На той стороне

— Какое прелестное чудовище! Милашка!.. Теперь я понимаю Танджиро-куна и Томиоку-сана… — Доума скорбно скрестил руки на груди и снова опустил взгляд на приоткрытый короб. — У меня бы тоже не поднялась рука на такую прелесть… Ну, иди-ка сюда, ко мне, девочка… Доума, решивший с позволения самого Оякаты-сама лично взглянуть на новую зверушку штаба, потянулся к демону — маленькой темноволосой девочке — и, едва касаясь, погладил ту по голове. Как послушную милую собачку. Доума был впечатлен: демон, Незуко Камадо, как ему уже успели сообщить и в чем он уже успел убедиться сам, совершенно не проявляла никакой агрессии к людям. Чудно. И очень-очень интересно. — Не кусаешься, значит… Незуко Камадо смотрела на потревожившего ее гостя внимательно, пристально. Будто чего-то ожидая. Прошла минута, две, три, и спокойный взгляд демона начал встревоженно бегать, будто ища в маленькой подвальной комнатке кого-то еще. Незуко Камадо неосознанно пыталась найти своего брата. Незуко, еще несколько минут назад крепко посапывавшую у себя в коробке — личном деревянном крохотном домике — охватило необъяснимое тяжелое чувство — ей очень-очень захотелось прижаться к брату и никогда его больше не отпускать. Прижаться к нему и вместе спрятаться — в ее коробе ведь места много, она уменьшится еще, если что. Но брат не спешил подрываться к ней в спасительные защитные объятия. Кажется, навестить ее пришел только этот странный человек. Пугающий странный человек. Незуко Камадо фыркнула и попыталась снова забраться в свое убежище, но ее настойчиво потянули за волосы, почти вцепились мертвой хваткой. Демон снова поднял настороженный взгляд на человека. Опасность. От человека исходила самая настоящая опасность. Доума широко улыбнулся. Демон совсем не пытался сопротивляться. Прекрасненько. — Слышал, тебя обидел наш многоуважаемый Столп Ветра? Ну-ну, надеюсь, ты не держишь на него зла. У Санеми-сана просто всегда были проблемы с девушками, он у нас такой несдержанный и грубый, ух. Если бы я был на собрании, я бы его обязательно остановил. Ты же не злишься на меня, что я не смог его остановить, Незуко-чан? — Доума снова прошелся по длинным волосам демона. Незуко Камадо никак не отреагировала. Доума нахмурился. Он хоть и привык, что большинство его старалось игнорировать, все же от демонической зверушки он прямо сейчас жаждал получить особое внимание. Хоть какое-то внимание. Доума был почти уверен, что если у Шинобу-чан будет хорошее настроение, она обязательно возьмет его в ассистенты для опытов над этим миленьким демоническим отродьем. Доума обожал эксперименты. Обожал вызывать самые разные эмоции у всего, что дышало и двигалось: из демона на опытах, пытках можно было выбить много всего интересненького. Всяко больше, чем во время боя. Доума в воодушевлении закатил глаза. На миг даже позабыл об объекте своего интереса, который все-таки успел забраться обратно в короб. Доума вздохнул. Опомнился. — Эх, почти все демоны, которых я встречал, были такими разговорчивыми… А ты у нас и правда особенная, Незуко-чан. Или глупенькая. Или стеснительная. Я пока не понял. Ты не волнуйся, я не буду больше к тебе приставать, — Доума вздохнул в печали, но тут же его губы растянулись в лучезарной улыбке. — У меня на это еще будет время. Прости, что побеспокоил, Незуко-чан, было приятно познакомиться!.. Доума снова, так и не дождавшись какой-либо реакции, многозначительно хмыкнул и пошел вон из комнаты, про себя напоминая, что нужно еще передать ключи от комнаты лично Шинобу-чан — вот он, еще один повод порадовать своим вниманием даму сердца. Но Доума не успел даже отойти на несколько метров от подвального убежища новой зверушки — ручного демона — как на него налетел неизвестный в клетчатом хаори. Доума такого еще не видел ни на одном охотнике штаба. А он точно помнил всех-всех своих товарищей. Но кое-что его удивило, застало врасплох еще больше — Доума даже не стал уклоняться, позволил незнакомому мальцу врезаться в себя своим крепким лбом. Доуме хотелось рассмотреть «кое-что» поближе. — Оу, какие красивые серьги ханафуда! Не подскажешь магазинчик, где купил? Хочу сделать подарок Тенгену-сану… Давно искал ему что-то такое. Доума будто совсем не заметил, что его едва не сбили с ног: он был заинтересован только серьгами. Вот только неизвестный юный охотник, кажется, его даже не расслышал. — Ч-что с Незуко? Что вы сделали с Незуко?! — от волнения и сбитого дыхания парень сорвался на крик. Доума лишь поморщился, в деланном недоумении вздернул бровь. Слишком много шума — утомительно. — Незуко-чан?.. Мы просто болтали. А что такое? — Доума качнул головой, быстро сложил два плюс два. — О, постой-постой, а я ведь раньше тебя здесь не видел… Ты, наверное, Танджиро-кун, да! Отважный мальчик, пригревший на своей спине в коробчонке демоническое отродье, которое когда-то было его любимой младшей сестренкой? Ох, я наслышан о тебе! Мне жаль, очень жаль, что мы не успели познакомиться раньше. Меня, кстати, зовут Доума, я Столп Льда. Танджиро лишь охнул, стоило Столпу Льда заключить его в крепкие объятия. Танджиро ничего не понимал: он бежал сюда задыхаясь, боясь опоздать. Боясь снова увидеть, как Незуко снова делали больно. Но вопреки тяжелому предчувствию… Нет, Танджиро Камадо совершенно ничего не понимал. Что это за странный человек? Столп Льда? Почему тогда его не было на собрании? А что он здесь сейчас вообще делал? Что он делал здесь с Незуко? Поток беспокойных мыслей Танджиро все никак не прерывался, ударяя по вискам. — Пожалуйста, отпустите, мне нужно к Незуко!.. Ей… Ей страшно, я чувствую… Чувствую ее страх! Доума на миг замер. Замер в искреннем непонимании. Отстранился. — Страх? И чего же твоя сестренка так испугалась? Не меня ли? Доума усмехнулся, резко схватив Танджиро за шиворот. У последнего внезапно по спине прошел табун мурашек — Танджиро даже позабыл дернуться. Из ступора его вывел легкий хлопок по плечу. Доума скалился в привычном ему дружелюбии. — Хм-м… — Доума задумчиво приложил палец ко рту, сощурился. — Значит, ты у нас тоже особенный ребенок? Страх чувствуешь, значит, да? А у меня… Что ты чувствуешь у меня? Чем пахнет от меня, Танджиро-кун? Тоже страхом? А может, любовью? Или, может, ненавистью? А может, всего лишь интересом? Поделись-ка со мной, Танджиро-кун, а то я сам совсем запутался. Танджиро вздрогнул, почувствовав, как его одной рукой потянули вперед. Заставили носом уткнуться в грудь. Холодно. Танджиро не ощущал ничего, кроме холода. Доума это понял. Доума же не пустой дурачок — даже очень понятливый. — Ох, мальчик мой, слышишь, как гулко сейчас бьется мое сердце?.. Я восхищен. Я восхищен тобой и твоей сестрой. Я восхищен вашей связью: в вас столько чувств, столько эмоций… Ох, что это я — опять забылся, извини. С Незуко-чан все в порядке, я уже сказал: мы просто болтали. Как с тобой сейчас. Танджиро-кун, ты, что, не веришь уважаемому Столпу? Ты не знаешь, что, согласно Уставу, Столпов нужно слушать беспрекословно? — в полушутливом-полусерьезном тоне напомнил Доума, снова отстраняясь от забавного юнца. Повисло неловкое напряженное молчание. Которое быстро наскучило Доуме. Он не хотел дольше нервировать мальчика, с ним и так все было ясно: он, бедный, все на взводе из-за пропащей демонической сестренки, вон, сюда из-за ерунды сорвался, шума сколько наделал. Нужно обязательно попросить Шинобу-чан прописать Танджиро-куну какие-нибудь травки. Чтоб успокоился. Насовсем. — Незуко-чан пора баиньки. А тебе — обратно в поместье Бабочки, Танджиро-кун. Тоже баиньки. Тебе нужно восстановиться после последней миссии. Ты же все еще хочешь добраться до Прародителя демонов, Кибуцуджи Мудзана? Вот и славненько. Не теряй время попусту: тебе нужно хорошенько подлечиться. А то с подорванным здоровьем оплошаешь на новых заданиях. И умрешь. Бедняжка Незуко-чан так расстроится… И я тоже очень расстроюсь. Ты же не хочешь этого, Танджиро-кун? Танджиро Камадо еще не знал: Доуму, Столпа Льда, нельзя было расстраивать ни при каких обстоятельствах.