Пыль

      Утро выдалось тяжелым, будто бы Коля был с серьезного бодуна. Голова раскалывалась. Его успокаивало только одно: сегодня была суббота, а значит, в школу идти было не нужно.       Однако долго радоваться не пришлось: когда Коля наконец-то смог продрать глаза, он вспомнил, что у него имелись дела поважнее.       Коля с детства не мог похвастаться послушанием. Если в начальной школе он переживал о том, что заставляет деда — единственного своего близкого человека — волноваться, то к средней понял, что быть послушным и не палиться — это совершенно разные вещи.       Именно эту, крепко впечатавшуюся в сознание истину, Коля решил приложить и к рекомендациям Максима. Он просил не пытаться ничего вызнать и оставить это дело профессионалам? Что ж, Коля планировал сделать так, чтобы мент попросту ничего не узнал о его попытках. По крайней мере, если они не увенчаются успехом.       Этим утром Коля провел в душе рекордное количество времени. Он стоял под горячими, почти обжигающими струями так долго, что на бледной коже начали появляться красные пятна. Но даже это не помогло окончательно прогнать мерзкие видения, которые теперь стали его незваными, но очень верными корешами. Как компания, которой ты по дурости задолжал денег.       Стоило Коле закрыть глаза или надолго остаться наедине со своими мыслями, как в голове всплывали образы мертвых девчонок. Синяки на груди, обезображенные лица. И, главное, запах.       Ему хотелось с кем-нибудь это обсудить. Коля знал, что дед видел трупы. Догадывался, что Афганистан оставил на нем не только физические увечья в виде осколочного ранения под ключицей и плохо сгибающейся руки, но начинать разговор стеснялся. Коля знал, что дед не любит об этом вспоминать. И, в принципе, теперь понимал, почему.       После получаса, проведенного в кипятке, Коля наконец-то сумел хоть немного отвлечься.       — Хули они нормально-то не растут? — недовольно произнес он, разглядывая в зеркале свое лицо.       Вообще, борода у Коли имелась. Но, во-первых, ее никак нельзя было назвать густой, во-вторых, из-за белесого цвета волосы можно было увидеть лишь при определенном освещении.       Впрочем, заросли на лице Коле нужны и не были, он хотел лишь заполучить наконец на своих щеках нормально выглядящую щетину. Поэтому, игнорируя всякую логику, упорно продолжал сбривать свой пушок.       Вот и сейчас он тщательно водил по щекам бритвенным станком, снимая с них пену. Сегодня ему, как никогда, важно было выглядеть хорошо. Закончив с водными процедурами, Коля достал из глубины шкафа коробку с кроссовками. Белые, почти не ношенные адики, которые он заказал прошлой осенью. Мало того, что на них пришлось копить, отдав солидный кусок нескольких зарплат, так дед еще и забирать их ездил в соседний город. И хотя визуально они мало чем отличались от пали, в которой ходил весь город, по удобству им не было равных. Коля, как умел, берег эти кроссовки.       — Ты куда так рано? — с подозрением поинтересовался дед, когда Коля, уже стоя в коридоре, натягивал на себя куртку.       — Гулять, — неопределенно ответил тот.       — В десять утра? В субботу?       — Да, — Коля улыбнулся, — погода сегодня так и шепчет.       — Колька, вот только не вздумай опять в неприятности вляпаться, — пробурчал дед, вытирая руки.       Сегодня он разделывал мясо, привезенное из деревни очередным сослуживцем. Большая часть соблазнительной свиной туши как обычно пойдет на заморозку, но что-то дед обязательно приготовит. Коля мечтательно улыбнулся, представляя сегодняшний обед или ужин.       — Я серьезно, Коля, еще одной поездки в милицию я не выдержу, — повторил дед.       — Я правда гулять, дойду до Пашки, — произнес Коля, отсалютовав ребром ладони.       — К пустой голове… — недовольно начал дед.       — Знаю, знаю, — кивнул Коля. — Помощь моя нужна или могу вернуться вечером?       — Гуляй, — махнул рукой дед, закрывая за ним дверь.       Коля не соврал, но в то же время оградил деда от лишних переживаний. Он действительно собирался встретиться с Пашкой, вот только знал, что дед вряд ли помнит, что тот не пошел в десятый класс, и уже почти два года как перестал быть его одноклассником.       Паша учился в местной шараге, точнее больше делал вид, будто постигает азы слесарного искусства, а на деле же тусил с пацанами.       Сегодня у Паши было всего две пары, последней из которых стояла физра, поэтому Коля отправился прямиком на поле, по которому в марте несчастные студенты уже вовсю наворачивали круги.       Впрочем, прямой дороге пришлось сделать крюк, когда Коля вдруг понял, что забыл заскочить в ларек.       — Три пачки винстона, пожалуйста, — произнес он, хлопая себя по карманам в поисках денег.       Продавщица положила на прилавок сигареты, а Коля протянул ей две мятые купюры.       Выходя, он поплотнее запахнул куртку и тяжело вздохнул. Остатки его зарплаты таяли на глазах. Самому Коле, конечно, не нужно было столько сигарет разом, он легко мог растянуть три пачки до следующего аванса. Однако он знал, что Паша нигде не появляется без сопровождения своих верных корешей, которые курили как паровозы.       Эти пацаны не относились к категории тех, кто мог начистить Коле рожу, но все-таки были не самыми приятными ребятами. Мелкая, но очень назойливая гопота с района. Одинаковые коротко, но не налысо бритые головы, одинаковые трико. Они не были братьями, но были очень похожи друг на друга. И судьбы их ждали одинаковые.       В принципе, именно такая компания была нужна Коле для расспросов. Они вряд ли знали что-то серьезное, а если и знали, то точно не имели к этому прямого отношения, но легко могли заметить нечто на первый взгляд незначительное. Что-то, до чего менты никогда бы не докопались сами.       Коля несколько раз гулял в этой компании и знал, что эти пацаны нормально общаются только с теми, кому есть что предложить. Поскольку работать им было слишком сложно, а настоящими преступлениями они не занимались, то всегда были на мели. Колины сигареты, вместе с его желанием ими делиться, должны были зайти на ура.       То ли Коля опоздал, то ли пара закончилась гораздо раньше, но когда он пришел, вместо мирно бегающих студентов его ждало пустое поле и веселая компания, сидящая в дальнем углу на невысоких брусьях для отжиманий.       Помимо Паши там тусили два парня и две девчонки. В их руках виднелись открытые банки пива. Они хохотали. Коля тяжело вздохнул и мысленно попрощался со всей своей заначкой.       — Здарова, — широко улыбнулся Коля, — Яков, Дима, Пашка, — он по очереди пожал руки всем парням. — Привет, девчонки.       — Привет, — сухо ответила симпатичная брюнетка. Коля видел ее всего раз и не был уверен, но, кажется, ее звали Катя.       — А кто это тут у нас, — крашеная блондинка с волосами до задницы, ярко алыми губами и криво пробитым носом, из которого торчал искрящийся зеленый камешек, отреагировала на его приход с куда большим интересом.       — Диана, — глухо произнес Коля, обнимая девушку, которая, не теряя времени даром, уже пролезла под его рукой.       — М-м-м, акс, — прошептала она Коле на ухо, едва ли не облизав его.       Тот лишь кивнул. Он действительно пользовался этим, слишком сладким на его вкус, дезодорантом. В основном потому, что девчонки, по непонятной причине, считали этот запах жутко сексуальным.       В любое другое время он бы обрадовался тому, что она заметила, но сейчас это оказалось некстати. Во-первых, от самой Дианы уже изрядно пахло пивом, во-вторых, Яков как-то подозрительно напрягся. Злить его не хотелось, поэтому Коля аккуратно, будто бы невзначай вывернулся из непрошенных объятий.       Вообще, Дианка не была чьей-то девушкой, зато была местной звездой. Если где-то намечалась пьянка, то с почти стопроцентной уверенностью можно было сказать, что она будет там. Ее короткая, едва прикрывающая поясницу куртка и огромные каблуки давно стали символом того, что кому-то из пацанов скоро обязательно перепадет. Вероятно, сегодня на это рассчитывал Яков. Коля был не против, пусть сами разбираются. Он сам бы скорее выбрал куда более прилично одетую Катю, чем разукрашенную Дианку. Но не сегодня. Сегодня у него были дела поважнее.       — Посидеть решили? — поинтересовался Коля, кивая на банки пива.       — Угу, — Пашка кивнул в ответ.       — Покрепче бы чего, — пробормотал Дима, под горло застегивая капюшон куртки.       Коле тоже было холодно, но идея еще и повысить градус его не особенно радовала. Однако, когда все остальные, включая молчаливую Катю, согласно закивали, он спорить не стал.       — У кого сколько? — поинтересовался Яков, выгребая из кармана мелочь.       Паша достал из рюкзака еще меньше, чем Яков. Дима и Катя протянули по мятой пятидесятирублевой купюре, Диана же вовсе не дала ничего, кроме своей широкой улыбки. Коля с трудом подавил желание закатить глаза и вытащил из кармана две сотки.       — Ух ты, гуляем, — Яков заулыбался.       — Зарплата была недавно, — соврал Коля.       — Ты к нам почаще заглядывай, — Яков по-свойски пихнул его в плечо.       — Посидим на коттедже? — Диана поправила хвостик.       — Да ну, дубак же, лучше в падике, — заспорил Дима.       — Не переживайте, мальчики, я вас согрею, — пропела Диана, и Коля ощутил острое желание вновь оказаться под обжигающими струями душа.       А еще он успел представить, как в подъезд выходит какая-нибудь бойкая старушка, видит пьяную компанию, расположившуюся рядом с ее любимыми цветочными горшками, и, недолго думая, вызывает милицию. Нет, за такое дед его реально грохнет.       Заброшенный коттедж же стоял посреди нелюдимой лесопосадки. Сейчас в городе вряд ли бы нашелся человек, который мог бы рассказать о том, кто и для чего решил строить дом посреди леса. Однако факт оставался фактом, коттедж не был достроен и стал летним приютом бомжей. Зимой и ранней весной же там обитали подростки, которым некуда было приткнуться.       — Не, с падика гонять начнут, как обычно, — произнес Коля. — Давайте реально на коттедж. Там не ветрено, и под градусом точно не замерзнешь.       На том и порешали. По пути заскочили в магазин, и теперь в пакете, который нес Яков, звенели бутылки. Денег, что они насобирали, хватило на две водки, апельсиновый сок, пару пакетов чипсов и шоколадку для девчонок.       Коттедж встретил их уютной тишиной и плотным, еще не успевшим растаять снегом на местами отбитом красном кирпиче. Вообще, Коля любил это место. Компании тусовались здесь в основном по выходным, а в будни на заброшке было немноголюдно. Он ходил сюда курить, если нужно было побыть наедине со своими мыслями.       Сейчас это было бы особенно кстати. Коля, не задумываясь, назвал бы десяток людей, с которыми бы провел время с куда большим удовольствием, уже не говоря о том, что легко бы нашел, чем заняться в одиночестве. Но дело есть дело, даже если ты сам себе его придумал.       Разливать Яков начал сходу и очень помногу. Коля с Катей пили водку, разбавленную соком, остальные же употребляли чистую. Причем если Кате никто не сказал ни слова, то Коле пришлось буквально с боем защищать свой пластиковый стаканчик. Сказать, что не привык пить субботним утром, он не мог, поэтому пришлось на ходу выдумывать что-то о том, что он пьет антибиотики и боится мешать. То ли они поверили, то ли прикинули и поняли, что так самим больше достанется, но, по крайней мере, отстали.       Следующие минут пятнадцать все вспоминали свой опыт смешения водки и медикаментов. Впрочем, антибиотиками там даже и не пахло: таблетки, в основном, были куда серьезнее.       Пару-тройку импровизированных рюмок спустя все заметно расслабились. Коля, который успел сделать лишь несколько мелких глотков, достал из кармана предусмотрительно купленные сигареты. Пачка пошла по кругу.       Коля наблюдал за тем, как огонек зажигалки скачет от сигареты к сигарете, и думал, как бы аккуратно, не привлекая к себе еще больше лишнего внимания, поднять тему, которая его сюда и привела. К его удивлению, ему помог Димон.       — Что там по мертвым девчонкам? — невзначай поинтересовался он, открывая пачку чипсов.       — Это надо Коляна спрашивать, — мрачно хохотнул в ответ Пашка. — Он же их нашел.       — Реально? — Яков нахмурился.       — Типа того, — кивнул Коля.       — И как оно?       — Мерзко.       С минуту все молчали, не находя слов, потом Дима поинтересовался:       — Общагу вашу оставили в покое или все так и ходят?       — Оставили, — буркнул Яков. — С утра, когда уходил, еще видел этого мента молодого, все рыщет чего-то, но хоть по комнатам ходить перестали.       — А что ищут-то? — осторожно поинтересовался Коля.       — Сутенеров, — хмыкнул Яков. Коля приподнял брови, и он пояснил: — Какой-то долбаеб — вот бы узнать какой — сказал, что кто-то из наших искал девок в проститутки. — Коле показалось, что во взгляде, который Яков на него бросил, читалось раздражение. — Теперь на ушах все стоят.       Коля очень удивился и вместе с тем разозлился. Проституция — это ведь самая логичная, буквально плавающая на поверхности мысль. Не сказать, что она не приходила ему в голову, но он точно не заострял на ней внимание. Его гораздо больше интересовало, кому мог понадобиться список развязных девчонок, чем для чего он мог им понадобиться. Коля мысленно выругался. Вот вам и игры в детектива.       Впрочем, у него имелось некоторое оправдание собственной недальновидности. Конечно, Коля подумал о продаже секса и тогда, когда Максим сказал, что одному человеку не нужно столько знакомств, и тогда, когда Генка говорил о расточительности Маринки, которая почему-то плюнула на разбившийся телефон, но он не мог всерьез в это поверить. Сутенеры? Вербовка в проститутки в их захолустье? Да кому это нахер надо, когда здесь на каждой улице бродит десяток таких, как Дианка? Какой дебил станет платить реальные бабки, если любая из них с радостью отсосет за пластиковый стаканчик самой дешевой водки?       Те, кто не знает этих мест, подсказал Коле внутренний голос. Приезжие. Перед его внутренним взором возник образ хмурого Максима. Коля тут же сам себя одернул. Да нет, не может этого быть. Максим же здесь вырос.       Пока Коля был занят своим мысленным диалогом, Пашка начал разливать еще по одной. Коле пришлось залпом допить свою разведенную водку и подставить стаканчик. Желудок жалобно сжался.       — Ментам надо не шарагу шерстить, — произнес Дима, закусывая чипсами. — Пусть сходят к Шату, пацаны с четвертого курса говорили, что он искал ребят, которым деньги нужны. Он наркотой банчит, но там команда подобранная, свои пацаны. Может, реально сутенеров новых искал, — он хохотнул.       А вот эта информация Колю уже порадовала. Нет, конечно, он знал о том, что в шараге есть ребята, приторговывающие наркотой, даже более того, сам пару раз покупал у них траву. И, разумеется, Коля понимал, что они явно работают на кого-то старше, но реальное погоняло слышал впервые. Вот бы Максиму выйти на этого Шата, глядишь, что-то бы стало понятнее.       — Кто такой Шат? — осторожно поинтересовался Коля.       — Барыга местный, — Дима пожал плечами.       — Слышь, Димон, ты варежку-то прикрой, — сквозь зубы произнес Яков.       — А чего? Все ж свои, — Димон пожал плечами, а Яков бросил выразительный взгляд сначала на Колю, а затем на Катю. И Коля очень легко понял, кого именно из присутствующих Яков не считает своими, но вот Дима этого, вероятно, не понял, потому что продолжил, как ни в чем не бывало: — Ты ж сам хотел работать с Шатом.       — Димон, ты долбаеб? — Яков сжал руки в кулаки, и Коля заметно напрягся.       Вот только драки им здесь и не хватало. На удивление, ситуацию очень быстро и технично спасла Диана. Она повисла у Якова на руке и что-то зашептала ему на ухо. Постепенно его лицо разгладилось, а вскоре и вовсе зацвело улыбкой. Повезло, что Дима тоже не оказался злопамятным. Он чего-то пробурчал, но конфликт развивать не стал. Видимо, это у них было обычным делом.       Колина пачка еще раз прошла по кругу, а затем Дианка вдруг потянула своего кавалера чуть в сторону от остальных. Яков не стал сопротивляться, и они скрылись за углом коттеджа, хором бросив:       — Мы скоро.       Оставшиеся выпили еще по одной, и Димка попросил Колю рассказать, как обстоят дела в школе, в которой еще недавно учились почти все из присутствующих. Пока Коля рассказывал про окончательно поехавшую русичку, Катя, которая, судя по всему, к тому моменту заметно расхрабрилась, подошла к Пашке и поинтересовалась, могут ли они поговорить. Слегка очумевший Пашка кивнул, и еще одна парочка скрылась за углом. Коля не мог поверить в свое везение. У него тут же созрел план.       — Димон, — произнес Коля, прикуривая, — а можешь свести меня с этим Шатом?       — Зачем? — недоверчиво поинтересовался Дима.       — Ты сказал, он ищет тех, у кого с деньгами напряг. Заебало в ларьке ишачить, давно подработку нормальную ищу, но никто раньше подобного не предлагал.       — Так Шат недавно появился, все здесь причесал, но ты тут особо не надейся, он из своих обычно выбирает. Мы с Пахой хотели товар развозить, не дал. Без зависимостей надо, — Дима сплюнул. — Хотя ты, вроде, не куришь особо, может, и есть шанс.       — Или так, или, может, реально какая-то другая работа будет. Звучит так, будто человек серьезный. — Коля заметил, что Дима все еще сомневается, и добавил: — Реально задолбался, дед денег вообще не дает. По-братски, поделись контактом Шата, я уж сам с ним там побазарю.       — Да не знаю я его. — Димон слегка поник. — Он с нами не общается напрямую, через старших все разговоры.       Коля с трудом удержался от мощного: «Блядь». Все здесь строят из себя кого-то важного, а на деле, копнешь, собачьи блохи и то работу поважнее выполняют.       — Ну дай, что ли, номер кого из старших.       Коля едва успел записать последние цифры, как неподалеку раздались чужие, громкие голоса. Вернулись Яков с Дианкой, но вместе с ними в дверной проем коттеджа внезапно протиснулись еще трое пацанов. Раньше Коля видел их настолько мельком, что даже не мог и имен-то толком назвать. Но, судя по всему, это и были старшие. Не было никаких сомнений в том, что их позвал Яков. По выражению их лиц Коля понял, что они здесь явно по делу. Он жопой почуял беду.       — Здарова, — произнес рослый почти уже мужик с армянским профилем. Кажется, его звали Артур, но Коля мог ошибаться. — Ты Коля?       — Да, — он кивнул.       — Говорят, это ты нашел девок и натравил ментов на шарагу? — Артур сделал несколько широких шагов на встречу.       — Не… — Коля не успел договорить, потому что кулак Артура внезапно и без всякого предупреждения прилетел ему в челюсть.       Стаканчик с водкой вылетел из рук Коли, он успел увидеть смазанное пятно, направляющееся к его лицу, затем ощутил обжигающую боль и услышал, как Дианка взвизгнула.       — Хули ты здесь все выспрашиваешь? Что ты хочешь от Шата?       — Пацаны, вы совсем одичали? — Коля потер поврежденное место.       — Я спросил, что тебе нужно? — четко, почти по слогам проговорил Артур, а затем, недолго думая, вновь наградил Колю ударом, который на этот раз пришелся в ухо. — Тебя менты подослали?       Коле, который теперь слышал только звон, отчаянно хотелось ответить. У него буквально чесались кулаки. Но нападавших было заметно больше и вели они себя совершенно неадекватно. Коля боялся. Как выяснилось, не зря. Один из дружков Артура, настоящий громила, вдруг вытащил из кармана перочинный нож.       — Никто меня не подсылал, ни о чем я не выспрашиваю. Просто к слову пришлось, — ответил Коля, сплевывая.       Он молился, чтоб Дима его не сдал, и, к счастью, тот молчал. Вероятно, сам здорово испугался.       Артур кивнул своему дружку, и тот подставил нож к горлу Коли. Коля попытался отступить, но когда почувствовал на коже холодное лезвие, замер.       — Клянусь, я просто решил бухнуть с друзьями. — Коля попытался поймать взгляд Якова, но тот испуганно смотрел в землю. Похоже, сам не ожидал, как все обернется.       — Еще раз тебя увидим, глотку перережем. Ясно?       — Ясно, — Коля тяжело сглотнул.       Артур кивнул, и громила убрал нож, не поленившись, впрочем, оставить на шее Коли тонкий порез. Дианка взвизгнула еще раз, наверное, увидев кровь. Артур тоже не поленился закрепить свой урок — третий удар пришелся Коле прямиком в переносицу. Он почти сразу почувствовал солоноватый привкус на своих губах. Голова закружилась, Коля попытался присесть на кирпичную кладку, но промахнулся и оказался на земле. Послышался гогот.       — Не, этот вряд ли может работать с ментами, — подытожил Артур.       Коля не мог сказать, куда делись все его спутники, также как не мог вспомнить, как добрался до дома. Из разбитого носа хлестала кровь, а голова отчаянно трещала.       Дома было очень тепло, судя по звуку, в сковородке уютно шкварчало мясо, но запаха Коля не чувствовал. Похоже, этот долбаеб все-таки сломал ему нос. Коля очень хотел, чтобы дед не увидел его в таком состоянии, но понимал, что пройти незамеченным вряд ли удастся. И оказался прав, Коля еще не успел разуться, как в коридоре возник дед. На его плече висело полотенце, он улыбался.       — Блядь, Колька, что с тобой? — его улыбка почти мгновенно погасла.       Коля молча снял окровавленную куртку. Ему было стыдно за то, что он опять заставлял деда нервничать.       — Мелочи, — проговорил Коля. — Щас умоюсь, и все будет нормально.       Внезапно Колю повело, и он с трудом устоял на ногах.       — Господи, — дед взял его за локоть, — иди ляг.       Коля не стал сопротивляться и позволил довести себя до кровати. Дед намочил полотенце и аккуратно протер его лицо.       — Кто тебя так? — хмуро поинтересовался дед.       — Да так, случайность.       — Случайность? Блядь, Коля, это что, порез? — дед провел полотенцем по его шее.       Коля не ответил.       — Я вызову скорую.       — Нет, не надо, они позвонят в милицию.       — И правильно сделают!       — Нет, не надо, — повторил Коля и протянул руку, чтобы остановить деда, который уже начал подниматься с постели. — Пожалуйста, не надо, все будет намного хуже.       — У тебя, скорее всего, нос сломан, Коля, — тихо проговорил дед. — А вдруг сотрясение?       — Завтра схожу в больницу. Только не вызывай никого.       — Во что ты вляпался? — дед тяжело вздохнул.       — Ерунда, — Коля попытался улыбнуться.       Дед больше не стал его мучать, намазав наливающиеся синяки бадягой и дав выпить пару таблеток обезболивающего, оставил несчастного Колю спать.       Впрочем, долго отдыхать Коле не посчастливилось. По его ощущениям, успела пройти всего пара минут, когда дверь его комнаты вновь распахнулась. Он прищурился и обнаружил, что на пороге стоит вовсе не дед.       — Серьезно? — протянул Коля, увидев Максима со стаканом шипучей жидкости в руке.       За окном уже темнело, и Коля понял, что проспал гораздо дольше, чем думал. Он и чувствовал себя уже гораздо лучше.       — Выпей, — мрачный Максим протянул ему стакан.       Коля не стал сопротивляться. Он поднес лекарство ко рту и вдруг отметил, что от шипучки слабо пахнет апельсином. Похоже, с носом все было не так уж и плохо.       — Вот так, по-твоему, не вляпываются в неприятности? — Максим без спросу сел на край Колиной кровати.       Коля сделал пару крупных глотков из стакана.       — Рассказывай, что произошло.       — Да так, ерунда.       — Коля, блядь, у твоего деда голос дрожал от страха, когда он мне звонил.       — Думаешь, я специально? — ощетинился Коля.       — Думаю, ты влез, куда не просили. Это как-то связано с трупами? С наркотой? Я могу попытаться тебе помочь.       — Еще раз повторяю, я здесь ни при чем.       — Я могу осмотреть твое лицо? — вдруг перевел тему Максим и, заметив непонимающий взгляд Коли, объяснил: — Иван Петрович волнуется, что у тебя перелом.       — Валяй, — согласился Коля.       Максим пододвинулся чуть ближе и аккуратно прикоснулся к Колиному подбородку. Его руки оказались на удивление прохладными, за что поврежденная кожа была очень благодарна. Максим действовал уверенно, но в то же время мягко и почти безболезненно. Лишь когда его пальцы коснулись носа, Коля вскрикнул.       — Потерпи, — спокойно произнес Максим, и, подключив вторую руку, нажал чуть сильнее. — Я, конечно, не рентген, но, кажется, в порядке твои кости, — закончив постукивать подушечками пальцев по всему лицу, наконец заключил он. — Тебя били очень грамотно, чтобы было больно, но без серьезных последствий.       — Я просто подрался, — упрямо продолжил настаивать на своем Коля.       Неожиданно Максим взял его за руку, лежащую на одеяле.       — Чего бля… — начал Коля, слегка дернувшись, отчего ухо вдруг заныло.       Максим не дал ему забрать ладонь, вместо этого несколько раз перевернул руку и, оглядев ее со всех сторон, проговорил:       — На костяшках ни пятнышка. Чем ты дрался? Силой мысли?       Коля грубо выдернул руку.       — Я понимаю, что тебе кажется, будто ты делаешь что-то благородное, понимаю, что, возможно, ты даже боишься. Но засунь свои понятия в жопу, взрослые люди понимают, что просить о помощи — это нормально. Я, может, и дебил, но я до сих пор верю, что ты не виноват в смертях этих несчастных девочек. И я точно знаю, что ты ввязался в какое-то говно.       — У меня все в порядке, — медленно и почти по слогам произнес Коля.       Ему стоило больших усилий не рассказать все Максиму прямо в эту же секунду, но тот был прав, Коля боялся. А еще ему почему-то казалось, что Максим поднимет его на смех, узнав о тупом расследовании, что он затеял, и это отчего-то особенно сильно расстраивало. Кроме того, Коля не был до конца уверен в том, что Максиму можно было доверять. Очень хотел, но не мог поверить, потому вот все, что он говорил, звучало слишком сказочно и хорошо. Ну в самом деле, какое дело могло быть взрослому и состоявшемуся менту до судьбы какого-то одиннадцатиклассника? Коле казалось, что здесь, во всей заботе Максима, есть какой-то подвох, но он никак не мог понять, какой именно.       — Отдохни. Почини лицо и хорошенько обо всем подумай, а когда надумаешь поговорить, приходи. Моряков, 12, третий этаж, — произнес Максим, поднимаясь с кровати. — Будем вместе надеяться, что пока ты борешься со своей подростковой дуростью, никто больше не умрет.       Сердце Коли екнуло от страха.