Исключение

      Минхо аккуратно перебирал страницы тетради под лепет профессора. Не сказать, что Минхо не любил историю. Точно нет. Он на дух не переносил нудных преподов, а по счастливому стечению обстоятельств именно таким невероятно, до боли нудным, был профессор по истории. Единственное, что (правильнее будет сказать «кто») удерживало его на этой паре — это присутствие милого парня на другом конце аудитории.       Он не знал ни его имени, даже на какой специальности и на каком курсе он учится, знал только, что у него ускоряется дыхание, когда он смотрит на его милую макушку и волосы пшеничного цвета, что ноги норовят подкоситься, когда он поворачивается, чтобы похихикать со своим соседом. Минхо не сталкер, но непрочь им стать, чтобы разузнать хоть что-то про загадочного парня. Благо он знал к кому можно обратиться.       — Сынмин, мне нужно найти человека, — в комнату буквально влетел Минхо, бросая сумку из коричневой кожи на кровать.       Сынмин в этот момент поседел, начал молиться всем богам и вспоминать, что такое нужно сделать, чтобы Минхо захотел найти кого-то и расправиться. Сынмин покачал головой, отгоняя бредовые мысли.       — Если тебе наступили на ногу, — он аккуратно продолжил. — Это не значит, что нужно мстить.       Минхо обернулся с полным непониманием, отражающимся на лице: нахмуренный лоб, сощуренные глаза и поджатые губы.       — Что за бред ты несёшь? — Минхо отвесил звонкий щелбан своему соседу. — Тебя уже окончательно учёба довела? А я говорил, что нужно поменьше сидеть за своими учебниками.       Сынмин продолжал смотреть с широко распахнутыми глазами на Минхо, который уже кажется просто воспламенялся изнутри. «Вот каким ты меня считаешь?» — читалось в глубоких глазах коньячного оттенка.       — На паре увидел одного парня, — Минхо замялся, — хочу с ним подружиться.       Раз. Сынмин громко хохочет, хлопая себя по колену. Два. Сынмин уже уносит ноги от разъяренного Минхо. Три. Минхо швыряет в соседа буквально всё что попадается под руку. Четыре. Хёнджин в тихом ахуе от звуков в комнате старших.       — Прости, — протянул Сынмин, аккуратно поглядывая на Минхо. — Я просто…       — Сложно.       В голосе звучала нотка, нет, симфония недовольства, раздражения и непреодолимого желания задушить Сынмина подушкой, пока он будет спать.       — Я всё понял, — он виновато посмотрел на Минхо. — Кого нужно найти?       Минхо улыбнулся и пожал плечами, мол, «поди-разбери». От прежнего раздражения не осталось и следа.       — Я не знаю ничего про этого парня. — Минхо достал сигарету из пачки и высунулся из окна, чтобы не надымить в комнате. — Он ходит со мной на историю, и он милый.       Сынмин снова глубоко вздохнул и приложил руку ко лбу. Именно сейчас хотелось собрать вещи, поменять документы и свалить в закат, чтобы Минхо не то что его не нашёл, даже не пытался искать.       — То есть, — он шумно сглотнул, — ты предлагаешь мне найти человека, когда не знаешь о нём буквально ничего? На пары по истории ходят почти все студенты. Напомни сколько у нас человек в университете?       — Тысяч пятнадцать, думаю.       Минхо продолжал смотреть в окно, где деревья уже начали покрываться зеленью, где весенний тёплый бриз сменил зимний холодный ветер. Где всё расцветало, также как и Минхо с каждым днём, когда находился со своими друзьями, когда неустанно хохотал над шутками Чонина, когда понял, что нашёл своё место. Казалось бы, пазл сложился. Но вот только одной детали не доставало.       Он положил докуренную сигарету в пепельницу на подоконнике. Минхо редко курил, а если он этот делал, то Сынмин знал — что-то грядёт.       — Я немного упрощу тебе задачу, — Минхо развернулся улыбнувшись, обнажив свои милые выпирающие передние зубки. — Ты пойдёшь со мной на историю и узнаёшь всё, что тебе нужно.       Сынмин удивился не тому, что Минхо не обрушил на него свой праведный гнев, а тому, что кажется Ли был в порядке. Он не освободился полностью, нет. Он наконец-то был в порядке.

***

      — Хён! — Протянул Чонин, заваливаясь в гостиную, промокший до нитки.       Из комнаты вышел Минхо, который наконец закончил выполнение задания и был настолько уставшим, что мог свалиться спать хоть в девять вечера. Прямо как настоящий старик. Однако Минхо очень любил чувствовать усталость после того, как он сделает что-то важное, потому что это значило, что пришло время отдыха, что больше не нужно все время проводить наедине с тучкой, состоящей из тревожности, которая висела над головой, до тех пор пока дела не будут сделаны.       — Ты опять забыл зонт. — Обессилено резюмировал Ли.       Чонин тут же потупил глаза в пол, уж очень ему не хотелось расстраивать хёна. Не хотелось снова видеть его разбитым, без озорного блеска в глазах, с бетонно перманентным выражением лица. Чонин имел склонность винить себя во всём.       Сынмин не сдал во время эскизы? Конечно, ты же все время отвлекал его своими просьбами о помощи с курсовой.       Феликс заболел? Определенно, это потому что ты не закрыл форточку.       Минхо снова грустит? Ну вот, ты снова сделал что-то не так.       — Я кое-кого принёс. — Чонин расстегнул розово-бирюзовую олимпийку, и на глаза Минхо попался рыжий мокрый комочек. — Этот котёнок сидел возле магазина у дома, он дрожал от холода, и мне, знаешь хён, мне так стало его жаль. Я подумал, что если я ему не помогу, то никто не поможет.              Минхо тут же улыбнулся, конечно на полноценную улыбку его не хватило, но в глазах снова засияли огоньки.       Чонин подумал, — «я точно в этот раз сделал всё правильно».       — Мы его оставим, — Минхо взял на руки котёнка, — Суни теперь живёт с нами.       Чонин открыл рот, чтобы задать целую кучу вопросов. «В общежитии вроде нельзя держать животных. Как мы будем его скрывать? Суни? Когда ты успел дать ему имя? Что скажет Сынмин и Хёнджин? У нас же нет корма! Мне сходить в магазин?». Ли только кивнул головой, что значило — «я со всем разберусь», бросил заботливое, — «Прими душ и согрейся, чтобы не заболеть, Нинни», и ушёл в свою комнату.       Я точно сделал всё правильно.

***

      — Привет, Ликси! — Окликнул нового знакомого Хван.       «Ликси?»       «Да пошёл ты...»       «Лучше бы назвал меня придурком или что-то в этом роде. Всяко лучше, чем Ликси.»       Феликс вздрогнул. Никто, почти никто его так не называл. От давно остывших угольков внутри вдруг отлетела искра, всё вспыхнуло, как бы не сжигая с собой и Феликса. Почти совсем забытое ощущение горящих ладоней, снова напомнило о себе.       «Почему он?»       Хороший вопрос, Ли Феликс. Нам всем хотелось бы знать, почему он.       — Привет, — он обернулся, — ты что-то хотел?       «Как грубо», — пронеслось в голове Хёнджина, ты тут его ждёшь полчаса а он… Просто грубиян.       Хван знал, что с ним будет сложно, потому что успел расспросить Чонина о Феликсе. Знал, что мальчик, поцелованный солнцем, мягко говоря, далеко не самый социально активный человек, которого Хван мог встретить. Точно знал, что придётся постараться, чтобы пройти через твёрдую стену, выстроенную самим Феликсом, в попытке защититься от этого жестокого мира, от людей, которые все как один желают ему зла.       Не все конечно, но Феликсу, конечно, рано об этом знать.       Легче возненавидеть весь мир, объявить всех людей своими врагами. Это правда намного легче, чем заново учиться кому-то доверять. Опять спотыкаться, биться лбом, разочаровываться в людях, но все равно продолжать верить, что хорошие люди есть, что у этого мира есть шанс стать лучше.       Определенно легче стать врагом всему живому.

***

      – Знаешь, у него был один человек, – Чонин шумно сглотнул, – этот человек оказался нехорошим, поэтому Феликс теперь такой... Ладно, мне не стоит много об этом говорить, если захочет он сам расскажет. А он скорее всего не захочет. Он даже с Крисом, со своим братом, никогда об этом не говорил с тех пор как... Это правда очень долгая история.

***

      — Да, хотел позвать тебя выпить. — Хёнджин дружелюбно улыбнулся.       Феликс поморщился, ну он уж точно не собирался набухаться в говнину, а потом вынудить Хвана тащить его в общагу и выслушивать бредни вроде «ты такой красивый, а давай встречаться». Феликс мотнул головой, отгоняя бредовые мысли.       Я не допущу ту же ошибку снова.       — Я не пью в незнакомых компаниях. — Отчеканил Феликс.       — Тогда познакомимся. — Хван не из тех кто быстро сдаётся, но и не из тех, кто будет навязчиво преследовать. Скорее Феликс его сильно заинтересовал, то как он ходит, говорит, дышит, иногда шмыгая носом, как смеётся, буквально каждое его действие побуждало непреодолимый интерес залезть в это болото, даже если оно могло утащить на самое дно.       Даже если это самое болото не очень хочет, чтобы в него залезали.       Феликс хотел уже открыть дверь в свой общажный блок, как вдруг на него буквально вывалился Крис. Крис, который был настолько взбудоражен, что на его скулах заиграли желваки, и мышцы на руках непроизвольно сокращались.       — Вот он где! — Недовольно пробурчал старший, — пары закончились час назад, ты где был? Засранец, мне мама голову оторвёт, если с тобой что-то случится. А без моего присмотра...       — Ничего не случится, — агрессивно ответил Феликс, перебив старшего. — Ты не моя нянька.       — Не заговаривай мне зубы, — Бан Чан заметно разозлился, — где был?       Феликс неловко почесал затылок, агрессия и язвительность исчезли в одно мгновение.       Думай. Думай. Думай.       Он оглянулся на Хвана, приподняв голову. Высокий парень выглядел на удивление спокойным, на лице отражалось какое-то непонятное благоговение. И тут, совсем как в мультиках, у него загорелась лампочка над головой. Врать конечно плохо, но что делать, когда это единственный выход.       — Мы с Хёнджином пили кофе в кофейне рядом с университетом, — безразлично ответил Феликс.       Хван удивился, но, кажется, понял суть игры Феликса. Хёнджин с самой первой встречи понял, что Феликсу есть что скрывать. Феликс, постоянно поджимающий губы или прикусывающий большой палец, явно пытался не сболтнуть лишнего. Поэтому Ли выбрал самую безопасную тактику, — «не говори ничего, тогда и лишнего не скажешь». Хван знал наверняка, что его тайна точно не порадует старшего брата. Чан недоверчиво оглядел их и тут же спросил:       — Это правда?       — Да. — Коротко кивнул Хёнджин, чувствуя, как он уменьшается под серьезным взглядом Криса.       Крис хлопнул дверью, прежде чем буркнул неразборчивое, — «ладно, Бог с вами». Хван тут же потащил Феликса в свой блок, по пути абсолютно не задавая лишних вопросов, точнее вообще никаких вопросов.       — Можешь ничего не объяснять, но если не хочешь, чтобы Чан узнал о твоём обмане, — он выдержал драматичную паузу, — согласись выпить со мной.       — Вау, а теперь ты меня шантажируешь. — Улыбнулся Феликс, — крутые у тебя методы.       — Я не заставлял тебя врать Крису, — на удивление спокойно ответил Хван, — это только твоё дело, что ты там скрываешь от старшего брата, который между прочим переживает за тебя.       Феликс только что проклял всех и вся, решил, что будь у него возможность предотвратить Большой Взрыв или сотворение мира, он бы обязательно это сделал, чтобы не встретить Хван Хёнджина ни в этой, ни в какой другой вселенной       — Ладно.

***

      На улице уже темнело, а проспект, усеянный разного рода забегаловками, переливался светом вывесок. Феликс и Хван шли рядом, достаточно близко, чтобы можно было предположить, что они знакомы, но недостаточно, чтобы они выглядели, как хотя бы друзья.       Феликс про себя подмечал детали. Сегодня объектом (как грубо, Ликси!) его наблюдений стал Хван Хёнджин.       Высокий, стройный и широкоплечий юноша со светлыми волосами и глубокими глазами. В которых кажется Феликс терялся далеко не первый раз. Хван был одет в прямое чёрное пальто, даже если закрыть глаза на необъяснимую неприязнь Феликса, то он точно бы сказал, что Хван выглядит просто обворожительно. Как можно было уже догадаться, до места назначения они дошли в тишине, никто так и не осмелился завести неловкий диалог, который стопроцентно начался бы с «ну как дела?…».       Устроившись за потёртым столиком в какой-то шумной забегаловке, Феликс понял, что пить много нельзя. Алкоголь всегда развязывал ему язык, и это было не всегда (мягко говоря) подходящим в той или иной компании.       Особенно в компании Хёнджина.       К их столику подлетела официантка:       — Здравствуйте, меня зовут Руми, и сегодня я буду вашей официанткой. — Доброжелательно сказала девушка, широко улыбаясь, — вы определились со своим заказом?       — Яблочное соджу. — Не теряя времени, ответил Хёнджин.       Вечер наполнился неприятным и тягучим ощущением дежавю. Это было не так, когда вспоминаешь что-то приятное, а совсем наоборот. Феликс поёжился. Отвратительные воспоминания с медным привкусом слишком остро ощущались сначала на языке, а потом голову будто сжали в тиски. Он снова слышит этот бархатистый голос.       От кого ты пытаешься сбежать, Ликси?