шото был так вымотан избиение и своими слезами, что в какой-то момент отключился. Для них это было хорошо, потому что он не проснулся, когда Изуку осторожно взял его себе на спину. Они смогли уйти так же тихо и тайно, как и пришли. Даби отказался просто оставить Шо с ним, поэтому домой к нему они направлялись весьма интересным составом. Ох, Мидория боялся представить реакцию Всемогущего на поздних гостей. Или реакцию гостей на Всемогущего. Черт возьми, ему стоило собраться и прекратить накручивать себя по мелочам. Он пережил апокалипсис, ему давно за двадцать и он не должен так волноваться из-за знакомства с родителями! Тем более, что он не встречался с Даби. Пока что. У них еще только-только началась стадия взаимного флирта. — Так ладно, — тихо сказал Мидория, пропуская Даби в дом. — Надеюсь, он уже спит и неловкого разговора не будет. — Зря надеетесь, молодой человек, — в прихожей резко зажегся свет, и все увидели Всемогущего в домашней одежде и чашкой чая. — Всемогущий?! — в шоке спросил Даби, замерев на месте в одном ботинке. — Мы можем отложить это на утро, пап? На сегодня я уже достаточно эмоционально вымотан. — Один момент: если оба мальчика Тодороки тут, значит мы можем официально выдвигать обвинения против Старателя? — Да, думаю. Я собрал достаточно, — Изуку подошел к Тошинори. — Телефон в заднем кармане, пароль 1-8-0-1, передай его Тсукаучи. Я уложу их в своей комнате. Всемогущий усмехнулся, забрав телефон, и продолжал улыбаться, когда Мидория забрал обоих Тодороки к себе. Один из них был похож на выброшенную на берег рыбу, постоянно открывая и закрывая рот, но так и не произнеся ни единого вопроса. Очевидно, он все еще в некотором шоке. Тошинори считал это довольно забавным. А вот второй мальчик уже крепко спал и ни на что не реагировал. Просто нежное, милое дитя. В любом случае, Тошинори был рад, что его непоседливый ребенок дома. У него самого появилось срочное дело. Пора было положить конец Старателю. В это же время Изуку осторожно уложил Шото в свою постель. Он не проснулся ни разу ни по дороге домой, ни сейчас. Только сильнее завернулся в одеяло и продолжил сладко спать. Изуку невольно улыбнулся тому, насколько милым ребенком тот был. На этот раз он не мог позволить истории повториться. В этой реальности Шото не умрет на руках своего брата. Под пристальным вниманием Даби Изуку постелил рядом с кроватью футон, бросил туда две подушки и начал снимать с себя вооружение. Даби все еще стоял у двери и молчал, но при этом очень внимательно рассматривал его. Он просто вздохнул и закатил глаза, догадываясь, о чем тот думал. Мидория достал из шкафа спортивные штаны и футболку и бросил их Даби. — Не уверен, что полностью подойдёт, но на время сгодится, — сказал он. — Можешь сходить в душ первым, полотенца в шкафчике. По коридору, вторая дверь справа. — Подожди, — покачал головой Даби. — Мы серьезно опустим то, что ты чертов сын Всемогущего?! Черт возьми, никто не знал, что у него есть сын! — Да, так и должно быть. Он же герой номер один, символ мира. Он не был даже женат на моей матери. Ты хоть представляешь, какую охоту на нас бы открыли разномастные злодеи, если бы об этом стало известно? — нервно выдал он заготовленную историю. Изуку не хотел обманывать Даби, правда, не хотел. Но он слишком боялся рассказать ему правду, боялся его реакции. — То есть вы постоянно скрывались? Погоди, сколько тебе лет? Мидория был немного сбит с толку этим вопросом, потому что на самом деле он не знал. С тех пор как у них пропала связь, а телефоны были окончательно сломаны, они не могли проверить календарь. А потом он вспомнил, что ему вообще-то создали новые документы. — Сейчас мне девятнадцать. И нет, мы особо не прятались. Просто еще одна семья, где нет отца. Ничего нового. Хотя возможно, в детстве хотелось видеть его чаще, чем в строго определенные дни и только в здании Комиссии… — Это полный отстой, конечно, но я все еще пытаюсь осознать, что ты его сын! — Эй, вспомни на мгновение, что ты тоже сын героя! Даже если он полное дерьмо, Старатель все еще профессиональный герой. И вообще, у многих героев есть семьи! — Но это же Всемогущий! — О, просто заткнись и иди в душ! Пока Даби все же пошел в ванную, бормоча себе под нос что-то о мини-Всемогущем, Изуку с усталым вздохом закончил стелить постель. После он сам бытро принял душ и, наплевав на ужин, лег позади Даби. По-привычке, он крепко обнял его, уткнувшись лицом в макушку и прижимая Даби к себе, словно защищая от всего. Тот вздрогнул от внезапных прикосновений и оглянулся на него. — Какого черта? — Просто привычка, Дабс. Засыпай, — Изуку зевнул и почти мгновенно уснул, не заметив тень подозрения на лице Даби.

***

Для Шото было странно проснуться самостоятельно, а не из-за будильника. Неужели ему дали передышку и утрених занятий не будет? На мгновение он обрадовался и открыл глаза, позволив себе мечтать о легком утре. Пока не осознал, что он не был в своей комнате, а в совершенно неизвестном месте. Но он точно заснул в своей комнате в поместье. Как он тут оказался? Его похитили? Шото моргнул и в недоумении уставился на свои руки. Он не был связан, а комната совсем не похожа на те, где обычно держат заложников. Шото осмотрелся вокруг, пытаясь понять было ли это похищением. Это была самая обычная комната, даже у Натсу-нии похожая. Ничего необычного. Шото был полностью сбит с толку. Ему ничего не угрожало в этом месте, но он совершенно не понимал, почему он здесь и каким образом попал сюда. Может, его отец кого-то нанял для особенной проверки? Вдруг он хотел проверить, как Шото поведет себя при похищении? Интересно, насколько отец будет зол, когда он расскажет все его секреты? Стоило ли ему попробовать сбежать? Внезапно он заметил движение справа от себя. Повернувшись в ту сторону, Шото заметил двух молодых парней внизу на футоне. Один был в темных шрамах и пристально следил за ним, а второй с забавными веснушками больше улыбался его действиям, чем наблюдал. Они были здесь все это время? Почему он не заметил их сразу? — Вы меня похитили? — спросил Шото у человека со шрамами. — Серьезно, мелкий? — недоверчиво спросил тот. — Ты так сильно звал меня, чтобы я тебя спас, а теперь обвиняешь в похищении? Совсем не любишь своего брата, Шо. — Но ты не мой брат. — Эй, это несправедливо! Да, у меня стало намного больше шрамов, но я был твоим любимым братом, Шо! Ты не мог так легко забыть меня! — Тебе просто нужно было нормально сказать ему, что ты Тойя, а не устраивать это шоу, — фыркнул парень с веснушками, и Шото вскинулся. Неужели этот парень с шрамами, правда, Тойя? Он всматривался в его лицо, не догадываясь, какая отчаянная надежда отпечаталась в его глазах. — Да, я это, я. Иди уже сюда, Шо, — Даби приглашающе раскинул руки, и в один миг Шото уже накинулся на него с объятиями. — Тойя-нии! Шото так отчаянно плакал и обнимал Даби, сквозь слезы постоянно твердил, как сильно он скучал, и что не верил в то, что его самый любимый брат умер. Он нажаловался на Старателя, который постоянно причинял ему боль. Рассказал, что всегда ждал его и теперь был абсолютно уверен, что Даби его герой. Это было так неловко, что Изуку был прав. Даби убедился, что всегда оставался для Шото номером один и теперь это никогда не изменится. Впрочем, он не был уверен, что вообще хотел бы это изменить. Даби успокоил Шото и заверил, что никогда больше его не оставит. Мидория молча наблюдал за сценой семейного воссоединения и улыбался. Он незаметно выскользнул из комнаты, чтобы приготовить для себя и Даби кофе, а для Шото горячий шоколад. Им это нужно, ведь когда он уходил, братья начинали слезоизвежение уже по третьему кругу. Вернувшись, Изуку раздал всем чашки и позволил себе потрепать обоих Тодороки по голове. Что Даби, что Шото довольно щурились на этот жест, словно два больших кота. Хотя потом Даби будет все отрицать, как это всегда было. — Тойя-нии, — позвал Шото, наслаждаясь своим сладким напитком. — Что, мелкий? — Это твой парень? Изуку честно старался не засмеяться, когда Даби поперхнулся своим кофе и едва не пролил его на себя. Шото, определенно, его новый лучший друг! Вид откашливающегося Даби и невозмутимого Шото, который терпеливо ждал ответ на свой вопрос, стоил того, чтобы занять почетное место в его воспоминаниях. Мидория спрятал свою улыбку за чашкой, а то уж больно злобные взгляды бросал в его сторону Даби. — Господи, Шо, с чего ты это взял? Почему ты вообще этим интересуешься? — Если это твой парень, значит вы живете вместе. И тогда нам не придется возвращаться домой. — Но это не мой парень, — возразил Даби. — Пока что, — не упустил возможности вставить слово Изуку. — Чего?! — Мы еще не встречаемся. У нас не было возможности сходить на свидание. Я только угощал Даби холодной собой и занимался сбором улик против Старателя, чтобы посадить его за решетку и сделать вам большой подарок. — Хорошо, — кивнул Шото. — Но ты своди его на настоящее свидание. — Обязательно. — Мое мнение здесь хоть кого-то волнует? — раздраженно спросил Даби. Мидория резко приблизился к нему так, что они почти соприкоснулись губами. Даби замер и покосился на Шото, который с интересом наблюдал за происходящим. — Неужели я тебе совсем не нравлюсь, Тойя-кун? Ты мне очень-очень нравишься. — Отвали, — фыркнул тот, отпихнув Мидорию. — Возможно, самую малость. Изуку рассмеялся и подмигнул Шото.

***

А потом Шото встретился с Всемогущим. Тот был очень обеспокоен тем, что в его доме совсем не было игрушек и что ребенку будет нечем заняться. То, что Шото уже было двенадцать, Яги как-то упустил из виду. Поэтому он раздобыл фигурки нескольких разных героев и презентовал Шото при личном знакомстве утром. Он также сказал, что очень рад предложить двум братьям Тодороки пожить у него. — Пап, отстань от Шото! — фыркнул Изуку. — Ты чертов герой номер один, он скоро лопнет от переполняющего счастья! — Изуку, ты не можешь так говорить! Ты привел к нам ребенка, о котором нужно позаботиться! Как я могу не порадовать его! — Ох, ты невыносим. Просто не наседай на него так! — Изуку, ты сын Всемогущего! — у Шото радостно блестели глаза. — Эм, вроде как да? — он непонимающе почесал затылок. Почему вдруг Шото так обрадовался этому? — Братик, ты немедленно выходишь замуж за Изуку. Плевать на свидания, ты поскорей должен стать его мужем. — Что?! — вздрогнул Даби. — Подожди, Шо, это так не работает! — Ох, Шото, — Изуку засмеялся и погладил Тодороки по голове. Он точно его новый лучший друг. — Я бы очень этого хотел, но мне еще нет двадцати. Я пока не могу жениться на твоем брате. — Но ты ведь женишься? — Конечно. А пока я буду водить его на свидания, чтобы он тоже меня полюбил и никуда не сбежал. — Он не сбежит, — Шото строго посмотрел на Даби. Это так мило выглядело, что Изуку едва не всплакнул. — И снова мое мнение никого не волнует, — вздохнул Даби. — Не волнуйся, юный Тойя, — Всемогущий похлопал его по плечу. — Признаться моего мнения в свое время тоже никто не спросил. Полагаю, это семейная черта.