Все тайное...
11 октября 2024 г., 15:19
***
В блаженном тумане можно почувствовать, как природа пробуждается, наполняясь жизнью. В царстве Веры никогда нет зимы и удушающего лета, только вечная весна. Лес, по которому ходит каждый, кто позволил Блажи взять над собой контроль, полон чудес и загадок. Гость Веры сразу ощущает запах свежести и сладко благоухающих цветов. Срывая белоснежный цветок, Маршалл Берк вдыхает его незабываемый аромат полной грудью. Откидывая голову к небу, он видит, как листья на деревьях начинают приветливо распускаться, создавая удивительные зеленые кроны над головой. У журчащего ручья, протекающего вокруг чащи, можно встретить зверей, пьющих освежающую воду, сверкающую в лучах солнца. Гуляя по Блажи каждый день, он вспоминает свое прошлое с отвращением в душе. Это была не жизнь, а всего лишь жалкое сосуществование с такими же жалкими людьми, каким он сам когда-то бы. Много лет он пытался делать то, что ему скажут родители, друзья, учителя, коллеги, но сейчас он наконец-то свободен. Нелюбимая работа, глупые обязанности, ответственность уходят на задний, очень далекий план и постепенно растворяются в сладком тумане белоснежных цветов. Он слышит песни, что радостно щебечут птицы, разнося по всему лесу музыку семьи. Они зазывают Берка идти по лесной тропинке, вдыхая свежий весенний воздух, пока белые цветы робко поднимают свои головки из-под зеленой травы. Птицы ведут его к поляне, покрытой одеялом из цветов. По ней иногда пробегают звери, а бабочки кружат собственные хороводы над цветами. В Блажи нет войн, смертей и горя, только вечная радость и хвала жизни. Под широкими ветвями старого дуба он замечает ее. Кружевная ткань украшенного цветами белого платья, легко развевается, когда она кружится в танце с собой. Русые волосы растрепаны, но это лишь украшает ее лицо, как и скромная россыпь веснушек. Вера всегда знала, что в мыслях у Берка. Она ловко читала их, проходя тонкими пальцами по его огрубевшей ладони. Тогда все оставшиеся переживания раскрывались сами собой, освобождая разум от старых оков. Однако Берк никогда не знал, о чем думает Вера. -Я рада тебя видеть…-шепот Сирены раздается прямо над его ухом. Глаза цвета леса излучают добро и мир а легкая улыбка не позволяет оторвать взгляд. Ее руки игриво ложатся на широкие плечи, а сладкий аромат окутывает их в своем облаке. -О, Благодать…-шепот Маршалла больше походит на хрип умирающего человека-Спасен тобой… Белесые глаза завороженно наблюдают за тем, как Вера радостно смеется и продолжает кружиться, напевая песню, которую птицы разносят по всему лесу. Срывая цветы, она собирала небольшой букет. Она смеется над тем, как забавно он ведет себя, как судорожно повторяет все, что она ему шепчет, как трясутся его руки и бледнеет лицо, если долго не давать ему Блажь. Сирена любит своих послушных Ангелов, но самым непокорным иногда приходится обрезать крылышки. Однако вряд ли Маршалл помнит о своей изначальной непокорности, теперь самое главное для него- мир и свободу, которую он обрел в блаженстве. -Птички нашептали мне, -обратилась к Маршаллу Вера, вручая охапку цветов- Что скоро здесь появится кое-кто из твоих друзей. Маршалл упивается ароматом букета, больше не замечая свою подругу и то, как медленно лучезарная улыбка на ее лице сменяется тенью взволнованности.***
«Почему ты не думаешь обо мне, почему ты не думаешь обо мне…?» Лихорадочный шепот Джун перекрывал в ее голове звуки внешнего мира. Ей не было дела до того, что происходит вокруг, когда ее собственный мир рушился болезненно медленно и она понятия не имеет, что с ней происходит. Ей казалось, что чувства можно игнорировать, приучить себя быть хладнокровной, быть такой, каким должен быть настоящий солдат. Какой ее хочет видеть Иаков. Но каждый раз улавливая его имя, мелькающее в чужих разговорах, она снова чувствует как ее сердце словно царапает когтистая лапа. Даже если она найдет в себе силы выбраться отсюда, сбежать от него далеко, туда, где он никогда не разыщет ее, она не сможет приказать сердцу разлюбить его. И вряд ли у нее получится оправиться. Но все это лишь маленькая вероятность того, что может предоставить ей судьба. А пока лишь она заложница своих чувств, запертая птица в клетке. Джун радует лишь одно — она понимает это. -Привал…-запыхавшийся голос Калеба раздается где-то сверху. Джун отрывает глаза от земли и замечает, что они почти покорили гору, на которую пытаются вскарабкаться не один час. Сегодня Верный решил выбраться на охоту и заодно проверить своих солдат. Предстоявшая охота предполагала добычу не только в виде зверей, но и людей. С каждым днем ветра все меньше морозили кости, а солнце дольше задерживалось на небе. Зима и не думала сдавать позиции, просто иногда позволяла себе небольшие слабости. Группа добралась до небольшой опушки, где по словам Калеба, дичь сама бросается в руки. Садясь на поваленное дерево, Джун устало потирает глаза и подает флягу с водой товарищу, который не был так бережлив с запасами своей воды. Калеб вряд ли одобрил бы такой поступок, посчитав это ненужной помощью, но благо Верный ушел из поля зрения, забредя куда-то в лес. На удивление после пройденного пути она не ощущала той усталости, которая навалилась на большую часть группы. Все-таки тренировки давали свои плоды и потому уже через десять минут Джун разгуливала по поляне, измеряя шаги. Пока группа распивала чай у разведённого костра, Джи уставилась в чащу леса, думая о своем. Раздавшийся резко лай Судьи заставил ее вздрогнуть. Зверя по имени Гром взял с собой Калеб и всю дорогу он то и дело фыркал на отряд или ловко обгонял их, заметив белку или кролика. Но лай был плохим знаком, острый нос зверя вонзился в землю и принялся вынюхивать что-то. Потрепанные уши напряглись, волк замер, вслушиваясь в звуки природы и когда вся группа в ожидании уставилась на волка, он сорвался в сторону Джун. Помощница лишь немного насторожилась, но лук давно был у нее наготове. Целиться она, однако, не спешила. Чутье не подвело и зверь стрелой пронесся мимо нее, исчезая в чаще леса. -Картер, за ним! — раздался крик Калеба, выбежавшего из другой части леса- Ты одна у нас стоишь на ногах! Кратко кивнув, Джун устремилась за волком, надеясь, что зверь приведет ее к оленю или другой дичи. Мчаться за зверем, когда слишком высок риск нарваться на деревья или зацепиться за камни или корни, очень тяжело. Джун тяжело высмотреть серую шкуру Судьи в снегу, но окровавленная морда иногда мелькает среди стволов сосен. Однако угнаться за волком практически нереально и спотыкнувшись о корягу, Джун падает, едва успев выставить руки. Сдавленно крикнув, она медленно поднимается и вытирает грязные ладони о брюки. -Где же ты? -хрипит помощница, пытаясь вслушаться. Волк давно оторвался, голосов не слышно, видно, она далеко убежала от опушки, даже лес перестал издавать свои привычные звуки. Резкий лай, принадлежащий собаке, раздается издалека. Джун бежит в ту сторону, где лает собака и спустя полминуты обнаруживает Судью, сдавленно рычащего на своих врагов. В глаза сразу бросается труп «своего» человека. Один из охотников звездочкой развалился на земле, уставив мертвый взор на небо. Рядом с ним стоит клетка, запертая на замок, куда уже вставлен ключ. -Черт! -женщина лет тридцати, заметив Джун, ползет к брошенному дробовику. Джун действует молниеносно и сделав пару шагов, отталкивает оружие ногой. -Гром! Молчать! -обращается к волку Джун, нацеливаясь на женщину. В клетке слышен звонкий собачий лай вперемешку со скребущими по деревянной поверхности лапами Волк как будто ощущает настрой Джун и его злость переходит на Помощницу. Джун ловит на себе взгляд желтых глаз. -Я сказала, молчать! — уже более твердо чеканит Джун, не позволяя даже капле страха проявиться в ней. Оттянув зверя за ошейник, она слегка надавливает на него, заставляя прижаться к земле. Волку явно не нравится эта затея, но он не ощущает в ней страха, а значит, она главнее. Женщина как будто тоже не спешит бежать или нападать на Джун. Ей кажется, что ее попытку как-то отбиться быстро прервет пуля. Времени мало, Помощница знает, что с минуты на минуту ее нагонит отряд. -Утихомирь его или нам конец! — сквозь зубы проговаривает Джи, покрывшаяся потом. Она нервничает, так как сама ситуация предписывает ей один вариант- убить женщину за то, что она сделала с охотником. -Бумер, тише…- в голосе женщины прослеживается дрожь и недоумение. Пес в клетке сразу же затихает, изредка недовольно рыча, в то время как никто из них не осмеливается завести разговор. -Я не знаю, кто ты, но позволь мне забрать мою собаку и уйти…-женщина указывает на клетку, в замок которой уже вставлен ключ-Я никогда больше не заявлюсь на эти земли. Она не похожа на героя, и скорее всего, убить охотника ей удалось с большим трудом. Джун чувствует ее неопытность в этом деле и мысленно видит, как долго эта женщина колебалась перед тем как выстрелить в эдемщика. Послышались шаги, эхом раздающиеся по лесу и чем ближе они к ним, тем беспокойнее становится Джун. Убить простого человека ее не заставит никто, все-таки ее учили защищать людей. И как бы не гневался в ее голове Иаков, Джун осиливает свой страх. Подойдя на пару шагов ближе к валяющемуся дробовику, она решается на риск. -Бери его и беги…-едва слышно проговаривает она, но затем повышает тон- Живее! Ей казалось, что даже Судья понимает, что она сейчас сделала, так как недовольство хищника лишь усилилось, стоило женщине открыть клетку, из которой выбежал потрепанный пес с серой шерстью. В проницательном взгляде зверя, направленном на Джи, чувствовалось легкое недоверие, но Бумер как будто чувствовал, что накалять ситуацию еще больше не стоит. Джун предусмотрительно держит волка за ошейник, наблюдая за убегающей с собакой женщиной, но в этот момент мимо ее уха пролетает пуля, звонко впиваясь спину женщине. Она замертво падает на землю. От неожиданности на земле оказывается и сама помощница. Судья рассвирепел, радуясь тому, что он наконец-то сможет расправиться с псом. -Нет! -крикнула Джи, понимая, что ее попытка помочь провалилась с треском. Пес Бумер начинает громко лаять и стремительно бежать в сторону Джун, но хищно смотря куда-то за нее, желая разделаться с тем, кто убил его хозяйку. Несмотря на весь хаос, до нее доходит, что у старой дворняжки нет шансов против стрелка и волка, которого ее послабевшая хватка едва сдерживает. Поэтому подняв валяющийся рядом дробовик она немедля стреляет перед собачьими лапами и от громкого звона, серый пес скрывается в лесной чаще, скуля от страха и как подумалось Джи, от боли потери. Освободившийся от ее крепкой руки Гром убежал вслед за собакой. Тяжелый ботинок со всей силы бьет ее по спине, вжимая в грязь лицом. Она не знает, как много человек видели это, но чувствует, что сейчас ее прижимает к земле никто иной, как Калеб. И не ошибается. -Ненужная жертва…-с наигранно трагичным вздохом произносит Калеб- И чего же ты добилась своей жертвой? Спасла ли ты эту грешницу? Ей не видно его, но она слышит как он хрустит пальцами. Но затем она слышит хруст собственных позвонков, когда тяжелый ботинок сильнее надавливает на нее. Верный ждет ответа. -Нет, не спасла.- сдавленно отвечает Джун, стараясь не выдавать свое разочарование от глупости всей ситуации. -Верно, ты лишь погубила себя, -довольно кивает Калеб- А думаешь, сделай ты это, твой любимый командир погладил бы тебя по головке? В этом вопросе крылось нечто большее, чем банальная риторичность. Упоминание Иакова в таком ключе заставило ее оказывать бесполезное сопротивление. Джун начала рыпаться, желая то ли убежать вслед за собакой, то ли набить наконец физиономию Калеба. Очевидно, ее попытки выбраться не обвенчались бы успехом. -О, так значит, я докопался до истины твоих упорных трудов? — звонко засмеялся Калеб. -Ты ничего не докажешь…- процедила Джун, брыкнувшись еще раз. Но за этим ответом последовало то, что она не ожидала. Резко пихнув ее ногой в бок, он заставил ее перевернуться на спину. Взгляд Верного быстро утратил прежнее наигранное дружелюбие. -Ты, маленькая дрянь, уже давно сдала себя сама…-процедил сквозь зубы Калеб, хватая ее за ворот свитера- И сейчас я окончательно вижу, что твоя преданность это лишь желание, чтобы он тебя отымел. -Пошел ты! — разгневанная помощница начала бить кулаками по его груди, но в ответ получила звонкую пощечину. -Как хорошо, что ни ему, ни кому либо еще нет дела до твоей проклятой жизни, а значит, я могу распоряжаться с ней как захочу. Джун прижимает к горящей щеке ладонь, чувствуя, как внутри гнев разгорается с новой силой, словно в полыхающий пожар подлили бензин. С бешенным криком она накидывается на Верного, в душе забывая про разницу в весе и в силе. Их драка не длилась долго, подоспевшие бойцы быстро решили, что свихнувшейся девушке не помещает дротик с Блажью. -Ты не смеешь обо мне так говорить! -кричала она, махая кулаками в пустоту- И о нем! От ярости она слепла и не заметила, как Калеб давно уже вышел из этой битвы. Но пронзившая ногу боль заставила ее утихомирить свой пыл. Валяясь на земле, она с трудом старалась держаться в сознании, но перед Блажью мало кто мог устоять. Весь отряд с Калебом в главе наблюдали, как она бьется в конвульсиях, но уже спустя минуту засыпает мирно, словно ничто до этого ее не беспокоило. -Здесь ей больше не место.- наконец произносит Калеб, не сводя глаз со спящей Помощницы- Везите ее к Вере, пусть станет Ангелом.***
