Ты, я и апокалипсис

Глава 77 Подкрутив трубочку для подачи кипятка, Оливер с прищуром поглядел на всю конструкцию автомата. Казалось бы, чему здесь было ломаться? Который раз он проверял эту кофемашину, она всегда работала исправно, а здесь с чего-то вдруг перестала? Что-ж, учитывая то, какой трафик людей наполнил здание сейчас, неудивительно, что кто-то из них снова умудрился сломать этот автомат. Проверив все внутри на предмет поломок он все еще не обнаружил, в чем же проблема. В попытках проверить, как работает машина, он уже истратил почти весь ее запас молотого порошка, который она смешивала, обращая в то, что выдавала за "кофе". Встав, он запустил в программе автомата приготовление капучино, отступив чуток назад, за открытую крышку автомата, чтобы в случае неудачи кипяток и грязная кофейная гуща не обдала его самого. Машина затряслась, урча и кряхтя. Механизмы внутри зажужжали, засасывая ингредиенты и те с грохотом понеслись по трубкам. Не успел Оливер и глазом моргнуть, как с скрипящим звуком автомат выдал резкие брызги струй кофейного кипятка, разлетающихся во все стороны фонтаном. — Ох, черт возьми! — крикнул парень, выключая питание автомата. — Да что с тобой такое, блин, приятель? — похлопал он по стенке кофемашины, снова заглядывая внутрь, где все уже было испачкано не успевшим растворится месивом из кофейного порошка, расплескавшегося по стенкам и проводам внутри. Грустно вздохнув, Оливер оглянулся назад, увидев запачканный пятнами кофе кафельный пол. Хорошо, что завидев его тележку и инструменты рядом, гости обходили этот уголок с кофейным аппаратами стороной, иначе бы, неровен час, кому-нибудь засадило в лицо грязным кипятком быстрорастворимого капучино. Забавный был бы, конечно, конфуз, но ничего хорошего для самого парня это бы не сулило. Учитывая, что управляющая уже скоро должна была прийти проверять его работу с этой барахлящей кофемашиной, парень постарался как можно быстрее скрыть следы своей неудачной попытки починки. Взяв тряпку из уборочной тележки, он наспех протер крышку автомата, затем достал из своего нагромождения инструментов в тележке робот-пылесос, положив его на пол и нажав кнопку включения. Устройство замигало, сообщив о готовности писком. — Пинкертон, прибери-ка тут все. — дал Оливер голосовую команду пылесосу. Роботу потребовалось пара секунд, чтобы ее обработать. — Выберите функцию уборки, немедленно. — прозвучала запись из пылесоса. — Влажная или сухая уборка? Влажная, или сухая? Отвечай, мясной мешок. Усмехнувшись, парень принялся вытирать внутренние механизмы кофемашины, глянув на ожидающий ответа пылесос, мигавший желтой лампочкой обработки голосовой команды. — Влажная, Пинкертон. Влажная уборка. — постарался четко выговорить он, чтобы его ответ был понятен. — Ты еще пожалеешь об этом, мешок с костями. — издал пылесос, моргнув зеленой лампочкой принятой команды. — Приступаю к функции влажной уборки. — тихо зажужжав, робот-пылесос принялся скользить по полу от одного кофейного пятна к другому, промывая их и оставляя за собой чистейший блестящий кафель. Четкий стук каблуков знаменовал приближение управляющей. Оливер уже научился отличать цокот ее походки от прочих, настолько часто приходилось его слышать. Этот звук заставил его поскорее протереть внутри автомата то, что он успел, прежде чем мисс Парчес заметила бы, в какой свинарник превратился этот угол после его стараний для починки автомата. Петра Парчес, в сопровождении Глории, которой она раздавала указания по уборке, которых хватило-бы, наверное, не только до конца дня, но и на всю неделю вперед, направилась к парню, попутно сбрасывая очередное уведомление на своем планшете. Оливер выпрямил спину, закинув грязную тряпку в тележку, и быстрой оглядкой проверив, насколько тщательно робот-пылесос уже вымыл пол. — Госпожа управляющая, — улыбнулся парень. — доброго денька. — Что с автоматом, Кейси? Ты все еще не починил его? — нахмурив брови, Петра впилась в него взглядом, как коршун, поправив очки на переносице. — Кажется еще нет, госпожа управляющая. — развел руками тот. — Привет, Оливер. — кротко улыбнулась ему Глория. — О, приветик. — спешно ответил ей Кейси, растянувшись в улыбке и почувствовав пробежавший по щекам румянец. Сделав несколько шагов вперед, Петра, поджав губы и прищурившись, начала рассматривать автомат. Промолчав, она обернулась на Оливера, затем на Глорию, а потом на пол, последние пятна на котором засосал робот-пылесос, двигаясь в ее направлении. — Так он не работает? — кивнула на кофе-машину Петра. — Вы конечно можете проверить еще разок, если не верите мне на слово, мисс Петра, — пожал плечами Кейси. — но лучше вам в таком случае заранее отправить сообщение в прачечную по своему планшету. — Пф, — выдохнула Петра. — так ты не справился? — Я старался, но кажется, эта машина проклята или уже отжила свое. — оперевшись об дверь автомата, ответил Оливер и та, под его весом, поехала назад, захлопнувшись и парень чуть было не оступился, однако удержал равновесие, не упав на пол. — Ох! Видите, даже двери не держат. — похлопал по автомату он. Петра шутки не оценила, вновь смерив его недовольным взглядом. С жужжанием пронесшийся рядом робот-пылесос наткнулся на ногу управляющей, остановившись и обрабатывая сканером площадь вокруг, чтобы осознать, что за препятствие перед ним возникло. — Убирайся с моего пути, мясной мешок. — прожужжал робот, отъехав назад и медленно огибая туфли Петры Парчес. Женщина подняла на Оливера глаза. — Я же сказала тебе, Кейси, если ты не удалишь эту дрянь с роботов-пылесосов, я лишу тебя премии. — Но, мэм, это же забавно!.. — усмехнулся тот, однако, видя выражение лица Петры Парчес его улыбка тут же сошла на нет. — Немедленно займись этим, Кейси, раз не можешь справится с автоматом. — приказала управляющая. — Да ладно вам, это же безобидная... — Премия, Кейси. — бросила Петра. — Мэм, ну... — Годовая. — Ладно-ладно. Сделаю. — выдохнул Оливер. Выключив устройство и убирая его обратно в свою тележку, Кейси взял чистую тряпку, принявшись дальше оттирать остатки брызгов с внутренних систем автомата. Петра, вздохнув, покачала головой. — Бросай это дело, Кейси, я просто закажу наконец-таки новую кофемашину. — махнула она рукой. — Как скажете, госпожа управляющая. — улыбнулся тот, уже было решив, что на сегодня с него будет достаточно работы, но не тут-то было. — У вас новое поручение, — обрушила его надежды Парчес. — идите с Глорией к Картрайт на шестьдесят девятый и помогите ей с сортировкой. Учитывая, какой вокруг творится бардак, мне сейчас просто не до этого, так что не подведите меня. Поняли? — смерила их взглядом управляющая. Глория покосилась на Оливера, а тот, ели сдерживая улыбку, перевел взгляд на Петру Парчес, складывая оставшиеся инструменты в тележку. — Какой-какой этаж, госпожа управляющая? — выдавил он, стараясь сохранять хладнокровное лицо. Глория, прикрыв рот ладонью, отвернулась. — Шестьдесят девятый. Давайте быстрее, Картрайт уже ждет вас там. — последний раз взглянув на кофейные автоматы, Петра шустрыми движениями пальцев пометила что-то в своем планшете, заодно прислушиваясь к связному устройству на ухе. — Все, я спешу. Дерзайте в путь. — ответила им она, разворачиваясь и пошагав прочь. Наконец расслабившись, Глория и Оливер переглянулись друг на друга в очередной раз, не сдерживая улыбок. — Ну что, шестьдесят девятый? — оперевшись на тележку с инструмента, спросил Оливер. Глория похихикала. — Шестьдесят девятый. — ответила она тихонько, проводив взглядом Петру и вместе с Оливером направившись к лифту. Весь этот день Петра провела в жуткой спешке. Уже вскоре должна была состояться злополучная выставка, а значит каждый час был напряженнее прежнего. Конечно, дел было не в проворот, но, зато, когда вся эта кутерьма кончится, можно будет вздохнуть спокойно. А пока что надо было работать. Откладывать на завтра Петра Парчес не хотела, не умела и не думала. От того, чтобы сконцентрироваться на координации персонала при таком важном деле, ее в очередной раз отвлекали дела сторонние. В этот раз, конечно же, внезапное желание Сары достучаться до старшего коменданта Моралеса. Не то, чтобы Петра не ожидала чего-то подобного, девушка была достаточно предсказуема, но конкретно сейчас это было совсем не к месту и не вовремя. Но, все дела относительно выставок и любых прочих важных занятий отходили на второй план, когда дело начинало касаться государственной безопасности. Стоило девушке только обмолвится словом о том, что она знает, как вывести людей коменданта и агентов на след экстремистских группировок, вокруг снова поднялась буча, вызывающая у нее мигрень. За один только сегодняшний день управляющая потратила полторы пачки тампонов, лишь бы остановить носовое кровотечение - вечный спутник ее стрессов и переживаний. Сейчас, благо, ей нужно было только организовать передачу девушки под крыло старшего коменданта, чтобы она уже выдавала ему все, что взбрело ей на ум. В Алексе Моралесе Петра никогда не сомневалась, потому не переживала относительно судьбы Сары. Она явно будет в безопасности. В данный момент Петра направлялась в служебные помещения на нижних этажах, где ее уже должен был ждать старший комендант. Взмахом руки, женщина провела браслетом у защитной панели, висящей у входа в служебные помещения и прошагала туда, юркнув в лифт. Солдаты Моралеса, наводнившие этот этаж сегодня, недружелюбно провожали ее взглядами. Выстроившись у каждого угла и переглядываясь друг с другом через шлемы, они оккупировали тут все с пушками наперевес. Парчес ничего не имела ни против военных, ни, естественно, против Алекса Моралеса, но, когда они появлялись в ее здании и начинали наводить тут свои порядки, у нее невольно сводило скулы. Когда деталь инородного механизма засовывают в отлаженно работающие часы, ничего хорошего не жди. Также и с комендантскими отрядами, которые в своей привычной военной манере мешали работе Сиренити-тауер, когда появлялись в нем. Агентура Беверли тоже часто вставляла ее работе палки в колеса, но служба госбезопасности хотя бы пыталась казаться незаметной в отличии от этих ряженных в боевую броню столпотворений с пулеметами. Алекс Моралес, как раз заканчивал диалог по рации с первым помощником Олдриджем, докладывающим ему о состоянии дел в Мейконе. Управляющая, завидев впереди старшего коменданта, приподняла свой планшет, глядя на свое в нем отражение. Поджав губы и потерев их друг о друга, чтобы помада стала более равномерной, женщина повертела головой, разглядывая свое лицо с разных ракурсов. Шмыгнув носом, в котором почувствовался зуд, женщина поправила спицы в волосах, чтобы те ровнее держались на ее пучке и подтянула очки на переносице. Наконец, заметив, что Алекс Моралес выключает связное устройство, Петра пошагала к нему, сделав лицо посерьезнее. — Комендант. — поприветствовала его она, широким шагом подступив к Моралесу, убирающему рацию. — Петра. — кивнул ей мужчина, спешно поправляя свой пучок волос. — Я смотрю вы привели сюда всю королевскую рать? — оглянулась на стоявших позади солдат женщина. — Не всю. — ответил Моралес. — К счастью. — усмехнулась Петра. — Где девчонка? — одернув свой плащ-пальто, посмотрел на нее тот. — Сразу к делу, комендант? — женщина помассировала свою переносицу. — Пройдемте, ее должны были уже привести сюда люди агента Беверли. — Я думал для этого тут вы. — последовал за женщиной Моралес. — Как, впрочем, и везде, где стоят люди выше меня, дорогой комендант, я опять выступаю лишь посредником. — пожала плечами Петра. — Да и едва-ли господа из агентуры оставят ее без присмотра на таком важном деле. — Понимаю. — кивнул тот управляющей. Они вновь переглянулись, прибавив шагу по коридору и Петра, вздохнув, опять ощутила теплое пульсирование в ноздре. Закрыв глаза и покачав головой, она потянулась к карману, достав оттуда пачку с тампонами. — Извините. — кротко отвернула голову женщина, промокнув стекающую к губам красную капельку и заткнув носовое кровотечение. Поглядев в пачку, она поняла, что в ней больше не осталось. Спешно скомкав упаковку в руке и переминая ее, Петра сложила руки, принявшись покручивать свои перстни. — Ох, черт, кажется это последний. Алекс Моралес покосился на нее, поймав ответный взгляд Петры. — Нелегко, верно, живется, когда организм кровоточит так не вовремя. — сказал комендант. — Думаю, это мешает. — Ох, поверьте, эпистаксис иногда кажется мне меньшей из всех моих забот. — махнула рукой Петра. — Уж не нам с вами привыкать к внезапным болезненным кровотечениями, не так-ли, комендант? — Нам? — приподнял бровь Моралес. — Женщинам и солдатам. — усмехнулась Петра, поправляя очки. — Пф, и то верно. — легко улыбнулся ей тот, после секундного раздумья. В одной из комнат, ведущей к служебным лифтам практически одновременно с управляющей и комендантом, вошли Блю и Рейнбоу, пытающаяся вести Сару под руку, заставляя ту следовать за ней. Тряхнув рукой, Сара одернула агентов, засовывая руки в карманы и самостоятельно пошла рядом. Завидев девушку, Петра улыбнулась ей, а комендант Моралес настороженно прищурился, разглядывая ту. Сара тоже не удостоила его радушным взглядом, скривив губы, когда их зрачки пересеклись. — Что-ж, кажется мои полномочия здесь заканчиваются. — пожала плечами Петра, прижав к груди планшет. — Больше не смеем вас отвлекать. — натянул улыбку Блю, кивнув ей и как бы указывая на выход. — Благодарю за компанию. — кивнул ей Моралес. — Комендант. — кивнула в ответ управляющая. — Петра. — ответил тот, развернувшись и пошагав к Саре. Та, отведя от него свой недовольный взгляд, мельком глянула на Петру, которая подмигнула ей, развернувшись и пошагав прочь. Это чуток придало ей уверенности. Не то, чтобы девушка сомневалась в своем выборе, вовсе нет. Она считала, что это действие единственное верное с ее стороны сейчас. Никак иначе она поступить просто не могла. Когда еще Саре представится такой шанс? Его надо было использовать. Почему она сразу об этом не догадалась, не так уж и важно. Кто, как не Кэролайн, мог помочь ей отомстить этому ублюдку? Генри Моралес лишил Кэрол отца. В последние разы из тех, что Сара видела Фишер, перед тем, как она сдала ее и Моралеса людям коменданта, та была сломлена. Она не казалась храброй, сильной, непоколебимой. Даже наоборот. Оттого еще неожиданнее и горче ощущалось тогда ее предательство. Зато сейчас, размышляя об этом, девушка и не знала, было ли то к худшему. Это ведь был такой близкий шаг, чтобы избавиться от этого урода навсегда. Но, как обычно, все пошло не так, как могло бы. Саре думалось, что раз Кэролайн сама предала Моралеса, то в первую же очередь должна была рассказать все, что знает о нем. Видимо, это было не так. Как объяснили ей агенты, придя за ней после бессонной ночи, в которой Сара размышляла, как быстро Фишер пойдет на уступки и насколько сильно все ее сведения помогут задушить Моралеса, сама Кэролайн не охотно шла на контакт. Она выдала несколько ближайших их баз, но ничего более конкретного не рассказывала. В подробности, Блю и Рейнбоу, в своей привычной манере, не вдавались. Бросили ей только тот факт, что девушка все это время находилась в изоляторе, а ее состояние медицинский отдел оценил как глубокую суицидальную депрессию. Как поняла Сара, девушка пыталась покончить с собой, но ей тут этого, конечно, никто позволить не мог. Тем сложнее Саре было придумать подход. Вряд ли запугивание что-то даст. Как не угрожай и не страши Кэрол, раз она уже пыталась наложить на себя руки, ее вряд ли это испугает. После целой ночи бессонного созерцания горящих огней Атланты и перебирания мыслей и слов, которыми нужно будет надавить на Кэрол, чтобы та раскололась и пошла на сделку с совестью и в этот раз, Сара пришла к мысли, что ничего кроме попытки убедить ее в том, что они должны помочь друг-другу, у нее не прокатит. Ей и не нужно слишком стараться, чтобы быть убедительной. Сара испытывала наверняка похожие с Кэролайн чувства по отношению к этому недоноску. Кому, как не ей знать, какого это - потерять близкого человека от его рук... Слаще мысли, что все, чего он хотел достигнуть рухнет на его глазах и он сдохнет так мучительно, как только можно, казалось еще не было в ее голове. Только так и никак иначе этот выродок заплатит за смерть Саманты. Из изолятора Кэролайн Фишер доставили прямо сюда, чтобы Саре не пришлось слишком далеко покидать Сиренити-тауер. Это было что-то вроде негласного правила. Несмотря на то, что теперь, с постепенным укреплением ее легенды, Сару выпустили из ее номер-люкс-тюрьмы и она была, якобы, кошкой, которая гуляет сама по себе, преисполненная свободой, она не слишком далеко уходила от центра города. Атланта была большой и глядя на нее свысока, глаза разбегались среди бесконечных небоскрёбов. Пускай, сама по себе она была поменьше Мейкона, как ощущалось Саре и запутаться в ней было сложнее, из-за маячащего ориентира в виде огромнейшего бизнес-центра, народа и трафика тут было столько, что потеряться было, казалось, проще простого в этих толпах людей. А Сара ненавидела толпы людей. Комендант провел девушку по лестницам и нескольким лифтам, которые спускались вниз. Охрана и люди Моралеса без всяких пререканий уступали им дорогу. Солдаты коменданта также отдавали честь своему командиру. То, что под зданием есть цокольные этажи, Сару поначалу не удивило, но, когда они спускались все ниже и ниже, не поймать себя на том, что она до такого бы и не додумалась, было проблемно. С десяток этажей, если Сара не ошибалась навскидку, уходили под землю. Здесь все было обставлено проще и чем-то напоминало бункеры или подземные лаборатории, так уже ей осточертевшие. И это еще неизвестно, насколько глубоко спускались эти скрытые от глаз всех под-уровни Сиренити-тауер. Пожалуй, на достаточной глубине эти цокольные этажи могли бы спасти, наверное, и от ядерного взрыва. Собственно, Сара не удивилась бы, если для того они частично и были придуманы. Как укрытие при военном положении они сгодились бы отлично. — Поначалу с ней будут говорить агенты, — без лишних вступлений сразу начал пояснять ей правила Моралес. — они зайдут первыми, затем уже, убедившись, что она в состоянии вести адекватный диалог, зайдем мы. Говорить поначалу буду я. Если она вновь будет игнорировать попытки договориться, в дело вступаешь ты, все ясно? — Да-да, поняла я, мне уже все объяснили эти двое. — кивнула Сара на идущих следом за ними агентов, помассировав руки и засунув их в карманы. — Вот и отлично. — ответил Моралес, поправив висящее на плече оружие. — Вы с этой фигней нигде не расстаетесь? — покосилась на пистолет-пулемет Сара, затем небрежно переведя взгляд на коменданта. — Какие-то проблемы? — с прищуром поглядел на нее тот. — Да нет. Ничего. — поерзала руками в карманах Сара. Шумоизолированные кабинеты, выстроенные в ряд, несколько напрягали девушку. В кабинетах вроде этих допрашивали и ее. Благо, сейчас она находилась по иную сторону стекла. Агенты остановились у нужной комнаты, безмолвно пройдя в нее. Сара встала у стекла, с прищуром посмотрев на уже сидевшую там Кэролайн. В пустой серой комнате, облаченная в какую-то одежду, сродни тюремному комбинезону, прикованная руками к столу, она опустила голову вниз, вцепившись глазами в пол. Ее волосы были скомканы и растрепаны. Они и раньше не были ухоженными, но сейчас, казалось, девушка не мылась целую вечность. Моралес встал рядом, глядя на то, как агенты обращаются к ней, пытаясь достучаться. Поначалу Рейнбоу что-то твердила Фишер, а затем с повышенным тоном попытался привлечь внимание Блю. Все тщетно. Кэролайн лишь подняла на них уставшие красные глаза, под которыми висели огромные черные мешки от недосыпа. Даже кожа девушки в свете камеры допросов показалась Саре бледной, словно у трупа. — М-да, что-то я не ожидала, что Кэрол будет в... таком состоянии. — вздохнула Сара. Теперь ей казалось, что вероятно убедить ее сотрудничать будет не так-то просто. — А ты считала, что здесь в службе государственной безопасности работают дилетанты? — сложил руки за спиной Моралес. — От мисс Фишер мы с трудом добились хоть какой-то информации по итогу. — Неужели это такая проблема? — скривилась Сара. — Достучаться до нее не было так просто, как тебе кажется. — Да ладно, — хмыкнула девушка, покачав головой. — вы не смогли ее разговорить? Что-то не верится. — Почему это? — Зная ваши методы, я думаю вы или ваши агенты давно могли бы пытками выдавить из Кэролайн все, что вам было нужно. — пожала плечами Сара, глядя на то, как агенты в комнате пытаются достучаться до пленницы. — И чем скорее, тем лучше. — Пытками? Ты за кого меня держишь? — нахмурившись, поглядел на нее комендант. — Мы здесь не животные. — Да ладно, вы мне это сейчас затирать будете? Достаточно было вашей пафосной речи, когда вы с ее помощью заперли меня на сталелитейном заводе. — кивнула через стекло на Фишер Сара, облизнув губы. По ее спине побежали мурашки от воспоминания поцелуя, который она больше никогда не получит. — Твои глупые попытки сбежать в итоге помешали всем нам. — отвел от нее взгляд комендант. — Стоило быть сговорчивее, девчонка, и куда меньше людей бы пострадало. Сара нахмурилась, сделав глубокий вдох. — Ничего не поделать. Я упертая. — бросила она. — Я заметил. — сухо ответил тот. — Когда они закончат? — рассматривала агентов за непроницаемым стеклом Сара. Они явно не торопились в своих попытках что-то выдавить их Кэрол. — Когда посчитают нужным. — У них все равно ничего не выйдет. — покачала головой девушка. — Раз до сих пор ничего толкового из нее не вытрясли. — Тебя сюда привели не чтобы слушать твои возмущения, — оборвал ее комендант. — ты сказала, что сможешь заставить ее сотрудничать. Как? — Я попытаюсь доказать ей, что вы ей не враги. — пожала плечами Сара, задумавшись. — Ну, или бросить ей пыль в глаза, попытавшись убедить ее в этом. Не важно. Главное, чтобы она раскрыла все карты, которые знал ее отец и ваш мерзкий братец. — Поаккуратнее с языком, девушка. — строго выдавил Моралес. — А что не так? — Сара покосилась на него с презрением. — Что-то вы размякли, господин старший комендант. — добавила издевки в голос девушка. — Он может быть ужасным человеком, но он все еще мой брат. — Этот недоносок убил вашего отца, а вы тут еще причитать мне вздумали? Он всех нас чего-то лишил. Ее, — кивнула она на Кэролайн. — меня, вас. И вы еще пытаетесь заступиться за него? Комендант промолчал. Сара лишь сердито хмыкнула в ответ. — Молчите? Да, ради бога. Конечно, вам нечего сказать. — скрестила руки на груди девушка. — Он убивает людей сотнями, а вы не в силах его остановить. Да он просто бегает от вас по подземным туннелям, как крыса, выставляя тем самым на посмешище вас и вашу некомпетентную гвардию, которая не может прикончить кучку кретинов-неудачников, которые гадят у вас-же под носом... — Замолчи. — спокойно ответил Моралес, по привычке поправляя свой пучок волос. — Все это было бы не так, если бы не Фрайдей в своенравных попытках кому-то что-то доказать не присылала нам отчетов. Она следила за тобой и группой этих экстремистов, к которым ты удобно устроилась под крыло. Но никому об этом не говорила. — Она не лучше вас. Она тоже облажалась. — Выбирай выражения. Агент Фрайдей пыталась спасти тебя раньше всех нас. Она нашла тебя и только ей ты должна быть благодарна за то, что сейчас стоишь здесь. — сурово надавил на нее своим тоном комендант. — И, судя по отчетам твоих допросов, она отдала жизнь, в попытке помочь тебе. — Помочь мне? — фыркнула Сара. — Тиффани делала все только ради каких-то своих целей. Уж я уверена, ей было плевать на меня. — Фрайдей всегда действовала только в интересах республики. Сложно найти человека преданней, чем она. Это была женщина со стальной выдержкой и, пожалуй, слишком своенравным характером. Но несмотря на все это, ей и только ей ты обязана всей своей жизнью. Без нее и ее данных мои люди не смогли бы спасти тебя от смерти в том лесу. — Как-то многовато людей, которым я обязана жизнью, не кажется? — завела глаза Сара. — Каждый вокруг, кажется, считает, что я существую только благодаря ему. От доктора Майерс до вас. Что, по-вашему, мне теперь кланяться вам всем в ноги? Может я и вовсе не просила, чтобы меня спасали. — Ты бы выстрелила себе в голову, если бы не я. — грозно глянул на нее свысока комендант. — Прояви уважение. — За что? — скривив губы, поглядела на него в ответ Сара, не отводя глаз. — Мне больше не за чем было жить. Это был мой выбор. Я решила умереть и даже этого выбора вы, блин, меня лишили. — выдавила девушка, стиснув зубы. — Поинтересуйся в следующий раз, сколько стоила твоя жизнь у доктора Мойры. От генетических биоматериалов до искусственных легких, благодаря которым ты дышишь. В тебя вложили слишком многое и слишком многие погибли, чтобы оправдать эти вложения, чтобы ты считала твою жизнь принадлежащей тебе, девчонка. Эти слова укололи Сару в самое сердце. Она сжала кулаки, потирая кончиками пальцев следы шрамов на внутренней стороне ладоней, но сдержалась, и ничего не ответила коменданту, отвернувшись. — Как скоро они закончат? — указала на агентов Сара. — Ты так торопишься? — ответил Моралес. — Есть куда спешить? — Вы то точно судя по всему никуда не спешите, — фыркнула она. — как будто у вас мало дел, кроме как стоять у меня над душой. — Это дело государственной важности. — Идите займитесь делами государственной важности в Мейконе и быть может в следующий раз не упустите вашего ублюдочного брата у себя из-под носа. — Ты чересчур осмелела с нашей последней встречи, девчонка, — не слишком громким тоном проговорил Моралес. — не забывайся. — Иначе что? Пристрелите меня? — пустила смешок Сара. — Ну так дерзайте. Может хоть здесь у вас хватит смелости нажать на курок. — внутри у нее все словно сжималось от того, что она сейчас дерзит в лицо самому коменданту Моралесу. Это было несколько волнительно, но что он ей сделает, и правда? Он всего лишь пес первого министра, как сказала Саманта когда-то. Едва ли этот солдафон перейдет к действиям без команды «фас» от своих хозяев. Эта дерзкая мысль так порадовала Сару, что она не смогла отказать себе в этом мимолетном удовольствии. Пусть потерпит, за все те неудобства и страдания что он или его братец ей причинили. — Будь вы настоящим солдатом, верным долгу, вы бы пришили Генри Моралеса прямо тогда. Посреди этого леса, куда вы заявились следом за мной с целой армией. Тогда бы вы избавили всех нас от проблем. Одним нажатием на курок. Но, кажется, вы не такой грозный при близком-то рассмотрении, а, старший комендант? — налила свой голос ехидством она, нервно поерзав руками в карманах от волнительного ощущения впечатляющей ее саму собственной дерзости. Комендант, насупившись и смерив ее взглядом, поначалу промолчал, сделав глубокий вдох. Сара, приподняв уголки губ с издевкой посмотрела прямиком на него, заметив, как непривычно разъяренным он кажется и как забавно глядеть на то, как бесит Моралеса ее поведение. — Он мой брат, — возразил наконец комендант, коротко ответив ей. — я не мог выстрелить в него. — Он бы не сказал то же самое о вас. — ворчливо ответила Сара, отвернувшись. Агенты, наконец закончив, оставили Кэролайн в покое, направившись к двери и выйдя из допросной комнаты. Они перекинулись взглядами, затем посмотрели на Сару и старшего коменданта и Блю, кивнув, как бы знаменовал то, что они закончили. Сара, набрав воздуха в грудь, посмотрела через непроницаемое стекло на сидящую в одиночестве Кэролайн, которая, подняв лицо, осматривала комнату, в которой ее заперли. В одиночестве в таком помещении, пожалуй, сойдешь с ума, это верно, подумалось девушке. Прокрутив в голове то, как ей стоит постараться начать диалог, она пошагала к двери, но ее тут же остановил Моралес, перекрывая рукой путь и первым ступив к входу. — Сначала я, — сказала он. — ты за мной. Вздохнув и пожав плечами, Сара молчаливо согласилась. Пройдя в допросную комнату, комендант подтянул свое свисающее на плече оружие, встав перед Кэролайн. Девушка уставилась на него, потирая скованные руки. Вздохнув, она проговорила уставшим, сорванным голосом. — Что еще вам нужно? — ее вид не выражал никакой заинтересованности в происходящем. Появление коменданта ничуть ее не удивило. — Я уже итак сделала все, что было в моих силах. — Я так не думаю. — ответил комендант, переведя взгляд на стоявшую за дверями Сару и жестом как бы приказывая ей войти внутрь. — С вами кое-кто хочет поговорить, мисс Фишер. Поерзав плечами и поглубже набрав воздуха в грудь, Сара прошла внутрь, закрывая за собой дверь и оставляя агентов наблюдать за ними из-за стекла. Кэролайн неохотно перевела на нее взгляд, пересекшись с девушкой взглядом. Саре не составило труда заметить, как та мгновенно переменилась в лице. Поначалу одернувшись назад на стуле, Кэролайн вцепилась в нее глазами, словно не поверила, что девушка реальна. Сара подошла ближе, оперевшись на стул, стоявший на обратной от Кэрол стороны стола. Глядя друг на друга, они промолчали несколько секунд, прежде чем Фишер нахмурила брови с недоверием переведя взгляд на коменданта. — Вы хотите избавиться от меня? — тихим осипшим голосом сказала она. — Все-таки заполучили девушку, как хотели, и теперь я вам не нужна? — Успокойся, Кэрол, никто не собирается от тебя избавляться. — попыталась сразу же настроить диалог на нужный лад Сара. — Что ты вообще здесь забыла? — Кэролайн все еще покашивалась на нее так, словно призрака увидела. Это появление явно было для нее неожиданным. — Примерно-то же, что и ты. — пожала плечами Сара. Поджав губы, Кэролайн одернула прикованные к столу руки. — Да неужели? Что-то ты не похожа на пленницу. — выдавила она. — Это еще как посмотреть. — вздохнула Сара. — Отставить болтовню, — оборвал их Моралес. — ты здесь не для того, чтобы тратить время попусту. — обратился он к Саре. — Да-да, я поняла. — махнула рукой девушка, присаживаясь за стул напротив Кэролайн и поерзав на нем, пытаясь найти положение поудобнее — Что-то я ни черта не понимаю. — проговорила Кэролайн, тряхнув головой. — Чего вы от меня хотите? — Все очень просто, Кэрол. — сказала Сара. — Ты должна помочь нам уничтожить Моралеса. Избавиться от этого гада раз и навсегда. Фишер посмотрела на нее все еще с непониманием на лице. — Ты всегда казалась мне странной девушкой, Сара, — ответила наконец она, переждав некоторую паузу. — но я и предположить бы не смела, что ты все это время была на совсем иной стороне. — она покачала головой. — Хитро же они придумали, заслав тебя и твою подружку к нам. — Я не была ни на чьей стороне, — возмутилась Сара. — все совсем не так, как ты думаешь. — А как-же тогда? — скривила губы Кэрол. Сара переглянулась с комендантом. Его взгляд не казался удовлетворенным началом диалога. Может быть Сара и правда зря думала, что у нее удастся так легко уломать Фишер. — Не так, Кэролайн. Все не так. — оперлась на стол Сара, призадумавшись. — Все было иначе раньше. А теперь... В общем, я... — девушка заметила, что уже теряется в словах. — Все изменилось, Кэролайн. Та, размяв скованные руки, снова глянула на коменданта и Сару. — Да, я заметила, что изменилось. — тихо сказала она. — Слушай, я не желаю тебе зла. — приподняв руки, Сара попыталась продемонстрировать свои мирные намерения. — Все, что ты себе сейчас напридумывала - это неправда. Давай забудем все, что было и просто перейдем к делу. Мы не враги. У нас общие цели. — И какие же у нас «общие цели»? — выдавила Фишер. В ее уставших, испещренных венками от недосыпа зрачках, появился хоть какой-то огонек. Столь нежданная встреча явно ее встряхнула. — Прикончить ублюдка, лишившего нас с тобой самого дорогого. — пафосно выдала Сара фразу, над которой она думала целую ночь. Вышло не так эффектно, как ей казалось поначалу, но и не так плохо, как могло бы быть. — Не ровняй свои цели с моими. — взгляд Кэрол наполнился презрением. — Ты ничего не знаешь. И никогда не поймешь. — Что? Правда? — нахмурилась Сара. — Генри Моралес убил твоего отца. Он убил сотни людей, развязав на улицах Мейкона бои. И он убьет еще больше, если мы дадим ему шанс. — яростно выдала она. — А разве тебе не плевать? — тихо ответила ей Кэрол, откинувшись на спинку стула и глядя на Сару исподлобья. В этот момент девушка в очередной раз осознала, что она такая себе переговорщица. Оттого ей стало как-то неуютно. Если она не убедит Фишер, то и агенты, и комендант, да даже Маккриди, черт возьми, наверняка осознают ее бесполезность. Этого она допустить не могла. Нужно было доказать, что она не просто существует по их прихоти, из-за экспериментов, выращенная в колбе. Показать, что она не жалкая копия. Не ничтожество. Она может быть полезной. Особенно тогда, когда дело касается ее личных мотивов. — Он убил Саманту. — с горечью в голосе выдавила девушка, смеряя Кэролайн взглядом. — Он застрелил ее у меня на глазах. Она пыталась спасти меня. Спасти мою жизнь... от него. И он хладнокровно пустил ей пулю в затылок. Кэролайн снова изменилась в лице. Это, казалось, тоже ее удивило. — Он добрался бы и до меня. Все его люди гнались за мной, умирающей и давящейся собственными легкими по лесу. Словно стая гребаных волков за беззащитной дичью. — Сара сжала кулаки, приподнявшись из-за стула. — Все они, за кого сражалась Саманта, кому помогала... Они обернулись против меня. Против нее. Так же, как против твоего отца. Я должна была быть мертва сейчас. Уже давно. Но вместо этого погибла Саманта. Погибла, потому что была всего лишь препятствием Моралесу добраться до меня. — девушка стиснула зубы. — На моих глазах... Он убил ее на моих глазах. И каждую ночь, закрывая глаза, я вижу, как воспламеняется вспышка выстрела и как ее лицо разлетается на ошметки. — она оперлась на стол, нагнувшись к Кэролайн и вцепившись в нее взглядом. Та больше не казалась такой уж уверенной. — Каждую ночь. Я вижу смерть девушки, которую я любила. — прохрипела Сара. — Я... — начала Кэрол, пока Сара ее не прервала. — Так что будь добра, заткнись, и даже не пытайся говорить, что мне плевать. Что мои цели отличаются от твоих. — потирая руки друг о друга, Сара впилась пальцами в онемевшие раны на ладонях, растирая их. — Для меня нет мысли слаще, чем представить, как ублюдок Моралес сдохнет в муках. Он поплатится за все. Так или иначе. За смерть Саманты. За все, что он натворил, — Сара почувствовала, что ее плечи и ноги задрожали от ярости. — с твой помощью или без. Он ответит за все. Так что решай сама, хочешь ты гнить в этой дыре до конца жизни, бесполезно ноя о том, что не смогла помешать этому выблядку убить своего отца или поможешь мне покончить с ним раз и навсегда! Сара выдохнула наконец, закрыв глаза и отступив на шаг от стола. Отведя взгляд, она помассировала веки, чувствуя, как к глазам прибила влага. Облизнув губы и поправив спавшие на лицо локоны, Сара умерила свой пыл и замолчала. Девушка и сама удивилась тому, что сейчас выпалила. Она даже ощутила... облегчение? Как будто наконец нашла, кому выговориться. Выдать все накопленные за это время боль и ненависть. Да. Точно. Ей определенно стало легче. Она ощутила это. Прямо сейчас. Из-за этого на лице Сары всплыла улыбка. Обернувшись к Кэролайн, она увидела ее ошарашенное лицо и выпученные на нее глаза. Что-ж, наверняка Фишер запомнила ее совсем другой за все это время. Так или иначе, главное было убедить ее в сотрудничестве. Сара оглянулась на коменданта, который, между тем, тоже смотрел на нее необычно и, кажется, недоумевал. — Я... эм... — Кэрол опустила взгляд на наручники на своих руках. — Послушай, Кэролайн, — голос Сары смягчился и она наконец почувствовала, что ее сердце бьется не так яростно. Она наконец остыла. — неужели тебе не хочется того-же? Остановить Моралеса? После всего, что он сделал. Кэрол помедлила, призадумавшись. Но по ней было видно, что она сдалась. Ей было нечего противопоставить. — Сара, я... — она прикусила губу, пытаясь понять, как лучше сказать. — Слушай, мой отец посвятил всю жизнь, в попытках что-то изменить, — бросила Фишер беглый взгляд на коменданта, затем вновь сфокусировавшись на Саре. — он хотел лучшего мира. Для всех. И он умер из-за Генри Моралеса. Это несправедливо и жестоко. Я хочу отомстить. Ты права, быть может, для меня нет ничего важнее на свете, но... — Что? — скрестила руки на груди Сара. — Что «но»? Есть что-то важнее? — Я не хочу предавать его дело. — вздохнув, сказала Кэрол. — Он хотел изменить Джорджию. Хотел, чтобы у каждого был шанс на достойную жизнь. Но что теперь? Все, что он делал, рухнуло прахом! Все отвернулись от него, а его мечта, мечта Дженнифер Линн, освободить Джорджию от оков, умерла вместе с ним! Вместо этого Моралес начал бойню и устроил резню! Все это несправедливо! Так не должно было быть! — эмоционально выплеснула Кэролайн. По ее щеке сползла слеза. Сара засунула руки в карманы, переминая пальцы. Призадумавшись, она посмотрела на Фишер, на коменданта, на непроглядное стекло допросной комнаты. — Это бесполезно, — сказал комендант, пошагав к выходу. — пойдем. — Послушай, — отскочила от коменданта Сара, не дав ему утянуть ее за собой. — Кэрол, конечно это несправедливо! Ничего из этого не должно было произойти! Но мы не можем вечно оглядываться назад и пускать слезы. Мы те, кто мы есть. Кем мы стали. — Девчонка! — окликнул ее комендант. — В мире не будет справедливости, если мы так и будем сидеть, сложа руки. — нагнулась она к Кэролайн, чувствуя на себе ее дыхание. Девушка, опешив, отклонилась в своем кресле чуть назад. — Все эти мерзкие твари так и останутся безнаказанными. Разве это справедливо? Если так, то неужели Саманта, неужели твой отец погибли зря? — тяжело вздохнула Сара. — Помоги нам найти их. Все их логова. Все, что знаешь. Всех до одного. И тогда их смерть не будет напрасной. Тогда и только тогда, ты и я сможем спать спокойно! — Хватит, — схватил ее за руку комендант. — пойдем. — Сара, я... — опустила взгляд Кэролайн. — Я не знаю. — Тебя освободят! — указала на ее наручники Сара. — Ты сможешь пойти куда захочешь. Начать жизнь, которая тебе только снилась, когда ты с отцом ночевала в мокрых грязных тоннелях! Одумайся, Кэрол! Тебе нужно лишь сказать, все, что знаешь! Старший комендант крепко обхватив ее предплечье, выволок ее из допросной, захлопнув за собой дверь и вновь оставив Кэролайн в одиночестве. Оттащив ее к стенке напротив, под возмущенные взгляды надзирающих за этим из-за стекла агентов, он прижал ее, стиснув зубы. — Какого черта? — процедил сквозь зубы он. — Что ты несешь? — Отпустите меня! — попыталась вырвать руку она. Но хватка закоренелого солдата Моралеса была словно стальная. — Не распускайте рук, комендант. — образумил его строгий сухой голос Рейнбоу, снимающей свое пальто. — И впрямь, поумерьте пыл. — Блю, размяв плечи, пошагал к двери допросной комнаты вместе со своей напарницей. Моралес, смерив их недовольным взглядом, разжал руку девушки. — Кажется, этим вновь придётся заняться нам. — пожала плечами Рейнбоу, направляясь внутрь кабинета и Блю, прошмыгнув за ней, захлопнул за собой дверь. Моралес, отгородив ей пути отхода руками, навис над ней, как зловещая тень, из-за чего Саре стало жутко не по себе. С иной стороны, здравый смысл говорил, что ей ничего не посмеют сделать прямо тут. В самом, быть может, защищенном месте Атланты. И, в особенности, старший комендант. — Какое право ты имеешь что-либо обещать? — сказал он, указывая в сторону комнаты, где агенты, видневшиеся за стеклом, начали вновь обхаживать Кэролайн. — Эта девушка может пригодиться нам в будущем. Ее нельзя отпускать. С чего вдруг ты решила, что имеешь право что-либо здесь решать? — Я хотя бы попыталась. — скривившись, вцепилась в него взглядом в ответ Сара. — Или вы решили, что можете с ней договорится, бесконечно выставляя условия, как вы это любите? — Замолчи. — приказал ей мужчина. — У тебя ничего не вышло, а ты еще пытаешься оправдываться, девчонка? — Отпустите меня. — попыталась отпихнуть его руку Сара. — Посмотрим, что скажет на твои выходки первый министр. Ты слишком многое позволяешь себе, для того крайне шаткого положения, благодаря которому ты тут находишься. — Можете угрожать, сколько угодно. Мне плевать. — дерзко бросила ему в ответ Сара, нахмурившись. — Послушай сюда, девчонка, я не люблю повторять дважды... — начал комендант, как его тут же прервали звуки открывающихся дверей, из которых вальяжно вытекли агенты Рейнбоу и Блю, на удивление быстро закончившие. Комендант и Сара оглянулись на них, прервав свою неприятную напряженную беседу. Рейнбоу неторопливо натягивала свой плащ-пальто обратно, а Блю, посмотрев на часы, зевнул и, посмотрев на коменданта, пожал плечами. — Она согласилась. — ответил агент, поправив ремень на своем полном животе и пошагав прочь по коридору вместе с Рейнбоу, тихо о чем-то с ней переговариваясь. Комендант какое-то мгновение посмотрел ей вслед, затем на сидящую за стеклом Фишер, вновь с обреченным лицом оглядывая пустынную комнату, а потом опять обратил свой взор к Саре. Его негодующее лицо украсили скривившиеся брови и он, отступив от Сары и освобождая ей путь к выходу по коридору, принялся поправлять свой пучок на затылке. Девушка, засунув руки в карманы, довольно вздохнула, поглядев на Кэролайн за стеклом. Девушка сидела, тоже присматриваясь к непроглядному с ее сторону стеклянному заслону, будто пытаясь что-то за ним разглядеть. Взгляды их так и не пересеклись за непроницаемой пеленой. Переведя глаза на коменданта, Сара натянула на лицо наглядную показушную злорадную ухмылку, которая еще сильнее выбесила Моралеса. Она была довольна.