Девочка с незабудками

04.09.22. Утро следующего дня прошло как и предыдущие. Маяковская, как и раньше позавтракала, сделала на этот раз лишь часть домашнего задания, после чего собралась и пошла на тренировку. Оказавшись у бортика, пока на её коньках ещё были защитки, она от чего-то зависла, заметив Туктамышеву, которая участвовала в тренировке группы. Лиля знала, из-за чего она зависла. Ей было непривычно видеть тренера, когда она сама тренируется с кем-то, а не тренирует её, и не показывает ей, как лучше что сделать, как это иногда бывает, и было. И не факт, что ещё будет. Елизавета и не замечала Лилю, она была увлечена тренировкой. От этого Лиле было даже как-то легче, чем если бы она хотя бы на секунду бросила на неё взгляд. Туктамышева же ещё не закончила карьеру, и Маяковской с большой долей вероятности придётся либо самой тренироваться большую часть сезона, либо просто перейти в одну группу с тренером. Стоило девушке отвиснуть спустя несколько секунд, и наклониться, чтобы снять одну из защиток, так к ней сразу же подъехал, судя по голосу, Евгений Семененко. — Привет. Сказал Женя. Маяковская сначала закончила с защитками, а потом уже подняла голову к собеседнику. — Привет. Сказала Лиля, с лёгкой улыбкой. — Присоединишься к нам? Спросил Женя, смотря Лиле в глаза. — Нет. Я сама справлюсь сегодня и до контрольных прокатов. Ответила Лиля, смотря на Женю. — До каких? Местных или сборной? Спросил Женя, смотря на Лилю. — На данный момент — до местных, а там, уже после них посмотрю, как и что будет. Ответила Лиля. — А пока — дай мне выйти на лёд, пожалуйста. Добавила Лиля, с лёгкой улыбкой, переведя взгляд на глаза Жени. Семененко хмыкнул и поехал задним ходом. Оказавшись на расстоянии немногим более метра от Маяковской, он ей подмигнул, что в какой-то степени, заставило её в ответ лишь усмехнуться. Он либо, не в курсе, что у неё есть девушка, либо забыл об этом. В любом случае, это было скорее по-милому глупо, чем как-либо ещё. Как бы то ни было, спустя несколько секунд Лиля уже разминалась, стоя в углу ледовой площадки и больше обращая внимание на то, какая музыка играет в наушниках, нежели на то, что происходит вокруг. Разминку она делала чисто на автомате, на этот раз даже с какими-то более резкими движениями, чем обычно. Изредка она чувствовала на себе чужие взгляды. Один из них точно Женин. Тут без вариантов, при учёте того, что было до этого. Два круга разминки и вот Маяковская уже неспешно едет к точке, что близка к центру ледовой площадки, включив в наушниках «Song #1», дабы откатать несколько раз собственную короткую. Спустя ещё несколько секунд Маяковская встаёт в исходную позицию. Тяжёлый вдох, после не менее тяжёлый выдох, и начинается прокат. Первые два прогона прошли вообще без проблем и даже намёков на эти самые проблемы, а вот третий прошёл не на все 100% гладко. А всё из-за того, что в момент захода на финальный, пятерной риттбергер, Лиля заметила по ту сторону бортика тренера своей девушки. Елена Германовна Буянова. Маяковской стало трудно дышать и она почти полностью задрожала, но тем не менее, сумела выполнить прыжок чисто. После приземления Лиля застыла на месте, забыв абсолютно обо всём, о чём только можно было забыть, дрожа и боязливо смотря на Елену Германовну. Пара секунд и Маяковская вздрагивает от неожиданности после того, как чьи-то руки оказываются на её плечах. Повернув голову вправо она понимает, что этот «кто-то» — Елизавета Сергеевна. Это успокаивает Лилю в миг, и она сразу перестаёт дрожать и по сути немного расслабляется. — Ты чего застыла, золотце? Спросила Лиза, смотря на Лилю, заинтересованно выгнув бровь. Маяковская не ответила, вместо этого она лишь подбородком указала в сторону Буяновой. Туктамышева повернула голову к Буяновой и хмыкнула, после чего вернула взгляд на Маяковскую. — Я её не приглашала. Из этого можно понять, что она к тебе. Сказала Лиза, с лёгкой улыбкой, смотря Лиле в глаза. От лёгкой, но всё же, улыбки на лице тренера, Лиле становится ещё легче, но она тем не менее, нервно взглатывает, предполагая, что дальше скажет Лиза. — Иди, и не волнуйся. Если что, я недалеко. Добавила Лиза, не прерывая зрительный контакт, слегка указав головой в сторону Елены Германовны. Лишь сейчас Лиля переводит взгляд на глаза Лизы, и ей становится ещё легче. Она отчасти, понимала, с чем это связано. С тем, что Туктамышева, очевидно, стала для неё в какой-то степени, заменой матери. — Ладно. Я пойду. Сказала Лиля, смотря Лизе в глаза. — Вот, и замечательно. Сказала Лиза, улыбаясь, перед тем, как убрать руки с плеч Лили и отъехать к остальным тренерующимся. Маяковская тяжело вздохнула, а после всё-таки подъехала к Буяновой. — Здравствуйте, Елена Германовна. Сказала Лиля совсем чуть-чуть боязливо. Буянова хмыкнула. — Здравствуй, Лиля. Сказала Елена, рассматривая Лилю. — А ты выше, чем кажешься на записях. Спустя несколько секунд выдала Елена. — Есть такое. Сказала Лиля, безуспешно пытаясь смотреть на собеседницу. — Что стало причиной вашего прихода сюда и по сути, приезда в Санкт-Петербург? Спросила Лиля, на пару секунд чудом остановив взгляд на Елене. — Ты. Мне стало интересно лично посмотреть на ту, о ком говорят, как о достойной сопернице Александры Трусовой. Ответила Елена. Александра Трусова… Одно имя, и одна фамилия, что способны в миг изменить выражение лица Маяковской. Как ни странно, Лиля в миг стала серьёзнее, а страх целиком и полностью пропал, будто его и не было. Взгляд перестал бегать, и остановился на Буяновой. — Я, честно сказать, не пожалела о том, что приехала сюда сегодня. Я не припомню, когда в последний раз, если такое было конечно, видела человека, который выполнил пятерной риттбергер. Добавила Елена, смотря на Лилю. — Сразу скажу: Елизавета Сергеевна не причём. Пятерной риттбергер как-то сам получился, и получается. Сказала Лиля, не дав Елене возможности и слова сказать. Буянова хмыкнула. — Не зря она тебя золотцем называет. Сказала Елена, с очень слабой улыбкой. Плечи Маяковской резко дёрнулись. — Не волнуйся, из всего вашего диалога, мне удалось нормально услышать только это слово. Сказала Елена. Маяковской хотелось бы облегчённо вздохнуть, но она себе этого не позволила. Ей это сейчас показалось проявлением слабости. — Если ты продолжишь в том же духе, то Саша в один момент будет скажем так, вынуждена тебя опасаться, как соперницы. Сказала Елена, сделав небольшую паузу. На лице Маяковской появилась ухмылка. Она сама не понимала, от чего, но от чего-то ей было приятно слышать, что Трусовой стоит её опасаться. В ответ на фразу Буяновой, она ничего не ответила. Не знала, что сказать. Буянова в свою очередь, глянула на настенные часы и спустя пару секунд вернула взгляд на Маяковскую. — Мне уже пора. Тебе есть что передать Алёне? Спросила Елена, переведя взгляд на глаза Лили. — Нет. Если что, я ей сама скажу. Мы созваниваемся каждый вечер. Ответила Лиля. — Как скажешь. До встречи, на контрольных прокатах сборной. Сказала Елена, с лёгкой улыбкой, перед собственным уходом. Маяковская конечно попрощалась с Буяновой, а после вернулась к тренировке. В конце этой самой тренировки, то есть, спустя несколько часов, за которые Лиля несколько раз падала и примерно столько же раз чуть не сталкивалась с кем-то из группы Мишина, Маяковская узнала от Туктамышевой, что завтра они вместе пойдут на контрольные прокаты не только, как участники, но и как зрители. Не медля после этой приятной новости, Лиза сообщила Лиле о том, что тренировку никто не отменял. Маяковская была только рада этому. Ну, не могла она без тренировок долго. Особенно после нескольконедельного перерыва. После диалога с тренером, девушка пошла в раздевалку, где быстро переоделась, и спустя пару минут уже шла домой. Не успела она отойти от «Юбилейного», как ей кто-то, кто ехал на машине просигналил, тем самым заставив остановиться. Маяковская тяжело вздохнула, недовольно закатив глаза, а после развернулась к тому, кто ей помешал. За рулём машины она сразу заметила Семененко, и немного, незаметно для окружающих удивилась. Семененко же не заставил себя ждать и проехал немного вперёд, так, чтобы у Маяковской была возможность без лишних телодвижений занять переднее пассажирское место. Девушка уж было хотела открыть дверь, но парень не позволил ей этого сделать, жестом попросив остановиться. Маяковская не видела ни одной причины для неповиновения просьбе, и в ответ на эту самую просьбу сделала шаг назад, подняв руки в жесте «сдаюсь». Какой-то прям таки немой диалог. Ещё несколько секунд, и вот Семененко уже открывает для Маяковской дверь машины. К чему всё это джентельменство Маяковская не понимала, но тем не менее, в какой-то степени, послушно села в машину. Семененко тихо хмыкнул и закрыл дверь, что прежде открыл, а после занял водительское место. — И как мне это всё понимать? Спросила Лиля, смотря на Женю, заинтересованно выгнув бровь. — Ну, я собираюсь подвести тебя до дома. Ответил Женя, с лёгкой улыбкой, смотря на Лилю. Маяковская засмеялась. Семененко походу всё-таки не в курсе, что у неё есть девушка. Вот тебе и причина купить что-то типа парных браслетов. — Что смешного? Спросил Женя, смотря на Лилю, недопонимающе выгнув бровь. — Ничего. Ответила Лиля, улыбаясь, более, менее успокоившись спустя чуть меньше, чем минуту. — Давай сюда телефон с включенным навигатором. Добавила Лиля. Ну, а что? Как можно позволить себе упустить возможность халявно прокатиться, а не пройтись до дома? Лиля не знала как, а потому и не думала о попытке свинтить. Семененко усмехнулся, явно думая, что всё пройдёт просто идеально, и быстро достал телефон из кармана джинс и зашёл в приложение «Навигатор», после чего передал телефон Маяковской. Девушка несколько секунд «пошаманила» с приложением, а после вернула телефон владельцу. — Быстро ты. Сказал Женя, смотря на Лилю. — Пф. Это не так уж и трудно. Сказала Лиля, с лёгкой улыбкой, смотря на Женю. Сейчас она играла некую роль, тем самым обманывая Семененко. Машина тронулась, и только после этого Маяковская пристегнулась. — Я честно говоря, удивлён, что у тебя ещё нет прав. Сказал Женя, не отвлекаясь от дороги. — Летом мне было не до этого. Как и сейчас. Сказала Лиля. — Насчёт лета — понятно, а вот сейчас, точнее после контрольных сборной города у тебя будет прилично свободного времени. Сказал Женя. На лице Маяковской появилась улыбка, которая была единственным, что могла позволить себе девушка, сдерживая смешок. А, то есть он знает о её травме, а том, что у неё есть девушка — нет. Зашибись. Хотя, ладно. Новость о травме явно прогремела громче, чем новость о том, что Косторная мутит с какой-то малоизвестной девушкой. Буквально в следующую секунду кто-то начал звонить Маяковской, судя по тому, что телефон, что был у неё в кармане кофты начал несильно вибрировать. Девушка не медля достала телефон из кармана и усмехнулась, прочитав то, как подписан человек, который ей звонит. «❤️Лёна💙». Этот контакт сам по себе выделялся среди остальных, которые в основном содержали в себе имя и отчество. Исключение, помимо номера Алёны составлял номер отца, который был записан как «Папа». Даже немного на удивление, без сердечек. Маяковская понятное дело, приняла вызов и поднесла телефон к уху. — Привет, любимая. Сказала Лиля, играя на малочисленную публику. По ту сторону провода послышался звук того, как кто-то чем-то подавился. Очевидно, Косторная. А вот чем — вопрос хороший. — Какая муха тебя укусила, божий одуванчик? Обеспокоенно спросила Алёна. Маяковская вновь сдерживала смех и из-за реакции Алёны и из-за того, что Женя заметно покраснел. — Всё хорошо, еду домой. Ответила Лиля, продолжая своё представление. Семененко ещё сильнее покраснел. Он понимал, что дело начинает прям таки вонять керосином. — Лиля, прокашляйся три раза, если мне стоит звонить и выносить мозг нашей любительнице выпить. То есть, Медведевой. С уже более слабой обеспокоенностью сказала Алёна. А вот сейчас немного, но всё же, стыдно стало Маяковской. Из-за одного наивного Жени и неё может пострадать другая Женя, которая тут вообще не причём. — Ничего особенного, помимо того, что сегодня на такси, а не на метро. Сказала Лиля, боковым зрением видя, как Женя подвтопил в плане скорости. На его же удачу, они попали на «зелёную волну» в плане светофоров. — У тебя есть 10 минут на то, чтобы хоть как-то мне объяснить мне всё. Уже с строгостью в голосе сказала Алёна. Как иронично, что за эти десять минут, точнее за куда больше, чем половину от них, Маяковская и Семененко вполне себе, могут доехать до пункта назначения. Так и произошло. Всего через три с половиной минуты Лиля уже вышла из машины, а после тут же закрыла дверь, попрощавшись с Женей. Всё это время микрофон у неё был вырублен, так что Алёна не слышала ровным счётом, ничего. Семененко тоже попрощался с Маяковской, а после поехал подальше, не полностью отойдя от стыда, судя по тому, что его лицо ещё было красноватым. — У тебя ещё шесть с половиной минут. Я жду. С той же строгостью сказала Алёна. Маяковская недовольно закатила глаза и включила микрофон. — Ну, один Женя решил подвести меня до дома, при этом очевидно, не зная, что у меня есть девушка. Рассказала Лиля, доставая ключи из узкого кармана джинс свободной рукой. — И ты решила разыграть целое представление. Дополнила слова Лили Алёна. Маяковская усмехнулась и немногим позже уже прошла в подъезд, и ещё приблизительно через столько же уже ждала лифт. — Ну, да. Сказала Лиля, с лёгкой улыбкой. — Вот помнишь шутку про «дать или не дать»? Спросила Алёна. — Ну, да. Ответила Лиля. — Так вот. Если не дашь при первом удобном для нас обеих случае — я буду вынуждена искать способ тебя помучить. Ибо нефиг было меня пугать своим театром одной актрисы. Сказала Алёна. Маяковская хмыкнула. — Будет сделано. Шутя сказала Лиля. — Если ты щас по-солдатски честь отдала, я… Уж было начала Алёна, но не успела договорить из-за того, что Лиля перебила её засмеявшись. Косторная пару секунд сдерживала себя, а после тоже засмеялась. Спустя чуть меньше, чем минуту Маяковская была вынуждена попрощаться с Косторной и пожелать ей спокойной ночи, а после зайти в лифт и поехать на нужный этаж. Косторная, хоть и не была особенно рада тому, что их разговор получился короче, чем обычно, но тем не менее, попрощалась с Лилей и пожелала ей спокойной ночи. Спустя несколько минут Маяковская уже ложилась спать, поужинав и конечно же, выполнив оставшуюся часть сегодняшнего домашнего задания. Сегодня, как ни странно, она не забыла ничего из скажем так, состава своего предсонного обряда. Свет выключила. Гочник включила. Плюшевого тигра зажала в объятиях. Так и вскоре уснула.