Золото твоих глаз

— Ваше Высочество, — перед Джеком расстелили карту, пестрящую новыми обозначениями, а также немного сдвинувшейся вглубь линией фронта Гильбоа. — Геф нас давит. — И будет давить, пока мы сопли жуем, — зло ответил Джек, изучая карту. — Вот тут и тут их танки. А здесь почему мы отступаем? — Был приказ из столицы отвести войска вот к этой точке, — полковник Эшвард ткнул пальцем в карту. — И вооружение подошло к концу. — Ваше Высочество, мы солдаты короля и исполняем все приказы из дворца, какими бы они ни были, — вступился за полковника его товарищ по званию. — Но сейчас, если трезво смотреть на вещи… нас зажимают. Джек нахмурился. Он ожидал чего-то подобного. Запретить штабу войск слушаться приказов из Шайло он не мог. Что ж, попробуем действовать иначе… Через день его разведрота, доукомплектованная после разгрома в Лисьем лесу умелыми диверсантами, начала подрывную деятельность. Задачей были танки противника. Пока — только они. Территория, по которой они двигались, была сплошь знакомой. Земля, изрытая гусеницами «Голиафов» и окопами, словно стонала под ногами. Джек чувствовал всем собой, что творится что-то неправильное, неверное в корне, что нельзя было пускать противника так далеко. Вот только что он мог раньше с этим поделать? Когда опустилась ночь и начался дождь, Джек улыбнулся. Дождь — это отлично. В дождь часовые сонные и кемарят на постах. И они начали. Геф так быстро продвигался, что гелвуйские бойцы не успели поставить проволочные заграждения. И ребята Джека двинулись вперёд. Часовых они снимали бесшумно, без единого выстрела — просто перерезали горло и снимали оружие и боеприпасы. Подрывники, каждого из которых сопровождал боец, прилаживали взрывчатку на «голиафы». У Джека не было точных данных об уязвимых местах этих танков, но они были очень похожи на русские Т-90, а про те Джек знал всё — самая дешевая и оттого самая распространённая модель тяжёлого танка. Сделав своё дело, подчинённые Джека отошли. Выждав полчаса, он отдал приказ о подрыве. Громыхнуть должно было неслабо, да и про разлёт осколков забывать не стоило, но прятаться в зоне действия подрывной машинки было особо негде, только вжиматься в землю и надеяться, чтобы не задело или не заметил кто из выживших гефцев. — Контакт, — одними губами выдохнул Салливан и вдавил кнопку до упора. Целых три секунды ничего не происходило, а потом земля дрогнула, сверкнуло с запада и зарокотало. — Матерь божья, — выдохнул кто-то из бойцов Джека, когда засвистели над головами первые осколки. Кольцо на пальце Джека нагрелось, сжалось ещё сильнее, почти причиняя дискомфорт, но откуда-то сверху рухнуло что-то огромное, чёрное, закрывая собой всех, кто прятался от железной шрапнели, заслонило собой небо. — Защитник, — прошептал кто-то недалеко от Джека и забормотал молитву, совсем не христианскую. Чёрная тень не давила, не была тяжёлой. Куски разрывающихся на части «Голиафов» не вспарывали её, а вязли, словно в жевательной резинке, замедлялись и падали на землю, никому не причиняя вреда. — Мой король, — пронеслось тихое у самого уха Джека. — Верни то, что принадлежит Гильбоа. — Я верну, — от всего сердца пообещал Джек и добавил: — Я не возьму чужого. — Я тебя услышал, — прошелестела тень и сорвалась с места, взмывая в небо огромной чёрной птицей. — С нами Гильбоа, — зашептали солдаты. На уничтожение целой танковой роты противника с частью живой силы столица не отреагировала никак. А вот армия Гильбоа ликовала. Подбитый Шепардом «голиаф» выглядел случайностью. Но рота случайностью никак не была. Джек знал, что танков у Гефа не так уж и много. Два батальона, не больше. Уничтожить их будет сложно, но возможно. А дальше война пойдёт на равных. Ну и деморализацию противника не стоит сбрасывать со счетов. Гефцы слишком поверили в свою непобедимость. Уничтожение бронетехники их подкосит. И Джек следующим же утром добился того, чтобы его роту перекинули туда, где располагалась другая группа танков, но не ближайшая, а дальняя. История о том, что произошло во время первой операции, разлетелась, словно огонь по сухостою. В каждой палатке, в каждом окопе только и разговоров было о том, что Защитник проснулся и теперь следует за левым плечом Его Высочества. О короле и не вспоминал никто, словно Сайласа и не было больше. Вторая диверсионная операция далась почти так же легко, как первая — гефцы попросту не успели очухаться и хоть что-то предпринять. Несмотря на все современные средства связи, у Джека сложилось впечатление, что приказ об усилении ночной охраны танков до танкистов не дошёл. Гефцы даже поленились отвести машины подальше от линии фронта. Погода была на стороне Джека. И в эту ночь лило как из ведра, задувал холодный ветер, глуша шаги и заставляя часовых смотреть не на гелвуйские позиции, а туда, где можно хоть что-то разглядеть. Но как бы то ни было, стоило всё равно действовать как можно более осторожно. Чёрные тени сновали вокруг танков, подлезали под них, устанавливая взрывчатку, точно так же как и в прошлый раз снимая часовых, заснувших рядом со своими машинами танкистов. И всё это без единого звука. Лишь один раз не вовремя решивший прикурить солдат в неровном свете зажигалки увидел что-то или кого-то. Но крикнуть или выхватить пистолет он не успел, ночная темень, словно живая, обхватила его, сжимая в объятиях до хруста костей, а на землю часовой рухнул уже мёртвым. — Аккуратнее, мой король, — отозвалась темнота. — Благодарю, Защитник, — отозвался Джек. В этот раз его отряд отступил дальше и укрылся в окопах, чтобы не попасть под разлетающиеся осколки. Но Джек всё равно чувствовал, что Защитник где-то рядом, словно и правда за плечом стоял, иногда из-за него выглядывая. Солдаты не видели тени, ничто не укрывало их в этот раз, но они не боялись. И снова столица молчала. Закончилась взрывчатка, гефцы насторожились и усилили охрану. Джек поднял все свои и не свои связи, чтобы достать С4 и противотанковые мины. Искали всем штабом. Кое-что Джеку приходилось покупать на свои деньги, но это не имело значения. Гефские танки продолжали обстреливать гелвуйские позиции, и Джек диву давался: война шла не первый год, у Гильбоа не было даже противотанковых ружей, но «голиафы» продвигались вперёд очень медленно для современных танков. Они были исправны — Джек это знал точно. Боеприпасов хватало. Получалось, Геф просто… не умел воевать танками? Совсем не умел? И вместо того, чтобы утюжить гусеницами живую силу противника и разносить укрепления, тяжёлые русские танки с новыми названиями использовались просто как артиллерия? У Джека всё это не укладывалось в голове. Как бы то ни было, сдаваться Геф не собирался, наоборот, выучив горький для себя урок, сплотился, сбил войска плотнее, ощетинился во все стороны, явно опасаясь того, что Гильбоа сумеет ударить и в спину, найдя даже минимальную брешь. И это заставляло Джека гордиться своими ребятами, всеми, кто держал оружие, несмотря на техническое и численное превосходство противника. Собой же гордиться Джек попросту не умел. Для Сайласа он всегда был недостаточно хорош, как бы ни рвался. Раньше сестры начал читать? Ну так литературу не ту выбирал. Хвалили учителя? Конечно, разве они могли ругать принца? Оказался лучшим в выпуске в военной Академии? Так почему не лучшим за всю её историю? И так во всём. Только сейчас Джек чувствовал себя нужным, действительно ценным. Он чувствовал веру людей, ощущал поддержку от родной земли и мог поклясться, что слышит биение чьего-то сердца рядом. Все старания гефских войск ни к чему не привели. Их начали теснить к реке Изобилия, сначала медленно, а потом всё быстрее. Да, диверсионное спецподразделение больше не взрывало целые танковые роты, но хотя бы один танк выходил из строя каждую ночь. Кончилась взрывчатка — Джек заказал сахар-песок. Пара килограммов в бензобак портила двигатель танка раз и навсегда. Конечно, стрелять такой танк мог… но линия фронта двигалась на север, и неизбежно наступал момент, когда танк с экипажем оказывался отрезан от своих. Сколько можно просидеть в бронированной холодной коробке без еды и воды? Не так уж долго. В одну из ночей, когда Джек ещё не успел устроиться на узкой койке, полог его палатки колыхнулся, в самом тёмном углу одна из теней налилась угольной чернотой, а где-то примерно на высоте человеческого роста вспыхнули жёлтым огнём глаза. — Ты выполняешь обещание, мой король. Гильбоа набирается сил. Что ты хочешь за это? — Ничего, — удивился Джек. — Я служу своей стране, в этой возможности и есть награда. — Это что-то новое, — протянул Защитник. — Короли всегда что-то требовали. Хотя корону ты пока ещё не надел. — Вот когда мы победим Геф, тогда можно будет и о короне подумать, — признался Джек. — Но вряд ли король публично признает меня наследником. Он никогда не отдаст власть в мои руки. Я же порченый. — Это не ему решать, — взгляд Защитника ярко вспыхнул. — Это никогда не было в его власти. Гильбоа всегда выбирает достойных и может легко изменить своё мнение. Как это случилось с двумя последними королями. Власть развращает даже лучших, будущий король Джек. — О да, — согласился Джек, совершенно не удивлённый явлением непонятно кого. Будто они всегда были знакомы. — Но для того ведь ты и есть, чтобы выдать леща, если король зарвётся? Глаза Защитника поблекли. — Кольцо на твоей руке не даёт мне ничего сделать против. Любой приказ. Любое… желание, мой король. — Тогда я желаю, чтобы ты отправился отдыхать, — тут же сказал Джек. — Ощущаешься усталым. У нас пока передышка между боями, но когда мы начнём скидывать Геф в реку, может понадобиться твоя помощь. Огненные глаза снова засияли ярче, но лишь на мгновение, и чёрная тень медленно начала истаивать. — А ты интересный, мой король.