Трусакова головного мозга

Аня ехала в такси испытывая крайнюю степень недовольства. На дворе стояла июньская жара, термометр день за днем превышал отметку в тридцать градусов, а одна рыжеволосая бестия валялась в кровати с температурой, плавно подбирающейся к отметке в сорок градусов. Старшие Трусовы уехали в мини отпуск, оставив детей одних, в надежде на разумность старшей дочери. Видимо, зря, потому что буквально через два дня после того, как безбашенная троица осталась одна, на телефон Щербаковой поступил звонок от обеспокоенного Егора. И вот теперь, вооружившись всеми возможными таблетками, спреями и сиропами, Аня мчалась в знакомый дом, чтобы спасти рыжее чудо от верной погибели в руках чересчур заботливых и не очень компетентных в вопросах лечения братьев. Дорога занимает чуть больше времени чем обычно, потому что пятничные пробки никто не отменял. Аня нервно постукивает пальцами по коленке, ожидая, когда машина домчит ее до нужного дома. Наконец, спустя казалось бы вечность, такси останавливается напротив нужного дома. Аня быстро покидает автомобиль, сразу же направляясь в дом, дверь которого, на удивление оказывается открытой. Она осторожно заходит, находясь в шоке от непривычной тишины, и начинает не на шутку волноваться за всех обитателей этого места. Со второго этажа неожиданно слышится топот и громкий лай, что заставляет Аню вздрогнуть. На нее тут же набрасывается стая, по всей видимости, голодных собак, что заставляет Щербакову напрячься еще сильнее. На первом этаже никого обнаружить не удается и она поднимается наверх, решая. что собаки могут поголодать еще минут десять. Все трио семейства Трусовых, обнаруживается в комнате старшей. Саша лежит под тонной одеял, в окружении Егора и Вани, которые с обеспокоенными лицами смотрят на сестру, периодически меняя на ее лбу смоченное в холодной воде полотенце. — Так, мелюзга, рассказываем что случилось. — Аня проходит в комнату и ставит пакеты на стол, оценивая масштабы трагедии. Саша спала, но видимо ее мучил жар, потому что веки трепетали, а изо рта вырывались беспокойные стоны. Аня снимает со лба компресс и дотрагивается рукой до лба, убеждаясь в том, что температура запредельно высокая. Из пакетов тут же достается градусник, который аккуратно скрывается между рукой и телом рыжеволосой, пока Аня внимательно осматривает парней, пытаясь понять, в порядке ли они. — Так что все-таки случилось? — Ну, она ела мороженное вечером, на веранде, а там еще и ветер был. Ну, она вот, и заболела. А еще нам не разрешила мороженку поесть. Вот ее за вредность и наказали. Ваня надувает щеки и складывает руки на груди, пока Егор недовольно цокает на поведение брата, понимая, как нелегко придется сестре, когда ей станет легче. Градусник издает противный писк, что отвлекает Аню от возмущений. Она аккуратно достает его, тихо матерясь, когда видит цифры. Братья обеспокоенно смотрят на девушку своей сестры, потому что услышать от нее ругательства, можно было только в самых сложных ситуациях. Аня достает из пакета пару ампул и шприц, в который набирает лекарства, а затем, откидывая одеяла и перевернув Сашу на бок, аккуратно ставит внутримышечный укол. Она снова поворачивает девушку на спину, накрывая легким пледом. Они с младшими покидают спальню, оставляя рыжеволосую отдыхать. Они проходят на кухню, где Аня очередной раз поражается тому, насколько все плохо. В мойке гора немытой посуды, на столе крошки и остатки недоеденной еды. Девушка испускает обреченный стон и достает из кармана штанов мобильный. — Алло, мам, я на пару дней останусь у Сашки, нужно спасать семейство от голодной смерти. Чувствую без моего контроля, дом превратиться, в замок с приведениями. Получив какие-то инструкции в ответ, Аня сбрасывает звонок и поворачивается лицом к смущеным братьям. — Ну что, показывайте, где у вас тут тряпки и швабры. Втроем, они справились с уборкой достаточно быстро. Пока Аня вытирала со столов, и мыла полы, Егор и Ваня помыли и разложили посуду, даже успели вынести мусор. Собаки были наконец-то накормлены, и сытые улеглись спать. Теперь предстояло накормить продолжателей рода Трусовых. Аня нарыла в холодильнике только колбасу и яйца, быстро приготовив омлет и сделав мысленную пометку смотаться в магазин, за нормальными продуктами. Они быстро поужинали, обсуждая разные мелочи из жизни, пока время на часах не перевалило за полночь и Аня не отправила пацанов спать. Сама же она не долго думая, вернулась в комнату своей девушки, и отметив, явное улучшение самочувствия той после укола, улеглась рядом с ней, быстро проваливаясь в царство Морфея.

***

Саша просыпается ощущая ломоту во всем теле и дикую сухость во рту. Она поворачивает голову, встречаясь с обеспокоенным карим взглядом. — Как ты себя чувствуешь? — Тело ломит и пить очень хочется. — Голос сиплый и тихий, но Аня все понимает, и уходит на кухню, возвращаясь со стаканом теплой воды. Саша выпивает его небольшими глотками, ведь горло нещадно дерет и благодарно улыбается старшей, снова откидываясь на подушки. — Мне стоит сейчас прочитать лекцию о твоей бестолковости или дождаться, когда тебе станет чуть легче? — Если тебе станет легче, можешь и сейчас. — Дело не в том, чтобы мне стало легче, а в том, что ты ответственна не только за себя, а за братьев и собак, которых оставила голодными и обеспокоенными. Скажи мне, тебя не учили, что есть мороженное в огромных количествах нельзя, а если на улице холодно, нужно надевать куртку несмотря на то, что на дворе июнь. — Прости, мам, в следующий раз, буду вести себя более разумно. — Господи, ну почему я влюбилась в пятилетнего ребенка? — Может быть, потому что, этот ребенок слишком обаятельный, красивый, сильный, и родной? — Ага, еще и скромный, к тому же. Аня улыбается, оставляя легкий поцелуй на любимых губах. По ощущениям температура уже не такая большая, поэтому она удовлетворенно кивает и поднимается с кровати, направляясь к выходу из комнаты. — Пойду сварю тебе бульон и покормлю парней. Надеюсь, тебе хватит мозгов не вставать с кровати и выпить лекарства, которые я поставила на тумбочке. Аня дожидается уверенного кивка и направляется на первый этаж, откуда слышится радостный лай и громкий смех. Саша с огромной улыбкой утыкается взглядом в потолок. — Иногда можно и нотации послушать, если рядом будет любимый человек.