Amantes sunt Amentes или Влюбленные — безумны

Сеул. Настоящее время

Тиен

      Проснуться от ненавистного звука будильника — залог не менее ненавистного дня. «Семь утра… чертовых семь утра, — простонала я, убирая с лица спутанные волосы и забрасывая телефон в другой конец кровати. — И почему нельзя начинать рабочий день хотя бы с одиннадцати?»       Быстро вылезти из нагретой постели стало не самой лучшей идеей. Пониженное давление моментально дало о себе знать и от непривычно резкого подъема голова немного закружилась. В глазах на несколько секунд потемнело, а меня начало пошатывать. Только благодаря попавшейся под руку стене я устояла на месте. «Почему каждое утро я просыпаюсь так, будто не спала вовсе?»       Самочувствие было отвратным, я ощущала себя выжатой тряпкой, побитой собакой, загнанной в скачках лошадью, хоть и только проснулась. Мерзости всему этому паскудству придает небольшой сквозняк, что нагло бродит по голым ногам. Теперь я еще и начала дрожать. Поежилась, обняла себя руками, потирая плечи, но ничерта не согрелась. Только когда в глаза ударил солнечный свет, стало хоть и не особо приятно, зато не так противно.       Наблюдая за тем, как теплые лучи давно минувшего рассвета, уже по привычке, пробиваются сквозь темные занавески, я вспомнила о недавнем предложении Джиён по поводу пробежки. Возможно, хоть это помогло бы сейчас раздуплиться?       Все еще пребывая в состоянии сурка, насколько это возможно быстро умываюсь, натягиваю на себя свободные спортивные штаны с кофтой и спускаюсь на первый этаж, старательно сооружая на голове подобие пучка. — Да ладно, кого я вижу, неужели ты наконец вылезла из своей берлоги и решила пробежаться со своей младшей сестренкой?       Джиён сидит на стуле, завязывая шнурки. Рядом на полу стоит готовый протеиновый коктейль, а на худеньких подтянутых ногах, поверх плотно облегающих розовых велосипедок, лежит надгрызанное зелёное яблоко. Во рту моментально выделилась слюна от одной только мысли, насколько этот фрукт должно быть кислый. Я поморщилась. — Тебе лучше оставить свои колкости при себе, ты прекрасно знаешь мое состояние утром.       Мое раздражение встретилось ехидной улыбкой. Хитрой и самодовольной. — Все молчу, молчу, психованная, — сестра сверкнула на меня лукавым взглядом и в очередной раз оставила большой след от зубов на глянцевой поверхности сочного плода. — Тогда прошу на выход, наш человек ночи, — едва выговорила сквозь набитый рот, сунула шейкер в маленький рюкзак и, не дожидаясь меня, направилась к двери.       Мы довольно быстро добежали к ближайшему парку и еще минут 20 исследовали его окрестности, в надежде уловить что-то новое в хорошо знакомом пейзаже.       Несмотря на довольно раннее время, воздух оказался до того душным и влажным, что иногда становилось тяжело сохранять ровное дыхание. Да и солнце начало нагло припекать голову, полностью игнорируя тот факт, что большинство дорожек, по которым мы бежали, находились под защитой обширной тени деревьев.       Людей было не так уж много, в основном встречался офисный планктон с безжизненным лицом и пустым взглядом. От их удрученного вида по телу то и дело бегала неприятная дрожь. Ведь сама мысль, что я могу так же днями проводить время, копаясь в куче однотипной документальной макулатуры, или монотонно штамповать ее часами напролет подобно роботу, сама по себе уже становилась фобией.       Джиён ныряет из ровных чистых дорожек, что тянулись вдоль свежеокрашенных лавочек, на грунтовую тропинку вглубь пышной зелени сквера. Затем небольшое озеро, потом еще мостик через него и снова эти узкие тропинки. Кто-то остановите это.       После небольшого перерыва в когда-то регулярном спорте, я очень быстро начала сдуваться. Подобно воздушному шарику, с каждой новой секундой теряя драгоценный воздух и все больше оседая к земле.       Заслышав мое к чертям сбитое дыхание и завидев обильные ручьи пота, насквозь пропитавшие серую свободную кофту, сестра сворачивает к небольшой площадке. Решает дать мне время отдохнуть, а себе размяться. — Дыши глубже, капуша, — бодро лепетала она, наблюдая за тем, как я жадными поверхностными рывками хватаю воздух, — надеюсь ты не собираешься выблевать здесь свои прокуренные легкие или окопытиться?       Нырнув лицом в край футболки лишь на секунду, чтобы утереться, я не забыла натянуть на него притворную улыбку по возвращению. — Нет, дорогая, лучше сделаю это на твоей выглаженной постели.       Врожденный перфекционизм — бремя, которое придется тянуть Джиён на своей спине всю жизнь, и по совместительству моя лучшая лазейка, чтобы ей докучать. Сестра моментально кривится, будто только что лицезрела подобную картину. От этого ее аккуратный носик превращается в перезревшую сливу, а слегка блестящая от пота кожа, покрывается мелкими морщинками, делая девушку похожей на маленького капризного ребенка, которого заставляют есть нелюбимое блюдо. — Фу, идиотка, — бросает брезгливо она и спешит отвернуться.       Произведенный эффект именно такой, каким я желала его видеть. Я успешно выполнила свой долг, а значит могу немного расслабиться.       Мы забрели на площадку с множеством уличных тренажеров и детских аттракционов. И по великому совпадению, моим пристанищем становится именно тот из них, что был горячо любимым в школьные годы.       Крутящаяся вокруг своей оси карусель, что достигает скорости света. Не имею ни малейшего представления, чем мне в детстве могла приглянуться эта адская воронка, но сейчас от мысли о том, что сделаю хотя бы один такой круг мой вестибулярный аппарат выходил из строя, оставляя по себе лишь тошноту.       Умостившись на край сидушки и глотая мелкими рывками воду с каким-то огурцом, которую предусмотрительно подсунула мне сестра, я стала наблюдать за довольно обыденной для себя картиной. Сколько бы не смотрела на то, как Джиён занимается спортом, всегда продолжаю делать это с откровенным удовольствием.       Вид ее встающей на четвереньки и глубоко подныривающей под воображаемую планку, при которой она почти касалась грудью земли, завораживал, выглядел искусно и безумно соблазнительно. Девушка подобно движению маятника то с прогибом перекатывалась вперед, то возвращалась обратно, округлив спину и снова упираясь в руки. И каждый такой раз неизменно притягивала к себе взгляды.       Любой проходящий мимо человек, независимо от пола, возраста и ориентации, считал свои долгом потаращиться на смазливую стройную девушку. С той лишь разницей, что мужчины косились с обожанием, истекая слюной, а девушки с завистью, захлебываясь злорадной желчью. — Как там обстоят дела с Чонгуком? — будто невзначай интересуется сестра, медленно выгибаясь в спине и устремляя острый подбородок и копчик в небо, точно как кошечка. На самом же деле просто прощупывает почву.       Джиён — это ведь чуть ли не единственный человек в мире, который знает обо мне все. Конечно же она была в курсе всего. Я в тот же вечер рассказала ей о нашей с Чоном встрече во всех подробностях, упуская лишь свои вытекающие выводы о его семье, которые наверняка и так были известны всем вокруг. — Джиён, я уже говорила, у нас нет никаких дел с ним, — максимально беспристрастно отвечаю я, пережевывая попавшийся ломтик огурца. — Ты же знаешь, я закрыла для себя эту тему, — максимально правдоподобно вру, растягивая время, — все далеко в прошлом, меня это никак не заботит, у него своя жизнь, у меня своя и… — О господи, тише ты... — но в мгновение лицо сестры меняется, она быстро подрывается на ноги и подлетает ко мне. В широко открытых глазах читается испуг, она схватила меня за плечи, сильно впиваясь пальцами в кожу, — Тиен, только не поворачивайся, там Чонгук, — зашипела она у самого лица. — Где, где… — внутри все замерло, мысли стали метаться как сумасшедшие в поиске ответов на бесконечные вопросы по типу, как я выгляжу и что у меня с лицом.       Я стала истерически осматриваться вокруг и искать в каждом прохожем знакомую походку или отличительный фрагмент одежды, пока не услышала ехидный смешок под боком. — Ну да, как же, пройденный этап, — абсурдность ситуации быстро настигла мой взвинченный мозг. «Господи, Тиен, как можно было повестись на такой очевидный развод? — все мысли заполнились сплошной руганью себя, а ладонь припечаталась к худенькому плечу сестры со звонким шлепком. Поделом ей.» — Ау, больно... — девушка потерла ушибленное место, но продолжила лыбиться, ловко меняя позу и отходя в сторону. — Если все настолько безоблачно как ты говоришь, то почему до сих пор ни с одним мужчиной нормально не встречалась, а?       Заезженная тема или быть может легкий ветерок, что прошелся по спине, подначил натянуть рукава кофты по самые кончики пальцев и забросить ногу на ногу. — Это никак не связано с Чоном… да и встречалась я вообще-то несколько раз, — глупо оправдалась я, в добавок ко всей своей неестественной позе, что не располагала к диалогу, покрепче обхватила себя руками. — Пф, ну да, конечно же, — не прошло и секунды, как Джиён отбила мой сомнительный аргумент сарказмом, девушка оперлась о тонкую металлическую трубу брусьев и стала с энтузиазмом потягивать свой белковый коктейль. — Тиена, то, что ты иногда гуляла с парнями и от силы эти несколько раз сносно потрахалась, ещё не значит, что у тебя были отношения. У тебя даже кончить нормально ни с одним не вышло…       Мысли о холоде покинули меня со скоростью света, как и о тошноте, и о неловкости, и о всем прочем. Так же быстро получилось сорваться с места и заткнуть рот сестры ладонью. — Ты что творишь, идиотка, — прошипела я, озадаченно оглядываясь по сторонам, — не заставляй меня жалеть, что я тебе рассказывала это.       Под ладонью растянулась наглая ухмылка, Джиён покосилась на меня и легонько прикусила мой средний палец, оставляя мокрый след на коже. Это вынудило меня отдернуть руку, а сестру продемонстрировать свои 32 белоснежных зуба. — Да ладно тебе, малышка, так и в старых девах с личным питомником кошек остаться можно. Хочешь, я тебя познакомлю с кем-то с работы, покувыркаешься немного ради здоровья, отвлечешься, ну или вспомнишь хоть, что такое поцелуи?       В янтарно-карих глазах играли развратные огоньки. Они хлестали и кружили в безудержном танце похоти и еще ни разу ни к чему хорошему не приводили. — Нет, Джиён, даже не думай, — мне ведь только этого сейчас и не хватает, — я не хочу сейчас забивать голову этой ерундой. А вспомнить, что такое поцелуи, я и с тобой могу.       Дабы оборвать какие-либо последующие возражения, оставляю на девичьих губах быстрое поверхностное касание, и они моментально дергаются в тщеславном приступе самолюбия. — Будем считать, что ты меня убедила, — добавила она с коварным прищуром, облизывая кончиком языка уголок рта.       Что значило в свою очередь только одно — она обязательно вернется к теме моего «физического здоровья».       Еще немного покружив в парке, мы вернулись домой. Я быстро приняла душ, переоделась и даже успела найти силы и время на прогулку с младшенькой Соён. Должна же быть хоть какая-то польза от того, что ее университет находится в двух кварталах от моей работы.       День выдался совершенно привычным, без особого напряга и кипиша, который зачастую бывает в выходные дни. Я неспешно шаталась меж столиками, обслуживая клиентов, несколько раз перекусила, три раза залилась кофе, который к моему огромному счастью и к огромному разочарованию начальницы, здесь был бесплатным для сотрудников, полила все цветы, прочла с пару десятков страниц книги между заказами и даже уделила с полчаса на то, чтобы поразмыслить над новыми рецептами, с которыми бы смогла помочь Тае без ее непосредственного участия. Девушка выглядела сейчас до жуткого занятой.       В виду всего этого, уже около двух часов дня я переделала все, что могла, спровадила последнего клиента и встретила примчавшуюся на подготовку выездных заказов Таю, которая планировала их еще и лично доставлять. — Я не знала, что у тебя есть еще одна сестра, — с укором сказала начальница после моего рассказа о прогулке с Соён, сваливая оставшуюся посуду в мойку, — почему ты тогда говорила, что не умеешь общаться с детьми? — Я не люблю с ними общаться, это разные вещи, — поправила я, плюхаясь на мягкий диванчик, что так кстати мы с Таей сюда поставили полугодом ранее. — А так в основном Джиён делала все касаемо ухода за младшей, я больше походила на роль тети, которая в свободное время играет с ребенком и учит его всякой бесполезной ерунде.       Хоть работы было не так много, но ноги устали еще от внеплановой утренней активности. Испытывая трепет услады, я свесила их на пол и вытянула, прокручивая стопы. Оказывается, крепатура от бега может появиться и спустя несчастных полдня. — Джина постоянно просится со мной в кафе, чтобы встретиться с тобой, — Тая бросила на меня застенчивый взгляд и смущенно хмыкнула себе под нос, ведомая невесть какими мыслями. — Впервые вижу, чтобы она проявляла такую инициативу в общении с кем-то.       Слова начальницы немало удивили. Признаться, меня давно настораживал тот факт, что Джина довольно часто приезжает с матерью на работу. Да, она нередко из всей площади кафе избирала именно ту ее часть, что была в непосредственной близости ко мне. Да, порой просто околачивалась вокруг, о чем-то заходилась болтать или рассыпалась тысячью и одним вопросом на неисчерпаемое количество тем. И да, я всегда была убеждена, что все это происходит потому что Джина просто такой ребенок: болтливый, непоседливый и гиперобщительный. Но чтобы ее поведение хоть каким-то боком было связано со мной? Никогда бы не поверила.       Правда после последней нашей встречи несколькими днями ранее, как-то совсем незаметно мое раздражение по отношению к девочке сменилось равнодушием. А сегодня, в довольно спокойный рабочий день, я и вовсе себя словила на том, что без нее вокруг становится сильно тихо. До легкого дискомфорта и угнетения. — Я иногда переживаю, что на дочку много всего навалилось в столь юном возрасте, — Тая же принимала мое молчание за глубокое понимание и осмысление, продолжала осторожно говорить, нервно переступая с ноги на ногу в поисках более удобной позы. — Ну знаешь, сначала родились близнецы, потом я начала активно работать, теперь моя девочка еще и в школу захотела пойти на подготовку… Может поэтому в последнее время Джина стала более грустной, может поэтому нуждается в каком-то особом общении и внимании... «Стала более грустной... — мысленно повторила я, скрещивая руки на груди и скептично пожевывая краешек губы.»       В моей голове не укладывался тот факт, что можно быть грустной или чем-то обделенной в таком положении. Джине всего 4 года, у нее есть все. Вкусная еда, крутая одежда, ей не нужно работать и думать, как в этом месяце платить за квартиру, чтобы арендодатель не выставил за порог. В конце концов, ее отец — Чон Чонгук. Известный, наверняка богатый и состоявшийся во всех возможных планах человек. Так какая вообще с такой жизнью может быть причина для грусти? — …так может это все из-за меня, может ей просто не хватает именно моего внимания? — стало последним, что донеслось до меня перед повисшей тишиной.       Я оторвалась от бесцельного рассматривания шнурков на кроссовках, мгновенно встречаясь с просящим взглядом Таи. Он был явно не первую и не вторую секунду обращен ко мне. В ее глазах читалось неподдельное беспокойство, потребность в поддержке и понимании. Но что она хотела от меня? Что я вообще могла сделать с этим? — Кхм…эм… — замешкалась я, немного подползая выше по спинке дивана и упираясь ладонями в его сидушку, ведь не слушала и половины того, что мне говорилось. — Думаю, ты слегка драматизируешь… просто в таком возрасте дети меняются, может она просто сепарируется от родителей и все дела, это же нормально, — попыталась выдавить из себя нечто успокаивающее, но вышло с точностью да наоборот. — О, Господи, это точно моя вина, — девичья рука испуганно прикрыла рот, будто до этого она сомневалась в своих словах, но после моего ответа нашла неутешительное подтверждение им.       И только этого мне сейчас и не хватало.       Тая забегала глазами по моим и стала дышать чаще положенного. Ресницы захлопали, а под ними показался влажный блеск. «Отлично, Тиен, молодец, просто умница, доведи еще и так подавленную мать до истерики из-за своей невнимательности, — внутри закипела подступающая паника. Я подорвалась на ноги, не зная, что делать. — Конечно, ты же лучше всех все знаешь. Ты же у нас психолог со стажем и мать пятерых детей! Тебе же все виднее! — голова заработала в турбо-режиме.» — Так стоп, Тая, сама подумай, откуда мне что-то вообще знать о детях, если у самой-то нет ни одного, м? Правильно? Все, что я сказала ерунда, не обращай внимания, — я сделала несколько быстрых шагов вперед, пока задорно тараторила связку бессвязных просьб и объяснений, стараясь свести их к шутке. — Нет, милая, ты права, из-за всего этого Джина отдаляется от меня, я чувствую, что она уже это делает, она… она… она уже не пересказывает мне свой день перед сном в подробностях и не… не нуждается в моей помощи… а вдруг ее обидят где-то… вдруг она примет это сильно близко к сердцу, а меня не будет рядом…       Несвязная речь, проскакивающее заикание и затравленный взгляд — это все, что нужно знать о состоянии начальницы и моей способности поддерживать людей.       Браво, я вогнала ее в панику. Можно смело выбирать крематорий и бронировать место для чаши с прахом. Хотя куда уж там, даже праха от меня не останется после такого.       Коленки дрогнули, я нервно сглотнула.       Как бы мне не хотелось, я уже не смогла бы выйти сухой из воды, поэтому все, что оставалось собраться и сделать все, чтобы меня хотя бы не вынесло отсюда волной слез. — Тая, не говори глупостей, — видимо, мой мозг избрал радикальную тактику ведения диалога, как смело, ох, как смело. — Послушай меня внимательно. Дефицит внимания в вашем случае просто исключен. Только слепой не заметит какие близкие у вас с Джиной отношения. Я постоянно слушаю рассказы про вашу совместную готовку и прогулки. Я здесь чуть ли не каждый день становлюсь свидетелем того, как ты с ней носишься, как везде таскаешь за собой, неважно будет это подпись каких-то бумаг, заключение договоров или поездка на закупки, — слова вылетали из меня как пули из автомата калашникова, горло от этого пересохло, а я, не зная куда деть руки, стала потирать ими хрупкие плечи девушки. — Поверь, вы не просто мама с дочерью, вы родственные души. А то, что она меньше стала тебя посвящать во что-то, так это и правда выглядит естественно. Джина же растет, она становятся более самостоятельной, у нее появляется больше жизни вне дома, конечно могут быть и негативные эмоции тоже, — я установила зрительный контакт с девушкой, пальцы сомкнулись на ее остреньких локтях и сжали их. — Ты не сможешь ее уберечь от всего, она должна будет научиться справляться с проблемами самостоятельно, но поверь, с такой замечательной и внимательной мамой как ты она всегда будет знать, что ей есть к кому обратиться за помощью в трудные моменты. Просто продолжай оставаться такой же, будь рядом с ней и она обязательно тебе обо всем расскажет.       По румяным щекам заструились слезы, Тая несколько раз всхлыпнула, бегая по мне взглядом. «Неужели я сделала еще хуже? — подумала я с ужасом.» — Ты права, Тиен, я просто буду рядом с ней, — но девушка сделала небольшой шаг навстречу и повисла на ошеломленной мне, обхватывая шею. — Спасибо, ты мне очень помогла.       Неужели я выжила? Неужели все-таки смогла угадать нужный подход?       Первый полноценный вдох за последнюю минуту произошел уже в девичьих густых волосах. Облегченный, сладкий, с легкими нотами вишни. Оказывается, сложно быть в чьей-то жизни психологом, когда в своей ты псих.       На ум пришел один вразумительный вывод — их семейка очень странная и мне будет проще вывернуть мозги наизнанку, чем понять, что у каждого из них творится в голове.       Я продолжала слегка похлопывать начальницу по спине, чувствуя, как рубашка на плече пропитывается слезами. Ну по крайней мере, я всеми силами пыталась себя убедить, что это были только слезы. — Ну все, хватит, — ладони сомкнулись на тонких предплечьях, чтобы отодвинуть девушку от себя хотя бы на метр, — здесь тебе не дорама и не индийское кино, время не остановится на трогательном моменте, а твои заказы не доставят сами себя.       Тая по-детски хихикнула, в очередной раз шмыгнув носом, и как-то подозрительно стрельнула в меня взглядом, тут же скрывая серые глаза под полуопущенными веками.       Она что-то задумала? — Кстати, Тиена... насчет доставки… — протянула девушка, невинно хлопая влажными ресницами. Точно задумала. — Последний заказ рассчитан на фуршет благотворительного мероприятия, очень ответственного, масштабного. И представляешь, буквально час назад, мне позвонил организатор и попросил о личном присутствии, — я наблюдала за тем, как Тая нервно играет своими пальцами, прокручивая и ерзая утонченным колечком сверху вниз, но совершенно не понимала, зачем она рассказывает мне всю эту информацию и к чему ведет. — Поздравляю, это конечно круто, — сказала я, когда девушка с чего-то замолчала, — но ты же не просто так мне решила все это рассказать?       Тая возмущенно вскинула свои огромные глаза, будто хотела возразить, но тут же пристыжено поджала губы, заливаясь краской. — Мне неудобно тебя об этом просить, но не могла бы ты сегодня присмотреть за Джиной, пока нас не будет дома? — выпалила на одном глубоком выдохе так быстро, что мне потребовалось какое-то время, чтобы информация дошла до центра восприятия.       Только глаза заочно распахнулись до своего предела, а брови подперли лоб. Так вот к чему эта хитрая лиса вела все это время своими трогательными речами?       Несмотря на заметный прогресс в наших с Джиной отношениях, я все еще не знала, что с ней делать и с какой стороны лучше подступиться. Поэтому какое к черту посидеть? Какое пока не будет дома? Что мне вообще с ней делать весь вечер, когда я извратилась до полусмерти, придумывать, как провести с ней долбанные полчаса? О том, что это должно было происходить в любовном гнездышке Чонгука и Таи, я даже не хотела начинать думать. — Пожалуйста, не смотри на меня так, будто я банк предложила ограбить, — возмутилась Тая спустя несколько десятков секунд глупого молчания, наблюдая мою крайнюю озабоченность. Конечно, ведь она предложила намного хуже. — Я бы не просила тебя, будь у меня другой выбор, правда. Просто близнецы сейчас у бабушки с дедушкой, и мы уже не успеваем отвезти к ним Джину, Чонгук и так сегодня занят, а оставлять ее с незнакомой няней я боюсь, поэтому у меня больше не остается вариантов. Тем более вы вроде как неплохо ладите, Джине понравилось с тобой проводить время. «Ладим? Понравилось? Да после ее серьезной моськи и не скажешь, что ей в принципе что-то может нравится.»       Костлявые ладони умоляюще сложились вместе, невинные серые глаза часто замельтешили со стороны в сторону, в ожидании моего ответа.       Как она это делает?       Я несколько десятков секунд сверлила ее взглядом, пытаясь противостоять чарам, но в итоге сдалась. — Хорошо... — поражено протянула я. — Ты лучшая, — Тая просияла в лице, кинулась ко мне, чтобы быстро чмокнуть в щеку и тут же унеслась ураганом по кухне, складывая оставшиеся заказы в пакеты.       Уже через полчаса, пока начальница бережно укладывала коробки в багажник такси, я перевернула входную табличку, указывающую на крупную надпись «Закрыто» и поправила предварительно прицепленную к ней записку. Короткая, но содержательная, она оповещала о том, что по техническим причинам сегодня кафе закрылось немного раньше привычного времени и завтра будет работать в прежнем режиме.       Дернув ручку входной двери, чисто на всякий случай, чтобы исключить свою невнимательность, я уселась к Тае на заднее сиденье такси.       После спертого городского воздуха, тело быстро расслабилось, стоило ему окунуться в прохладу чистого салона машины. Просторного, выполненного в светлых тонах. Кожу приятно обдул кондиционер, создавая максимально комфортный микроклимат. Глаза закрылись, я почти сразу ощутила несколько нежно-розовых всплесков в сознании. Повсюду витал ненавязчивый аромат мягкой розы, что весьма удачно соединялся со свежим горько-зеленым запахом мелиссы, наполняющим композицию легким лимонным оттенок.              Тело обмякло, поддаваясь накопившимся эмоциям. «Какая же я сумасшедшая, — очевидный вывод сам всплыл в голове, я только еще раз равнодушно втянула воздух. — Мало того, что близка с женой Чонгука, так еще и согласилась присматривать за его дочкой в его же доме. Вот как я вообще дожилась до такого?»       На добрый десяток минут в мыслях восторжествовало мертвецкое затишье, после чего голова повалилась набок, а взгляд зацепился за рядом сидящую начальницу. Темно-русые волосы девушки развевались от легкого ветерка. Он просачивался сквозь приоткрытый люк, открывая взору хрупкие оголенные плечи. Тая смотрела на сменяющиеся постройки, летая в своих мыслях. Казалось, в ее голове существовал никому неизвестный маленький мир.       Утонченная ладонь подперла острый подбородок. Такая нежная, чувственная, ранимая и невинная. Смотря на ее парящий непринужденный образ появляется резкое желание защитить эту хрупкую девушку от всего мира. «Тая прекрасно подходит Чонгуку, — с легкой досадой подумала я.»       Парень всегда представлял рядом с собой именно такую спутницу. Чистую, беззащитную, такую, которой никогда не была и не смогу стать я.       Все сложилось именно так, как должно было сложиться. Мне бы порадоваться за их семью, но почему же я не могу этого сделать? Чувствую себя ужасной лицемеркой.       Машина остановилась неожиданно для меня. Плавным толчком совсем не плавно вернула меня в реальность. Время пролетело как-то уж очень незаметно. Настолько, что выглянув в окно, я увидела вместо городских построек длинные ряды огромных особняков. И как нас сюда занесло?       Водитель продолжал молча сидеть, чего-то ожидая, а Тая, совсем не смотря по сторонам, копошилась в своей сумке. — В чем проблема, почему мы остановились? — раздраженно спросила я, все еще недовольная тем, как внезапно меня вырвали из внутреннего самобичевания. — Мы на месте, — беспристрастно ответил мужчина и я снова выглянула в окно. — Не может быть, это видимо какая-то ошибка… — Нет все верно, Тиен, мы приехали, — перебила меня смущенная Тая и, послав тихую благодарность водителю, вышла из такси.       Что простите?       Будто на автомате, я выскочила следом и стала оглядываться по сторонам. Шок намертво пригвоздил челюсть к земле, а внутренняя температура как-то резко подскочила. Мы стояли на широкой ухоженной улице, усаженной декоративными деревьями. По обе стороны дороги возвышались шикарные особняки выполнены в современном стиле. Раньше такие я видела только в фильмах.       Конечно я понимала, что Чонгук богат, но неужели настолько? Работая всю жизнь, я наверное не смогла бы позволить себе даже места под захудалым кустом в этом районе, что уж говорить о большем.       Шагая за начальницей, я жадно впитывала в себя все малейшие детали дома, к которому мы шли. Светлый и большой, его второй этаж был облицован крупными деревянными панелями цвета капучино, а высокие окна тянулись в пол, создавая ощущение еще большего пространства. За железным забором, оказалось, скрывается густо засаженный сад, по одну сторону от него расположились гостевые помещения и свободная зона отдыха с аккуратно выложенной там плиткой, а по другую — рабочая с пристройками и гаражом, перед которым стояло две идеально начищенные машины. Черная и красная. Детская площадка и большой бассейн на заднем дворе, где скорее всего по выходным собирались самые близкие друзья на барбекю, завершали типично семейную композицию.       Здесь было идеально абсолютно все, начиная от общей планировки пространства, заканчивая ровно высаженными, будто под копирку подстриженными, декоративными кустиками.       Но было одно весомое «но». Как бы ни старалась, я никак не могла представить Чонгука в этой тихой идиллии семейного гнездышка. — Тиен, все нормально? — сложившаяся ситуация явно забавляла Таю. Она лукаво косилась на меня, наблюдая за эмоциями, губы то подрагивали в улыбке, то сдержанно поджимались, пальцы раз за разом бегали по тонкой атласной ленте, торчащей из пакета. — И это ваш дом? — выдавить короткое предложение вышло с немалым трудом, кажется, горло безнадежно пересохло, пока я ловила открытым ртом мух в приступе восхищения. — Я знаю, что не так много рассказывала о своей семье, но да, мы здесь живём, — легкое смущение проступило ярким румянцем на щеках девушки. Но мне было абсолютно наплевать, ведь мгновенное возмущение от сложившейся несправедливости уже стало распирать моего внутреннего бездельника. — Серьезно? И живя в таком доме, ты продолжаешь так усердно работать в маленькой кондитерской?       Тая несколько раз хихикнула себе под нос, ощупывая горящее лицо пальцами. — Да, потому что это не просто работа, это мое хобби, — избегая новых возражений с моей стороны, девушка подхватила меня под руку и увлекла вглубь сада.       Стоило ступить на задний двор, к нам навстречу уже бежала радостная Джина, следом за которой неспешно шел высокий мужчина. «Когда этот головастик успел нас заметить?»       Я с беспокойством оглянулась по сторонам, меня не покидало чувство, что повсюду за нами следят скрытые камеры. Наверное именно так и должно быть в настолько шикарных домах. — Мама, мамочка, — девочка налетела на Таю, крепко обнимая за ногу. — Привет, мое солнышко, — начальница без малейших раздумий отставила подарочный пакет на землю, что так кропотливо натирала еще какой-то час назад, и чмокнула дочку в макушку.       После этого все внимание переключилось на меня, малышка возбужденно затопталась на месте, не зная, что лучше сделать и как начать наш диалог. Моя приветственно поднятая рука была благополучно проигнорирована, девочка решила просто сразу перейти к самой важной по ее мнению информации. — Тиена, сейчас Джина познакомит тебя с папой, — не давая мне и секунды на какие-либо размышления, Джина бесцеремонно взялась за мою ладонь и потащила в сторону дома. — В смысле? Я ведь уже знаю твоего папу…       Мозг соображал запоздало, поэтому последние слова были сказаны прямо в лицо мужчине.       Непонимание? Нет, полная беспросветная каша в моей голове. Я приоткрыла рот, чтобы хоть что-то сказать, но язык словно прирос к небу, не выходило выдавить из себя даже малейший звук.       Передо мной стоял никто иной, как сам Ким Тэхен. Темно-серый идеально выглаженный костюм из мягких натуральных тканей и гладкие лаковые ботинки черного цвета. Такой простой и сдержанный образ, играл совершенно новыми красками на столь необычном человеке. Парень сунул руки в карманы прямых штанов и стал открыто прожигать меня взглядом. Его лицо было каменным, не выражающим ни единой эмоции, в отличии от глаз, в которых отражалось явное недоверие и подозрительность по отношению ко мне.       И все бы ничего, но что он забыл в доме Таи и Чонгука? — Папочка, это Тиена, которая учила гадать Джину.       Девочка запрыгнула на руки Тэхена, пока в моей голове окончательно восторжествовал хаос. Я застыла на вдохе, забывая, как выдыхать. — Папа? А разве не Чон… — но отдернула себя на полуслове.       Казалось, только когда я захотела произнести это вслух, все встало на свои места. Пазл событий постепенно сложился в моей голове в ясную картинку, давая понять, какая я идиотка. Сразу вспомнилось, как Джиён мне рассказывала о тайной свадьбе Ким Тэхена, которая взорвала интернет и о том, что мембер никогда не затрагивает тему семьи на публике, судя по всему, как и его жена. — Тиена странная, все знают моего дядюшку Чона и папу, — голос Джины вывел меня из ступора, девочка посильнее обняла Тэхена за шею, недовольно хмуря бровки, — мой папа давно дружит с дядей. «Так оказывается, Тая все это время не разговаривала со мной о семье, потому что это и так всем известная информация, а не из-за того, что девушка не хотела делиться этим, — я стояла в немой истерике, мысленно поражаясь своей тупости. — Как, вот как можно было так сглупить? Ведь каждый день появляется огромная куча новостей о жизни мемберов. Почему я просто их не просмотрела хоть один долбанный раз? — мне захотелось провалиться под землю прямиком в Чистилище, когда я осознала верх своего идиотизма. — Фамилия... Почему чертова фамилия начальницы не насторожила меня, я ведь прекрасно знала ее. Конечно бывают женатые пары, которые оставляют свои фамилии, но почему я ни на секунду об этом даже не задумалась?»       Где-то глубоко внутри ответ на мой вопрос все же имелся — все дело в моей ревности. Ревности к чужому человеку, с которым я не общалась 10 долбанных лет. — Тиен, все нормально? Почему ты так удивлена? — Тая заметно занервничала, с беспокойством пытаясь рассмотреть на моем лице хоть какой-то намек на эмоции. — Только не говори, что ты все это время не знала, кто мой муж, и я, как идиотка, ввела тебя в заблуждение… — Нет… — протянула я, натягивая на лицо наигранную улыбку, — нет, я просто... просто немного растерялась.       Тэхен прошелся по мне оценивающим взглядом, казалось, он пытается меня прочесть. Но в момент выражение лица разительно изменилось. Он расплылся в добродушной усмешке, протягивая мне руку. От этой перемены меня передернуло. Теперь понятно, от кого Джине достался этот взгляд, никакой тест ДНК не нужен. — Приятно познакомиться, Тиен, — непринужденно проговорил Тэхен, так будто не пытался убить меня взглядом пару минут назад, — мои девочки много о тебе рассказывали.       Я на автомате протянула руку в ответ, совершенно безучастно пожимая ее. Сейчас мне было абсолютно плевать на то, что напротив стоит мировая знаменитость, что я нахожусь в его доме и, более того, что довольно близко общаюсь с «его девочками». Все это не имело для меня никакого значения сейчас, потому что в голове крутился лишь один вопрос: как можно быть такой тупицей? — Так, ладно... — Тая посмотрела на наши сцепленные руки в полнейшем недоумении, но вопросов больше никаких не задавала. — Милый, нам нужно спешить, праздник скоро начнется, а еще нужно разобраться с остальными доставками.       Пока родители Джины метушились, бегая из дома к машине, я стояла, пытаясь оценить уровень фатальности произошедшего. И стоит признать, даже верхнего значения в этой немалой шкале неизбежности, здесь будет недостаточно. Я наворотила дел на отметку похуже крайней, темно-красного цвета. — Тиена расстроена, что нужно поиграть с Джиной? — как-то и правда грустно спросила малышка, замечая мой подавленный вид.       Честно говоря, я совсем про нее забыла, пытаясь навести в голове порядок. Девочка подняла на меня темно-серые глаза, в которых отражалась печаль. Да, да, именно печаль. Еще каких-то несколько часов назад я бы назвала себя сумасшедшей за подобное толкование, но сейчас могла допустить что угодно. Почему-то захотелось взять девочку на руки и утешить. «Неужели Джина и правда думает, что с ней не хотят проводить время? Откуда могли взяться такие мысли?»       Внутри что-то неприятно ёкнуло, на мгновение мне даже стало стыдно за свое поведение. Чтобы как-то успокоить предсмертные конвульсии, все еще живущей внутри меня совести, я присела на колени, чтобы быть на одном уровне с малышкой. — Нет конечно, откуда у Джины такие нехорошие мысли в голове? Сегодня мы очень весело проведём время.       Девочка шмыгнула носиком и протянула мне мизинчик. — Обещаешь?       Этот невинный детский жест затронул во мне нечто такое, что доходило своими корнями к самим истокам. Тянулось к той самой отдаленной части души, в которой я была еще по-простому счастливой и беззаботной. — Обещаю, — ответила я, с трудом сдерживая улыбку и протягивая свой палец в ответ.       Конечно, я не горела желанием сидеть с девочкой, и дело было вовсе не в самой Джине, а в принципе во всех детях. Но сейчас, видя девочку в совершенно другой обстановке с ее неподдельными эмоциями, я немного поплыла. И точно неясно, то ли потому что успела немного привыкнуть к ней за последнее время, то ли просто поддалась чарам этого чертенка.       Тая с Тэхеном вскоре уехали, подробно обо всем проинформировав меня. Я стояла у ворот, держа Джину на руках, и неловко махала вслед удаляющейся машине.       На эмоциях я пообещала девочке что-то веселое, но чем ее развлекать целый день, не имела ни малейшего представления. В голове не было ни одной вразумительной идеи. — Джина, чем ты хочешь заняться? — задала этот вопрос в надежде, что самой не придется ломать над этим голову.       Малышка ненадолго задумалась, приставив пухлый пальчик к губкам и мечтательно закатив глаза. — Джина будет купаться в бассейне, — прозвучало чересчур короткое, но твердое заявление девочки. «Лучше бы я не спрашивала…»       Тая говорила мне, что подготовила сменную одежду, дабы я чувствовала себя максимально комфортно. Могу ли я полагать, что девушка предвидела подобный ход развитий событий?       Джина, сияя от радости, потащила меня в сторону дома. «Ну что ж, Тиен, как говорится, нужно попробовать в жизни все. Надеюсь, после этого вечера ты останешься живой и все еще работающей женщиной.» Пусан. Начальная школа, 2009 год

Тиен

      Первый семестр подошел к концу. И к моему удивлению, выдался он непривычно спокойным.       После нашего знакомства с Чонгуком, в моей жизни все стало меняться. Не знаю, относился ли он ко мне так же, но для меня этот непонятный мальчик стал настоящим другом. Единственным настоящим другом.       Теперь я все чаще ловила себя на том, что утром спешу в школу, а вечером не хочу возвращаться домой. Из неприятного остались систематические встречи с моими неизменными обидчиками. Все.       Ко всему прочему они оказались одноклассниками Чонгука, что делало ситуацию только хуже. Ведь он без труда узнал о всех их издевательствах. Теперь было еще и стыдно.       Обычно спокойный и немногословный, он устроил мне подробный допрос, выбил все детали, и теперь каждый раз провожал славноизвестную троицу серьезным взглядом. Догадаться, о чем он думал, как стало известно, было просто невозможно. Но то, что он что-то задумал, было сильно очевидным.       Чонгук при любой удобной возможности показывал мне простые приемы самозащиты, которым научился на борьбе, и несвойственно назойливо твердил, чтобы при малейшем намеке на то, что Тэхо со своими шестерками захотят ко мне приблизиться, я сразу звонила ему.       А ведь мне меньше всего хотелось ставить под угрозу того, кто стал настолько важным.       По этой причине, сейчас, когда заметила идущую троицу в свою сторону, тут же спрятала старенький мобильник с треснутым экраном подальше в рюкзак, посильнее ухватилась за книгу, что только что взяла в библиотеке и ускоренным шагом направилась в ближайший корпус школы. — Эй, куда собралась, жаба? — Донгсун схватил меня за рукав уже на ступенях и грубо потащил в сторону. Его, как всегда, чумазые руки ухватились за мою книгу и только с третьего раза вырвали ее из моих. — Мерзкий книжный червь, ты нам сегодня пригодишься, — хрюкнул он презрительно и специально небрежно перебросил книгу Тэхо, после этого с отвращением отряхивая ладонь о штаны.       Я было ринулась за ней следом, но вовремя остановилась. Нужно было просто молчать, не давать поводов и как только получиться, удрать. — Хей, страшила, язык проглотила что ли? — Тэхо переминался с пятки на пятку и вертел свою находку в руках. Предвкушал очередное представление. — Хах, ну ничего, сейчас мы быстро это исправим, — сказал он, усмехаясь, и открыл книгу, медленно надрывая попавшийся листок. — Айщ, да угомонитесь, — нетерпеливо встрял непривычно тихий Сунхи. — Нам же нужно от нее только готовое задание, — сказал он, переключая внимание с входной двери на Тэхо, — так что давайте просто отдадим тетради и пойдем на урок. К чему тратить на эту пустышку столько времени?       Два взгляда скрестились между собой. Сунхи смотрел как-то нервно и беспокойно, а Тэхо — подозрительно, с чувством уязвленного эго, что формировалось годами. — Сунхи, ты че головой ударился? — подошел впритык к нему взвинченный друг и злобно прошипел в лицо.       Тэхо был на полголовы выше, смотрел сверху вниз, всем видом показывая настолько недоволен тем, что его шестерка попыталась вставлять свои пять копеек, там где, должна была молчать. Сунхи помешал полюбившемуся развлечению, да еще и в довольно резкой форме. Он должен был быть проучен и наказан здесь и сейчас. А значит это мой идеальный момент для бегства.       Я сделала пару мелких шажков назад, отстраняясь от боязно молчащего Донгсуна, что стоял ко мне спиной, и тихо подобрала свою свалившуюся сумку.       Но немой диалог, что велся в эти секунды напряжения между «друзьями», закончился быстрее, чем я рассчитывала. А в выборе бежать или остаться, я выбрала второе. Ведь моя книга все еще находилась подмышкой Тэхо. — Ну раз тебе не хочется развлечений, посмотришь на них в другой раз, — Тэхо неожиданно ухмыльнулся, хлопая друга по плечу. Он еще с секунду смотрел в глаза Сунхи, передавая какой-то посыл, а затем резко развернулся. — А мы повеселимся сейчас. На чем мы остановились, Донгсун? — после чего резко развернулся и зашагал в мою сторону.       Книга снова оказалась в его руках. Не прождав больше и секунды, он стал выдирать из нее страницы. Одну, вторую, третью, и мне захотелось разрыдаться, броситься в его сторону и также выдрать все его волосы. Не успев подумать, что делаю, я ринулась в его сторону, но меня перехватил Донгсун. — Ооо, так ты хочешь забрать свою книженку обратно? — просмеялся Тэхо, специально вырывая две скомканные страницы сразу. — И..идиот, — с моих пересохших губ, сорвался чересчур резкий ответ, еще с секунду я осознавала, что ляпнула, но так и не пожалела о об этом. — Что, что? А ну-ка повтори, страшила, я не расслышал твой мерзкий голосок, — Тэхо одним широким шагом преодолел оставшееся расстояние между нами и грубо схватил меня за плечо, до боли сдавливая. — Идиот, — в этот раз я смогла сказать его не запинаясь. Упрямо уставилась в расширенные от злости глаза, глядя из-под лба. — Тебе что, жить надоело, отребье? — Тэхо по привычке нервно зажевал щеку. — Или хочешь, чтобы я твою сестру домой провел как-то? — прибег к крайней угрозе.       На мгновение дыхание перехватило, но сознание тут же наполнилось решимостью. Я устала бегать от своих проблем, постоянно боясь за себя и сестру, и мне совсем не хотелось втягивать в это Чонгука. Я настолько устала жить в страхе и постоянном стрессе, что хотелось закончить этот кошмар раз и навсегда прямо сейчас. Хотя бы попытаться за себя постоять.       Недолго думая, я ударила держащую меня руку ребром ладони, а затем со всей силы наступила Тэхо на ногу. Он сложился пополам, выпуская книгу, и болезненно заойкал. Воспользовавшись моментом, я подхватила ее и сорвалась с места с четкой целью убежать. Но Донгсун схватил меня за шиворот и отбросил на землю. В воздух сразу поднялась густая пыль, очки опять потерялись, а копчик неприятно заныл. — Куда собралась, заика, думаешь бегство тебе поможет?       Я хотела встать на ноги, но Донгсун наступил мне ногой на ладонь и стал прокручивать носком. Неприятная боль сковала пальцы. — Сунхо, какого хрена ты стоишь свой котелок чешешь? Иди помоги научить эту жабу манерам, — рыкнул Тэхо в сторону друга, разминая руку.       Я прекрасно осознавала, что физически слабее каждого из них, о чем уж говорить, когда их сразу трое. Но все равно продолжала биться в безуспешных попытках вырваться. Сунхи, немного замявшись и бросив очередной быстрый взгляд через плечо, все же схватил меня за волосы, крепко удерживая голову. — Ты смотри какая смелая стала, с чего это вдруг? — Тэхо вцепился пальцами в мой подбородок, облизывая свои потрескавшиеся губы. — Ну раз ты себя так начала вести, наше хорошее отношение к тебе быстро прекратится.       Похрюкивая от смеха, Донгсун достал канцелярские ножницы с рюкзака и приставил их к натянутой пряди моих волос. — Может хоть так к тебе дойдет, что такие страшилы как ты не имеют права на голос, — прошипел Тэхо в мою сторону, отчего мелкие капельки слюны попали на кожу.       Хоть в глазах все было размыто, я увидела, как мои волосинки одна за другой начали осыпаться на землю. Меня крепко держали, поэтому возможности вывернуться не было. Оставалось звать на помощь. Но как только я хотела закричать, резавший мои волосы Донгсун резко отлетел в сторону, выпуская ножницы из рук. Потеряв равновесие, я плюхнулась на землю. Перед глазами мелькнул Чонгук, который с разбега оттолкнул и Тэхо, въехав в его плечо ногой. «Как он здесь оказался?»       Тело будто приросло к пыльному асфальту, несмотря на то, что меня больше никто не держал, я глупо моргала глазами и только и делала, что шарила руками вокруг, пытаясь найти очки. — Тебе что одного предупреждения мало было? — совершенно по-чужому спросил Чонгук у Сунхи, когда подошел впритык к не на шутку перепуганному нему, грубо пихая в грудь. — Зачем ты ее…       Чон хотел еще что-то сказать, но не успел. Воспользовавшись моментом, пока Сунхи забрал все внимание Чонгука на себя, Тэхо с Донгсуном налетели на парня сзади, заламывая его руки за спину. В эту самую секунду мой ступор окончательно спал и я, забыв про поиски очков, подорвалась, спеша на помощь другу.       Уже через какой-то час мы с Чонгуком сидели под огромным деревом на заднем дворе школы, вытираясь влажными салфетками от пыли. Я с одним отрезанным локоном, сбитыми коленями и перевязанной рукой, а Чонгук с порванным пиджаком и крупной ссадиной на подбородке.       Нашу потасовку вовремя заметил учитель, и отправил троицу отбросов к директору. Нас же, после детального рассказа о происходящем, отпустили домой. — Зачем ты сама к ним полезла, глупая? Я же просил позвонить, — недовольно причитал Чонгук, перевязывая мои переломанные очки пластырем. — А если бы я не насторожился из-за отсутствия троицы? Если бы не пошел их искать и не заметил вас случайно? Могло случиться что угодно…       Ну и зануда. Глубокий, слегка взволнованный голос друга плавно растворялся в окружающем шуме. Я погладила лежащую книгу на ногах и с легкой улыбкой на губах прикрыла глаза, втягивая в себя вязкий воздух. Было жарко. Земля парила, предвещая скорый ливень, а серые тучи постепенно окутывали ясное небо в свои объятия.       Как спокойно. Это одинокое старое дерево на заднем дворе школы с первых дней знакомства стало нашим с Чоном местом сборов. Оно удачно раскинулось между двумя корпусами, в которых мы учились, и всегда было таким тихим, укромным, надежно спрятанным от лишних глаз.       Даже сейчас его извилистые ветви, что широко разрослись во все стороны, скрывали нас от последних пробивающихся лучей жаркого солнца. Еще один глубокий вдох и в носу заиграл знакомый запах нежно-розовых крупных бутонов, которые щедро усеяли дерево тонкими струйками. Он разносился на всю территорию учебного учреждения. Так, что подходя к главным воротам школы в начале апреля, уже можно было ощутить их приятный аромат. Немного ванильный, слегка лимонный, уж сильно напоминающий мне сочную сливу. Аромат, который теперь хотелось ощущать на себе всегда. Аромат, который значит, что мы с Чонгуком точно встретимся. — Тиен, ты меня вообще слушаешь? — строго отпустил замечание Чонгук, укоризненно заглядывая в мои слегка одурманенные глаза. — Они могли тебе серьезно навредить, почему ты так легкомысленно ко всему относишься и совершенно не слушаешь меня, дуреха? Почему ты мне все не рассказала? Я же сказал, что сам во всем разберусь. «Сам во всем разберусь... — мысленно повторила я, пытаясь скрыть идиотскую улыбку, что упрямо росла на лице. Впервые меня кто-то защищал. Впервые в жизни я ощущала себя в такой сильной безопасности. В такой приятной и спокойной, в которой хотелось оставаться всегда.»       Друг обеспокоенно посмотрел на меня и только тяжело вздохнул, безнадежно мотая головой. Чонгук прекрасно знал, что не добьется от меня разумного ответа. — С..спасибо, Чон, — тихо проговорила я, виновато опустив глаза, — я по..стараюсь б..ольше от тебя ничего не ск..скрывать.       Парень продолжал молчать, прожигая на моем лице дыру. Казалось, он не верит ни единому моему слову, ну или просто как обычно был недоволен, когда что-то идет не по его плану. — Обещаешь? — голос Чона сегодня был непривычно серьезным, отчего мне только быстрее хотелось согласиться на все, что он предлагает. — Обещаю.       Я выпалила это на одном дыхании, отчего снова даже ни разу не запнулась. Недолго думая, я протянула другу мизинчик в знак перемирия и согласия, но Чон только непонимающе таращился на него своими угольными глазами. «Неужели не знает, что это такое?» — Вот так дел..делается, — я подхватила своим пальцем его мизинец и крепко сжала, потряхивая на месте.       Мгновение тишины и на весь маленький дворик школы неожиданно раздался громкий задорный смех с едва уловимыми нотками приближающейся истерики. Чонгук смеялся, ударив себя свободной рукой по лбу. От этого я тоже засмеялась, но незамедлительно ойкнула, ударяясь затылком о ствол дерева. — Странная, — сказал Чонгук, успокаиваясь, но все еще улыбаясь. — А теперь скорее пойдем есть, мама дала мне деньги на омлет с овощами, — и добавил, подавая мне руку, чтобы подняться.       Еще одно недавнее наблюдение — помимо того что он обычно молчаливый, сегодня не в счет, он еще и вечно голодный. — Ин..тересно, сколько я с..могу съесть порций за раз, — ответила первое, что пришло в голову я, потирая ушибленное место уже на ногах. — Пхах… неужели ты в самом деле хочешь это проверять, Ена? — хохотнул Чон и я притормозила, смотря ему в спину. — Ена? — переспросила я и мальчик обернулся как обычно более серьезный, только бесконечно черные глаза рассматривали меня чересчур пристально. — Кхм, ну да… — он быстро смутился из-за того что сказал, — будто такая маленькая, но вечная проблема по имени «Ена», — но все же договорил, притихше, мягко и очень заметно неловко. — Ну всё пойдем уже, буду угощать тебя, — а затем поспешил пойти дальше, делая вид, будто ничего важного только что не говорил.       Без сомнений последовав за ним, я восхищенно наблюдала, как парень впервые так открыто дал волю своим эмоциям в моем присутствии. Хорошим и плохим. И от этого что-то необычное и новое щекотало меж ребер.       Тогда я еще не до конца понимала, что этим коротким «Ена», произнесенным сквозь задорный смех, Чонгук заставил бабочек в моем животе отчаянно вырываться наружу, неся на своих крылышках прекрасные узоры первой, такой чистой и искренней влюбленности.