Орлиное Гнездо/The Eagle's Nest

Позволяя себе выйти из объятий Морфея, Гермиона сонно открыла глаза и несколько раз моргнула. Она счастливо вздохнула в мягкую хогвартскую подушку, столь тёплую и удобную. Дом, милый дом. Воспоминания прошлой ночи лопнули мыльным пузырём в её настроении. Как всегда, стоило Грейнджер начать паниковать, пересмотр фактов делал реальность менее болезненной. Среда, второе сентября тысяча девятьсот девяносто восьмого года. Её последний учебный год в Хогвартсе официально начался накануне вечером. В душé она была гриффиндоркой. Но, учитывая все обстоятельства, сейчас она была когтевранкой. Последняя часть предложения явно нервировала её больше всего. Гермиона не знала, каково это — быть когтевранкой. Она привыкла взбираться через семь лестничных пролётов в Гриффиндорскую башню и учтивым голосом сообщать пароль так приевшейся сердцу Полной Даме в ужасных розовых шелках. Зато она знала, что после сего действия нужно было пройти в круглое отверстие за портретом, ведущее в гостеприимную и тёплую общую комнату, подняться по лестнице, ведущей в комнату для девочек, и плюхнуться на свою кровать с балдахином и красно-золотыми драпировками. Из окон там открывался вид на дворик Хогвартса, даже на хижину Хагрида, где клубящийся дым из трубы оставался столь обнадёживающим, что и всегда. Теперь вместо семи лестниц — пять в западном крыле, где винтовая лестница ведёт к высокому шпилю замка. Окна были высокими, некоторые витражными, а из других открывался вид на центральный дворик. Вход в когтевранскую гостиную представлял собой дубовую дверь с бронзовой орлиной головой, защищающей от незнакомцев студентов. Расположенная в комнате восьмикурсниц одной из главных башен кровать была такой же удобной, как и в Гриффиндоре. Она была успокаивающе похожа своим балдахином, за одним лишь исключением: портьеры были цвета неба и сделаны из шёлка. — Гермиона? — спросил смутно знакомый голос. Девушка с некоторой неохотой отдёрнула одеяло с кровати, открывая вид на ожидающую её Падму Патил. Падма была одной из немногих сокурсниц Гермионы, так и оставшейся на своём родном факультете. На мгновение Грейнджер захотелось представить, что перед ней стоит её близняшка Парвати, и дело обстоит в гриффиндорской спальне. — С добрым утром, — поздоровалась Гермиона. — С добрым, — повторила Падма. — Профессор Флитвик вызвал всех восьмикурсников в гостиную, чтобы сообщить расписание и убедиться, удобно ли оно для нас. — Ох. Гермиона оглядела спальню со стоящими пятью кроватями для девушек, включая её. Она была единственной гриффиндоркой (теперь уже бывшей). Одна из девушек, которую Гермиона смутно узнала, представилась. — Я Лайза Турпин, — у неё была оливковая кожа, нежное округлое лицо и каштановые волосы, заканчивающиеся около подбородка. — Пуффендуйка… Ну, или же была ей. — Сью Ли, — заговорила другая девушка, крошечная азиатка, рост которой не превышал полутора метров. Она собирала свои длинные угольно-чёрные волосы в удобный хвост. — Когтевран. Гермиона начала было: — А я Гермиона Грейндж… — Мы знаем, кто ты, — перебила её Лайза. — Ты знаменитость, — согласилась Сью. — Ох. Четыре девушки обменялись неуверенно дружеским молчанием. Гермиона взглянула на пятую, уже пустующую кровать. Заметив её пристальный взгляд, Падма объяснила: — Та слизеринка, Дафна Гринграсс, тоже попала к нам. Она рано встала и уже ушла. Думаю, сидит где-то внизу. — Понятно, — ответила Гермиона. Возможно, Дафна была растеряна из-за того, что являлась единственной слизеринкой, попавшей в Когтевран. Падма со Сью, вероятно, довольно сблизились за семь лет, проведённых вместе. — Год выдастся чудаковатым, — со вздохом протянула Лайза. Грейнджер промолчала, но почувствовала где-то внутри всю тяжесть от правды, проскользившей в чужих словах. Она натянула на себя форму, в том числе и сине-бирюзовый галстук, и спустилась вместе с тремя другими девушками в общую гостиную Когтеврана. Там их ждал престарелый профессор Флитвик, столь крошечный, что ему пришлось встать на табурет в середине комнаты, чтобы быть увиденным. Гермиона оглядела остальных собравшихся восьмикурсников. Вышеупомянутая Дафна Гринграсс сидела на одном из диванчиков в углу в компании Малфоя и Забини, разделяя с ними одинаковое надменное выражение лица; взгляды их также бродили по студентам. Ещё один парнишка, Гермионе неизвестный, болтал с Эрни Макмилланом. — Гермиона, — сердечно поприветствовал Эрни. Его огромные уши довольно сильно торчали, — я был уверен, что ты попадёшь в Когтевран. Странно отказываться от Пуффендуя после стольких лет… Но что ни сделаешь ради единства, да? Эрни всегда был довольно напыщенным, но Гермионе он нравился. Улыбнувшись ему в ответ, она заметила блестящий значок старосты, прикреплённый к его мантии на груди, и поздравила парня с этим. Он приветливо улыбнулся, и они обменялись странными формальными любезностями, сильно напомнившими Грейнджер о разговорах с Перси, пока тот был подростком. Лайза, стоявшая поблизости, вскоре включилась в разговор. Гермиона удивилась чувству такой социальной приобщённости, которое давала ей эта компания. Осмотревшись, она впервые разглядела гостиную при дневном свете. Большая и просторная, похожая на пещеру, благодаря сводчатому потолку, расписанному звёздами, словно ночное небо. Пространство было широким и округлым, с высокими витражными окнами, покрытыми синими и бронзовыми шёлковыми шторами. Вид из них был непревзойдённым: Чёрное озеро отдалённо светилось в солнечных лучах, а травологические сады с полем для квиддича и Запретным лесом казались карликовыми на фоне шотландских гор. Гостиная была буквально заставлена книжными шкафами, тянувшимися вплоть до каждого уголка стен. Книги были разбросаны повсюду. Столы со стульями были расставлены небольшими группами. Гермионе невольно на ум пришла библиотека при взгляде на ряд схожих черт, за одним отличием: плюшевого синего ковра, придававшего комнате ощущение тепла, в библиотеке не было. Два пуффендуйца и группа слизеринцев, похоже, тоже обживались в комнате. Падма со Сью вступили в разговор с мальчиком, которого Гермиона не узнала, и она сделала вывод, что он, должно быть, тоже остался когтевранцем. Она заметила, что была единственной (бывшей) гриффиндоркой в гостиной. — С возвращением, восьмикурсники, — пропищал профессор Флитвик. — Год станет переломным для всех вас не столько из-за перераспределения, сколько из-за возвращения к обучению, которое при обычных обстоятельствах было бы уже завершено. Дафна поочерёдно склонила голову к Забини и Малфою, чтобы пробормотать что-то невнятное. Выражения лиц парней не изменились, но взгляд Драко лениво скользнул в сторону Гермионы, полной решимости не заострять внимания на слизеринцах. — Когтевран всегда хорошо проявлял себя среди всех факультетов, — продолжил Флитвик. — Я надеюсь, подобное не дрогнет. Обучая вас всех в течение последних семи лет, я прекрасно осознаю, что каждый из вас был послан сюда Распределяющей шляпой по причине вашего великого незаурядного ума. В гостиной воцарилась тишина. Лишь Эрни выглядел довольным, остальные же пребывали в напряжении. — По вчерашнему вечернему объявлению директрисы, — продолжал Флитвик, — вам уже известно об алхимических курсах, предлагающихся студентам, прошедшим ЖАБА… В данный список входят мисс Ли, мистер Риверс, мисс Грейнджер, мистер Макмиллан и мистер Малфой. Вы все достигли необходимых баллов СОВ для изучения алхимии в данном году. Конечно же, по личным соображением. Кто-нибудь заинтересован? Вся пятеро кивнули и пробормотали что-то о согласии. — Отлично, — промурлыкал себе под нос их декан, обновляя взмахом палочки расписание. Как только Флитвик закончил опрашивать всех по поводу занятий, Гермиона перестала его слушать при упоминании Ксиломантии, она изучила вручённое ей расписание, заметив, что на всех курсах, кроме Когтеврана, обязательно присутствовал хотя бы один факультет. Грейнджер ощутила подкрадывающееся чувство облегчения при осознании, что не будет одинока. Из-за небольшого числа восьмикурсников, (а также и из-за резко сократившегося их числа по причине ЖАБА) на всех курсах, кроме Трансфигурации, Защиты от тёмных искусств и Заклинаний, будут присутствовать все факультеты. Трансфигурация проходила со слизеринцами, Защита — с пуффендуйцами, а Заклинания — с гриффиндорцами. Получается, она будет с Гарри, Роном и Невиллом на каждом из предметов по отдельности. На остальных уроках студентов для парной работы будет маловато по причине объединения. Когда расписание Гермионы окончательно утвердилось, она начала задаваться вопросом, как другие студенты решили проблему с поиском напарника за прошедшую ночь. Когтевранки направились вниз по винтовой лестнице к Большому залу на завтрак. Дафна Гринграсс снова отделилась от них, предпочитая идти бок о бок с Малфоем и Забини. Когда они спускались, Лайза наклонилась к своим спутницам и заговорщически прошептала: — Никто не находит странным присутствие бывшего Пожирателя Смерти на нашем факультете? Гермиона взглянула на затылок блондина, шедшего в нескольких метрах впереди, но ничего не сказала. В её памяти вспыхнула ночь, проведённая у Малфоев, когда её пытала Беллатриса. Грейнджер удалось успешно отогнать эту мысль, но кисть с выжженным на нём словом начала зудеть. Инстинктивно девушка одёрнула рукав. — Он был вторым по успеваемости в школе в течение последних пяти лет, — объяснила Сью. — Я знаю, потому что пыталась обойти его, но у меня не вышло, и я оказалась третьей. — Неужели? — шокированно пробормотала Лайза. — Должно быть, он умён. Но я и понятия не имела. А кто тогда был первым? Падма усмехнулась и мотнула головой в сторону Гермионы. — А, точно. Гермиона невольно улыбнулась. — Гермиона! — позвала Джинни через весь зал, стоило когтевранкам только войти внутрь. Уизли указала на место рядом с собой и Гарри за слизеринским столом. — Я не могу сидеть с тобой, Джинни, — напомнила Гермиона подруге, подходя к ней. — Нас перераспределили, помнишь? — О, всем побоку, — отрезала Джинни. — Видишь? Полумна сидела напротив. Грейнджер мельком посмотрела на преподавательский стол, но они, похоже, не были против, поэтому она села. — Как прошла твоя ночь в орлином гнезде? — спросила Джинни. — Вполне неплохо, — ответила Гермиона, потянувшись за бутербродом. — Мне нравится твоя Гриффиндорская башня, — мечтательно заметила Луна. — Уютная. Грейнджер почувствовала укол ревности, но безжалостно оттолкнула его. — Подземелья у слизеринцев такие унылые, — решительно пожаловалась Джинни. — Ну вот честно, кто использует черепа в качестве украшений? Такое старьё… — Рон, кажется, вполне доволен Пуффендуем, — заметила Луна. Рон сидел бок о бок с Симусом Финниганом. У обоих были жёлто-чёрные галстуки, и мальчики что-то оживлённо обсуждали. Гермиона испытала ещё один укол: у Рона был Симус, у Гарри — Джинни, а у неё не было никого, кто помог бы привыкнуть к новому факультету… — Из окон гостиной видно озеро, — продолжала Джинни. — По правде говоря, я почти уверена, что прошлой ночью видела гигантского кальмара… — Русалки там тоже водятся, — прервал их протяжный голос. Гермиона с Джинни развернулись, чтобы встретиться лицом к лицу с Драко. Через стол Гарри спросил: — Тебе чем-то помочь, Малфой? Гораздо более враждебным тоном Джинни добавила: — Выкладывай, хорёк, зачем пришёл, а потом проваливай. Всерьёз нахмурившись, Малфой сжал челюсти, как будто ему и впрямь было трудно сдерживаться на любую колкость, которую хотелось бросить Джинни в ответ. Ко всеобщему удивлению, он повернулся к Гермионе: — МакГонагалл хочет нас видеть. Гермиона подняла бровь. — Нас? Он выглядел столь равнодушным, будто скучал; его бледное угловатое лицо ничего не выдавало. — Нас… То есть меня и тебя хочет видеть МакГонагалл. Сейчас же. — Попозже увидимся, — попрощалась Гермиона со своими друзьями, прежде чем кто-либо из них успел возразить. Девушка схватила по пути бутерброд со стола и последовала за своим новоиспечённым соседом к преподавательскому столу, где директриса собрала перед собой небольшую группу восьмикурсников. — Перераспределение не повлияло на мой выбор старост, но мне пришлось подождать вплоть до вчерашнего вечера, чтобы завершить его, — сказала МакГонагалл ученикам. — При этом я надеюсь, что восемь из вас возьмут на себя обязанности для помощи своим факультетам. Грейнджер оглядела небольшое скопление сверстников. Ханна Аботт и Энтони Голдстейн представляли Гриффиндор, Джастин Финч-Флетли и Мэнди Броклхерст — Пуффендуй, а Сьюзен Боунс и Дин Томас — Слизерин. Ей было известно значение слов директрисы: от неё ждут патрулирования вместе с Малфоем. Лучше новости быть не может. МакГонагалл вручила каждому по значку старосты и графику патрулирования, в котором значилось, что Гермиона с Драко будут ходить по коридорам вечерами понедельника и четверга. Она смутно задалась вопросом, почему МакГонагалл вообще выбрала Малфоя в старосты. Не то чтобы у него был безупречный послужной список. Но у неё тогда, стоило предположить, списка не было тоже. Тем не менее, именно он впустил Пожирателей Смерти в Хогвартс… — Решение было принято до начала семестра, — продолжила директриса, — Эрни Макмиллан и Падма Патил будут исполнять обязанности главных старост в течение первого семестра и уйдут в отставку после рождественских каникул. Далее обязанности перейдут в руки семикурсников до конца учебного года. Я уверена, что мистер Макмиллан и мисс Патил вскоре захотят созвать собрание старост. Так что будьте готовы. Ответив на несколько вопросов, МакГонагалл отпустила их, чтобы вызвать семикурсников, с которыми, возможно, поделится той же информацией. — Что ж, Малфой, похоже, мы застряли вместе в патруле, — тихо произнесла Гермиона бывшему слизеринцу. Если она собиралась работать с ним напрямую весь год, то благоразумным будет не проявлять сдержанности — так Грейнджер решила. Он бросил на неё невнятный взгляд и молча ушёл. Гермиона вздохнула и вернулась к слизеринскому столу, где уже сидел Рон. — Гостиная Пуффендуя прям около кухни находится, — взволнованно рассказывал Уизли, — и для неё не нужно пароля. Нужно только потанцевать… И если мне вдруг захочется перекусить в полночь, я с лёгкостью смогу выбраться и пойти прямо на кухню. Домовые эльфы состроят мне услугу… — К концу года ты распухнешь и станешь похожим на гиппогрифа, — возразила Гермиона с невольно появившейся улыбкой на лице. — Так чего от тебя Малфой хотел? — с интересом спросила Джинни. — Мы стали старостами Когтеврана. — Кто в здравом уме назначит Малфоя старостой после всего, что он натворил? — сердито спросила Уизли. — Может быть, как раз из-за всего, что он натворил, он старостой и стал, — задумчиво заметила Полумна. — О чём ты говоришь? — спросил Гарри, нахмурившись. — Возможно, в подобном выборе заключается его шанс на искупление, — как ни в чём не бывало ответила Луна, переводя взгляд на свою овсянку. — Что ж, о каком бы искуплении речь ни заходила, ты должна попросить МакГонагалл поменять тебя с кем-то, — серьёзно настаивал Рон. — Ты же не можешь просто так бродить по коридорам ночью с Хорьковской Мордой в ожидании, когда он нападёт со спины… — Нет, — твердо сказала Гермиона. — Что значит «нет»…? — В том смысле «нет», в котором обычно принято понимать слово «нет», Рональд, — возразила она, поднявшись со своего места и перекинув сумку с книгами через плечо. — Я не боюсь Малфоя, особенно после всего пережитого в прошлом году. Я справлюсь сама, — она повернулась к другому своему лучшему другу, с которым её ожидал урок Трансфигурации. — Увидимся в классе, Гарри. Пара серых глаз внимательно следила за ней из-за стола Когтеврана, когда девушка выбежала из зала с переполненной книгами сумкой и кудряшками, так и подпрыгивающими при каждом шаге.