Голос крови

      Утро понедельника в квартире Аллы Семенчук началось с суматохи, а все потому, что девушка, набегавшись за выходные, благополучно проспала, не услышав звонка будильника. Для того чтобы собраться и успеть на работу вовремя, надо было проявить чудеса скорости.       У девушки нашлось для этого действенное средство. Семенчук достаточно было представить пылающее праведным гневом лицо полковника Рогозиной, отчитывающей ее за опоздание, и сумму штрафа за это, как скорость включилась сама собой.       Мари тоже проснулась и с удивлением наблюдала за подругой, которая почти летала по квартире, едва касаясь ногами пола, успевая при этом преображаться на глазах.       Вот только-только она была в комнате в пижаме, а через пятнадцать минут стояла перед зеркалом в коридоре, полностью одетая и при макияже, поправляя поясок плащика, который смотрелся на ней просто изумительно. Семенчук сожалела лишь об одном, что сегодня ее не увидит главная модница ФЭС. Амелина была в отпуске.       Бросив еще один довольный взгляд в зеркало, Алла обернулась к подруге, которая вышла в коридор ее проводить.       — Еда в холодильнике! Ключи от квартиры на столике под зеркалом! Не скучай! Я позвоню! Пока! — протараторила Аллочка, чмокнула подругу в щеку и выпорхнула за дверь, на ходу включая сверхзвуковую скорость.       Мари закрыла за ней дверь и задумалась. Спать уже не хотелось. Дома, во Франции, она привыкла вставать рано. Поэтому девушка отправилась на кухню готовить завтрак.              

***

             На работу Алла успела. Когда у стойки секретаря появилась Рогозина, Семенчук занималась своими обычными делами.       Алла не забыла о своем намерении спросить у Майского про звонок. Однако сегодня майор был просто неуловим. С самого утра он мотался по городу, разбираясь с делом Громова. В ФЭС вернулся незамеченным, Аллы в тот момент не было на месте. Ее вызвала к себе Рогозина, а потом он всякий раз исчезал за несколько минут до того, как в помещении появлялась секретарь.       У Аллы сложилось стойкое впечатление, что Сергей просто избегает с ней встречи. Семенчук ничего не оставалось, как устроить майору настоящую засаду. В районе морга она его все-таки поймала.       Майский не успел войти в «царство Антоновой», когда услышал за спиной голос Семенчук.       –Сережа, привет, — поздоровалась Алла, заметив как спина майора вздрогнула.       Майский повернулся к девушке с улыбкой Чеширского кота на лице.       — Привет, Алла. Прекрасно выглядишь.       Семенчук была настроена решительно, поэтому пропустила комплимент мимо ушей.       — Майский, не заговаривай мне зубы! — прямо заявила она майору.       — Ты о чем? — удивился Сергей.       — Не прикидывайся, — отрезала секретарь. — Скажи мне, пожалуйста, что означал вчерашний звонок?       Майор на несколько минут задумался, а затем, видимо, приняв какое-то решение, открыл дверь морга, приглашая Семенчук войти. Алла колебалась. Она ненавидела трупы и обходила вотчину Антоновой десятой дорогой, появляясь в морге исключительно по делу.       — Сейчас ты все поймешь, — тихо сказал майор.       — Валюша, привет! — громко поздоровался Сергей, обращая на себя внимание Антоновой, которая скрупулезно, что-то рассматривала под лупой, на теле погибшего, склонившись над прозекторским столом. Алла поздоровалась чуть тише.       — Привет, ребята. Чем могу помочь? — поздоровалась Валя и вопросительно посмотрела на коллег. Прихода Майского стоило ожидать, а вот появление Семенчук стало для Антоновой неожиданностью. Патологоанатом знала, об отношении секретаря ФЭС к трупам.       — Валя, покажи нам тело девушки, найденной вчера в парке, — попросил Майский.       Антонова кивнула, подошла к холодильнику, открыла и выдвинула одну из полок, отбросив с лица убитой белую простынь.       — Мари! — непроизвольно вырвалось у Аллы.       — Я тоже так поначалу подумал, — заметил Сергей, — поэтому и позвонил удостовериться все ли у вас в порядке.       — Спасибо за беспокойство, — поблагодарила Алла, в глубине души коря себя за то, что напридумывала всякого.       — Не стоит, — ответил Майский, и сменил тему. — Валя, что можешь сказать по телу на данный момент, — обратился майор к Антоновой.       — Девушка. На вид 25-27 лет. Ножевое ранение в область сердца. Правда, края раны какие-то странные. Я сделала снимки и отправила Тихонову. Пусть разбирается. На этом пока все, — закончила свой короткий доклад Антонова.       — Спасибо, не будем тебя отвлекать, — сказал Майский и вышел из морга, забрав с собой Семенчук.       — Кстати, где сейчас Мари? — невзначай спросил Сергей, когда они шли по коридору в сторону рабочего места Аллы.       — Минут пятнадцать назад с ней разговаривала. Напомнила про сегодняшнюю экскурсию по вечерней Москве. Сказала, что вышла прогуляться, — ответила секретарь.       Получив ответ на свой вопрос, Алла с головой ушла в работу и вспомнила о разговоре с Майским только вечером, уже возвращаясь, домой. Она решила не рассказывать об этом Мари, чтобы не пугать подругу.       Лифт не работал, что в их доме случалось достаточно часто. Алла чертыхнулась про себя и потопала к лестнице, представляя себе бесконечные ступенчатые пролеты, которые ей предстояло преодолеть. «Еще и лампочки не везде горят, как пить дать!» — подумала Алла, начиная подъем.        Где-то между третьим и четвертым этажом света не было. Алла оступилась. В это же самое время раздался глухой звук, и девушку поглотила темнота.              

***

      Мари гуляла по Москве, пытаясь унять бушевавшие в ней чувства. Девушка была взволнована и расстроена. Она готовилась к встрече с особой тщательностью, намереваясь получить ответы на важные для нее вопросы. Мари появилась в назначенном месте, в кафе, за десять минут до назначенного времени и просидела в ожидании три часа. Никто так и не появился.       Сначала девушка подумала, что пришла не туда, но официантка, которая обслуживала ее столик, увидев адрес, подтвердила, что это то самое место. «Может у него не получилось прийти, и он перенес встречу, оставив мне сообщение?» — подумала девушка. Она проверила переписку, но новых сообщений не было.       В расстроенных чувствах Мари отправилась бродить по Москве. Звонок подруги застал ее на набережной Москвы-реки. Вода всегда ее успокаивала. Они мило поговорили. Алла напомнила о сегодняшней экскурсии и отключилась.       Мари еще немного погуляла и отправилась домой. Лифт не работал, и девушка пошла пешком. Там где свет не горел, приходилось пробираться на ощупь. Между третьим и четвертым этажами девушка наткнулась на что-то мягкое. Мари быстро нашла телефон, включила фонарик и едва не выронила его из рук. Перед ней на грязном кафельном полу распростерлось неподвижное тело Аллочки, а синий плащик пропитался кровью. Мари подскочила к подруге и сразу проверила пульс. Он был слабым, едва прощупывался, но Алла еще была жива.       Мари лихорадочно думала, что делать дальше, когда ее пронзила внезапная мысль. Она схватила свой рюкзачок и стала в нем рыться. «Она должна быть где-то здесь, — приговаривала девушка, продолжая поиски. Через несколько секунд, показавшихся Мари вечностью, она нашла то, что искала — кусочек мелованного картона с телефоном.       Быстро набрав номер и услышав в трубке заветное «Майский. Слушаю», произнесенное спокойным голосом, вселявшим надежду на лучшее, девушка сказала: «Сергей. Это Мари Буше! Срочно нужна ваша помощь! Вопрос жизни и смерти!»