Ты, я и апокалипсис

Глава 74 Открыв пачку орешков, Мойра взяла образец крови, погрузив иголку шприца в пробирку и вытянув несколько капелек. Взяв парочку арахисовых зерен, обжаренных с специями, доктор аккуратно положила их в рот, пережевывая. Выдавив содержимое шприца на стеклышко и вставив то в микроскоп, установленный на столе, женщина подтянула очки и закрыв один глаз наклонилась к окуляру, вытащив еще парочку орехов из пачки и съев их. Свободной рукой регулируя приближение микроскопа, Мойра причмокнула, облизнув губы и присмотрелась к анализу клеток, выводимому на экран рядом с ней. Несколько секунд раздумав, она вновь повернулась к окуляру. Мерно плавающие эритроциты не вызывали ничего подозрительного. Глянув на показатели приборов, Мойра зафиксировала их в журнальчик у себя на столе, затем отодвинув микроскоп в сторону. Задумчиво поглядывая на голограмму ДНК, проецируемую рядом с экранами перед ней, женщина погладила свой подбородок, прикусив губу. Взяв чашку своего чая, который еще не успел остыть и хлебнув оттуда глоток, Мойра Майерс, отодвинула свою коляску немного назад, чтобы лучше разглядеть голограмму, блеск которой отражался в стеклах ее очков. Кабинет доктора Майерс был достаточно просторным. Это даже трудно было назвать кабинетом. Если говорить скоромно, то это больше походило на небольшую лабораторию. Тут были и несколько рабочих столов с самым разным оборудованием, и стеклянные шкафы, заполненные пробирками, склянками и непонятными устройствами. Все было чисто и пахло препаратами, как в аптеке. Мощный кондиционер в углу на потолке работал бесшумно, но ощутимо. В кабинете было зябко. Не то, чтобы холодно, однако точно не тепло. По крайней мере кожа Сары покрывалась мурашками. А быть может, дело было не только в кондиционере, а в том, что она, как идиотка, сидела голой на кушетке уже, наверное, с получас, сдвинув ноги и скрестив руки на груди, прикрываясь. Поначалу она испытывала стеснение, но сейчас от него осталось только раздражение и недовольство излишней прохладой кабинета. Мойре Майерс, очевидно, на ее недовольство, которое она пыталась изобразить всем своим видом, не проронив не слова, было плевать. Чтобы хоть как-то отвлечься от своего неудобного положения, Сара осматривала комнату, ерзая на жесткой кушетке. Разложенные документы и инструменты уже резали ей взгляд. Даже стоявший на другом конце комнаты экзоскелет для ног не привлекал внимание. Когда она только уселась здесь и Мойра принялась осматривать и слушать ее, взгляд Сары невольно косился на эти протезы. Она сразу узнала, что они ей напоминали. Примерно такими же механизмами и креплениями были устроены импланты ног Хартманна. Впрочем, наверняка, они были сделаны в одном и том же месте, что ее уже не удивляло, хоть их вид и навевал неприятные и даже жуткие воспоминания, пробиравшие до мурашек не меньше прохлады в комнате. Спустя десять минут рассматривания этих экзоскелетов впустую, у девушки возник логичный и закономерный вопрос о том, почему доктор Майерс не воспользуется ими? Учитывая, сколько лишних телодвижений ей приходилось совершать, что умело орудовать коляской, к которой, несмотря на плавность и последовательность, Мойра Майерс еще, кажется, не привыкла. — Можно мне уже одеться? — недовольство наконец пересилило волнение Сары и девушка обратилась к доктору Мойре. Она надеялась, что эта фраза выйдет погрубее, но послышалась она ей как-то пискляво. Женщину это, словно бы, вообще не затронуло. Та продолжила разглядывать цифры и показатели, всплывающие на голоэкране перед ней. Как будто не услышала, но Сара знала, что доктор наверняка просто ее проигнорировала. — Мне холодно вообще-то. — потерла свои плечи девушка. Мойра Майерс в ответ на это лишь приподняла кисть с вытянутым указательным пальцем, таким холодным и неторопливым жестом приказывая своей "пациентке" заткнутся. Сара, конечно, замолчала, однако ее недовольства это только прибавило. Закончив свое продолжительное рассматривание результатов ДНК-тестов, доктор отъехала чуть дальше, разворачивая свою коляску и переместив пробирки с кровью в холодильную камеру хранения. Оперевшись на ручки, Мойра села в кресле поудобнее и наконец обратила внимание на Сару, подъехав к ней. В своем обычном стиле Мойра Майерс без каких-то прелюдий перешла к вопросам, игнорируя прошлые обращения девушки к ней. — Еще разок, как долго продолжается ощущение зуда? — подняла на нее взгляд женщина через очки. Мойре Майерс было уже, наверное, под пятьдесят, как думала Сара. Она явно уже не была молодой, раз участвовала много лет назад в том же проекте, что и доктор Маргарет Райт. Она даже отчасти помнила ее на тех редких голозаписях с устройства доктора Маргарет, в которые попадала Майерс. Сейчас она казалась старше, но в целом, вроде-как, не сильно изменилась. Мойра Майерс для своих лет имела вполне гладкую и ровную кожу, за которой она точно следила. Ухоженную прическу и в целом крайне опрятный внешний вид. Единственное что хоть как-то выдавало ее возраст - это небольшие мимические морщины в уголках рта, на лбу, под глазами. Однако для своего возраста Мойра Майерс более чем сохранилась, как сказала бы Сара. Примерно тех же лет тетушка Мередит выглядела в разы старше, когда она видела ее в последний раз. — Ну, — покрепче сжала руки девушка, прикрывая грудь. — как-бы это сказать... Знаете, где-то с тех пор, когда вы вживили мне искусственные легкие вместо настоящих. Доктор явно не оценила ее попытки в сарказм. — Убери руки. — кивнула она на грудь девушки. — Зачем? — недовольно поерзала Сара. — Убери. — Мойра посмотрела на нее грозным взглядом и она подчинилась. Доктора здесь, включая Майерс, осматривали ее уже не раз, однако привыкнуть к тому что она находиться перед кем-то без одежды для Сары было все равно нереально. Даже для кого-то максимально в ней незаинтересованного, вроде доктора Мойры. Внутри ее что-то гложило, когда она понимала, что она сейчас сидит здесь нагой. — Хм, — женщина коснулась операционного шва своими пальцами, проведя по нему между грудей Сары прямиком до того места, где шрам раздваивался под ребрами. Ее пальцы были сухими и шершавыми, отчего прикосновения казались неприятными и словно наждачной бумагой проходились по груди. — как ощущается боль? Повтори. — Боли уже почти нет. — взглотнула комок в горле Сара, когда Мойра Майерс наконец оторвала руки от ее тела. — Только чешется. И то не всегда, но, знаете, бывает. — Удивительно быстрая адаптация к имплантам. — рассматривая ее тело и как будто общаясь сама с собой, говорила Мойра. — Организм принял их почти как родные. Никаких отторжений. Поразительно. — Как это связанно с моим зудом? — нахмурила брови Сара. — Что? — одернулась Мойра, явно ее не слушая. — У меня так и будут чесаться шрамы? — спросила она женщину. — А? Это побочный эффект. Ничего такого. — отмахнулась Мойра. — Я выдам мазь. Покрывать ей шов вечером каждого дня. Должно помочь. — Окей. — кивнула Сара. — И для уверенности нужно будет все-же продолжать курс вакцинации при имплантации искусственных органов. — сказала это доктор опять словно сама себе. Откатив свое инвалидное кресло к столу, она тут-же взяла ручку, продолжая делать какие-то заметки. Сара тяжело вздохнула, преисполненная недовольства. — Так можно мне уже одеться-то? — снова прикрылась руками она. — М? — оглянулась на нее Мойра, неохотно отрываясь от своих заметок. — Да, одевайся, если хочешь. — Ну наконец-то. — покачала головой девушка, взяв с вешалки рядом свою одежду и торопливо напяливая ее на себя. Застегнув пуговицы рубашки и натянув штаны, она вновь почувствовала себя в своей тарелке. Теперь она хотя бы не казалась себе такой уязвимой. В последнее время чувство того, что она у всех на виду, не покидало ее почти никогда. Ее сопровождали повсюду, за ней следили, ей шагу не давали ступить без чьего-либо присмотра. Не то, чтобы ей это сильно мешало. Но все-таки она была беззащитна. И что важнее - не знала, что с этим поделать. Даже после ее диалога с первым министром за ней не прекратили извечный надзор, хотя она понадеялась, что произвела на Маккриди впечатление, достаточное, чтобы убедить того в своей покорности и нежелании противится и куда-либо бежать. Просто потому что бежать Саре было попросту некуда. Мойра взяла у нее еще несколько образцов ее крови, прежде чем отпустить. Это обследование у доктора уже затянулось и Сара была невероятно рада покинуть наконец прохладный кабинет доктора Майерс. Перед этим, правда, женщина остановила ее, выбирая баночки с лекарствами и мазями. — Эти принимаешь перед едой, — указала на одну упаковку таблеток женщина, а затем на другую. — эти после. Первые дважды в день, вторые с утра. Через неделю посмотрим на результат. — затем она подвинула ей тюбик с мазью. — Ее наносить на шов... — Каждый вечер. Я помню. Вы уже сказали. — покачала головой Сара. — Хорошо. — холодно посмотрела на нее Мойра. По виду женщины казалось, что та и сама была бы не прочь, если бы девушка уже ушла. — Не чувствуешь головокружения или головной боли в последнее время? Нет еще никаких жалоб? — Ну, — почесала затылок Сара. — нет. Нету. — Съешь плитку гематогена. Учитывая столь частые тесты гемоглобин будет полезен восстановлению крови в твоем организме. — отчеканила доктор Мойра без особой заботы. Но Сара приняла совет к сведению. — А можно взять орешки? — покосилась девушка на пакетик, запах которого сразу привлек ее внимание. Доктор посмотрела, недоумевая, сначала на нее саму, затем на арахис со специями, потом бросила взгляд на свои экраны, а потом вновь на Сару. Поправив очки, женщина удивительно натурально улыбнулась ей, что было для девушки настоящей неожиданностью. — Конечно. — пожала плечами Мойра Майерс. — Угощайся. Благодарно кивнув женщине, Сара аккуратно взяла пакетик с орешками, удивившись подобному. Обычно доктор Мойра была к ней более чем незаинтересованно, а то и холодно, настроена. Сейчас же, однако, она показалась ей довольно приятной, хотя Сара понимала, что это не так. Создавалось ощущение, что внешность доктора максимально обманчива и потому сейчас стало даже более жутко от осознания, что за ее приятным внешним видом скрывалась прагматичное и расчетливое существо. Она все еще помнила самую важную вещь, которая въелась ей в память о докторе Майерс - эта женщина проводила на людях тесты биологического оружия. Это крайне пугало ее и задевало что-то внутри. Подсознание пыталось нарисовать ей картину того, как Мойра Майерс ставит опыты над ней самой. От этого по спине пробежали мурашки. Она не стала даже прощаться с женщиной и вышла за дверь безмолвно. Саму Майерс это вовсе не беспокоило. Уткнувшись в свои приборы и что-то все время записывая, она словно и не заметила, что Сара ушла. От этого было даже легче. Приковывать ее излишнее желание девушке совсем не хотелось. То, что к лифту ее вновь сопровождали двое агентов, она уже не обратила фактически никакого внимания. Все равно не вышло бы от них избавится. Как тени, Рейнбоу и Блю следовали за ней по пятам и несмотря на некоторое напряжение, Сара уже почти свыклась с этим фактом. Закинув пару орешков в рот и пережевывая их, она оценила их крайне острый вкус. Он был таким въедчивым и ярким, что, наверное, раньше она бы обязательно поморщилась. Сейчас же, однако, она не испытала былого ощущения раздражения от остроты. Наоборот, приятный огонек в горле и на языке даже понравился девушке. Облизнув губы, на которых тоже теперь чувствовалось жжение, Сара спешно съела еще парочку арахисовых орехов. Эта приятная острота напомнила ей жуткое чувство омерзительного, смертельно-болезненного кашля, пожаром вырывавшегося у нее из легких. Однако, боль отсутствовала, было лишь интересное вкусовое ощущение. От подобного подсознательного сравнения девушка ощутила диссонанс. Она и забыла, что не столь давно она буквально умирала, ползая в грязи и лужах, не в силах встать от кашля, сила которого заставляла ее выхаркивать внутренности наружу. Потупив взгляд, девушка попыталась вспомнить это жуткое ощущение, сделав глубокий вдох. Но оно куда-то исчезло. Зато в рассудке осталась горечь ее бессилия и привкус собственной бесполезности от того, что она не смогла спасти любимого человека. Сара затянула полные легкие воздуха, закрыв глаза. Но это не помогло. Раньше болезненный поток из смеси крови, кашля и мокроты, словно каленым железом выжег бы из ее разума любые неприятные мысли. Сейчас воздух просто накапливался внутри, набираясь в груди. Это несколько смутило Сару. В каком-то извращенном смысле она была в те моменты не против использовать физическую боль, лишь бы перебить душевную. Теперь она была лишена такого простого способа побега от навязчивых мыслей. Закинув еще парочку острых орешков в рот, она обсасывала их, в надежде что острота перечных приправ хотя бы приблизится к этому эффекту. Петра уже ждала ее на нужном этаже, переговариваясь со своими подчиненными по наушному устройству связи и одновременно с этим отвечая на приходящие сообщения в планшете. Многозадачности этой женщины, думается, мог позавидовать кто угодно. — О, ну наконец-то, — мгновенно оторвалась от дел Парчес, заметив выходящую из лифта Сару в сопровождении агентов. — вы закончили. — Да. Наконец-то. — зевнула девушка, запуская руку в пакет с арахисом. — Пойдем. — кивнула ей Петра, направляясь вдоль по коридору. — Господа, дальше мы с мисс Маккриди пройдем и сами. — улыбнулась агентам женщина своей исключительно белой ровной улыбкой. Рейнбоу и Блю переглянулись, а затем отошли в сторону, как бы безмолвно уступая Сару новой провожатой. Девушка поскорее поспешила приблизится к Петре, подальше от этих двух. — Как все прошло? — поинтересовалась у Сары женщина. — Нормально. — Сара уже привыкла так отвечать. Ей казалось, что подобный ответ позволит избежать излишнего внимания со стороны окружающих. Просто скажи, что все нормально, и никто не будет допытываться что у тебя случилось. Это был идеальный для девушки вариант. Ее уже тянуло блевать от бесконечного внимания, опеки и надзора в этих стенах. — Доктор Мойра тебя не съела? — улыбнулась Петра. — Нет. По-моему, ей вовсе на меня плевать. — пережевывая орех, ответила Сара. — Ничего кроме исследования моей крови ее не интересует. — А ты боялась, и зря. Доктор Мойра конечно не из приятых людей, но тебе она вряд ли причинит вред. Как и кто угодно другой в этом здании, пока я тут за главную. — Не знаю насчет вреда, но она жутковатая. — поежилась Сара. — Хотя, конечно, учитывая, что она не слезает со своей коляски, ага, вред ей кому-то причинить не удастся. — фыркнула девушка. На самом-то деле она, быть может, лучше многих других понимала, что лучше не ехидничать с Мойрой Майерс и вообще держатся от нее отстраненно. Может она и казалась немощной инвалидкой, но Сара все-таки всегда понимала, что эта женщина может причинить ей вред. Все-таки доктор Майерс могла вводить ей любые угодные женщине уколы или прививки, а Сара даже спросить не могла, чтобы удостоверится что это не яд. Так что Мойра Майерс могла без особых усилий убить ее, если ей вдруг захочется. Как и в принципе любой в этом здании. Это Сару, правда, уже не особо пугало. — Думаю именно эта инвалидность и стала причиной такого характера доктора Майерс. — ловко печатая сообщения на голоэкране своего планшета и виртуозно перебирая пальцами, ответила Петра. — Я не была с ней особо знакома до этого, но убеждена, что мисс Мойра раньше была более дружелюбной. Тут не поспоришь. — Быть может она заслужила то что с ней стало. — проворчала Сара. — Как жестоко звучит. — без укора ответила Петра, вставив эту фразу словно между делом. — Давно ты решила судить кто и чего заслуживает? — Я ничего не сужу, мисс Парчес. — опустила взгляд девушка. — Мне, если честно, плевать по большей части. — Петра. Зови меня просто Петра. — глянула на нее управляющая. — Хорошо, Петра. — Да. Отлично. — ее окрашенные в кроваво-красный губы озарились улыбкой. — Так мне куда комфортнее. — Раз уж мы говорим о комфорте, — подняла взгляд на спутницу Сара, — мне просить вас не называть меня прилюдно «мисс Маккриди», как я понимаю бесполезно? — Да. Бесполезно. — легонько дернула плечами женщина. — Потому-что это не мое решение. И тебе придётся привыкать. — Это самое тупое, что происходило со мной в жизни. — фыркнула девушка, затем прокрутила все, что с ней происходило в голове. — А, хотя может и не самое. — Я думаю тебе стоит смотреть на это позитивнее. — Позитивнее? За счет чего? Того, что вы надеетесь, чтобы я играла в ваш спектакль, выдавая себя за дочь первого министра? — физиономия Сары стала от этой мысли кислой, как лимон. — Это какой-то цирк, уж извините. — Видимо, ты достаточно впечатлила господина Маккриди, чтобы он окончательно утвердил эту легенду. Агенты Беверли уже во всю работают над тем, чтобы залатать все дыры в ней и вписать твое появление здесь наиболее лаконично. — А меня с этой "легендой", — выдавила Сара. — может хоть кто-нибудь ознакомит? Петра пустила легкий смешок. — Не торопись. Как я слышала они заготовили тебе такой ворох вопросов, которые тебе следует выучить, что ты ещё пожалеешь о своем желании поскорее быть посвященной в курс вещей. — Ворох вопросов? — Выдуманная история, которой тебе нужно будет придерживаться. — И что это за история такая? — приподняла бровь Сара. — Чудесное исцеление мертвой дочурки министра Маккриди? — А ты лаконично подгадала. — отметила Петра. — Только чуть более сложно. Насколько известно лично мне, это все еще будет история "чудесного исцеления", как ты и сказала. Только вот украшенная кучей подробностей. — Каких подробностей? — От названия швейцарской клиники, в которой ты якобы лежала, вплоть до имен докторов и цвета обоев в твоей палате. — шмыгнула носом Петра, почесав переносицу. — Думаю, они не выпустят тебя своевольно дальше этажа с твоим номером-люкс, пока ты машинально не будешь отвечать на каждый из этих вопросов. — Звучит как полная хрень. — помассировала глаза Сара, отведя затем сползавший на лицо локон волос. — А если я не выучу? Или запутаюсь? — Они будут дрессировать тебя с этой легендой ровно до тех пор, пока ты не запомнишь ее лучше истории собственной жизни. Так что я бы беспокоилась не о тебе на их месте. — А о чем? — О виновниках такого спешного твоего представления публике. — Вы о... — Да. Я о твоих новых подружках - юных мисс Венди и Еве. — иронично, но с ноткой недовольства, сказала Петра. — Своей неимоверной выходкой они поставили всех нас на уши еще больше, чем раньше. — С ними все будет в порядке? — Саре на самом деле не хотелось быть причиной бед двух несчастных девушек, в которых взыграло любопытство. — Поверь, им устроят не меньшую головомойку с этой легендой, чем тебе. — Они ведь не виноваты. — Как ты к ним расположена. Это хорошо. Потому что, нравится тебе, или нет, вам придётся с мисс Эвергрин играть в дружбу. Как и с этой легкомысленной Картрайт, будь она неладна. Такого подвоха я от нее не ждала. — Погодите, — оборвала ее Сара. — мисс Эвергрин? — Ну да. Ева Эвергрин. А что? — Эта случайно не... — Да. Если я правильно тебя поняла. — кивнула Парчес. — Ева Эвергрин это дочь Ричарда Эвергрина. — Того самого Эвергрина? Ну, который владеет «Неон Блоссом»? — эта мысль несколько не усваивалась у Сары в голове. — Да. Того самого. — Оу. — потупила взгляд Сара, почесав затылок. — Что, тоже подсела на эту синтетическую дрянь, да так, что в итоге нам пришлось тебе легкие менять? — саркастически спросила женщина. — Что-то типа того. — сжала губы девушка. — Жизнь полна иронии. Ничего не поделаешь. — приподняла уголки губ Петра. За углом, неподалеку от входа в номер-люкс Сары, их уже ожидала девушка с фиолетовыми волосами. Венди держала в руках толстую упаковку бумаг, которую прижимала к груди. Второй рукой она потирала черный ободок-чокер, плотно обвивавший ее шею. Прислонившись к стенке и оперевшись одной ногой к ней, девушка задумчиво опустила взгляд, а весь ее вид источал уныние. Однако, заслышав шаги приближающихся Сары и Петры, она тут же подняла глаза и, завидев их, оторвалась от стенки, направившись им навстречу. — А вот и виновница торжества, — недовольно изрекла Парчес, смеряя девушку пронзительным взглядом. — что ты здесь делаешь? — Жду вас, мисс Петра. — кротко ответила та, обменявшись взглядами с Сарой. Девушка своим ярким видом не могла не привлекать внимания в этих скучных, отделанных дороговизной позолоты и мрамора коридорах. — Тебя уже отпустили? Я удивлена. — показательно недовольно Петра поправила очки, придавливая Венди глазами к полу. — Вообще-то еще нет. — помялась Венди, переступив с ноги на ногу и проведя пальцами по своему пышному фиолетовому каре. — Точнее, не совсем. — Что ты имеешь ввиду? — Мне запрещено покидать эти этажи. Они сказали, чтобы я находилась здесь под надзором в одном из изолированных отделов. — И как долго? — Ну, — причмокнула Венди, приподняв толстую пачку бумаг в своих руках. — вот примерно так долго. — Это то, о чем я думаю? — оценив увесистость пачки документов, простонала Сара, опустив плечи. Казалось, таким мощным томом можно было убить человека, обрушив его ударом на голову. Петра протянула руки и Венди, без слов поняв свою обязанность, передала ей папку с бумагами. Она и правда была увесистой, учитывая, что Петра от неожиданности легонько прогнулась под тяжестью бумаг. Хотя, с ее невероятно худощавым телосложением, это было неудивительно. — Хм-м. — протяжно выдохнула женщина, затянув воздуха и перелистывая бумаги друг за другом. Ее глаза быстро бегали из стороны в сторону, перекидываясь от строчки к строчке. — Они сказали передать его вам лично, мисс. Вы должны пояснить... — Венди поглядела на Сару, явно немного сбившись в построении своей речи. Сара прекрасно понимала почему. Она по глупости своей и незнанию, уже мимолетно познакомилась с Венди, а, следовательно, та помнила ее имя. И была одной из тех немногих, для которой Сару уже не получилось бы превратить в какую-то «Патрицию Маккриди». — Да. Я поняла. — Петра уловила мысль Венди еще до ее конечного изложения, неторопливо перелистывая очередной лист. Сара же, ощущая себя максимально неудобно, попыталась заесть это острым орешком. Закончив наконец рассматривание толстенной папки, Петра захлопнула ее, свободной рукой потерев перстень на другой. Посмотрев на девушек, она несколько секунд помолчала, как вдруг ее связное устройство в ухе отобрало внимание управляющей и женщина, щелкнув по нему пальцем, переключилась на линию. Спустя буквально несколько секунд, ее взгляд стал недовольнее прежнего и она, скривив губы, оборвала докладывающего. — Кейси, не тараторь, в чем проблема? — обратилась она к незримому собеседнику. — В смысле привезли? Уже? Какого?.. Ох, слушай, скажи им что я сейчас приду. Нет! Нет, пусть ничего не делают! Я же сказала! Все, ждите меня там. Выключив связное устройство, она вновь обратила на них свой взор. — Картрайт, проводи нашу гостью до ее комнаты. Надеюсь хоть сейчас ты меня не подведешь? — прищурилась Петра. — Обижаете, мисс Парчес. — скромно улыбнулась ей Венди. — Хорошо. А ты, — управляющая обернулась к Саре, протягивая ей толстый том бумаг в папке. Девушка подхватила его, удивившись увесистости этой штуки. Да, она была крайне тяжелой. — лучше прямо сейчас приступай к изучению этого материала. Будем надеяться, что с памятью у тебя все в порядке. — Ну, — поправив огромную папку у себя в руках и почесав затылок, ответила Сара. — не сказала бы. — Значит у тебя есть время развивать ее. — Петра положила руку ей не плечо, потерев его в попытке придать уверенность. — Потому что память тебе при изучении этого материала ну очень пригодится. Женщина пожала плечами, а Сара взяла папку под руку. — Мда, — покачала головой девушка. — и с каждым днем все веселее жить… — То ли еще будет. — улыбнулась ей Петра, отступив и сразу же начав печатать что-то в своем планшете. — Мне нужно удалиться, пока весь холл не будет захламлен очередными материалами для выставки. Едва ли этот растяпа сможет объяснить им, куда их нужно деть. — Передавайте Оливеру привет, мисс Петра. — улыбнулась Венди, сказав это начальнице вслед. — Обойдется. — ворчливо бросила управляющая, скрывшись за углом. Сара осталась в коридоре с Венди совсем одна и молчание несколько ее смутило. Сначала она бросила неловкий взгляд на яркую девушку, а затем та на нее. Прежде чем Сара сообразила что-либо сказать, Венди улыбнулась ей, кивнув по коридору в сторону ее люкса. — Ну что, пойдем? — теплым голосом обратилась к ней Венди. Кивнув, Сара последовала за девушкой, стараясь не выронить громоздкую папку из рук и заодно удерживая в них пачку орешков. Легкой, почти невесомой походкой, Венди шагала по коридору, неторопливо, стараясь идти с Сарой вровень и пуская на нее заинтересованные взгляды. Несколько смущенная Сара, почти не отвечала на них. Она чувствовала себя не в своей тарелке. Особенно, почему-то, сейчас. С другой стороны, это было не волнение или страх. Венди была достаточно миловидна, чтобы не внушать напряжения. Конечно, ее яркий облик несколько пугал своей броскостью, но примерно с той же силой и притягивал внимание. Кроме того, Сара заметила приятный запах, который легонько доносился от девушки. Это был какой-то парфюм с притягательным едва уловимым ароматом. Он походил на запах черники. Или, вернее сказать, того что называли «ароматом черники». Этот запах угадывался девушке лишь потому, что он крепко засел у нее в памяти. Примерно так же пахли «Неон Блоссом» с черничным вкусом. В номере, куда Венди услужливо открыла ей дверь, придерживая ее, на столе уже ждал поднос с едой. Сара даже привыкла к этому и это казалось ей странным и неправильным. Но ей это нравилось. Что-то подсознательно радовало ее внутри от понимания того, что специально для нее готовят эти блюда и приносят их прямо ей под нос. В этом определенно что-то было. — Он еще не остыл, если хочешь перекусить. — заметив заинтересованный взгляд Сары на ланч, сообщила Венди. — Я не голодна. — отмахнулась Сара, повалив с хлопком на стол этот огромный том бумаг, которые ей вручили. — Точнее, не особо. — Как скажешь. — пожала плечами Венди, закрывая дверь. Саре почему-то это сразу ударилось в глаза. Девушка явно не собиралась уходить, на что ненавязчиво намекало то, что дверь была ею закрыта не с обратной стороны. Хотя, это было не так уж и плохо. Сара уже изголодалась по простому человеческому общению, где ее не допрашивают и не обследуют. Усевшись на диван и откинув голову на спинку, она наконец позволила себе окончательно расслабится. Размяв плечи, девушка посмотрела на пачку орешков у себя в руках, а затем на Венди, немного стесненно стоящую у стола в ее комнате и поглядывая на документы. Венди бросила очередной неловкий взгляд на Сару ровно в тот же момент, когда сама Сара приподняла на нее глаза. Несколько мгновений они смотрели друг на друга и когда девушке стало окончательно неудобно от собственного недружелюбия, она решила все-таки чуть растопить обстановку в их с яркой гостьей общении. — Не хочешь орешков? — немного неуверенно выдавила Сара. Секунду поразмыслив, Венди улыбнулась, прищурившись и кивнула, направившись к сидящей Саре, чтобы устроиться на диване рядом с ней. — Конечно. — ответила она, поправляя свои фиолетовые волосы. Аккуратно присев, та потянулась к пакетику с арахисом, коснувшись ненароком руки девушки, державший открытую упаковку. От этого легкого прикосновения по руке Сары пробежали мурашки. — Оу, — Венди сделала глубокий вдох, сложив губы трубочкой. — они достаточно... пикантные. — Да. — кивнула Сара, пережевывая острый орешек. — Прикольные. После этого в комнате снова повисло молчание. Девушки, по очереди доставая арахис из пачки, молча поглядывали то друг на друга, то по всей комнате. За стеклами огромных панорамных окон город кипел жизнью, отголоски которой едва слышимо доносились сюда, к верхушке небоскреба, растворяясь и будучи почти неразличимыми. — Наверное, мне нельзя задавать лишних вопросов, да? — неуверенно прервала их обоюдное молчание Венди. Сара пожала плечами. — Не знаю. — достав последние пару орешков со дна пачки, девушка положила их в рот. — Я и не думаю, что смогла бы ответить на большинство из них. — Это... — Венди провела рукой по волосам. — Это так странно. — Угу, а представь какого мне. — Думаю, я не смогу. — вздохнула девушка. — И не нужно. Если они решили сделать из меня какое-то цирковое представление, то так тому и быть. Все равно я не смогу никак этому помешать. — Ты, ведь, ну... — Венди явно с трудом подбирала слова. — Я, хотела бы, ну, узнать... Хотя, ладно. Неважно. — Что ты хотела узнать? — приподняла бровь Сара. — Как мне к тебе обращаться? — после некоторой паузы спросила та. — Ох, и ты туда-же. — Просто, я думаю, наедине я же могу звать тебя... — Сара. Да. Зови меня просто Сара. Без всей этой чепухи. — Хорошо. — улыбнулась девушка. — Я Венди, если ты вдруг не помнишь. Венди Картрайт. Наше прошлое... знакомство, было несколько сумбурным. — Венди. Да, я помню. — кивнула Сара, поглядывая на собеседницу. — Интересно, для чего все это? — посмотрела Картрайт на папку с документами на столе. Поднявшись и подойдя к ней, девушка приоткрыла и полистала ее. — Спроси у этих придурков, которые ходят везде в дурацких темных плащах. — Агенты? — хихикнула Венди. — Да, я заметила, что они везде следуют за тобой, как хвосты. — Это... — Сара попыталась подобрать словцо покорректнее. — Задалбывает. Фиолетововолосая скромно улыбнулась, закрывая папку и поднеся ее Саре. Взяв из ее рук тяжеленный том, она раскрыла его, пробегаясь глазами по сотням строчек, написанным мелким шрифтом. От всей этой информации помутнело в глазах. Фыркнув, Сара принялась листать папку, особо не вчитываясь. — Ты точно не будешь ланч? Он ведь остынет. — заботливо спросила Венди. — Ну остынет и остынет. Какая разница? — махнула рукой Сара. — Приготовят еще. Не думаю, что местная кухня обеднеет. — Но ведь повара старались ради тебя. — удрученно покосилась на подносы девушка. Сара обратила на это внимание, захлопнув том с биографическими данными и мемуарами о жизни Патриции Маккриди, которые ей, судя по их размеру и занудности, будут сниться теперь в ночных кошмарах. — Так переживаешь за поваров? — устало подняла взгляд на еду Сара. — Понимаешь, я тоже тут работаю. — присела за столик с едой Венди, закинув ногу на ногу и поправив чокер на шее. — И поэтому знаю, как много труда люди вкладывают в такие простецкие для тебя вещи. Думаю, никому из шеф-поваров не было бы приятно знать, что ты оставляешь их труды с таким пренебрежением. — Я думаю деньги у них за это не вычтут. Это же их работа. — Но это не повод разбрасываться ее трудами направо и налево, разве нет? — Венди сказала это так, что Саре действительно стало стыдно за себя. — Знаешь, Венди, если тебе так хочется, чтобы эта еда не пропадала даром, можешь сама ее съесть. — развела руками Сара, вновь откинувшись к дивану и положив руки за голову. — Я? — выпучила глаза девушка. — Нет. Ты что, я не могу. — Почему? Повара же старались. Или думаешь они подсыпали туда крысиного яду? — улыбнулась Сара. — Если бы они хотели меня отравить, уже давно бы отравили. Что-то в таком роде мне доказывала твоя начальница. — Мисс Парчес? Вот она то меня и убьет, если я оставлю тебя без ланча. — А мы ей не скажем. — Сара пустила смешок. — Нет. я серьезно. Если хочешь попробовать, что там, то дерзай. В меня сейчас ничего не лезет после общения с этой доктором Майерс. Венди несколько мгновений переглядывалась то с Сарой, то со своим отражением в серебряной крышке подноса, но в итоге приподняла ее, оценивая суп-пюре, салат, пирожные и сладости, которые хозяйке номера принесли на перекус. — Ну, если ты не против? — еще раз неуверенно спросила Венди. — Да ешь уже. — Саре эти любезности и дозволения уже немножко надоели. Как будто одного ее согласия было недостаточно. — Приятного аппетита. — Спасибо. — улыбнулась ей девушка, взяв одно из пирожных-маффинов и неторопливо откусывая его. Размяв ноющие от онемения шрамы, Сара посмотрела на вид за окном. — Мне в голову лезли всякие фиговые мысли после того, как вы ко мне пришли. Не в смысле, что вы с подругой меня напугали. Просто... — вздохнула она, пока Венди доедала пирожное. — Я надеюсь из-за меня у тебя не будет неприятностей — А я надеюсь, что у тебя из-за меня. — хихикнула Венди. — Прости, я поступила глупо, решив заявиться сюда. — Ничего. Хотя бы разбавила мое серое здесь пребывание. — пожала плечами Сара, разглядывая рекламную голограмму на одном из небоскребов напротив. — Здесь много слухов ходило. Умеешь ты, Сара, эффектно появляться. — В смысле? — Мы с Евой уж подумали, что началась война. В городе обычно все спокойно, а тут военные на улицах, самолеты. Ух. — Ну вот, видите, я тоже разбавила вам скучную жизнь. — Не то слово. — расплылась в улыбке девушка. — И всем добавила хлопот. — Поверь, я не специально. — сдула слезавший на лицо волос Сара. — Подносами ты в Глорию тоже не специально запустила? — ехидно подметила Картрайт. — Прекрасно. Похоже теперь об этом знают все. — Бедняжка Глори столько мне жаловалась по этому поводу. Ты, видимо, и вправду ее впечатлила. Не в хорошем смысле. Обычно гости тут обходительнее. — задумалась Венди. — В большинстве случаев. — Могу перед ней извинится, если она не будет стараться заносить мне еду или убираться тогда, когда меня отсюда уводят. — ответила Сара. — Не думаю, что она обижена. Просто ошарашена. — Больше постараюсь не метаться в нее тарелками, так и быть. — сложила руки на груди девушка. — А что там с Евой? Если она, ну, вроде как, дочь такого влиятельного человека, ей же ничего не сделают? Не хотелось бы, чтобы у всех вас были проблемы из-за меня. — Да, ее не тронут. Не бойся. Однако, ей придётся смириться с мыслью, что теперь она, как и мы с тобой, должны играть какие-то роли. — Вы знали Патрицию Маккриди? Поэтому и пришли сюда? Поразмыслили и пришли к выводу, что я это она? — грустно улыбнулась Сара. — Мы? — приподняла бровь Венди. — А, да. Но это скорее моя вина. После рассказа Глории и всей этой кутерьмы в городе мое излишнее любопытство нам всем навредило. Я думала, они просто пытаются скрыть твое... Ну, то есть, прибытие Патриции в город. А оказалось, что тут... В общем, что все сложно. — И не говори. Какая-то жесть. — насупилась Сара. — Но, скажем прямо, ты и правда на нее похожа. — посмотрела ей в глаза Венди, что несколько смутило Сару. Фиолетовые линзы девушки, отливавшие синевой, делали ее зрачки словно нечеловеческими. — Давай без этой фигни. Я ненавижу это сравнение. — проворчала она. — Или ты думаешь мне приятно слышать, что я чья-то точная копия? — В хорошем смысле. — Венди подмигнула ей, рассевшись на стуле поудобнее. — Патриция же выглядела недурно. Сара немного опешила. — Если это комплимент, то он сейчас некстати. — сказала девушка. — Не будь такой черствой, я же пытаюсь завести знакомство. К тому же, — Венди кивнула на тяжеленный том. — пока ты не заучишь эту ерунду, нам придётся встречаться еще крайне часто. Так что хотелось бы, чтобы мы были друзьями. — нацепив на вилочку немного салата, ответила Венди, смачно его пережевывая. — Мне не везет с друзьями. — опустила взгляд Сара. — Эй, не драматизируй. Никто тут не желает тебе зла. Просто, знаешь, на днях от тебя начала зависеть моя жизнь. — немного усмешливо сказала Венди. — Потому, очень хотелось бы быть с тобой поближе. В противном случае, меня уже не просто уволят с работы, ух. — Сама виновата, что сюда пришла. — одернула плечами девушка. — Я, видимо, как черная кошка. Приношу людям только несчастья. — Ну хватит тебе, Сара. — отложив салат в сторону, Венди поднялась, подойдя и усевшись напротив нее на диван. Сара обернулась к ней, пока девушка скрестила ноги, сев на диване, словно йог. — Я не знаю, что произошло в твоей жизни и что привело тебя сюда, но ведь ты не плохой человек, правда? — Откуда тебе знать? — удрученно сказала та в ответ, снова пересекаясь с девушкой глазами. — А даже если так, — краем губ улыбнулась девушка. — неужто не заслуживаешь шанса на искупление? — Просто я боюсь, что уже слишком запуталась. — покачала головой Сара. — Я то ли птица в золотой клетке, то ли... То ли вообще черт знает кто. Как будто вокруг меня свили паутину сразу несколько пауков, а я, дура, умудрилась запутаться в каждой из них. И теперь в этом коконе сижу, не зная, куда деться. — Ох. — Венди прикусила губу. — Я смотрю на людей вокруг и уже не знаю, что думать о них, понимаешь? — Сара снова подняла взгляд на собеседницу. — Как будто все вокруг чего-то от меня хотят. Хотят использовать, исследовать, заставить быть кем-то, кем я никогда не хотела являться. Кто я для них? Разменная монета? — Не знаю кто ты для них, Сара, да и вряд ли смогу узнать. Но в одном я уверенна точно, это большой город и в нем много людей, которые наверняка захотят чего-то от тебя. Так уж он устроен. — Ну спасибо, Венди. — фыркнула Сара. — Успокоила. — Однако я знаю еще кое-что, — поспешила добавить та. — в таком большом городе, полном жизни, часто чувствуешь себя одиноко. Тебе так не кажется? — Одиноко? Ха. В этой комнате то уже точно. — И, несмотря на все эти толпы людей, многим из них как будто, — Венди выдержала паузу. — как будто плевать на тебя. Среди этих огней ты испаришься и никто не заметит, что ты тут когда-то и была. — Вообще-то жалуюсь на жизнь тут я, не забывай. — улыбнулась Сара. — В такие моменты лично мне очень хочется иметь человека, с которым хочется поделиться. Которому хочется довериться. Ты так не думаешь? — выпучила на нее глаза девушка. — Ну... — Сара почесала затылок. — Может ты и права. — И раз уж так сложилось, что теперь мы обе в довольно затруднительном положении, — Венди провела пальцами по ободку на шее. — мне бы очень хотелось, чтобы мы могли доверять друг другу. Девушки вновь взглянули друг на друга. Венди положила ладонь Саре на колено, грустно вздохнув и отведя взгляд. У нее сейчас был какой-то крайне разбитый вид. Сара представила, сколько угроз высыпалось на нее от агентов разведки и на каком по-настоящему сложном перепутье находится сейчас эта яркая, облаченная в сине-фиолетовые цвета, девчушка. В душе заскребли кошки. Она итак испоганила жизнь слишком многим, ненамеренно, но одним только своим присутствием. Быть может, все в жизни Роуз, например, сложилось бы иначе, быть может, даже Сэм была бы сейчас жива, если бы Сара одним своим только существованием всем не мешала. Эта мысль заставила ее сердце болью отдать в груди. И ей не хотелось, чтобы к этому списку загубленных судеб присоединилась бы и Венди. — Хорошо. — внезапно резко ответила ей Сара. Фиолетововолосая взглянула на нее, прищурившись. — Быть может, нам обеим будет проще. — пожала она плечами. Венди, потерев ее колено, убрала руку, довольно вздохнув и отведя взгляд к окну. За ним проплывали облака, сегодня, довольно низкие и своими пышными объятьями облизывая верхушки небоскрёбов. Глухие звуки города доносились сейчас, в тишине, еще громче. Они обе молчаливо глядели на Атланту, распростершуюся вдаль на этой панораме. Город, расплывавшийся на километры вокруг пестрящим, неоновым пятном, а небоскрёбы с блеском отражали солнечные лучи. — Может, включим музыку? — бросила взгляд на стереосистему Венди. — А почему бы и нет? — недолго думая ответила Сара.