You belong to me

Выходные неумолимо заканчиваются, и как бы парням не хотелось остаться в этом домике подольше, приходится возвращаться в Сеул. Коттедж парни покидают в воскресенье вечером, когда уже начинает смеркаться. В машине Чон также периодически кидает нежные взгляды на Чимина и изредка чмокает тыльную сторону ладони. Пак же, словно заведённый, то высовывается из окна, то включает музыку на полную громкость и подпевает, пританцовывая на сидении. Чон не может не смеяться с такого активного парня. У Чимина отличное настроение, а еще его невероятно возбуждает вид своего парня за рулем авто, то, как напрягаются его руки и как выступают на них вены. К тому же у него еще ни разу не было секса в машине, вот и приходится отвлекаться на все подряд, дабы не наброситься на водителя прямо здесь. Но уже на середине пути Пак не выдерживает и просит Чона остановиться на обочине. — Тебе плохо? Хочешь воды? — обеспокоенно спрашивает Чонгук, и в глазах его неподдельный испуг за своего парня. — Нет. Я хочу тебя, — томно шепчет Чимин и перелезает со своего места на колени водителя. — Господи, Чимин, я так испугался, думал, что тебе нехорошо… — договорить ему не дают, затыкая поцелуем. — Помолчи, Чон Чонгук, или ты не хочешь меня? — с усмешкой спрашивает парень и вопросительно выгибает бровь. — Я хочу тебя всегда, любовь моя, — отвечает Чон ему в губы и за затылок вновь притягивает к себе, чтобы продолжить поцелуй. Чон максимально отодвигает водительское сиденье, слегка откидывает спинку кресла и начинает поглаживать бедра своего парня, поднимаясь к ягодицам, пояснице, а затем спускаясь обратно. Чимин ерзает на коленях, постоянно задевая стояк и заставляя тем самым Чона шипеть в поцелуй. — Мой ангел, прекрати дразниться, — с полустоном выдыхает тот. — Если ты сейчас не прекратишь, я точно не смогу остановиться. — Если ты остановишься, я тебя убью, — говорит Пак сквозь зубы, сжимает волосы младшего на затылке, вновь вовлекает Чона в развязный поцелуй и снова проезжается своим задом по стояку. Чон в ответ блаженно мычит в поцелуй и сильнее впивается пальцами в любимые бедра. Если его мальчик просит не останавливаться — он не остановится. — Наверное… Нам стоит… Перебраться на заднее сиденье… — с придыханием и прерываемый поцелуями младшего, шепчет Пак. — Нет, — рычит ему в шею тот. — Я хочу видеть тебя… Твоё лицо… Хочу целовать, — возражает Чонгук, продолжая выцеловывать шею Чимина и сжимая в руках его упругий зад. — Хочу тебя… малыш, — стонет от ласк Пак, стаскивая с него футболку. Чонгук помогает ему себя раздеть, а потом точно также освобождает от футболки и Пака. Господи, какое прекрасное чувство вести руками по голой, напряженной спине, чувствовать, как под пальцами перекатываются мышцы, зарываться пальцами в волосы на затылке и притягивать к себе для поцелуя. Чон готов провести так целую вечность, лишь бы не выпускать Пака из своих рук. Чимин сходит с ума, ему безумно мало ласк младшего, поэтому он чуть отстраняется от него и тянется к его джинсам. Чон тяжело дышит от накатившего возбуждения, потемневшим взглядом следит за действиями Чимина и до боли закусывает губу, когда тот, справившись с молнией, освобождает от белья его член и пошло облизываясь, начинает надрачивать своей крохотной ладошкой. Картина настолько невероятная и ощущения такие потрясающие, что Чон резко откидывает голову назад, больно бьется затылком о подголовник, но даже не замечает этого, лишь протяжно стонет и сильнее сжимает пальцами бедра старшего. Чонгук понимает, что Чимин, в отличие от него, еще одет, и ему тоже неплохо было бы помочь с проблемой. Чон осторожно берет Пака за запястья, убирая руки от своего органа. — Подожди, мой ангел, как же ты? — нежно целует Чимина в щеку. Перемещает его руки себе на плечи и сам тянется к кромке джинсов, расстегивает ширинку и тоже высвобождает напряженный член старшего, проводя по нему несколько раз рукой. Вторую же руку подносит ко рту Чимина и погружает сразу два пальца в призывно открытый горячий и влажный ротик. Чимин посасывает, облизывает, слегка покусывает его пальцы и при этом мычит от удовольствия, что продолжает доставлять ему младший. Буквально через пару минут Чон вытаскивает пальцы изо рта с пошлым звуком, заводит руку за спину парня и нежно спускается пальцами по ложбинке меж ягодиц к колечку мышц. Да, слюна плохая смазка, но для двух пальцев достаточно. Сначала он лишь слегка оглаживает вход, но после медленно погружает сразу оба пальца внутрь. У них был секс буквально сегодня утром, поэтому Пак все еще достаточно растянут и подготовлен. Чон ласкает член старшего рукой и одновременно трахает его пальцами, все чаще задевая простату. Чимин от двойной стимуляции несдержанно стонет, мечется на коленях младшего, упирается руками в крышу машины, ему так пиздецки прекрасно в этот момент. Чонгук прикусывает линию челюсти Чимина и выдыхает в шею: — Вот так, мой хороший, не сдерживайся. Я хочу слышать, как громко ты можешь для меня стонать. Чимин выдает еще одну нереальную ноту, от которой и без того возбужденный член Чонгука дергается. Ему тоже необходима стимуляция, он не сможет просто так смотреть на то, как его мальчик стонет от наслаждения. Чон немного передвигает Чимина на своих коленях так, чтобы ему было удобно одной рукой взять сразу оба члена, и начинает стимулировать возбуждение обоих. Оба рассыпаются от близости на части. Их не интересует ничего кроме друг друга в тот момент. Чимин в очередной раз стонет, запрокинув назад голову, а Чон — ему в шею. — Скажи… Скажи как тебе хорошо. — А-ах, Чонгук-и… мне… мне так хорошо. — Я люблю тебя. Ты мой… слышишь? Мой! Только мой! — Мгхм… да! Я твой! Только твой! И оба кончают одновременно, пачкая животы и джинсы друг друга. Чимин обессилено падает на грудь Чонгука и пытается прийти в себя. Чонгук тоже дышит тяжело, целует старшего в висок и шепчет: «Никогда об этом не забывай». Через несколько минут парни приходят в себя, Чимин тянется к бардачку, в котором лежат салфетки. Необходимо избавиться от последствий своей несдержанности. — Секс в машине жутко неудобный, — заявляет Чимин, вытирающий их обоих. — Зачем же тогда ты это начал? — немного лукаво отвечает Чонгук, который все еще продолжает скользить руками по бедрам и ягодицам своего парня. — Я просто хотел попробовать, — немного смущенно выдает Чимин. — И ты невероятно горячо смотришься за рулем авто. — Как же мне повезло, что у меня такой любознательный парень, — говорит Чон, мягко улыбаясь. Затем нежно накрывает ладонью чуть порозовевшую щеку Пака и спрашивает: — Может, останешься сегодня у меня? Не хочу тебя отпускать, — говорит тише, поглаживая большим пальцем щеку парня. — Хосок уехал на свадьбу сестры, нам никто не помешает. — Звучит неплохо, — улыбается Чимин. — Я за, только надо предупредить Тэ, что не вернусь сегодня. — Конечно, любовь моя, — на грани шепота говорит младший и притягивает парня для очередного медленного и нежного поцелуя. Закончив целоваться и, наконец, приведя себя в порядок, Чимин перебирается на свое сидение и отписывается Тэхену, что дома сегодня не появится. Из-за событий в дороге, их задержавших, к дому Чонгука они приезжают уже ночью и первым делом отправляются в душ. Сил на шалости уже нет, но от нежных ленивых поцелуев парни все равно не удерживаются. Покинув душ, оба валятся на кровать, уставшие, измотанные, но невероятно счастливые. — Дверь в комнату Хосока снова заперта… — Да, он нелюдим и всегда, когда уезжает, запирает ее на ключ, даже мне туда нельзя, — уже засыпая, бормочет Чонгук. «Странно» — думает Чимин. У них с Тэ нет секретов друг от друга. Но он не успевает развить свою мысль, ведь слишком устал за день и невероятно хочет спать. Младший крепче обнимает Чимина со спины, подтягивает его ближе к себе, утыкается носом в шею, и оба со счастливыми улыбками засыпают в объятиях друг друга. Утро встречает Чимина легкими поцелуями Чонгука в висок, щеку, глаза, нос и вообще везде, куда младший только дотянется. — Ммм, Чонгук-а, дай поспать, — не открывая глаз и улыбаясь, говорит старший и переворачивается на спину. — Пора вставать, мой ангел, — Чон нависает сверху, и очередная порция поцелуев приходится на оголенное плечо парня. — Ты можешь опоздать на работу. — Черт с ней, не хочу от тебя уходить, — Чимин окончательно просыпается и притягивает к себе Чона для долгого поцелуя. — Я готов просыпаться с тобой каждый день своей жизни, — шепчет в губы Чонгук. — Люблю тебя, мой невероятный мальчик. Невероятно приятное пробуждение, нежные слова младшего и утренний стояк заставляют Чимина застонать в поцелуй. — Из-за тебя мне нужно в ванную, ибо я не смогу спокойно собираться с этой проблемой. — Я знаю, как ее решить, — Чон хитро подмигивает и, откидывая одеяло, начинает спускаться мокрой дорожкой из поцелуев по телу парня вниз. — Чонгук, что ты… А-а-ах, — Чимин не договаривает, прерываясь на стон, в момент, когда младший последний раз целует его в тазовые косточки и через белье облизывает вставший член. — Просто расслабься, мой ангел, — томно говорит Чон, стаскивая с Пака белье. Чимин и подумать не мог, и даже представить, что Чон так быстро сможет решиться на подобное, но, видимо, все опасения напрасны. Младший, ни капли не смущаясь и не мешкая, продолжает свое дело. Сначала он пару раз проводит рукой вдоль ствола, внимательно наблюдая за тем, как Чимин блаженно прикрывает глаза и прерывисто выдыхает, затем наклоняется ближе и, высунув язык, начинается играться с головкой. То он ее посасывает, то лишь легко обводит языком, то упирается кончиком языка в отверстие уретры. Чимин наблюдает за всеми действиями младшего и просто в шоке от того, как чертовски горячо и развратно это выглядит. — Блять, — стонет Чимин и непроизвольно толкается бедрами, тяжело дыша. — Чонгук-а… Хватит играться! — Как скажешь, любовь моя, — тот обжигает горячим дыханием головку и погружает член в свой рот. Сначала берет лишь наполовину, обводит языком все венки, втягивает щеки, придерживая член у основания, а затем начинает двигать головой, с каждым разом насаживаясь все глубже. — Черт-черт-черт, — Чимин стонет все громче, руками до побелевших костяшек сжимает простыни, понимает, что долго не продержится. Чонгука самого все это невероятно заводит, вид такого беспомощного Пака, который полностью в его власти, его стоны, метания на кровати. Когда же Чонгук носом утыкается в лобок Пака, то и сам не сдерживает стона, пуская вибрацию по члену старшего, от чего тот особенно громко стонет, непроизвольно толкаясь бедрами. Чон, не ожидавший толчка в самое горло, слегка давится, из-за чего сглатывает, заставляя Пака моментально кончить с протяжным «Чонгук-а». Для Чона все происходит слишком неожиданно, он вовремя наполовину выпускает член из своего рта и пытается все проглотить, продолжая посасывать и вылизать член старшего. — Твою мать, — Чимин не может отдышаться после оргазма. — Думаю, для первого раза приемлемо, — задумчиво говорит Чон. — Я еще буду практиковаться, чтобы было лучше. — Первого? Ты шутишь? Чонгук-а, это было… потрясающе! — Правда? Тебе понравилось? — Чонгук в этот момент выглядит точно ребенок, ожидающий похвалы. — Правда, детка, — Пак двигается к нему ближе и тянется за поцелуем. — А теперь нужно помочь тебе. Чимин опускается рукой к белью младшего и нащупывает лишь большое мокрое пятно. — Не нужно… Я уже… — смущенно говорит Чонгук. Чимин вновь втягивает младшего в долгий и нежный поцелуй. С трудом прервавшись, Пак все же идет собираться на работу. После работы Чимин, выходя из здания, замечает припаркованную машину и прислонившегося к ней Чонгука, ожидающего его. — Чонгук? — улыбаясь, Чимин подходит к своему парню. — Это очень неожиданно, я бы и сам дошел. — А вдруг с тобой что-то случится по дороге? — Чон обвивает талию подошедшего парня руками и чмокает в висок. — Здесь идти сорок минут, — смеется Чимин. — Я уже все решил. — Как скажешь, — старший, поднимаясь на носочки, оставляет быстрый поцелуй на губах Чона и хочет уже идти в машину. Младший не выпускает Чимина из своих объятий, снова разворачивает к себе и вовлекает в продолжительный поцелуй. Наконец, оторвавшись от губ Чимина, Чон кладет ладонь ему на щеку и шепчет: — Я скучал. — Я тоже, — Чимин прикрывает глаза и трется щекой о руку Чона, как котенок. Они так и стоят у входа в здание на виду у всех. — Чимин? Ты все еще не ушел? — Юнги? — Чимин оборачивается на голос. — Уже уезжаю, хен. — А это… — неуверенно начинает босс Чимина. — Это мой парень, — смущенно отвечает Чимин, смотря на носки своих кроссовок. — Чонгук. Он не афишировал свою ориентацию; по сути, кроме Тэхена, никто и не знает. На лице мужчины сначала заметно небольшое замешательство, которое сменяется удивлением и… разочарованием? — Я… я не знал, что ты… — мужчина запинается. — Ты мог сказать раньше. Ты же знаешь, что наш коллектив большая семья, и никто бы тебя не осудил. — Правда? Так ты не сердишься? — Нет, конечно, — мягко улыбается Юнги. — Лишь сожалею, что узнал так поздно. Руки Чона на талии Чимина сжимаются сильнее, чем следует, отчего Чимин немного морщится, и младший цедит сквозь зубы: — Любовь моя, думаю нам уже пора. — И правда, еще же вещи собирать. Пока, хен, до завтра! Чимин прощается с Юнги и поворачивается к Чонгуку, натыкаясь на злой взгляд младшего. — Ты чего? — Чимин не понимает изменения настроения Чонгука. — Он мне не нравится, — зло отвечает тот. — Почему? Хен — хороший человек, он очень умный и добрый. — А ты, смотрю, от него в восторге. Что же с ним не встречаешься тогда? — Чонгук, ты ревнуешь, что ли? — смеется Чимин. — Не переживай, хен не по мальчикам. — Мне так почему-то не кажется. — Успокойся, тебе не о чем волноваться, — Чимин снова оставляет поцелуй на щеке Чона и идет к двери со стороны пассажира, чтобы сесть в машину и отправиться в квартиру младшего. В машине парни разговорились, и инцидент у работы забылся. Чонгук накрывает на стол, они садятся ужинать. Во время еды ребята болтают и много смеются. Чонгук начинает убирать посуду в мойку: — Как прошел твой день, любовь моя? — Нормально, только очень устал. Весь день носился с заказчиками и искал подрядчиков, — тяжело вздыхает Чимин. Неожиданно на его плечи ложатся большие теплые руки и начинают аккуратно и нежно разминать затекшие мышцы шеи. — Детка, ты просто чудо, словно читаешь мои мысли, — благодарно говорит Пак, прикрывая глаза и наслаждаясь массажем. — Я знаю тебя лучше, чем ты сам, поверь, — усмехается Чонгук и чмокает старшего в макушку. — Иногда мне тоже так кажется. — Оставайся снова у меня сегодня? — Малыш, ты же знаешь, Тэхен будет переживать, что меня слишком долго нет. — Ох уж этот твой сиамский близнец, — страдальчески вздыхает Чон. — Ты прав, он не может без меня дольше недели, — смеется Чимин. — Нужно идти, он, наверняка, уже заждался. — Пошли, я тебя отвезу, — Чон сжимает плечи парня чуть сильнее, наклоняется и оставляет поцелуй на щеке. Чимин откидывает голову на плечо парня и подставляет под поцелуй губы. Кажется, этим двоим больше ничего и не надо, только быть рядом друг с другом. Когда они вместе, обоих накрывает необъяснимое чувство покоя и уюта. Домой Чимин приходит уже поздно вечером. Квартира встречает его гнетущей тишиной и отсутствием света во всех комнатах, но из коридора можно разглядеть силуэт парня на диване в гостиной. Чимин тяжело вздыхает, включает в коридоре свет и идет к Тэхену. — Тэ-Тэ, ну чего ты? Я же написал тебе, что останусь у Чонгука…. — Чего я? Я? Это я, по-твоему, уехал неизвестно с кем, неизвестно куда, неизвестно насколько?! — обвиняет Тэхен. — Тэ, не кричи, — Чимин обнимает его. — Во-первых, с Чонгуком, во-вторых, ты сам меня отпустил… — Я отпустил на два дня, а тебя не было неделю! — Не неделю, а три с половиной дня, — мягко продолжает Чимин, поглаживая Тэ по спине. — Все же хорошо, я был постоянно на связи, я тебе сказал, что задержусь. Не злись. — Ладно… — Тэхен тяжело вздыхает. — Больше так не делай. — А теперь…. Я жду подробности. — Ох, Тэ, ты не меняешься, — Чимин закатывает глаза, улыбаясь, и начинает рассказывать о выходных. На рассказ о чудесных выходных, первой ночи и ночевке у Чонгука уходит примерно часа два. — Серьезно? Он приревновал тебя к Юнги? Нашему Юнги? — хихикает Тэхен. Он прекрасно знаком с боссом Чимина, неоднократно сталкивался с ним по работе, а позднее смог и подружиться. — Я бы так не сказал. Не знаю. Просто у него была странная реакция и все, — отмахивается Чимин, сам не зная, зачем вообще рассказал об этом другу. — А я говорил тебе, что первый год твоей работы в этом агентстве топил за тебя и Юнги? — Тэхен! Как ты можешь? Юнги вообще-то натурал. — И это все, что тебя остановило, не так ли? — хитро прищуривается друг. — Нет, не только. Он еще и мой начальник. Представь, как было бы неловко работать вместе, если бы ничего не получилось! — И все же, ты был бы не против, чтобы все получилось? М? — весело спрашивает Тэ. — Да. Если бы не Чонгук, и я бы не знал, что Юнги натурал, то вполне возможно, что и дальше бы рассматривал его как потенциального партнера. Ты доволен? — говорит Чимин, закатывая глаза. — Более чем, — а Тэ расплывается в улыбке. — Хватит об этом. Мы закрыли эту тему тогда, когда решили, что он натурал. — Ну, это ты решил. Никаких доказательств у тебя нет. — Я лично видел его с девушкой. — Я тоже лично видел тебя с девушкой. И не одной. Но сейчас, посмотрите-ка, у тебя парень! — Вот именно! У меня есть парень! Закрыли тему. — Чимин-и, я ничего не имею против Чонгука, он неплохой парень, вроде как. Но Юнги я знаю дольше и не буду против, если вы с ним попробуете что-то, если с Чонгуком вдруг не сложится. — Тэхен…. Ты невыносим, — Чимин в который раз за вечер закатывает глаза.