Орлиное Гнездо/The Eagle's Nest

Следующим утром одинокий сокол кружил над башней Когтеврана, а бледные лучи раннего света плясали по глади Чёрного озёра. Птица с лёгкостью лавировала сквозь прозрачные термики, улетая прочь над верхушками деревьев Запретного леса. Гермиона наблюдала за ним из окна со своей кровати с балдахином, завёрнутая в небесно-голубое одеяло. Внезапно из опушки леса выскочил фестрал и схватил птицу в воздухе, с аппетитом поглощая утреннюю трапезу. Девушка встревоженно оторвала шокированный взгляд от окна. Взглянув на настенные часы — стояла лишь четверть седьмого — она поняла, что больше не сможет уснуть. И голод после сцены с соколом мигом куда-то пропал. Тем временем соседки её мирно спали в своих кроватях, так что Гермиона накинула на плечи халат и собрала разные принадлежности для долгой расслабляющей ванны в ванной старост. Стояла рань, и плохого-то девушка ничего не сделала, но всё равно испытывала искреннюю благодарность за пустующие коридоры. Один из плюсов учиться в Когтевране, — подумала Грейнджер, опускаясь под волны пены, — жить поблизости от ванной. Вынырнув из-под водной глади, девушка вдохнула полный ароматов воздух, прежде чем оглядеться. Большую часть стен украшали витражи, а оставшиеся были выложены той же плиткой, что и пол. Позолоченная ванна была размером с небольшой бассейн. Грейнджер нравилось отмокать здесь по утрам, пока остальные спят. В подобной традиции было своё уединение, которое девушке нередко было нужно. Десятки разных кранов необычных форм стояли в ряд по краю ванны, готовые поделиться гелями. Гермионе пришёлся по душе лишь один — её любимый — извергающий густую, похожую на облачка, пену, на которой вполне даже можно парить, если правильно улечься. Повсюду витали лепестки жасмина. В то время как Грейнджер никогда не принимала долгий душ, ванны были совершенно другим делом; в них горели чувственность и расслабление. К тому времени, как она закончила, было пятнадцать минут восьмого, и настроение её заметно улучшилось после невольного наблюдения за завтраком фестрала. Повернув кран и обернув волосы полотенцем, девушка натянула выходную одежду. Кто-то из студентов уже наверняка проснулся и мог заметить её в халате, а Гермионе не хотелось быть пойманной, если подобное столкновение свершится. Она обмакивала полотенцем локоны, с крайнем удивлением замечая, что вода не смыла с них вчерашние выпрямляющие чары Лайзы. Напоследок она взглянула на своё отражение в высоком зеркале. У девушки, смотрящей на неё, были длинные-длинные волосы, чуть ли не до талии. Немало шокировало и то, что заклинания смогли чудом выпрямить локоны за столь короткий срок. Неловко, подумала она, понимая, что совсем на себя непохожа. Гермиона решила оставить волосы несобранными, чтобы те подсохли по пути на воздухе, и, уходя, закинула вещи себе на локоть. Выходя, она чуть не врезалась прямо в Малфоя. — Грейнджер? — изумился он, совсем не по-Малфойски. — Прости, — быстро извинилась она, лишь наполовину сообразив, кого чуть не столкнула. На мгновение они застыли в тишине: Гермиона, Драко да статуя Бориса Бессмысленного, охранявшая ванну старост. Когда парень так и не сдвинулся с места, она начала терять терпение. — Не нужно выглядеть таким тоскливым, Малфой, — усмехнулась Гермиона, повторив сказанные им слова на прошлом патруле. — Я хотела бы пройти. — Точно, — ошеломлённо пробормотал он, как будто на него наложили Конфундус. Драко сделал шаг в сторону, и Грейнджер прошла мимо, отказываясь даже оглянуться. За спиной витал аромат жасмина.

***

— О, смотри-ка, заклинание даже ночь не сломила! — взволнованно зачирикала Лайза. Гермиона со смешком ответила своей новой подруге: — И вода, видимо, тоже. Студенты медленно стекались в Большой зал на завтрак. Вскоре подошли Луна с Джинни, и Грейнджер поманила их пальцем к когтевранскому столу, где сидела рядом с Лайзой. Уизли нахмурилась, заметив её вдалеке, и потащила с собой Полумну. — Гермиона, — вытаращила глаза Джинни, — твои волосы! Лайза выглядела чересчур самодовольной для бывшей пуффендуйки. Грейнджер пожала плечами, сбитая с толку такого рода вниманием. — Должно быть, ощущение странное, — беззаботно заметила Луна. — Прямо как ощущения куста после стрижки. Лайза выглядела так, будто не совсем понимала, как ей разговаривать с Полумной. Вскоре к ним присоединился и Гарри, небрежно выразивший удивление по поводу отсутствия Рона. Парень сел рядом с Джинни, напротив Лайзы, которая рассматривала его в неловком молчании. Глядя на Грейнджер сквозь толстую оправу очков, Поттер медленно спросил: — В тебе что-то поменялось, Гермиона? — Джинни тут же захихикала и поцеловала своего парня в щёку, а Грейнджер закатила глаза. — Лайза заколдовала мои волосы. Кстати, это Лайза Турпин, Гарри. Она тоже стала когтевранкой. Лайзе потребовалось время, чтобы расслабиться в компании Поттера, но вскоре она уже шутила с остальными. Гарри добродушно сделал вид, что не заметил. — Интересно, и где же мой братец? — спросила Джинни с улыбкой, посмотрев на вход, как тут же заметила одинокого Симуса. — Симус! — позвала она, подзывая подойти. При приближении парня она поинтересовалась: — Где Рон? — Он дрыхнул, когда я уходил, — пожал плечами пуффендуец. Грейнджер закончила с завтраком ещё до появления заспанного Уизли. Стремясь поскорее влиться в учебный режим, девушка решила его не дожидаться. Вместо этого Гермиона решительно собрала локоны в пучок, чтобы избежать ненужного внимания, и ушла в библиотеку. Следующие несколько часов когтевранка просидела над домашним заданием по Трансфигурации, сдать которое предстояло лишь на следующей неделе, после чего занялась Арифмантикой. Она вскинула голову, когда на стул напротив неё за столом бросили сумку с книгами. Оливер лучезарно улыбнулся, голубые глаза его весело сверкнули. — Я пришёл пораньше, чтобы поработать, а ты тут как тут. — Хорошо всё-таки обладать преимуществами библиотеки, пока тут ещё тихо в начале семестра, и все книги на своих местах, — заметила Гермиона, передвигая учебники, чтобы освободить место. Дуэт работал в полумолчании, разделяя задачи и покоряя исследования для своего проекта по Алхимии, лишь изредка что-то комментируя при нахождении чего-то интригующего или же полезного. Как только каждый стал удовлетворён плодотворностью поисков и достаточным объёмом полученной информации для начала исследования, они решили собираться. Оливер вновь собирал свои вещи в сумку взмахами палочки, а Гермионе потребовалось несколько минут — по привычке, — чтобы убрать чернила по-магловски. Пока Грейнджер закручивала крышку чернильницы, парень заговорил: — Эрни поделился со мной новостями по поводу танцев на Хэллоуин. Я хотел спросить, не хочешь ли ты пойти со мной, пока тебе не предложил кто-то другой. Глядя на него так, будто никогда раньше не замечала, она несколько мгновений в удивлении моргала. Внезапно насторожившись, Оливер продолжил: — Конечно, если ты не хочешь… — Нет! То есть… вообще, идея чудесная, — улыбка засияла на его лице. — Отлично. Увидимся? — Конечно. Сумки были упакованы, учебники проверены, парень, извинившись, ушёл на встречу с друзьями, оставив Гермиону в гордом одиночестве подниматься по лестнице в спальню. Её ноги шли сами по себе, мысли блуждали. Она была приятно удивлена очевидным интересом Оливера к ней. Парень казался достаточно милым, явно интеллигентным, и у него была красивая улыбка. Грейнджер и подумать не могла, что сможет так быстро запрыгнуть в поезд любви после расставания с Роном. Даже пусть этот поезд был всего лишь школьными танцами. Лениво размышляя о чём-то приятном, девушка терпеливо ждала, пока одна из главных лестниц, на которую она ступила, начала двигаться. Вскоре дорожка приняла новое направление, и она ощутила лёгкую улыбку на своих губах. До того как… — Грейнджер, — поприветствовал Тео Нотт, шагая с ней рядом по главному коридору шестого этажа. — Нотт, — односложно ответила она, решив не обращать на него внимания. — Куда держишь путь, Грейнджер? Башня Когтеврана — в другую сторону. Гермиона на мгновение замолчала, с досадой осознавая, что шла в Гриффиндорскую гостиную просто по привычке. Она пробормотала себе под нос: — Сплошное волнение. — Забыла, где твоя гостиная? — поддразнивал он. — Не очень-то по-когтеврански с твоей стороны. Судя по кипе книжек в сумке, ты перерыла половину библиотеки, так что, если не собираешься удовлетворять свои ботанские потребности здесь, тебе придётся развернуться и уйти. Быть может, в какое-то более укромное местечко... — Гермиона! — позвала Джинни, махнув рукой, пока спешила с другого конца коридора. Грейнджер никогда не была так благодарна Джинни за столь внезапное появление, ведь ей, столь покрасневшей, отчаянно хотелось быть где угодно, разве что не наедине с Теодором Ноттом. Оглядев парня с ног до головы, Уизли спросила: — Чем-то помочь, Нотт? — Разве что в поимке собиравшейся вломиться на Гриффиндор Грейнджер, с которой я столкнулся по пути в свою гостиную, — лениво протянул парень, правильно догадавшись о бестактности Гермионы. Ухмыльнувшись напоследок, он поплыл медленным шагом к лестнице, ведущей на седьмой этаж. — Увидимся, Грейнджер. — Вы с ним друзья? — скептически спросила Джинни. — Нисколечки. — Хм, оно, быть может, и к лучшему, — размышляла Уизли. — Так или иначе, я спешила в Когтевранскую башню, чтобы торжественно объявить следующее: тусовка в Слизерине сегодня! Я сама с Гриффиндора бежала, где сообщила Невиллу, Луне и остальным. Они в деле. Ступив на лестницу, ведущую обратно на пятый этаж, где и находился её факультет, Гермиона нахмурилась. — Разве можно устраивать межфакультетскую вечеринку в гостиной? Грозя пальцем подруге, Уизли предупредила: — Даже не пытайся меня разубедить, Гермиона. МакГонагалл хотела единства между факультетами, ведь так? Кроме того, идти на попятную уже поздно. В деле замешаны домовые эльфы. Через час они принесут закуски. — Джинни! Уперев руки в бока, Уизли приняла протестующую позу. Удивительно, как сильно она становилась похожей на свою мать в подобные моменты. — Гермиона, ты можешь и дальше быть старостой, а мы всё равно устроим тусовку в Слизеринских покоях. И либо ты перестанешь волноваться по пустякам и проведёшь классный вечер с друзьями, либо останешься в Когтевранской башне сидеть над учебниками в выходной. Раздражённая и несколько обиженная, Грейнджер хмыкнула, когда девушки вышли в коридор, и повернулась к башне Когтеврана. Догнав её, Уизли остановилась поблизости. — …Но я очень надеюсь, что ты придёшь. Подобные слова с её стороны так походили на извинение. Гермиона со вздохом взглянула на лестницу, ведущую к двери с орлиной головой. На фоне туда-сюда сновали студенты. Сможет ли вечеринка кому-нибудь навредить? Когтевранка решилась: — Хорошо, я приду. — С-супер! — Но никакого алкоголя, — торопливо добавила Грейнджер. — Школьный устав. Уизли тут же застыла как вкопанная, и её лицо медленно приобрело пустой взгляд. — Джинни… — предостерегающе начала староста. — Это не я. Это всё Гарри, но он с Хогсмида может и не вернуться с припасами. — Как он… Подожди-ка, — Гермиона закрыла глаза, после чего тихо спросила, — Карта Мародёров да мантия-невидимка? — Ой, смотри-ка, кажется, я никогда раньше не видела этого портрета… — Джиневра Уизли! — Ладно, ладно! — насупилась рыжеволосая, топнув ногой. — Возможно, мы и думали устроить какие-то пьяные гуляния, которые, как выяснилось, незаконны. Разве мы совершаем что-то плохое? — Осмелюсь сказать, что это скорее слизеринское, — протянул знакомый голос позади них. Обе девушки быстро обернулись. — Малфой, — холодно признала Джинни. Он как раз сходил с последней ступеньки по пути в башню, и Гермиона не могла не заметить, что слишком часто натыкается на бывшего слизеринца в последнее время. Девушка полагала, что подобного и следует ожидать при делёжке гостиной. Взглянув на Джинни и её розовый кардиган, составлявший часть выходного наряда, Драко усмехнулся: — Розовый и правда не твой цвет… Не так ли, Уизлетт? Джинни была не из тех, кто отказывается от словесной перепалки. Она возразила: — Вежливость и правда не твой цвет… Не так ли, Малфой? Парень пожал плечами, пропуская слова мимо ушей. Затем, повернувшись к Гермионе, поднял брови и предположил: — Неужели ты не собираешься потворствовать вечеринке в неучебное время, Святая Грейнджер? — Если не заметил, Малфой… ты тоже староста! — Поверь мне, я думал, как бы баллы набрать, пока не вспомнил, что мы теперь на одном факультете, — он поморщился, как будто выдавливая из себя слова, а затем вновь обратил внимание на Джинни, — Слизеринские подземелья не допускали посторонних вот уже более семи столетий. — Поведай об этом Гарри с Роном на досуге, — фыркнула Гермиона. — Я очень сомневаюсь, что этот год будет столь важным с его перераспределением… — К твоему сведению, Гарри и мой братец проникли в гостиную Слизерина ещё на втором курсе, — с гордостью сообщила ему Уизли. — Они остались незамеченными благодаря Оборотному зелью, — сильно нахмурившись, Драко, казалось, растерялся. — Второкурсники не проходят Оборотные зелья, а покупка ингредиентов для него запрещена. — Расскажи об этом Гермионе, — усмехнулась Джинни. — Зелье получилось отличным, судя по тому, как ты не заметил странностей за своими приятелями одним вечерком много лет назад. Гермиона повернулась к Джинни с холодной яростью в глазах и выдала: — Ты чересчур много болтаешь. — Зачем Поттеру с Уизли было превращаться в Крэбба и Гойла? — Они пытались выяснить, кем является Наследник Слизерина. Ну вот честно, где ты шатался в тот год? — Ты и правда чешешь языком, Джинни, — простонала Гермиона, поправляя тяжёлую сумку, потому что та уже порядком начала впиваться ей в плечо. — Насколько мне помнится, — усмехнулся Малфой, — тем, кто открыл Тайную Комнату, оказалась ты. — Палки с камнями могут переломать мне косточки, а вот василиск не жалил меня нисколечки, — пропела Джинни, по-детски показав парню язык и схватив Грейнджер за руку, чтобы утащить от слизеринца подальше. — Да ладно, Гермиона, мы только зря время теряем с этой змеюкой. Но девушка не сдвинулась с места. Глядя на Драко, она требовательно спросила: — Ты расскажешь о вечеринке или нет? — ей ничуть не хотелось верить блеску, появившемуся в его серых глазах. — Конечно же нет. Тебе нужно сбавить обороты. — Я тебе не доверяю. Парень пожал плечами, бросив последнюю ухмылку в их сторону, прежде чем обойти их и пройти через вогнутый участок стены бочком. Похоже, там таился какой-то проход, потому что через секунду Малфой исчез из поля зрения. — Ты знаешь, что там? — спросила Джинни, глядя туда, где исчез Драко. Гермиона покачала головой. Хоть в ней и разыгралось любопытство. — Пойдём, — бодрым голосом произнесла Уизли, утягивая за собой подругу к ближайшей лестнице, ведущей вниз. — Можешь составить мне компанию в Пуффендуе, чтобы рассказать Рону и остальным о вечеринке. Грейнджер решила исследовать потайной ход позже, а Джинни тем временем с улыбкой стащила подругу вниз по шести лестничным пролётам в коридор, где, как Гермионе было известно, за картиной с изображением вазы с фруктами находилась Хогвартская кухня. Её опасения по поводу испорченной вечеринки после их стычки с Малфоем были сильнее, чем когда-либо. Однако рассуждать с Уизли было равносильно общению с горгульей, и Грейнджер решила по возможности обсудить это с Гарри. Казалось, Джинни знала дорогу, но Гермиона была вежливо озадачена, стоило её подруге остановиться возле кучи больших бочек и объявить: — Вот мы и на месте, — когтевранка лишь подняла брови. — Рон сказал, что у них нет пароля, но как нам войти… И куда мы войдём? — хоть Грейнджер и знала, что ей было запрещено посещать гостиные других факультетов, она также должна была и признать, что испытывала жгучее любопытство. Джинни вытащила волшебную палочку и, походу, бормотала себе под нос: — Посмотрим… Он говорил, вторая бочка снизу, середина второго ряда… — Ты просто стукнешь по ней или?.. — Ага, пять раз, — рыжеволосая выбрала правильное место, перепроверила, дабы убедиться, и постучала. Без предупреждения крышка бочки упала, и из неё брызнул уксус, облив Уизли. Гермиона едва успела вовремя отскочить, и пара капель всё равно попала ей на кроссовки. По сравнению с Джинни у Грейнджер всё было в порядке, ведь подруга её стояла мокрая насквозь. Вонь стояла чудовищная. — Балда! — завизжала она. — Вот только доберусь до тебя, Рон Уизли… Гермиона взмахнула палочкой, воспользовавшись Экскуро, чтобы испарить уксус. Сработало не ахти. Одежда-то высохла, но вот запах остался, и он был сильным, а её тело, казалось, покрылось какой-то липкой плёнкой. — Кто-то пытается проникнуть в гостиную? — донёсся любопытный голос из-под бочек в дальнем углу коридора. — Мы пытались увидеться с Роном Уизли, — ответила Грейнджер смутно знакомому бестелесному голосу, — но не смогли пройти мимо бочек. Ухмыляющаяся голова Джастина Финч-Флетчли вылезла наружу из того самого места, куда постучала палочкой Джинни. — Я семь лет ждал, когда кого-нибудь да обольёт уксусом, — радостно поведал он им, что не улучшило скверного настроения рыжеволосой. — Где мы допустили ошибку? — захотела узнать Гермиона. — Вы постучали по второй снизу, в середке второго ряда? — когда они кивнули, он продолжил. — В ритме «Пенелопы Пуффендуй»? — А тут надо в ритме? — Джинни явно кипела от ярости. — Вот только доберусь до братца… — Попробуй ещё раз, — хихикнул Джастин, и его голова снова исчезла. Грейнджер с осторожностью вынула палочку и подошла к бочке, аккуратно постучала в ритме, предложенном Джастином. На всякий случай она была готова отпрыгнуть в сторону. И на сей раз вместо того, чтобы плеваться уксусом, крышка приоткрылась, а горлышко увеличилось настолько, что можно было пролезть внутрь. Гостиная Пуффендуя была огромной и совершенно круглой, с низким потолком. Окна были выше обычного, впуская солнечный свет и открывая вид на колеблющуюся траву и кивающие одуванчики на лужайке. Похоже, они находились в основном под землёй. Если бы Гермиону попросили описать гостиную пуффендуйцев одним словом, она, вероятно, выбрала бы «уютный». Мягкие стулья да диваны, обитые в жёлто-чёрных цветах, усеивали комнату. Вдалеке висел огромный портрет пожилой доброй ведьмы с рыжевато-светлыми локонами в средневековом платье. Под её глазами были морщинки, а в руках она сжимала чашу, которую когтевранка сразу же узнала. Она лично уничтожила её всего пару месяцев назад, одновременно избавив мир от одного из спрятанных крестражей Волдеморта. Под портретом Пенелопы Пуффендуй большую часть стены занимал камин с привлекающим внимание очагом. Лепнина на нём изображала множество причудливых барсуков из дерева медового цвета. В остальном большая часть гостиной была покрыта полированной медью и интересными видами растений. Разнообразная флора вилась вокруг светильников, ползла по стенам к потолку, танцевала на подоконниках. — Гермиона? Джинни? Что вы тут делаете? — спросил Симус, выходя из круглой двери, которая, по мнению Грейнджер, являлась спальней. — Мы пришли увидеть Рона, — ответила она. — Почему здесь пахнет уксусом? — пожаловался маленький мальчик, сидящий на одном из диванов. Он был столь крошечным, что напоминал первокурсника, и старший ученик тут же его утихомирил: — Злоумышленники, — ответил Джастин, с ухмылкой появившись рядом с Гермионой. Джинни он сказал искренне: — Извини. Оказалось, что подобных слов говорить не стоило. — И какой такой факультет наказывает за неправильный пароль? Где это видано? — прошипела Уизли. — У Гриффиндора со Слизерином есть устоявшееся слово, которое время от времени меняется, и если ты его не знаешь, то и внутрь не попадёшь. На Когтевране… Джинни выжидающе смотрела на Грейнджер, которая быстро добавила: — Каждый раз мы должны отгадывать загадку. — Держу пари, при неправильном ответе уксусом тебя не поливают, словно цветочек! — сдерживая улыбку, когтевранка в ответ покачала головой. — Нет, тебе всего лишь не удастся пройти. — Где Рон? — требовательно спросила Джинни, глядя на Симуса. — Он в спальне, — ответил парень, содрогнувшись под её взглядом и выглядя так, словно в тот момент не завидовал Рону Уизли. — Я пойду за ним…