Колесо фортуны.
26 июля 2022 г., 18:04
***
Иаков Сид, возможно, был той самой ложкой дёгтя в их семье, потому что сомневался во всем, что касалось их проекта. Он не мог считать семьей тех немытых людей, что снуют туда-сюда и выполняют его приказы. Он не верит в спасение, учитывая сколько грехов тащит на себе всю жизнь. Он даже не уверен в существовании Бога. Но он столько лет не может отпустить войну, с каждым днём разгорающуюся в нем все сильнее и сильнее, что любой повод для неё он принимает с радостью. Хотя стоит отдать должное, Сид пошёл на этот шаг скорее из-за брата, а не из-за любви к войне. Бывалый солдат погряз в своих демонах и давно отчаялся избавиться от них. Психологическая помощь местных специалистов едва может такой называться, ведь им не понять, через что проходит человек, отдавший долг своей стране. Но Иосиф показал ему, что его, казалось бы проблемы, можно превратить в часть чего-то важного. Спасти меньшинство, пожертвовав большинством. — Мои люди нашли грешницу. — старший Сид, не теряя времени, докладывает столь важную новость Иосифу. На том конце раздаётся долгое молчание, сопровождаемое шипением рации. — Отрадно слышать это, брат. — наконец отозвался бархатным голосом Иосиф — Я знаю, ты справедлив и увидишь в ней силу, которую увидел я. Джун привлекла внимание солдата, чего уж греха таить, но едва ли этого хватало, чтобы избавить его от недоверия к ней. — Я подозреваю её в связи с сопротивлением, — принимается объясняться Иаков — Поэтому счёл нужным держать её подальше от нас. — И это неверный шаг, — тут же отрезает Иосиф — Так она не примет мое слово, ты ведь не этого добиваешься? Иаков тянул с ответом так долго (удивив себя самого), что Иосифу пришлось переспросить его, после чего Сид опомнился и вяло отозвался: — Конечно, нет, Иосиф. Даже не видя Иосифа, он почувствовал, что тот сейчас доволен ответом. — Тогда прими её в нашу семью. Отец прервал радиосообщение так же резко, как и начал его, оставив в раздумьях старшего брата.***
Будучи солдатом, Иаков обладал такими характерными качествами как дотошность, любовь к порядку во всех отношениях. Поэтому в кабинете его с виду можно было запутаться в кучках документов, однако, сам он организовал все так, как удобно было ему и терпеть не мог, чтобы кто-то вмешивался в его порядок. Стоя над картой местности, он сам для себя отмечал возможные точки для семьи, ведь Иоанн заявил, что нужно забирать как можно больше. — Так говоришь, она проявила интерес к идеям отца? — на секунду он забыл о стоящем рядом сектанте, том самом, который вёз Джун в грузовике для пленников. — Нам с напарником так показалось, сэр.- тут же ответил сектант, стоявший ровно словно заправский солдат на службе. Когда-то Иаков уже «приютил» одного из грешников, вторгшихся во владения семьи, и признаться честно, держит его здесь исключительно из-за Иосифа. И сейчас ему приходится снова идти на уступки, но что ни сделаешь ради брата?***
В холодных стенах волчьего логова редко находилось место и время на радость и смех, скорее наоборот, особенно учитывая то, как сильно страдают выживальщики в последнее время. Илай долго думал над своим решением отдать Джун в руки Иакова, но видя как много его людей гибнут, возможно, даже спас её. Но вместе с этим приходит чувство тревоги. Он боится, что Чарли, тот самый водитель-доносчик, принесёт ему горестные новости о том, что вместо Джун его встретит очередная «сестра» и заявит о том, как она любит отца. Или то, что она вообще мертва, ведь он даже не знает, жива ли она сейчас. «Надо надеятся, что ещё мне остаётся?» — промелькнуло в его голове, пока он проверял свой лук. Тэмми подошла незаметно, по крайней мере так показалось Илаю. — У тебя что-то важное? — он говорил так, будто бы боялся, что его мысли услышали все вокруг. — Не то, чтобы, — женщина окинула Илая вопросительным взглядом, но списав все на общую усталость у всей группы, продолжила — Помнишь копов, пытавшихся арестовать Иосифа? Объявили по радио, что последняя из них теперь у Иакова. Илай не знал, как бы правильнее было реагировать на эту новость, учитывая то, что рядом стоит Тэмми. Но все же изобразив максимальное безразличие, он продолжил проверять свой лук. — Печально.***
За неделю пребывания в клетке Джун привыкла к нескончаемым болям и невероятной усталости, но больше постоянного отсутствия еды и воды её раздражало то, что никому нет до неё дела. Пленников постоянно куда-то уводят и дают пищу, хоть и редко, как будто специально забывая про сидящую рядом Джи. Одухотворено пялясь в одну точку, Джун медленно сходила с ума, пока не уловила шаги справа. Пускай в 99 процентах её существование успешно игнорируют, она все равно подползала и хваталась за прутья клетки. К ней шёл Калеб, судя по лицу которого, без удовольствия. Джун заметила на его поясе сияющие на солнце ключи, видимо, от клеток. — Не надоело сидеть здесь, грешница? — он наклонился и с издёвкой произнёс вопрос. С каждой их встречей его голос все больше и больше пропитывается едкой язвительностью по отношению к ней, но все же Джун пообещала себе больше не дерзить сектанту и как бы она не была сейчас безумна, надо держать слово. — Надоело. — честно ответила она, надеясь, что не зря. Калеб хитро улыбнулся и демонстративно зазвенел ключами. Зрачки Джун расширились, она хотела почувствовать вкус свободы. — Иаков решил дать тебе шанс, — Снисходительным тоном произнёс Калеб и открыл замок — Посмотрим, на что ты годишься, грешница.***
