Домик на дереве, решивший судьбу.

Он лежал, представляя как его маленький Салли расположился на груди шатена, и тихонько сопит носиком. Улыбаясь до боли в щеках, Джонсон в воздухе перебирал синие локоны, буквально осязая их, думая, что это по-настоящему, что Фишер совсем рядом. «Такое невинное чудо, и я его так люблю» — твердил в своей голове Ларри. Салли, лёжа на кровати, потянулся рукой к ящику за своей головой и достал личный дневник. Внутри лежала синяя шариковая ручка, и Фишер начал творить… «Кто глупый и отрешённый? Я не хотел таким стать. Никогда, никогда, Мне не удастся принять себя. Осколки в моей душе, Есть тьма, идущая за мной, Люди никогда не станут лучше, Но, а тогда кем стану я?» Строчку за строчкой юноша аккуратно прописывал в блокнот размером А5, и вкладывал особый смысл. Вытирая левым рукавом толстовки слёзы, правой он писал то, что его терзает на протяжении долгих лет. Его осенило: Фишер понял наконец то, что хотел написать на протяжении месяца. «Я не прошу тебя понять, я не прошу тебя уйти Зачем нам друг друга терять? Для нас двоих есть целый мир Ты ангел моей зимы, я ребёнок, что не забыл Но почему же я опять в кандалах твоей темноты? Из глаз моих слёзы, я замечен снова во вранье Я ничего не прошу, кем же я стану теперь? Я один, и моё сердце стало сильнее дышать Я сгораю, как пожар, ты стал обычным шрамом?» И вновь в каждую строчку парень вложил свой смысл. Он боится, что Ларри начнет его отрекать, он вспоминает то, как плакал, когда у него слетел протез прямо на глазах шатена. А тот шрам, который остался после удара прям в лицо, в шараге, досих пор время от времени побаливает и напоминает о себе. Он мечтает о чём-то большем, чем дружба, хотя совсем вида не подаёт. А на улице уже совсем светло, время близится к 06:00 утра. Перелистнув страницу дневника, Сал вновь начал писать. Но уже не стихи о своей жизни, а мысли по поводу шатена. «Он такой красивый. Его острые черты лица словно режут мое сердце, когда я вижу Ларри. Изящные пальцы, в которых идеально лежит кисть для рисования, выглядят безупречно. Его глубокие темно-карие глаза, которые сводят меня с ума, когда я в очередной раз заглядываю в них. Почему я раньше не задумывался об этом? В нём идеально всё: от походки до мелких привычек, которые я всегда замечал» Сглотнув ком в горле, Фишер решил написать Джонсону: @Sally: Эй, ты спишь..? Прождав около получаса, Сал так и не дождался ответа от друга. Кинув телефон на пол, парень закутался в одеяло и начал плакать. — Почему я так влюбился в какого-то одногруппника?! Мне так тяжело осознавать то, что я никогда не буду счастлив… Если я люблю, то люблю до конца своей ебучей жизни. Знал бы ты, как сильно я тебя люблю. Я ощущаю дикий прилив разочарования к себе… Пожалуй, время спать.. — в мыслях Фишера. * * * 12:07 AM, телефон Салли разрывается от звонка контакта с именем «Ларри^^» Фишер трёт кулаками сонные и опухшие от слез глаза, берет телефон с пола в руки, и отвечает на звонок. — Ало. Чего хотел? — хриплым голосом говорит Сал. — Чувак, ты чё! Мы же договорились с тобой утром покурить сходить, а время уже обед. Я ждал пока ты проснёшься, но мне стало слишком скучно и я решил прийти и позвонить. Ты готов? — Бляя, точно, как я забыть мог. Извини, заходи ко мне, я у себя. — Ты же в 402 квартире, правильно? — Да, всё верно. Сходим похавать на кухню и пойдём покурим. Салли ловким движением руки схватил протез с изножья кровати, и надел на своё лицо. Закрепив крепления на затылке, он услышал шаги по направлению к своей комнате и быстро принял положение, которое естественно для сна. Джонсон, зайдя в комнату немного осмотрелся, и лишь спустя секунд пять заметил маленький комочек, лежащий в позе эмбриона под одеялом, и тихонько хихикающий. Подойдя поближе к кровати, Ларри резким движением сдёрнул одеяло, и увидел Фишера.. голым? — Блять, чувак, а ты чё в маске своей спишь? — удивлённо спросил шатен. Салли, медленно подтягивая на ноги одеяло, сказал: — Нет, я хотел прикольнуться над тобой, а ты снял с меня одеяло… Теперь ты видел всё, получается. Слава богу я в трусах. — А мог быть без них? — Кто знает — с самодовольной улыбкой ответил Фишер. Встав с кровати, юноша начал ходить по комнате в поисках своих штанов. Наконец заметив их на спинке стула, Сал вновь вернулся на кровать и начал надевать штаны. Ларри немного притупил, уставившись прям в… промежность юноши. Его голову, казалось бы, могли посещать пошлые мысли, ведь утренний стояк у парней это вполне нормальное явление, но в его голове было: — Чё блять? У него больше чем у меня?! — думал про себя Джонсон. Быстрым движением рук Салли нацепил на себя оставшуюся толстовку, носки, и уже был готов пойти с другом пообедать. — А чё мы будем есть? — спросил шатен. — Я не знаю, отец что-то приготовил, пошли на кухню и узнаем — ответил Фишер. Зайдя на кухню, парни открыли холодильник и начали рассматривать продукты, которые там есть, либо блюдо, которое готовил Генри перед уходом на работу. Ничего особо вкусного не найдя, юноши взглянули на плиту и нашли там свинину в кисло-сладком соусе и яичницу с беконом. — Сал, чё ты есть будешь? — Я поем яичницу, ибо не очень люблю мясо в любом виде, кроме бекона. В холодильнике есть сосиски с фасолью, но и подобные виды мясных изделий я не ем. Будешь свинину? — Да, давай, я бы не отказался. Ребята взяли тарелки и положили себе немного еды. Салли налил малиновый чай для себя, и крепкий чёрный без сахара — для Ларри. Усевшись удобно за стол, они начали есть, переодически показывая друг другу смешные картинки с телефона и вместе обсуждая их.