Об игрушках

      Следующие несколько дней он держится от Деку на расстоянии и только наблюдает со стороны. К его облегчению, задрот выглядит и ведет себя так же, как и обычно: словно случившееся за школой между ними целиком и полностью было лишь плодом воображения Кацуки.       Только Бакуго знает, что это не так. И это не дает покоя.       Вид Изуку, стоящего на коленях, с бледными худыми ладонями возле ширинки Кацуки, никак не выходит из головы, и Бакуго кажется, будто он как-то повредился головой.       Он понятия не имеет, почему эта картина раз за разом предстает перед его глазами. Более того, он не может понять, что именно она заставляет его чувствовать.       Отвращение, говорит он себе. Разумеется, отвращение! Потому что это – Деку! Он не желает видеть Деку возле своего члена! Какого черта ему хотеть этого, это просто мерзко!       ...Особенно, когда Изуку делает это под принуждением! Особенно, когда он выглядит таким напуганным... Особенно, когда он кажется таким смирившимся.       Оттуда мысли сами собой переключаются совсем на иную плоскость. Воспоминания о том, как выглядел Деку, заставляют что-то в Кацуки тревожно скрестись и проситься наружу. Ему не нравится видеть Изуку таким, понимает он.       Нет, разумеется, ему в принципе не нравится видеть Деку, в любом виде... но на этот раз здесь что-то другое. Обычно он не любит быть рядом с этим задротом, потому что его присутствие раздражает Кацуки, словно Изуку невольно нажимает на все его неправильные кнопки, выводя Бакуго из равновесия и заставляя действовать так, как не может никто другой.       Но Деку, которого он видел лежащим у своих ног – другой. Этого Деку Кацуки не знает. И этот Деку... этот Изуку не нравится ему еще больше.       Он чертовски не хочет признавать, но раздражающее недоразумение с несбыточными мечтами кажется ему более предпочтительным, чем эта пустая оболочка когда-то хорошо знакомого ему старого друга детства.       А потом есть еще это старое дурацкое воспоминание.       …когда-то давно, когда им обоим было по пять лет, Изуку пришел к нему в гости с дорогой игрушкой в форме героя Чистильщика – не столько развлечение для малышей, сколько технологичный девайс для более-менее взрослых детей. Подарок от отца Изуку из Америки, и Деку был до чертиков счастлив, потому что его старик не особо баловал сына чем-то подобным, а тупица был рад любому вниманию с его стороны – в его жизни тогда, да и сейчас в общем-то, отчаянно не хватало отцовской фигуры.       Придурок даже не успел толком разобраться с игрушкой и сразу же примчался к "Каччану", чтобы поделиться радостью. Кацуки, тоже впервые в жизни видел подобную игрушку, но, разумеется, скорее умер бы, чем признался в этом, поэтому первым же делом отобрал её у Изуку и принялся ковыряться, стараясь разобраться как можно быстрее и показать Деку, как играть "правильно".       Не прошло и пары минут, как что-то громко хрустнуло в его руках, все огоньки, указывающие на работу устройства, погасли, а сердце Кацуки внезапно замерло от испуга. Изуку всё еще смотрел на него полными надежды глазами – ему и в голову не приходило, что Каччан мог сделать что-то не то, но Кацуки уже знал, что вещица в его руках сломана, и незнакомый ему страх медленно, но верно расползался от груди по всем его конечностям. Он даже не понимал толком, что именно его пугает, но от одной только мысли, что ему придется сказать Изуку, что он сломал дорогой ему подарок, всё внутри маленького Кацуки скручивалось и болело…       Как ни странно, именно это воспоминание из далекого детства вспыхивало в памяти Кацуки каждый раз, когда он думал о своём последнем взаимодействии с Изуку – по какой-то причине Деку в тот день почти заставил его почувствовать то же самое, что и в тот момент, когда он осознал, что в руках у него лежит сломанная игрушка, и он понятия не имеет, как починить её обратно.       Тогда в детстве всё тоже быстро обернулось настоящей катастрофой. В конце концов, он так разволновался, что взрывы стали сами собой вспыхивать в его вспотевших руках. Изуку испуганно отшатнулся, игрушка в его руках оплавилась в секунды, становясь окончательно бесполезной и распространяя вокруг горелый запах пластика, а потом и вовсе взорвалась с громким хлопком – прямо на глазах у растерянного и испуганного Деку: в итоге, именно Кацуки был тем, кто закатил громкую истерику, а притихшего и только беззвучно всхлипывающего Изуку вскоре забрала тётушка Инко.       Сам Кацуки тогда был сам не свой всю неделю. Он почти свел с ума родителей, требуя купить ему точно такую же игрушку, несмотря на все увещевания о том, что она до задницы дорогая даже по их средствам. Кацуки в конце концов добился своего, согласившись на условие, что взамен родители не станут покупать ему ничего ко дню рождения. Едва вожделенная игрушка оказалась в его руках, Кацуки осторожно и бережно изучил её во всех деталях и подробностях – и отправился прямиком к Изуку: чтобы доказать, что он во всем разобрался… и чтобы отдать ему чертову игрушку, до которой Кацуки вообще с самого начала не было никакого дела!       Кацуки даже не знает толком, почему именно этот случай из детства так волнует его именно сейчас. В нем, в этом воспоминании, есть привкус победы в самом конце, потому что лицо маленького Деку, с восхищением следившего за тем, как Каччан обучает его всем тонкостям использования девайса, вызывает у Кацуки приятные чувства даже сейчас, спустя годы, не говоря уже о его абсолютном восторге Деку, когда Изуку узнал, что игрушка предназначена для него.       Но в нем есть и немало стыда, учитывая, как он облажался в начале, а потом и вовсе приложил массу усилий всего лишь для того, чтобы порадовать Деку из всех людей.       Почему Деку вообще занимает столько места в его жизни? Почему ему есть дело до того, расстроен этот криповый сталкерящий задрот или нет? Почему Кацуки не может выбросить его из головы?       Почему мысль о Деку, стоящем на коленях, вызывает у него отвращение, но при этом его не покидает ощущение, что в других обстоятельствах, эта же самая картина… могла бы понравиться ему?       …В конце концов, всё становится совсем запутанным, когда Кацуки, на пятый день своего вынужденного избегания Изуку, замечает, как к Деку цепляется один из их одноклассников, срывается и набрасывается на придурка прямо посреди класса.       Изуку встречается с ним взглядом, в изумрудных глаза вспыхивает что-то благодарное и восхищенное – словно им вновь по пять лет, и Кацуки только что принес ему игрушку, которую сам же и сломал. Это длится всего секунду, прежде чем Изуку отводит глаза, но по какой-то проклятой причине один только этот короткий взгляд заставляет всё внутри Кацуки переворачиваться от щемящего горько-сладкого чувства.