Портрет цвета крови

В кабинете Добровольского на первый взгляд царила полная идиллия. Павел задумчиво стучал по клавишам ноутбука, время от времени поглядывая на Таю, которую Антон оставил у него около часа назад, сказав, что по вине его начальника, коим является Паша, ему некогда развлекать девочку и, сделав глаза кота, временно сгрузил девочку на шею мужчины и ускакал работать. Тая с интересом перекладывала буковки, те самые из записки, которые ей распечатал Антон после заявления, что она умнее компьютера. Шастун на это тихо рассмеялся, но просьбу девочки выполнил. И правильно сделал. Ребёнок смог найти слова «скоро» и «кровь», полицейские опасались, что ребёнка это может шокировать или оставить что-то вроде травмы, но она лишь довольно улыбнулась, потому что рада была помочь. Она вообще на удивление легко вписалась и в жизнь Антона, и в жизнь отдела. Все в отделе буквально носились вокруг этой девочки. Арсений присел на подоконник и задумчиво пялился на белую магнитную доску на стене, где были выписаны те же самые буквы, что были у Таи. Дверь тихо скрипнула, впуская Сергея, в руках у которого были два стаканчика кофе и коробочка с вишнёвым соком, которую он вручил девочке, а горячий напиток протянул Паше, оставив один у себя. Матвиенко присел прямо на пол рядом с девочкой и с интересом стал наблюдать, как она передвигает буковки, неожиданно он нахмурился и обратился к Арсению, который так и не шевельнулся с его прихода: — Арс, а какие слова вы уже выудили? За Арсения ответил Добровольский, захлопнув ноутбук, надоели ему эти документы до тошноты, хотелось развеется: — «Скоро» и «кровь», ты что-то ещё углядел? — мужчина поднялся из кресла и, подойдя к ним, присел на корточки, поддёрнув брюки. — Кажется, но я не уверен, вот смотри. Что может делать кровь? Течь, запечься, стекать, пропитывать или же, — он осторожно взял у девочки карточки с буквами и выложил слово. — Пролиться. — Почему именно прольётся? — поинтересовался Добровольский. — Это логично, — мужчины вздрогнули от тихого голоса Арсения. — Скоро прольётся кровь, но остаются ещё буквы. — теперь он внимательно всматривался в оставшиеся буквы. — Так, — Павел поднялся и подошёл к доске. — Если принять, что мы пока всё отгадали верно, то у нас остаётся ГЯНРЗАЯ, а из этого я лично могу сложить только «грязная». — Получается вполне логичная фраза, — хмыкнул Сергей. — Скоро прольётся грязная кровь. Ой, Тая, тебе, наверное, страшно? Девочка помотала головой и улыбнулась: — В словах нет ничего страшного, — Арсений не был с ней согласен, но она ещё маленькая, и ему хотелось, чтобы она, как можно дольше, оставалась такой. — А можно мне порисовать на доске? — Конечно можно, солнышко, — сразу было видно, что Паша семейный человек, он протянул девочке маркеры для доски и сел в своё кресло, задумавшись. — Арсений, что ты об этом думаешь? — Мне кажется он собирается кого-то убить, это и дураку понятно. Вопрос в том, кого, когда и где. Грязная кровь… о чём он? Возможно, он имеет в виду преступников, но наши жертвы молоды и насколько я знаю не были замечены на чём-то незаконном, тогда в чём смысл? — он задумчиво постучал пальцами по подоконнику. Может фраза не правильная? Да нет, она вполне логична и в стиле этого психа. — Возможно, они просто не засветились, но как он тогда на них вышел, случайные жертвы? — Арс, ты же знаешь, что многие маньяки убивают просто, потому что хотят, без причин, или эти причины за пределами нашего понимания. — Сергей облокотился на стол Добровольского и скрестил руки на груди, наблюдая за другом, который напряжённо раз за разом перечитывал фразу. — Не в этом случае, — покачал головой Попов. — Я почему-то уверен, что он преследует какую-то цель и, возможно, считает себя мессией или что-то типа того. А, возможно, для него это лишь игра… «Игра, которая меня затягивает, и она мне нравится, с ним интересно», — он едва заметно улыбнулся своей мысли. — Я не знаю кто прячется за именем Рембрандт, но я точно это выясню, чего бы мне это не стоило. — Арсений перевёл взгляд в окно, за которым стремительно сгущались сумерки, мужчина с грустью подумал о том, что вновь оставил машину у дома. Когда он вообще в последний раз садился за руль? — А мы разве не уверены в том, что Рембрандт — это Шеминов? — спросил Сергей. — Он только подозреваемый. — покачал головой Добровольский. — Ага, именно поэтому Шастун сидит у него в квартире и уже часа три собирает улики, — язвительно заметил Матвиенко. — Ладно, вы, как хотите, а я поехал, заскочу ещё в наш офис. Там один клиент должен подъехать, отдам ему фотки. — Клиент? Что-то не припомню, чтобы мы брали заказы, да и в городе тихо, не считая Рембрандта. — Арсений озадаченно посмотрел на друга, который уже накинул куртку. — Потому что ты в офисе не появляешься практически, да там и делом-то назвать трудно — до банальности избито жена изменяет, муж ищет доказательства. Короче практически халява. Не смотри на меня так, Паш, не я эту семью разрушил. Арс, тебя подкинуть? — Не, спасибо, я прогуляюсь, тут не далеко идти-то. — махнул рукой на прощание Арсений. — Паш, можно тебя попросить. Не говори пока никому, что мы разгадали записку, что-то мне подсказывает, что даже ты не должен был знать о ней. — Арсений присел на корточки и обратился к девочке. — Тая, ты же умеешь хранить секреты, правда? — девочка энергично закивала, но потом озадаченно спросила: — А Тоше тоже нельзя? — Арсений задумался с одной стороны он не хотел, чтобы записка шла по рукам, но с другой он доверял ему. — Пока и ему тоже, — всё же решился мужчина. — Я ему сам расскажу. Уже пойду, наверное, до встречи Паш. Пока, солнышко. Арсений брёл домой через парк, решил, что так будет быстрее. Сгущающиеся сумерки обступали мужчину зловещей стеной, ему казалось, что среди деревьев кто-то ходит, это чувство не покидало его с момента, как он вышел из офиса полиции, но сейчас оно усилилось. В какой-то момент Арсений увидел едва заметное движение справа, он настороженно огляделся, но ничего подозрительного не было видно. Однако рука непроизвольно потянулась к пистолету, но Попов вспомнил, что давно не брал с собой оружие. Тихий шорох в кустах привлёк его внимание, мужчина списал его на бездомную кошку и двинулся дальше, уходя от людных дорожек, которые сейчас, впрочем, пустовали. Ему, казалось, что он слышит тяжёлые шаги. Арсений специально остановился и прислушался, но ничего не услышал. Опять сделал несколько шагов и снова за спиной услышал движение. Мужчина решительно остановился и огляделся — никого. Фонарь над головой Арсения замигал и, вспыхнув напоследок, погас, темнота обступила Арсения. Только позади горела другая лампа. Попов сделал несколько шагов вперёд, напряжённо вслушиваясь в тишину, буквально давящую на него. Неожиданно впереди из-за деревьев появилась фигура с двумя холодно блестящими клинками. Арсений замер и огляделся, стараясь не выпускать силуэт в капюшоне из вида, из-за деревьев справа и слева появились ещё двое. Внутренний голос подсказывал ему, что сзади он обнаружит ещё одну фигуру. — Тебе лучше не поворачиваться, — холодно бросила одна из фигур. — Что вам надо? Хотите меня убить? — хмыкнул Арсений, страха в его голосе не было, скорее интерес. — Вовсе нет, но ты и сам это знаешь, — ответил ему холодный голос, от которого у многих стыла кровь в жилах, но не у Попова. — Не так ли, Арсений? Мужчина промолчал, всё тело было натянуто, как струна, каждая мышца напряжена, но внешне он оставался спокоен и насколько это возможно расслаблен. Мужчина позади него невесело рассмеялся. В руках остальных фигур Попов заметил направленное на него оружие. — Как думаешь зачем я здесь? — хмыкнув, спросил мужчина, Арсений затылком ощутил холодный колкий взгляд, но его это не проняло. — Если ты не собираешься меня убивать, но и не спешишь показываться, то, видимо, попытаешься меня запугать, но не на того нарвался. — Арсений чуть повернул голову, но одна из фигур в зоне его видимости предостерегающе подняла пистолет. — Без подтанцовки не можешь, да? Как в школе, честное слово. — мужчина искривил губы в горькой улыбке. — Ты не боишься? — этот вопрос звучал скорее, как утверждение, впрочем, Рембрандт и не ждал ответа. — Ты почти прав, но нет. Оставляя очевидные подсказки, я надеялся, что ты их увидишь и поймёшь, но, видимо, я тебя переоценил. Пришло время новой подсказки, но за неё придётся заплатить. — Вот как? А с чего ты решил, что мне нужны твои подсказки? — усмехнулся Арсений. — Разве тебя ничего не интересует? Я уверен, что у тебя есть вопросы, на которые у меня есть ответы, — Арсений услышал, как его собеседник сделал шаг к нему, от чего мышцы напряглись сильнее. — Ну же, Арсений, давай поболтаем, не будь таким скучным. — Ну, хорошо, — Арсений скрестил руки на груди. — На вопрос «Кто ты?», ты не ответишь, кроме того, что я уже знаю. — А ты попробуй узнать больше. — со стороны одной из фигур раздался тихий смешок. — Зачем ты их убиваешь? — Арсений проигнорировал смешок. — В первых трех жертвах нет глубокого замысла, но если сумеешь разгадать тайну листка, то возможно узнаешь личность кого-то повлиятельнее нас. Мельникова действительно бросилась под пулю, а с Николаем уже другая история. — Арсений буквально кожей ощущал, как Рембрандт подходит ближе. — Ну хорошо, раз ты такой разговорчивый, — усмехнулся Арсений, делая шаг назад. Мужчина за ним дёрнулся от Попова, явно не ожидая такого действия от него, но скоро уже спрятал нахальную ухмылку под капюшоном. — Загадка. К чему эта фраза? Снова собираешься убить кого-то? — Будь внимательнее, Арсений. Не «кого-то», а вполне конкретных лиц, которые «ходят» у вас под подозрением в особо тяжких делах, но серьёзных доказательств на них у вас нет. Зато есть у меня. — Арсений мысленно сделал пометку, что следующую жертву следует искать среди подозреваемых по самым громким делам, возможно, получится выйти и на эту компашку. — Николай. Почему-то я уверен, что это был заказ, неужели ты всего лишь чья-то шестёрка? — почему бы не побесить человека, который может прямо сейчас тебя тут и положить, верно? Но Арсений был уверен, что умрёт не сегодня, и решил развлечься. — На тебя направлен не один ствол, а ты продолжаешь язвить? — Рембрандт нахмурился, впрочем, сквозь маску и капюшон этого было не видно. Поразмыслив, всё-таки решил продолжить разговор с наглым детективом. — Но знаешь, я, пожалуй, отвечу. Не «шестёрка», а деловой партнёр, который, прошу заметить, в данных обстоятельствах всё же главный. — Ну что ты, язвить я ещё даже не начинал — так слегка мотаю вам всем нервы, — Арсений запрокинул голову, устремив взгляд в свинцовые тучи, на лицо тут же упали первые тяжёлые капли. — Зачем тебе именно я, почему ты втянул меня в свою игру? — В полиции сидят либо «купленные», либо пустоголовые, а ты не показался мне ни первым, ни вторым. Считай, что это банальный азарт, удирать не от дебилов в полицейской фуражке, а от опытного детектива. — Для тебя это игра? — капли стекали по лицу, убегая вниз по шее. — Как и для тебя, мы оба это любим, — в голосе Рембрандта он отчётливо услышал улыбку. — Ну и кто же в таком случае безумный маньяк? — Тебе не лень листы пришивать? — проигнорировал Арсений вопрос. — На листах подсказки. Да и пришиваю их не я, а она. — показывает на Иру, но видеть этого Арсений конечно не мог. — Теперь про оплату этого разговора. В одном месте есть интересная вещица, которая мне очень нужна. Смекаешь? — Не представляю о чём ты. — нахмурился Арсений, опуская голову, волосы промокли и липли ко лбу, он с трудом поборол желание их откинуть. — Да и за что платить, ты же по факту ничего толком и не сказал. — Могу дать подсказку заранее, но будь уверен, если не выполнишь договор — я найду тебя даже за пределами нашей страны. — заверил его Рембрандт. — А о чём я говорю, думаю, ты знаешь. И твой актёрский талант меня не проведёт. До встречи, Арсений, думаю мы ещё увидимся. — Разумеется, я не успокоюсь, пока ты не получишь по заслугам, ещё никто меня не проводил. — усмехнулся Арсений. — Всё бывает в первый раз. — и задумавшись добавил. — Если ты вдруг забудешь про нас, мы найдём способ напомнить. Арсений услышал удаляющиеся тяжёлые шаги, три фигуры не спускали с него глаз. И только когда Рембрандт скрылся за поворотом узкой тропинки, они практически синхронно шагнули за деревья, стремясь последовать за ним. Арсений остался один, в голове крутилось миллион мыслей, но набатом стучала одна единственная, даже не мысль, а цель. «Будь уверен, Рембрандт, я найду тебя и это будет самый тёмный для тебя день»

⊰ 𖤍 ⊱

— Они ушли, преследовать я их не стал. Их четверо и все вооружены, а у меня только я. — закончил свой увлекательный рассказ Арсений и перевёл взгляд на Добровольского, который задумчиво перекладывал документы. — И правильно сделал, — Сергей сделал глоток кофе, иногда кажется, что у него этот напиток пропитал организм вместо крови, не сводя глаз с друга. — Ты не бессмертный. Арсений пожал плечами, он не видел в этой ситуации ничего страшного. Попов перевёл глаза на Антона, который обеспокоенно смотрел на него, но, поймав взгляд мужчины, уткнулся в телефон. Мужчины сидели в кабинете Добровольского около получаса, слушая рассказ Арсения. Тая осталась в кабинете Антона смотреть мультики. Неожиданно в дверь тихо, но уверенно постучали. — Войдите, — бросил Добровольский, выпрямляясь в кресле. — Егор Николаевич, добрый день, проходите. — Здравствуйте, — парень чуть смущённо улыбнулся. — О, Арсений, и ты тут, привет. — Привет, Егор, — тепло улыбнулся Арсений, пожимая протянутую руку и задерживая контакт чуть дольше, чем следовало, но разомкнув, услышав тихое покашливание Сергея: — Кхм, прошу прощения, мне надо отойти, скоро вернусь. — мужчина покинул кабинет, бросив странный взгляд на друга. — Егор Николаевич, вы извините, что пришлось вас вызвать, но вы должны подписать некоторые бумаги в связи с тем, что ваш отец фигурирует в деле, как жертва… — на этих словах Павел стушевался. — Ничего страшного, я всё понимаю, — парень присел на стул перед столом Добровольского. — Что мне надо подписать? — Вот, — Добровольский протянул папку с документами. — Изучите и подпишите, что ознакомлены. Вы уже ходили на опознание? — парень кивнул и опустил голову, сглотнув горький ком в горле, они с отцом не очень ладили, но всё же… Арсений встал из кресла, в котором сидел и, шагнув к парню, ободряюще положил руки ему на плечи, периферическим зрением заметив потемневший взгляд Антона. Мужчина тихо хмыкнул. Он чуть сильнее сжал руки, начиная массировать, за что получил от Егора благодарный взгляд. Парень внимательно прочитал документы и размашисто расписался в указанных местах. — От меня требуется что-то ещё? — уточнил Егор, поднимаясь, Арсений опустил руки, едва касаясь парня. — Нет, вы можете идти, если вы ещё понадобитесь, мы с вами свяжемся. Спасибо, что уделили нам время. — улыбнулся Добровольский. — Всегда рад помочь. Всего хорошего. Арсений, не хочешь как-нибудь прогуляться? — спросил парень, пожимая руку Попову, и не спеша её выпускать. — Почему бы и нет, — улыбнулся Арсений, так же не спеша выпускать руку. — Я тебе позвоню, номер у меня твой есть. До встречи. — Пока, — Егор покинул кабинет, улыбнувшись всем напоследок. Арсений сел в кресло чуть в стороне от Антона, который так же внимательно смотрел в экран телефона, Попов едва заметно улыбнулся, увидев, что гаджет был выключен. Павел, оценив эту игру двух актёров, только покачал головой, вновь закапываясь в документы. Попов вздохнул и, поднявшись, покинул кабинет, направляясь в сторону туалета. Спустя пару минут за его спиной ожидаемо хлопает дверь и Шастун прислоняется плечом к дверному проёму, перекрещивая руки на груди. Брюнет еле слышно хмыкает и разворачивается, опираясь руками на раковину. — Ну и что это за показательное выступление? — парень рассматривает мужчину обманчиво скучающим взглядом. — Ты уж как-нибудь определись: либо подкатываешь ко мне, либо иди лесом, Попов. — А ты, оказывается, тот ещё собственник. Просто признай, что ревнуешь. — слащаво улыбнулся Арсений и сделал шаг навстречу, но Антон одновременно делает шаг назад, проводя невидимую границу. — Никак не могу тебя понять, знаешь. — задумчиво выдаёт Шастун. — Ты же прекрасно помнишь, что я говорил тебе. Никаких несерьёзных отношений. А ты продолжаешь играть в догонялки. Бегаешь за одним, потом за другим и надеешься, а на что собственно? Что я буду бегать в ответ? Было заметно, что парень сильно устал, измученный загадками, тайнами и бесконечными расследованиями. Он слегка ссутулился и повёл плечами, разминая спину. Попов пробегается по нему цепким изучающим взглядом и тяжело вздыхает. — Не хочешь рассказать, что произошло? — не надеясь на положительный ответ, всё-таки задает вопрос брюнет. — Рано. — выдыхает парень и встречается с голубыми глазами. — Подумай над моими словами, Арсений. — а про себя горько ухмыляется. Он наверно удивлён, что практически незнакомый парень говорит ему о серьёзных отношениях. Зато, как по мне — мы словно знакомы вечность.

⊰ 𖤍 ⊱

Арсений задумчиво смотрел в потолок, лежа в кровати и обдумывая сегодняшний день и дело, которое он ведёт, что-то не давало ему покоя. Рембрандт сказал, что ему нужна какая-то вещь и почему-то он уверен, что Попов знает какая. Мужчина перевёл взгляд в окно, за которым опять накрапывал дождь, стуча по подоконнику. Он уже чувствовал, как тело окутывает приятная нега, готовая в любой момент унести его в сон, но тишину комнаты разрезал противный звук входящего сообщения. Арсений, тихо матерясь и надеясь, что это не очередной спам, потянулся к телефону, лежащему на тумбочке рядом с кроватью. На экране высветилось сообщение с неизвестным номером. Неизвестный Привет, Арсений, скучал? 22:47

Вы: Что тебе надо? 22:48

Арсений не сомневался в личности того, кто ему пишет. Неизвестный Получить то, что принадлежит мне. 22:50

Вы: И что же? 22:50

Неизвестный: В доме Фроловых, думаю ты знаешь кто это, есть чёрная флешка с гравировкой в виде дракона. Добудь её. 22:51

Вы: Ты предлагаешь мне нарушить закон и вломиться в чужой дом, полагаясь только на твои слова? 22:52

Неизвестный: Именно. У тебя неделя. 22:52 Арсений озадаченно смотрел на последнее сообщение, он почувствовал неприятное ощущение загнанного зверя, но в то же время и жуткий азарт, который приятно будоражил кровь, сон сняло как рукой. Телефон ещё раз мигнул, это была фотография флешки, подробный план дома и его адрес. «Ну, хорошо, сыграем по твоим правилам, главное помни, что всё может поменяться», — улыбнулся Арсений, ощущая, как давно забытое чувство захватывает тело.

⊰ 𖤍 ⊱

Арсений выходит из такси и смотрит на дом, сравнивая свой с домом Антона. Брюнет уже чувствует, что в такую рань Шастун просто выгонит его с порога своей квартиры. В лучшем случае. Но всё равно поднимается на нужный этаж и нажимает на кнопку дверного звонка. Через ещё пару таких звонков в дверь в квартире слышится злобное бормотание, шуршание и, наконец, на пороге появляется Антон. Парень глупо хлопает ресницами и протирает глаза, удостоверяясь, что это ему не снится. Русые кудряшки торчали во все стороны, создавая на голове настоящий хаос. Спустя несколько минут Шастун более или менее просыпается и смотрит на мужчину почти осознанным взглядом. — Молись, Попов, чтобы то, зачем ты меня разбудил, было делом вселенского масштаба, иначе я прямо сейчас спущу тебя с седьмого этажа. — ворчит парень, но пропускает Арсения в квартиру. Антон прикрывает дверь в спальню и идёт на кухню, чтобы сварить кофе. Поэтому уже скоро протягивает бодрящий напиток, слушая историю брюнета про смс, Рембрандта и флешку с гравировкой дракона. Закончив рассказ, Попов выжидающе посмотрел на парня. — У меня только два вопроса. — мрачно отозвался Шастун. — На что ты намекаешь? И какого хера ты припёрся ко мне сейчас?! — Ты ведь мне поможешь? — попросил мужчина. — А сейчас я приехал, потому что в отделе тебя не сразу найдёшь, да и работа как ни как. Вдруг кто услышит. — А ты собрался прямо сейчас ехать грабить Фроловых? Да и вообще, — недовольно ворчит шатен. — Они если узнают — нам кранты. Нельзя было кого-то другого выбрать, а не их? Арсений и сам понимал, что показываться на глаза главе семейства лучше не стоит. Да и ехать к ним лучше ближе к вечеру. Так и решили, что поедут около десяти вечера. Антон, несмотря на выпитый кофе, передвигался по квартире, как сонная муха, поэтому, предупредив Попова, чтобы тот, прежде, чем уйти, закрыл дверь, ушёл спать. Сам брюнет подумал, что его вроде бы не выгоняли, и улёгся на диван, скоро проваливаясь в сон. На утро шатен, как примерная хозяйка, приготовил завтрак, помог Тае собраться и даже отвёз на работу Арсения, ни чуть не удивившись, обнаружив мужчину у себя на диване.

⊰ 𖤍 ⊱

Антон складывал кисти в крови и красках в специальные пакеты, тихо матерясь на неудобные перчатки, за которые цеплялись кольца. За час до этого парню удалось обнаружить отпечатки и даже загрузить в базу, но проверить пока не представлялось возможным, поэтому он просто сохранил их в отдельный файл. Арсений, наблюдавший за сосредоточенным парнем, улыбнулся, когда Антон попытался поправить вечно сползающие очки. — Помочь? — заботливо уточнил Арсений. — Сам справлюсь. — Антон стащил перчатки и, поправив очки, направился к компьютеру, убедившись, что нужный файл сохранён, он его выключил. — Ну, вроде всё. Можем идти. — А проверять по базе их сейчас не будешь? — вскинул бровь Арсений. — Арсений, я несколько дней с этими красками и кистями вожусь, они мне уже поперёк горла стоят, а проверить я их могу, когда вернусь, так что не будь душнилой, пошли. — с этими словами Антон прошёл мимо Арсения, направляясь к выходу.

⊰ 𖤍 ⊱

Сердце ровно отсчитывает каждый шаг, звук поглощает мягкий ковёр, в темноте, рассеиваемой тусклыми светильниками, различались смутные силуэты предметов декора: ваз, картин, статуэток. Дом был наполнен кучей пылесборников, Арсений про себя посочувствовал тем, кто за всем этим следит и ухаживает. Но сейчас мысли были сосредоточенны на цели. Попасть в дом получилось на удивление легко, даже как-то слишком, что очень напрягло Арсения, тем более сейчас особенно нервы были натянуты до предела. Первое, что бросилось в глаза, — это полное отсутствие охраны, как снаружи, так и внутри, не было и сигнализации, что настораживало и наталкивало на мысль, что их ждали. Но отступать было поздно. Антон молча следовал за Арсением, то и дело оглядываясь, его тоже напрягала та лёгкость, с которой они проникли в дом. Попов опустил глаза на экран телефона, где была выведена подробная схема. Судя по всему, они уже рядом, и до сих пор никого не встретили. Арсений остановился у нужной двери и прислушался — за ней также была тишина. Антон вопросительно посмотрел на Попова, который поправил перчатки и решительно потянул ручку на себя. Заперто. — И что будем делать? — шёпотом спросил Антон, явно занервничав. Арсений молча извлёк из кармана связку с отмычками, через минуту замок тихо щёлкнул. Мужчина с улыбкой посмотрел на Антона и с лёгким поклоном открыл перед ним дверь. Шастун только закатил глаза и шагнул внутрь. Комната оказалась рабочим кабинетом, но рассматривать обстановку было некогда. Арсений задумчиво окинул помещение взглядом и направился к дубовому столу, там он стал последовательно открывать и перерывать ящики, но встретился с преградой — последний был закрыт на ключ. Вновь звякнули отмычки, а за ними раздался щелчок. Какие-то документы, небольшие пакеты, диски (кто вообще пользуется дисками?) и то, что им и было нужно. Чёрная флешка обнаружилась на самом дне, гравировка дракона блеснула в свете фонарика. Арсений, не раздумывая, сунул её в карман и, поднявшись, кивнул Антону. Шастун осторожно выглянул в коридор и тут же отшатнулся, по коридору раздались тяжёлые шаги. Выходом была или дверь, которая теперь для них закрыта, или окно. В голове Арсения хаотично метались мысли. Дверь явно не вариант, остаётся окно, но они на втором этаже. Карниз? Выдержит ли? «К чёрту, другого выхода всё равно нет», — с этой мыслью Арсений решительно распахнул окно. — Давай, Антон, как в стереотипном кино, по карнизу. — несмотря на опасность ситуации Арсения это забавляло, чем хуже проблема, тем веселее ему становилось, у всех разная защитная реакция на стресс. — Надо добраться до пожарной лестницы, она с торца дома. Давай котик. Шастуна передернуло от этого незамысловатого «котик» и он показательно фыркнул. Арсений первый шагнул в окно, как бы это ни звучало. К счастью, небо хоть и было затянуто тучами, но дождь ещё не успел начаться. Попов осторожно сделал несколько шагов. До лестницы было всего ничего, но высота второго этажа и злой ветер добавляли проблем. Наконец он коснулся холодного металла, из которого была сделана лестница, и взволнованно обернулся на Антона, который только дошёл до середины пути. Зелёные глаза с опаской смотрели вниз, но парень продолжал идти. Арсений хотел протянуть руку, но Антон только покачал головой, намекая, что и сам справится. Руки вспотели и начали скользить по холодному металлу, поэтому Попов начал быстро спускаться. Последние перекладины он проскочил, а Антон, как раз начал спускаться, когда мужчина коснулся земли. Им уже начало казаться, что всё позади и проблемы закончились, но, когда Антон спрыгнул рядом с Поповым, они услышали топот ног и лай собак. Шастун буквально схватил Арсения за руку, тут же срываясь на бег. Им повезло, что они оставили машину не так далеко. Шатен резким движением распахнул дверцу и вставил ключ в зажигание. От поворота ключа машина мгновенно откликнулась и заурчала двигателем. Арсений запрыгнул в салон следом. Тогда-то автомобиль и тронулся с места, Рено засвистело колёсами и рвануло вперёд. На выезде из населённого пункта послышался рёв машин, а вскоре засветились и фары. Антон вслух проклинал тот день, когда связался с Поповым, а потом вообще дошёл до дня, в который сам шибанул брюнета дверью, и взмолился, чтобы встречные автомобили поскорее разъехались. Из-за поворота показались две огромные чёрные машины и у Арсения всё внутри сжалось. Не так он представлял эту поездку. Шастун выехал на главную трассу и вдавил педаль газа в пол. Мотор зашумел сильнее и Рено понеслось прочь от мощных внедорожников. Думать, что преследователи их не заметили было абсудной идеей. Автомобили взревели и бросились в погоню. — Там за поворотом въезд в город. — констатировал шатен. — А-Антон… А ты можешь не гнать так или высади меня. — Попов выглядел бледнее, чем до кражи флешки, в голове то и дело всплывали сцены той ночи. Его руки мелко подрагивали, а ладони были сырыми от нервного пота. — Ага, разбежался! — издевается парень, сворачивая во дворы. — Ты всё это заварил, а теперь сливаешься? Если мы не уйдём от них, — кивает в сторону зеркал заднего вида. — То можешь идти хоть на все четыре стороны. На том свете. — а потом добавляет более серьёзно. — Главное, чтобы они не перекрыли дорогу — на двух авто это сделать, как раз плюнуть. Резкий поворот и они уже совсем на другой улице. Арсений припечатался к стеклу и с жалким стоном вжался в сидение. Преследователи разделились, что тоже не есть хорошо, — теперь они могут вынырнуть из любой улочки и с лёгкостью подрезать. — Антон. — скулит брюнет и смотрит жалостливым взглядом. — Да, что?! — взрывается парень. — Ты сам начал это. Что ты хочешь от меня? Остановить? Да пожалуйста! — бьёт по рулю. — Только если тебе жить не охота и полностью плевать на меня. — Может я теперь виноват, что этот чокнутый маньяк преследует именно меня? — в ответ язвит и закипает Попов. — Или что несколько лет назад попал в аварию и до сих пор не восстановился, поэтому и не сажусь сам за руль? Что я потерял в тот день что-то важное, а что именно я, блять, не помню! — А разве я виноват, что не мог тебе тогда помочь, а потом твои родители меня на пушечный выстрел к тебе не пускали? — выпалил Антон и замер. Сердце пропустило ещё один удар и словно замерло в ожидании. Парень судорожно сжал в руках руль и попытался сосредоточиться на дороге, отводя взгляд и понимая, что он только что сказал. Арсений уставился на Шастуна и принялся скользить глазами по парню, изучая. Смутный образ в голове начал приобретать чёткие очертания и Попов закусил губу, сопоставляя факты. Эти грустные провожающие взгляды, эта история с неудачными отношениями, это шокированное выражение лица в их первую встречу. — Нам ведь нужно поговорить?.. — сипло выдавил мужчина, но прекрасно понимая, что сейчас не то место и время. — Когда сбросим хвост — я весь твой. — скупо бросает Антон и возвращает внимание к трассе. — Уже не рассматриваешь варианта, что нас убьют? — горько хмыкает Попов. — Не успеют. — и с ледяным взглядом выворачивает руль так, что машина кренится на один бок, скрипит механизмами и свистит шинами, оставляя на асфальте чёрные следы колёс. Рено летит в стену заброшенного здания. Автомобиль преследователей не успевает затормозить и пролетает мимо, сталкиваясь нос к носу с вторым внедорожником, выскочившим из тени. Огромные машины превращаются груду покорёженного металла, а водители не подают признаков жизни. Парни вываливаются из Рено и сочувственно его осматривают. Арсений открывает рот, дабы извиниться, ведь из-за него Шастун лишился машины, но тот его перебивает. — Поздравляю, мы разъебали мою машину. — запускает руку в свою шевелюру Антон. — И почему я связался несколько лет назад именно с тобой, а, ходячая неприятность?

⊰ 𖤍 ⊱

Далеко за полночь двое мужчин брели по городу и думали каждый о своём. Арсений о том, как родители могли так поступить с ним и с Антоном. Шастун — о своих родителях, которые ещё ждут его. Об отношениях с Поповым он думать уже не может, он устал. Теперь очередь брюнета решать, что между ними будет и будет ли вообще. — Отец ждёт меня в гости на свою дачу. — прерывает тишину шатен. — Давай на выходных съездим? Вместе. И уже не отвлекаясь на работу сделаем выводы? Попов потерянно повернулся к нему, ставя про себя галочку рядом с пунктом «навестить своих родственничков». Он кивает, не прекращая рассматривать профиль парня, и даже, когда прощается с ним, смотрит в след. Внезапно перед глазами всплывает лучезарная улыбка Антона из далёкого прошлого. Одна картинка стремительно сменяет другую. Ему кажется, что пролетает целая жизнь. Это и была жизнь, в которой у него был Антон — светлый парнишка, который его любил и которого любил Арсений. Они были счастливы несмотря на ссоры с родителями, отрицание общества, тайны от друзей. Далёкое прошлое, которое похоже на очень странную сказку. Сейчас шатен изменился и внешне и внутренно, поэтому подобраться к нему будет сложнее. По нему видно — он далеко не тот Шастун, которого Арсений знал раньше. Этот парень гораздо сильнее, умнее и загадочнее. Но и сам Арсений стал другим. Та авария изменила их обоих. Только вот Попов эти изменения надёжно спрятал, забыв, что такое настоящее эмоции.

⊰ 𖤍 ⊱

— Вот я вроде глава отделения полиции, а меня закопали в бумаги, как будто я — секретарша, где, спрашивается, логика? — с этими словами Добровольский положил последний лист в аккуратную стопку и облегчённо выдохнул. — Всё, как же я рад. — Не пойму, а чего ты не наймёшь кого-нибудь? Было бы легче и ты не бухтел, как старый дед, — спросил Арсений, делая глоток из третей по счету чашки с кофе. — И не хочу тебя расстраивать, но помнится мне, Шастун должен принести тебе отчёт по отпечаткам, я, кстати, его и жду. Добровольский тихо застонал, падая головой на сложенные перед собой руки, и уже от туда донеслось: — Смерти ты моей хочешь, Попов. — Хотел бы — сам убил, чтобы не мучался. — улыбнулся Арсений, глядя на уставшего друга. — Кстати, про Шастуна, — вскинулся Добровольский. — Я его сегодня только утром видел, а сейчас почти семь. Опять что-то засиделся с бумагами. — Странно, не похоже на него, — нахмурился Арсений. — Пошли его проверим, всё равно ты уже закончил. Мужчина пожал плечами, поднимаясь из кресла, и с удовольствием потянулся. В коридорах уже было пусто. Правильно у большинства рабочий день закончился ещё час назад, а двое мужчин шли по коридору, ведя разговор ни о чём. Они остановились у двери в кабинет Антона, Арсений непроизвольно потёр лоб, чем вызвал смешок от Паши. За дверью было подозрительно тихо, но свет тем не менее горел. Арсений открыл дверь и замер. На полу неподвижно лежал Антон, рядом валялись разбитые очки, а в кабинете царил бардак: бумаги разбросаны, некоторые реагенты разлиты, экран ноутбука покрыт трещинами. Но Арсений видел только парня, который неподвижно лежал на полу.