Пыль

      Домой Коля пришел уже по темноте. Он долго петлял дворами и много думал, потом почти час сидел, зависнув на ржавой качели, которая стояла у их с дедом подъезда столько, сколько Коля себя помнил.       Именно на ней он сделал первое «солнышко», крутанувшись на триста шестьдесят градусов с такой скоростью, что аж дух захватило. С нее же он потом, пару лет спустя, упал и получил сотрясение мозга. Коля до сих пор мог в деталях вспомнить, как покрашенное свежей оранжевой краской сиденье ударило его в висок. Нынче от краски остались лишь воспоминания: деревяшка была облуплена и изрисована волосатыми членами.       На этой же качели Коля впервые поцеловался. Не с Соней, к которой он тогда и подойти-то боялся, с Алиной — девчонкой на пару лет старше, с такой же репутацией, как у Дианы. Через год после этого несмелого поцелуя с привкусом яблочных сигарет «Kiss» она родила ребенка. К счастью для пятнадцатилетнего Коли, не зашедшего дальше прикосновений, не от него.       Интересно, через сколько лет родит Дианка? И будет ли она счастлива?       Как Коля ни старался отвлечься от всего происходящего, глупые, грустные и попросту мерзкие мысли продолжали лезть ему в голову. Он понимал, что ему надо передохнуть хотя бы для того, чтобы на завтра с новыми силами броситься в разгадку тайн, но выходило скверно. Будто бы мозг понимал, что Коля уже почти ничего не мог сделать и отказывался работать. От этого он лишь еще больше злился.       Наконец-то вернувшись домой, Коля нацепил на себя беспечную улыбку, но все же не смог провести деда.       — Долго же тебя не было, ты бы хоть позвонил, — пробурчал тот, возникнув на пороге едва ли не раньше, чем Коля со скрежетом повернул ключ в старой железной входной двери.       — Что с тобой? Что случилось? — не дожидаясь ответа, спросил дед, успев лишь мельком взглянуть на его лицо.       — Дед, есть пиво? Разговор будет долгим, — улыбнулся Коля, отправляя куртку на вешалку.       — Коля, не борзей, — пробурчал дед. — И ты меня пугаешь. Говори быстро, в чем дело.       — Да шучу я, шучу, — Коля примирительно выставил руки. — Я в порядке, но разговор и правда будет длинным.       Коля так хотел разделить ношу, камнем висящую у него на груди, что рассказал деду все, упустив лишь то, как они с Максимом целовались. Как бы Коля ни храбрился, история, в которую он вляпался, пугала его до чертиков. И если будучи рядом с Максимом он еще мог как-то бороться с объявшим его ужасом, мог переключать свое внимание на какую-то справедливость и желание помочь, то сейчас он был совсем без сил. И как бы Коля ни убеждал себя в том, что дед все равно скоро все узнает, он затеял этот разговор в первую очередь для себя самого.       Когда Коля в своем рассказе дошел до изнасилования Сони, дед сам принес ему пиво. Впрочем, как и во время первого разговора с Максимом у него дома, алкоголь оказался плохим спутником для подобных бесед. Коля выпил пару глотков и больше не притронулся к банке.       Когда он закончил, дед сурово на него посмотрел и произнес:       — А ну-ка вставай.       Коля, никак не ожидавший подобного поворота, молча подчинился. Дед мигом заключил его в крепкие объятия.       — Я так горжусь тобой, Николаша.       Он не называл его так с самого детства.       — И что, даже голову открутить не пообещаешь? — улыбнулся Коля, крепко прижимая к себе уже схуднувшее с возрастом, но все еще жилистое и крепкое тело деда.       — Да, за время твоего рассказа у меня прибавилось седины, — он похлопал Колю по спине и отстранился, — но все это говорит лишь о том, что ты вырос настоящим мужиком, именно таким, каким я всегда мечтал тебя видеть. Конечно, было бы славно, если б это не пришлось демонстрировать таким способом, но жизнь редко добра к нам.       Спать легли заполночь. Хотя Коля и был чертовски усталым, он все ждал звонка от Максима, дед же не хотел оставлять его одного. Они много говорили, вспоминали бабушку, обсуждали дедову работу на заводе и Колину учебу. Давно так не разговаривали, а теперь смогли и явно оба были этому рады.       Максим же позвонил только на следующий день, после обеда. Коля, которому его комната вдруг стала пугающе тесной и пустой, вновь почти все время провел с дедом. Когда его телефон разразился задорной мелодией, он помешивал мясо на плите, а дед точил ножи.       — Алло! — Коля резко схватил трубку. — Как дела?       — Пойдет, — устало ответил Максим, однако по его голосу было понятно, что он улыбается.       — Андрюха начал говорить?       — И да и нет, — он тяжело вздохнул. — Дал пару наводок, но почти все не под протокол. Вот как раз сейчас собираемся поехать проверить одну из них.       — А Шата сдали?       — Сдать-то сдали, его еще найти надо.       — Все так хуево? — уточнил Коля, смущенно улыбнувшись деду, который бросил на него возмущенный взгляд.       — Скажем так, есть хорошие новости, есть — не очень, — начал Максим, — но все это не по телефону.       — Заедешь рассказать?       — Да.       На короткое время повисла тишина.       — А сейчас зачем звонишь? — опомнился Коля.       — Поболтать, — Максим усмехнулся. — Ночка выдалась тяжелая, без сна и еды.       — Я тушу мясо с картошкой, могу привезти, — улыбнулся Коля.       — Ты еще и готовишь?       — Конечно, иначе что есть-то буду?       — Похвально, — голос Максима стал почти нежным. — Еду везти не надо, вечером угостишь. Не против, если мы заедем с Лешиком? Он у меня вроде как жить будет, пока в городе задержится…       — Без проблем.       Коля помешал мясо, и потревоженное жаркое шумно зашипело.       — Ладно, Коль, — Максим тяжело вздохнул, — на самом деле, я звоню не просто поболтать, хотя это и приятный бонус. У меня есть к тебе дело. Ужасно не хочу опять тебя в это втягивать, но больше нет никого, кому бы я мог доверять.       — Я слушаю, — просто ответил Коля.       — Я узнал кое-что об изнасиловании Сони…       — Узнал, кто это сделал? — перебил Коля, повышая голос.       — Не совсем, но почти, — Максим вновь начал говорить загадками, и это раздражало Колю, но он не стал высказываться, боясь, что иначе тот передумает поручать ему неизвестное, но, очевидно, важное дело. — Если ты не занят, свяжись с Соней, пригласи ее в гости.       — Зачем? — не понял Коля. — В последний раз мы поссорились, вряд ли она что-то еще мне скажет.       — Не нужно ее ни о чем расспрашивать, я просто хочу, чтобы ты за ней приглядел, чтобы она не была дома одна.       — Ты думаешь, до нее кто-то может добраться? — с ужасом догадался Коля. — Даже несмотря на то, что вы задержали этих уродов?       — Я надеюсь, что я ошибаюсь, преувеличиваю, но всякое может быть. В общем, если ты можешь, приведи Соню к себе домой и задержи до моего приезда, а я потом все объясню.       — Попробую, — с некоторым сомнением, но все же согласился Коля. — Сделаю все, что смогу.       — Спасибо! До вечера.       — Пока.       Максим положил трубку, а Коля растерянно уставился на деда.       — Что случилось? — тут же собранно ответил он.       — Могу я пригласить Соню к нам в гости? — тихо поинтересовался Коля. — Максим считает, что ей может угрожать опасность.       — Конечно, — дед поднялся на ноги — обитое кожей сиденье скрипнуло — и кивнул. — Никаких проблем.       — Да боюсь, будут проблемы, — Коля устало потер глаза. Несмотря на то что он крепко выспался, все еще было ощущение, будто под веки ему засыпали песок. — В последний раз мы крепко поссорились.       — Уж если вы сумели сохранить отношения даже после того, как перестали дружить, с какой-то ссорой вы справитесь на раз два, — дед на автомате поправил офицерский ремень с крупной пряжкой, с которым не расставался даже дома. Сейчас он был вдет в широкие шорты защитного цвета. — Она простит тебя, потому что ты ей все еще нравишься.       — Нравлюсь… — почти прошептал Коля.       Он отлично знал, что все еще нравился Соне, и это было основной проблемой. Они расстались не потому, что кто-то совершил непоправимое: перебрал на вечеринке и с кем-то переспал или рассказал друзьям какую-то тайну. Нет, они расстались незаметно. Сначала Колю стал напрягать излишний контроль, затем Соня стала говорить о том, что он совсем не думает о ней и об их отношениях.       Не было никакого большого скандала. Все происходило медленно, по капельке. Упрек, недовольный взгляд, перенесенная встреча. Расставание принесло Коле облегчение, хотя он и скучал по Соне, а вот ей… Наверное, она испытала разочарование. Он однозначно не оправдал ее ожиданий. И у Коли складывалось ощущение, что все это время Соня просто ждала, пока он наконец-то одумается, все поймет и вернется. Но он не вернулся. И сейчас этого тем более не произойдет.       Коля никогда в жизни бы не использовал в отношении Максима слово «встречаться», но отрицать тот факт, что между ними что-то происходило, было попросту глупо. И это резко меняло дело в отношениях с Соней. Пока Коля был свободен и никем не увлечен, он искренне верил в то, что своим присутствием не причиняет ей никакой боли. Но сейчас…       Коля разозлился на самого себя. Речь шла про изнасилованную девочку, которой, возможно, кроме него и помочь-то некому. Чувства чувствами, но есть вещи куда важнее. Жизнь, например.       Дед будто прочел его мысли:       — Позвони ей, Коля. В отношениях больше усилий всегда прикладывает тот, кто сильнее. На данный момент это однозначно ты.       — Я не хочу давать ей лишних надежд, но не знаю, как иначе уговорить ее прийти, — признался Коля. — В прошлый раз я сказал, что вроде как не хочу с ней отношений… Она явно серьезно расстроилась.       — Ты дурак, Коля? Кто же такое говорит женщине? — дед усмехнулся, а затем вдруг посмотрел на него очень серьезно: — А если без шуток, ты имеешь право не быть с ней, но ты все еще можешь о ней заботиться, быть ее другом.       — Друзья не врут, — возразил Коля.       — Врут, Коля, еще как врут. Мы все постоянно врем друг другу, и если близкие делают это только ради того, чтобы защитить, это большое счастье, — дед улыбнулся и похлопал Колю по плечу. — Делай все, что можешь, но чтобы Соня была здесь. — Коля моргнул, и дед, который так неожиданно лихо разговаривал с ним по душами, исчез, уступив место привычному, иронично-обеспокоенному деду, с которым тот прожил бок о бок всю свою сознательную жизнь: — Давай резво, а я пока переоденусь и выйду покурить. Буду ждать тебя в машине.       — В машине? — не понял Коля.       — Ты думаешь, я отпущу тебя одного? Туда, где уже, возможно, кто-то шастает? Ага, щас, — дед покачал головой и вышел из кухни.       Коля бросил взгляд на плиту: за время всех разговоров на кусках свинины уже появились пригаринки. Он выругался и отодвинул сковороду с огня.       Коля оглядел кухню внимательным взглядом. Отправил в раковину нож, выудил из-под доски случайно завалившийся туда кусок лука и отправил его в мусорку. Дальше оттягивать звонок было некуда. Коля сел на освободившееся место деда и набрал номер Сони.       Немигающим взглядом он уставился на клеенку, лежащую на столе. Крупные желтые подсолнухи немного отвлекали от ощущения, будто каждый новый гудок обжигает ухо.       — Коля?       — Привет, — он не удержался от того, чтобы провести рукой по волосам. Этот растерянный жест всегда веселил Соню, поэтому и Колю это слегка взбодрило, даже несмотря на то, что она никак не могла его видеть. — Что делаешь?       — К экзаменам готовлюсь, — Соня казалась удивленной, но в то же время ее голос звучал вполне дружелюбно. Хороший знак.       — Могу я присоединиться?       — Если ты собираешься прийти и снова начать убеждать меня в чем-то, то нет, — привычно строго ответила Соня.       Коля не звонил ей так долго, непозволительно долго с учетом всего, что с нею произошло. Сейчас ему было чертовски за это стыдно, но он радовался тому, что в голосе Сони вновь появляются знакомые нотки. Судя по всему, она успела хоть немного, но все же прийти в себя.       — Мне нужна помощь с… — Коля не секунду задумался, а потом неожиданно для самого себя выдал: —…обществознанием.       Экзамены! Ну конечно же, ведь все было так просто! Он хотел ударить себя по лбу. Коля затеял целый разговор с дедом, в то время как предлог пригласить Соню в гости лежал прямо перед его носом.       — Я сдаю химию и биологию, ты — физику и информатику. Зачем тебе обществознание, и как я могу помочь? — засомневалась Соня.       Коля подумал, не сказать ли ей о том, что по телефону сказал Максим, но решил промолчать. Шестое чувство подсказывало, что в таком случае она точно откажется.       — Ну, как-нибудь, — Коля пожал плечами. — Ты умная.       Коля буквально услышал, как она улыбнулась.       — Расскажешь, зачем тебе общага — попробую что-нибудь придумать.       — Придешь ко мне в гости, расскажу, — Коля улыбнулся в ответ.       Он догадывался, почему из всех школьных предметов его мозг выбрал именно этот, но он скорее откусил бы себе язык, чем признался бы в том, что предложение Максима рассмотреть карьеру полицейского не пролетело мимо его ушей.       — Коля, — с сомнением начала Соня.       — Дед дома, — быстро пробормотал тот. — Ну пожалуйста, давай встретимся, поболтаем. Проверишь мои тетради? А я твои.       Соня засмеялась:       — Ладно, скоро буду.       — Не, я к тебе сам зайду. — И пока Соня не успела сориентироваться, он соврал: — Я тут недалеко.       — Собираюсь, — откликнулась она, а затем положила трубку.       Дед действительно ждал его у машины. Офицерский ремень теперь был вдет в уличные брюки.       Соня тоже проявила чудеса скоростных сборов. Когда они подъехали, она уже стояла у подъезда. Сегодня она была удивительно красива. Синяки сошли, лишь пара темных пятен чуть выше запястий говорили о том, что с Соней приключилось что-то неприятное. Но на этот раз она их не скрывала. На ней было платье в мелкий цветочек, поверх которого она накинула темно-бордовый пиджак с рукавами по локоть. Однако было еще кое-что, что особенно впечатлило Колю: волосы Сони были тщательно уложены. Если в прошлый раз новоприобретенное каре явно было для нее чужим, то сейчас они подружились. Коля решил, что короткая стрижка идет ей даже больше.       — Что случилось с твоими волосами? — все же решился спросить Коля, когда они уже около часа сидели в его комнате, лениво перелистывая учебники и болтая.       — Не помню, — смутилась Соня, она еще глубже опустила голову в книгу и продолжила: — когда утром стала расчесываться, обнаружила, что они будто вырезаны клочками, а еще местами были следы от окурков. Не помню, откуда это взялось, но решила срезать все к чертовой матери.       — Тебе так очень хорошо, — признался Коля.       — Спасибо, — она подняла голову и улыбнулась. — Может, все-таки расскажешь, зачем притащил меня к себе?       — Обещаешь, что не сбежишь?       — Обещаю выслушать, — Соня, которая до этого момента лежала на узкой кровати, бросила подушку на пол и легко соскользнула вслед за ней, чтобы оказаться рядом с Колей, который сидел, боком навалившись на деревянную спинку.       — Помнишь Максима? — Коля заметил Сонино недоумение и добавил: — Из полиции.       — А, молодой, добрый и приятный.       — Да, в принципе, это подходящее описание, — Коля улыбнулся. — Мы… он… Короче, Артура задержали.       Соня подскочила на месте. Ее платье взлетело и задралось, обнажив колено, на котором виднелась огромная ссадина, уже покрывшаяся сухой коркой.       — Что?.. Как?..       — Они похитили двух девочек, — сказал Коля, решив сходу не называть имя Дианы, поскольку Соня не особенно любила компанию, частью которой та была.       — И?.. Они их?.. Или убили? — она в ужасе зажала рот рукой.       Коля понял, что именно она никак не может выговорить и кивнул:       — Не убили.       Соня уронила голову на руки, ее плечи затряслись. Коля крепко ее обнял и дал выплакаться.       — Я знаю, что обещал никому не рассказывать про наш разговор, прости, но это было так важно, — горячо зашептал он, когда Соня перестала сотрясаться в рыданиях.       Она утерла щеки ладонями и, к удивлению, чуть нервно, но все же рассмеялась.       — Спасибо.       — Спасибо? — не понял Коля. — Я думал, ты будешь злиться.       — Ты ведь рассказал все этому Максиму? То, что я рассказала, как-то ему помогло?       — В какой-то мере, — согласился он. — Однозначно, да. Мы… он смог выйти на тот факт, что Артур и Палыч родственники. Да и на много чего еще.       — Я поблагодарила тебя за то, что ты поступил так, как было нужно, — Соня улыбнулась. В уголках ее глаз блестели слезы. — И за то, что тогда пришел вразумить меня тоже.       — Ты дашь показания? Расскажешь, что случилось? Думаю, сейчас это будет как нельзя кстати.       — Нет, — Соня покачала головой.       — Но почему?! — Коля так удивился, что сам не заметил, как вскрикнул. — Прости, пожалуйста, прости, — произнес он, когда понял, что Соня дернулась.       — Все очень сложно, Коль. Куда сложнее, чем ты можешь себе представить, — она отстранилась и, как ни в чем не бывало, вернулась к раскрытому учебнику.       Насколько все сложно, Коля узнал лишь тогда, когда к ним в гости пришли Максим с Лешиком. А вместе с ними явилась еще и тонна новой информации.