Смерть.
3 ноября 2024 г., 11:52
***
Дни в обители текли своим чередом. Единственным другом для нее стал летчик Ник Рай, с которым она хоть и соблюдала необходимую аккуратность в общении, но все же всегда расслабленно слушала его рассказы о себе, своей семье и деле своей жизни. Иногда в рассказах мелькали знакомые имена, которые упоминал еще Илай, а иногда она и вовсе теряла нить повествования в его историях, задумываясь о своем. Слушая Ника, она могла уйти в себя, пережевывала каждое событие, произошедшее с тех самых пор, как ее нога ступила на землю округа Хоуп из вертолета, а иногда и пыталась вспомнить свою раннюю жизнь. Сладкий аромат Блажи так давил на голову, что с каждым днем эта боль ощущалась все сильнее. А вместе с болью приходили и мысли об Иакове, своей собственной семье, коллегах. Не выдерживая этого давления, она прерывала болтовню Ника тем, что резко вставала и убегала с подступающей тошнотой. Стыдливо прячась за сараем с припасами, она пыталась унять головную боль и тошноту, но чертова Блажь была повсюду. -Походу, у тебя непереносимость этой дряни, — из ниоткуда появился Ник, неловко смотрящий в сторону, чтобы не смущать позеленевшую Джи- У моего друга Чарли, мясника из Уайттейл, кстати, тоже такое было, когда ему всучили Блажь. На это имя Помощница резко дернулась, словно ее ошпарили кипятком из ведра. «Мясник Чарли, встреча для передачи данных…» — Джун начала лихорадочно бегать взглядом из стороны в сторону- «До встречи всего два дня…» Очевидное фиаско попытки Джун не то, чтобы добыть данные, а хотя бы добраться до места встречи, позорным грузом свалилось на нее. Где-то издалека послышались выстрелы. Кажется, сопротивление отбивает очередной пост сектантов. Все самые любопытные уже наблюдали с горы в бинокль за тем, что происходит, Ник и Джун тоже были в их числе, даже Ангелы бездумно побрели за толпой. С вышки на горе напротив поперли клубы дыма и жрица обители заметила через бинокль, как на флагштоке спустили их флаг и подняли американский. -Может, послать подкрепление? — нерешительно предложил один из сектантов. -Нет, — твердо, но с тенью отчаяния в голосе ответила жрица, а затем тихо произнесла то, что порыв ветра донес до слуха Джи- Скоро они будут и у нас. Разогнав всех собравшихся, словно стадо овец, обратно в обитель, сектанты вернулись к патрулированию базы, а Джун и Ник снова занялись работой- перетиранием сухих цветков в порошок. В очередной раз чихнув от порошка, Джун решила замотать рот и нос клочком ткани с ее формы. -И все-таки, кто ты именно? Чем занималась, пока тебя не поймали, — Ник был в хорошем настроении от того, что ощущал скорую победу сопротивления- У нас небольшой округ, все друг друга знают. Без обид, но о тебе я ни разу не слышал. Джун спрятала взгляд от Ника, устремив его на миску с перемолотым порошком. Она могла сказать, что была копом, прилетевшим со всеми. Могла сказать, что даже была внедрена в армию Иакова, пускай и пробыла там не так долго. Могла признаться, что вообще-то она убила Иоанна Сида и таким образом помогла сопротивлению в долине. Да только тогда стоило бы и рассказать о том, что она прониклась к чувствами к самому Иакову Сиду и для его одобрения и взаимности старалась поверить во всю муть, что он пропагандирует. Поверил бы он ей или посчитал, что она все-таки свихнувшаяся пленница, превращающаяся в Ангела? И как бы он отреагировал, если бы все же поверил? Джун не хотелось это знать. -Я простой человек, прокладывающий путь во Вселенной*.- через маску улыбнулась Джун, и после небольшой паузы, вернулась к работе. -Понял тебя, Джанго. — после секундной паузы усмехнулся Ник и решил больше не поднимать эту тему. Он понимал, что люди бывают разные и в такой ситуации тяжело судить человека за то, что он не спешит открываться. Может, ей нужно время и тогда она сама расскажет то, о чем молчит сейчас. В любом случае Ник решил не торопиться со своими расспросами.***
В Доме Иосифа вышло очередное внеплановое собрание из командиров, жриц и Верных. Пропахшее потом и Блажью душное помещение наполнилось глухим гулом из обсуждений. Каждый из присутствующих нутром чувствовал, что конец близится. На Хенбейн фактически не осталось ничего, что когда-то принадлежало семье. Сопротивлением будто руководила невидимая сила и вела их, прокладывая путь к новому месту. Но несмотря на неизбежный конец, каждый брат и каждая сестра во Вратах Эдема понимали, что они должны стать жертвой во имя Отца. Дверь отворяется и лидер семьи окидывает взглядом всех собравшихся, будто заглядывая в душу к каждому из них. Замолкает каждый человек, до этого болтавший о неизбежности Коллапса, устремляясь вперед к Отцу. Вслед за ним грозной тенью следует Иаков Сид, и каждый раз замечая его, и жрицы, и простые эдемщики, и Верные ощущают напряжение, которое очень плохо получается скрывать. Одни чувствуют это потому что наслышаны о его испытаниях, другие потому что прознали это на своей шкуре. Непоколебимый при них, он напоминает те непокоряемые горы Уайттейл, с острыми вершинами и суровыми ветрами, пронизывающими до костей своим холодом. -Хвала Отцу и Вестнику его, Иакову! — хор мужских и женских голосов сотрясает деревянные стены. Иосиф встает к алтарю и возводит руки ввысь. Он знает, что его люди хотят слышать от него. -Дети мои, Коллапс близок! С каждым днем на земле и в нашем родном краю становится все больше грехов… -громко произносит он, смотря в небо-Смерть, следующая за бледным конем, уже забрала моего любимого брата и Вестника нашего, Иоанна. Он был очередной печатью, сломанной в соответствии с пророчеством. Та же участь постигнет и мою сестру и Вестницу нашу, Веру. На этом он сделал паузу, решив не завершать логичную мысль, но Иаков заметил как за последовавшем тихим плачем взгляды людей устремились на него. Необходимая жертва, вот кем он был для всех и даже для своего родного брата. -И как бы не был сложен и тернист путь Смерти, она все же найдет Сирену, поющую песни Блажи, — продолжает Отец с долей сочувствия к Вере-Я видел ее смерть, тихую и мирную, она предаст себя реке. Иакову прекрасно было известно то, кого он имеет в виду под Смертью, об этом знали и Иоанн, и Вера. Он готовил их к этому несколько лет, но как бы он не хотел верить Иосифу, он с трудом представляет, что Джун Картер способна на подобное, к тому же находясь в его Шале. И больше всего ему не хотелось верить, что именно она приложила руку к смерти Иоанна. -Эта печать будет сломана и мы с вами станем ближе к концу, -Иосиф завершает свою мысль- Но не нужно бояться… Бог сбережет тех, кто будет верить мне и моему Слову. И вместе с вами мы проследуем к миру и спокойствию. К блаженным садам Эдема… Толпа ликовала, как и всегда. Церковь наполнилась молитвами, но среди ликующих Отец не слышал голос своего брата. Он только видел его хмурое, немного грустное лицо, задумчиво устремлённое в окно, за которым зеркальная гладь озера отражала голубые небеса и горы. Затем отец взглянул на Калеба, который стоя в темном углу и не сводил глаз с лидера. Между ними будто завязалась невербальная беседа, в заключении которой Отец лишь кратко кивнул, подтверждая, что то, о чем ему доложил Калеб пару недель назад — правда.***
Иаков и не заметил, как люди покинули церковь, оставив его и Иосифа наедине, и отчего-то почувствовал неудобство, ведь он так глубоко погряз в своих мыслях, что кажется, вообще не слышал, о чем говорили Иосиф и остальные. Но его брат этого и добивался. -О чем ты думаешь, Иаков? — тихий, но уверенный голос младшего брата эхом звучал в пустой Церкви. Какое-то время старший Сид молчал, не желая раскрывать сомнение, давно таящееся в его груди. Но само молчание подводило его и об этом указывал взгляд Иосифа, становящийся мрачнее с каждой секундой. -Ведь я могу отправить больше своих людей в Хенбейн. Вера в бункере, и там ее не достать никогда. Мы устроим для них засаду, поставим их здесь и здесь.- предложил Сид, указав на карте точки, куда хотел бы разместить отряды. Раздался протяженный выдох Иосифа, а его глаза опустились. -Ты снова не слушал мою речь? — в голосе брата крылось недовольство. -О чем? О том, что каждому из нас необходимо умереть для тебя? Иосиф понял, что его брата в очередной раз настигло помутнение, также настигавшее Иоанна и Веру время от времени. Это ощущалось по эмоциям, которые старший Сид едва контролировал. -Ты можешь считать какой-то печатью меня или ее, или другого придурка, но не своего младшего брата, — вдруг вырвалось с его уст- Мы же поклялись защищать друг друга, когда родителей не стало, черт возьми! Он твой брат в конце концов! Крепкий кулак ударил по столу, но Иосиф даже не дернулся. -Он умер, Иаков, и это была его судьба, -глаза Иосифа сверлили его, а голос звенел холодным безразличием- А тебя снова захлестывает твой демон войны. -Не говори мне о войне, ты понятия не имеешь, что это такое.- Солдат замотал головой и его голос стал угрожающе спокойным. Иосиф замолчал, повинуясь просьбе брата. Он знал, что эта тема для него всегда была очень сложной и провоцирующей на гнев. Мягко кладя ладони на его плечи, он смотрит ему в глаза. Солнце заходит за горизонт, но в зале церкви горят лишь пара свечей. -Ты винишь себя, -начинает Иосиф- Винишь, что не смог воспитать верность в той, что зовется Смертью. Из-за этого она убила Иоанна и вскоре доберется до Веры. Ты не сумел изменить пророчество, хотя в душе хотел, чтобы все вышло иначе. -Она не Смерть! — гневно отталкивает его Иаков- Она всего лишь запутавшаяся девчонка и как бы ты или кто-то другой не наговаривали на нее, она убьет только тогда, когда я скажу ей и ты знаешь, кого именно! Впервые он решает покинуть брата, не договорив с ним. Прежде чем захлопнуть двери, он напоследок бросил ему: -И не смей больше говорить мне, что я виноват в его смерти. С грохотом дверей Иосиф остается один. Он молча подходит к окну и вдыхает цветок Блажи, устремляя взгляд в небо. Его голос раздаётся в тишине, нарушаемой лишь треском деревянного фитиля свечи. -Прими в свои руки Веру, Господь, эта ночь-последняя в ее жизни.***
Еще у машины Калеб слышит, с каким грохотом закрывается дверь в церковь и по одному виду своего командира понимает, что он не в духе. Он наблюдает, как садясь в пикап, Солдат хлопает дверью, но несмотря на мрачный вид, он старается также непоколебимо вести себя. -Едем в Шале, -обращается к нему Иаков, смотря в окно- Как доберемся, позовёшь ко мне Джун. Калеб знал, что рано или поздно, он заговорит о ней. -Боюсь, — Калеб выдержал театральную паузу и сразу подметил, что Вестник тут же напрягся с первого слова-Джун там нет. До сознания Иакова будто не желали доходить эти слова. -Что значит «Джун там нет»? — нахмурился Иаков- А где она? -В обители Врат. Ржавую металлическую оболочку его сердца начало разъедать, но внешне он проявил лишь легкие признаки шока. Хенбейн. Она в Хенбейн. В самом пекле. До сего момента Иаков старался игнорировать любые мысли о ней, ведь подсознательно он понимал, что она в относительной безопасности, у него под крылом. Но когда эта безопасность оказалась под вопросом, его чувство к ней стало куда яснее и игнорировать его теперь невозможно, как бы он ни пытался. -Кто приказал? — медленно отчеканил он каждое слово, хмуря брови еще сильнее- И почему мне не доложили? -Я приказал. Бесстрашие в голосе Калеба было ощутимо громким. Он выдерживал стальной взгляд старшего Сида с удивительным безразличием. Неповиновение злило Иакова лишь сильнее. -По какой причине ты сделал это без моего ведома? — он вел себя хладнокровно, но Калеб давно знал Иакова и чувствовал, как трещат по швам остатки его самоконтроля. -Я обсудил свое решение с Отцом и он поддержал меня, сэр. Калеб все же сдался и перевел взгляд на руль, сжимая его сильнее. -Ты забыл, кому служишь? Раздавшийся вдали и оглушающий весь округ взрыв, возможно, спас Верного от страшных последствий своего поступка. Многие в деревне Иосифа закричали от неожиданности, взрыв был настолько громким, что казалось, начался Коллапс. Но когда первый эдемщик заметил место взрыва, его ноги подкосились, он упал на колени и едва не плача закричал: -Будь прокляты грешники! По деревне разносились крики и плач, одна из женщин стала рвать на себе волосы. Иаков и Калеб вышли из машины и заметили клубы дыма и голые железки — каркас огромной статуи Иосифа. От взрыва ближайшие к статуе деревья загорелись ярким пламенем, подсвечивая то уродство, во которое превратилась статуя. Остатки статуи с грохотом падали на землю, поднимая клубы пыли до неба. Это был удар в самое сердце семьи. Боль, которая будет вечно ныть, распространяясь по всему телу. Калеб почувствовал боль в плече, когда Иаков сжал его. -Едем в обитель, если не хочешь пойти на корм Судьям.***
Сегодня небо было необычайно красивым, без единого облачка, звездным, словно на шелковое синюю простынь рассыпали тысячи бриллиантов. В лесной чаще слышно сову, убаюкивающую своей ритмичностью Джун. Она мечтательно смотрит в небо, и несмотря на сильную усталость, почему-то не хочет ложиться спать. Рассматривая далекие звезды, она снова вспоминает об Иакове. Весь день ее не покидает навязчивая мысль о том, что он тоже думает о ней. Но только это она никак не может доказать. Рядом на огромном стоке сена валяются Ангелы и простые пленники, иногда рядом проходит сектант-охранник и проверяет, все ли на месте. Ник Рай, расположившийся рядом, давно спит, но постоянно бормочет что-то во сне и Джун замечает, что он весь вспотел. Наконец он вскакивает и делает резкие вздохи, как будто все это время не мог дышать. -Кошмар? — интересуется Джун, повернувшись к нему лицом и чуть опершись о локоть. Ник быстро моргает, стараясь прийти в себя, с его лица текут капли пота. Оглядываясь по сторонам, он пытается найти Джун, хотя она лежит рядом. Помощница робко касается пальцем его плеча и тогда он понимает, что она здесь. Это помогает ему немного успокоиться и жадно вдыхая воздух, он устало произносит: -Вера. Я стал часто ее видеть. Джун хмыкает, вздернув уголки губ и ложится обратно на спину, возвращая взгляд на небо. -А я не видела ее. Ник валится на спину и вытирает локтем пот с лица. -Везет, — только и отвечает он, но затем продолжает- Думаю, она сама поймет, когда встретиться с тобой. Джун смутили эти слова, но она решила не начинать беседу о том, что Вера — обыкновенная галлюцинация из-за Блажи и никаких встреч она не проводит, а скорее всего, просто сидит в своем бункере, не подозревая о том, в каких снах появляется у каждого отдельного «грешника». Время было позднее и когда Ник наконец затих, Джун решила закрыть глаза и наконец попытаться уснуть, но взрыв вмешался в ее планы. Вскочив с кроватей, все уставились на горящую статую Иосифа, с которой разрушенные каменные глыбы падали на землю. Это было настолько близко к их обители, что дым добрался до них довольно быстро. -Твою мать! — крикнул Ник- Джун, ты видишь это? Джун лишь лихорадочно закивала, прикрывая рукой нос и рот от дыма. Вокруг все забегали, Ангелы ринулись в сторону горящей статуи. Творился хаос и дым заполонил все пространство. Джун повернулась, но Ника уже не было. Она совершенно не понимала, что ей сейчас делать. Окна церквушки рядом разлетелись на мелкие осколки от раздавшихся выстрелов. -Грешники! — закричали сектанты где-то впереди. Джун слышала неразборчивые крики и короткие очереди из выстрелов. Ее резко схватили за локоть и утащили за фонтан с Блажью. -Ты что, умереть хочешь? — закричал ей в ухо Ник- Они не посмотрят на наши лица, а посмотрят на форму! Из ослепляющего дыма на них выбежал эдемщик, и притянув за ворот Джун, громко приказал: -Иди и бейся, как тебя учили! Помощница без промедления врезала ему в живот и схватив двумя руками его голову, ударила его о каменный бордюр у фонтана. -Ничего себе…-изогнул бровь в удивлении Ник, игнорируя слегка обезумевший взгляд напарницы- Ты где такому научилась? Но ответа он так и не получил, на что и не надеялся. Вынув из ножен у сектанта метательный ножик, она хладнокровно запустила его в голову жрицы. -Хватай оружие! — крикнула Джун, указывая на валяющийся автомат жрицы рядом с ее мертвым телом. Ник лишь на секунду замешкался, но все же выполнил указание Джун и схватил оружие, стремительно вернувшись в укрытие. -Надо дождаться своих! — Ник старался перекричать выстрелы вокруг. -Если они будут стрелять по тебе, то и тебе придется стрелять по ним! — выкрикнула в ответ Джун. -Что? Нет, мы не будем убивать своих! — упрямо возразил Ник, хмуря брови. -У тебя не будет выбора, либо ты выживешь, либо умрешь! — строго рявкнула Джун, пряча голову, когда в каменный бордюр врезалась пуля и осыпала ее побелкой. Выстрелы замолкли, было слышно, как шумят костры и стонут раненные, бой окончился. Он молчал, вглядываясь в дым и заметив вдалеке фигуры, отбросил в сторону автомат. Джун не успела выкрикнуть, как Ник поднял руки и встал из-за их укрытия. -Пумы! Это Ник Рай! — он смотрел на людей, проявляющихся в дыму. Недолгое молчание быстро прервалось радостным смехом. Из толпы выбежал мужчина, и спрятав пистолет в кобуру, развел руки в стороны для объятий. -Старина Ник, как же я рад тебя видеть живым! — почти прорычал мужчина. -Мерл, взаимно! — обнял его Ник- А это последний из них? Он указал на сектанта, истекающего кровью, стоящего на коленях перед группой Пум. Эдемщик напугано смотрел на окруживших его противников, осознавая свою участь. Сопротивление всегда оставляло в живых одного и выпытывало у него информацию обо всем подряд. В обители последним выжившим оказался он. -Наш сектантский друг сегодня расскажет нам много нового, — объяснил Мерл- Эй, подруга, не прячься! Вылезай! Джун понимала, что речь идет о ней, ведь все это время она любопытно выглядывала из-за укрытия, оценивая обстановку «Неужели я наконец-то освобожусь?» — Джун решила довериться и вышла из-за фонтана к небольшому отряду сопротивленцев. Сзади уже валялись пару мертвых ребят из Пум, но куда больше было эдемщиков. В сарае с оружием уже копошились другие бойцы, вокруг царила особая тишина, которая появляется после боя. Завидев форму Ангела на ней, некоторые из Пум недоверчиво покосились в сторону Ника, что не ушло ни от его, ни от ее внимания. -Это-Джун, моя подруга, — поспешил представить Помощницу Ник- Не беспокойтесь, она просто тихая сама по себе. -Ага, тихая.- нервно усмехнулся выживший эдемщик, недобро глядя на Джи. «Вот черт.» — успело пронестись в ее голове. -А то, что она из Верных Иакова, она не упомянула? Весь отряд разом возвел оружие в ее сторону, Джун подняла руки, но ее поспешил прикрыть Ник. -Вы что, серьезно, мать вашу? — воскликнул мужчина-Поверите какому-то сектантскому придурку? Джун из Уайттейл, она… На этом ход мысли Ника завершился, ведь больше информации она ему не предоставила. Одна за другой в голове начали выстраиваться мысли и больше всего его напрягла их последняя беседа о необходимости стрелять по всем, чтобы выжить. Но верить в плохое он не желал. -Отойди, Ник, — мужчина по имени Мерл слегка пихнул парня и с оружием в руках подошел к Джун- Из Уайттейл, значит? Испуганно таращась на него, она только робко кивнула. Мерл снова убрал оружие и с видом знатока скрестил руки на груди. -Ну, и откуда именно? Где работала? -Лесопилка.- Джун назвала единственное предприятие в Уайттейл, вспомнив рассказы Илая. Мерл нахмурил брови и слегка скривил рот. -Я знал каждого работника лесопилки и я не припоминаю некую «Джун».-уверенно заявил он- Почти всех их давно убили, а выжившие до сих пор сидят там, в клетках. Она поймала на себе взгляд Ника и он едва ли не кричал «Какого черта, Джун?». -Да какая там лесопилка! — закатил глаза сектант, надеясь, что весь гнев сопротивления перейдет на нее- Ее привезли из Шале Верных почти три недели тому назад! Верных Блажь берет хуже. Ты ведь замечал в ней это, Ник, приятель? Каждое слово этого религиозного фанатика больным скрежетом отдавалось в голове, но хуже всего было то, что Ник осознавал в них истину. Но и сдаваться ему не хотелось. -Мерл, я понимаю, как все это выглядит со стороны, но Джун помогала мне, она совсем не похожа на тех стремных солдат Иакова! — он эмоционально жестикулировал, пытаясь хоть как-то помочь Джун. -Прости, Ник, но нам надо допросить ее, — прервала его мысли женщина из Пум- Потом уже решим, что с ней делать. -Нечего тут допрашивать! — повысил голос Мерл- Убить и все! Он возвел пистолет и тогда Джун сдалась. -Нет! Я знаю Датча, Илая, Мэри и Джерома! Я работала с ними! Работала на них, клянусь! — ее лицо покраснело от подступившего жара. -Ага, их я тоже знаю, и каждый в нашей семье.-фыркнул эдемщик. Он заметил холодный взгляд Помощницы, зафиксировавшийся на нем, и тогда решил остановиться, нервно сглотнув ком в горле. Ник снова встал перед Джун. -Если ты хочешь сказать правду, Джун, самое время это сделать! Ее глаза начали поблескивать от подступивших слез. -Не все так просто, Ник…-Джун поджала губы, стараясь унять дрожь во всем теле. -Мне жаль, Ник.- Мерл решил закончить этот разговор и выстрелил. Его руку ловко подбила Джун одним четким ударом правым локтем, вовремя среагировав так, что пуля просвистела у нее над головой, никак не задев ее. Сжав левую руку в кулак, она немедля перенесла все свои силы на неразмашистый, но очень крепкий удар прямо ему в переносицу. Все произошло так быстро, что уже через пять секунд Мерл валялся на полу, а сектанту в межбровную зону прилетел нож, который она успела выхватить из кобуры Мерла левой рукой, а освободившейся правой поймать падающий пистолет. Сектант издал протяжный крик и упал, сплюнув кровь на пыльную землю. -Не двигайтесь или я начну стрелять! — Джун угрожающе смотрела на отряд, двигая пистолет то на одних, то на других- Я не хочу вам вредить. Она была сильна и только сейчас Ник понял, что слова эдемщика оказались чистой правдой. Так и работают натренированные Верные. Раздался щелчок спускового крючка и услышав этот тихий звук, она выстрелила в сторону ног одного мужчины из Пум, что захотел дать ей отпор. Он резко остановился, проклиная Помощницу. Кажется, она слегка задела его правую ногу. -Твою мать, Джун! — умоляюще выкрикнул Ник в толпе- Прекрати это, ради всего святого! У нее был шанс отбиться еще от пары человек и что самое главное, она дала им это понять. Но Ник прав, ей придется подчиниться, хотя бы для того, чтобы не подводить его. Джун напоследок окинула взглядом тех, кто стоял на ногах и бросила оружие обратно Мерлу, который держась за свой нос, вставал на ноги. -Я правда не желаю вам зла, я за вас…-она не успела закончить свою мысль, почувствовав холодную сталь у себя на горле. Мерл ловко достал секретный ножик из кобуры под штаниной и полоснул ей прямо по горлу, задев сонную артерию. Схватившись за горло, она чувствовала кровь, фонтаном льющуюся сквозь грязные пальцы. Контроль над собой был быстро утрачен и ступив назад, она споткнулась о бордюр и упала в фонтан с Блажью, окрашивая зеленоватую воду в кровавый цвет. Уже в воде она слышала глухой крик Ника. -Мерл! Ну, зачем ты это сделал? Она же никого из наших не убила! Она сдалась! -Мы не знаем ее прошлое, — грубым голосом ответил он-Поверь, Ник, Верные не меняются. В их голове накрепко засел Иаков. Гул превратился в одну кашу, сладкая вода наполняла легкие, а в темнеющей водной глади искрящие огоньки все ближе приближались к ней. Ее сознание плыло и ей казалось, она взлетает ввысь, а жизнь остаётся внизу. Она чувствовала, как невесомый туман окружает ее, растворяя в воде и прежде чем закрыть глаза, она слышит нежный женский голос. -Блажь ждет тебя.***
Примечания:
*Фраза персонажа «Звездных Войн», Джанго Фетта- охотника за головами.
