Как же ты меня бесишь!

× × ×

— Вау, почему лестница такая чистая? — шепчет под нос Джисон, кряхтя, поднимаясь наверх, на второй этаж. Уже на последней ступени парень мог заметить довольно просторный коридорчик. Тут стоял один, на вид, очень мягкий диван, а возле него столик с растением. Джисон никогда не разбирался в них, у него и у его родителей в доме растения умирали за жалкие недели, потому что они вечно забывали о них заботиться. Лучше уж иметь громкое животное, про которое, хочешь не хочешь, не забудешь. В конце коридора, как и сказал Ликс, была, скорее всего, ванная комната. Справа вдалеке можно было увидеть дверь, как и возле лестницы с той же стороны, напротив которой находилась ничем непримечательная комната Феликса. Вздохнув поглубже, Хан дёргает ручку. Его нервозность можно было объяснить тем, что он впервые у кого-то с ночёвкой и, что уж скрывать, ему было очень интересно узнать, какая у Ликса комната, ведь в ней можно найти частичку души, которую парень скрывает в обществе. Сам Хан ещё не обустроил свою обитель так, как ему нравится. Но он всегда хотел сделать с ней что-то необычное. Дверь легко поддаётся, открывается и предъявляет взору Джисона то, что он вот никак не ожидал увидеть. Феликс был не совсем таким, какой являлась эта комната. А ещё тут пахло мятой и кошачьим кормом. У щекастого невольно рот приоткрывается от увиденного: пушистое розовое одеяло на кровати, такой же, но белый огромный коврик на полу, на который так и хотелось лечь и на вечность уснуть; белые стеллажи и полки, заваленные различными мягкими игрушками; огромный открытый шкаф, из которого так и вываливались разноцветные вещи, от женских платюшек и чулок, до типичных спортивных штанов и кигуруми. На стенах расклеены плакаты с аниме и ещё кое-что необычное — возле кровати фотография, на которой изображён несомненно сам Джисон со смешным выражением лица. — Боже, зачем Феликсу это нужно? — смущённо пробормотал он, готовый хоть отсюда начать кричать и возмущаться насчёт увиденного. Пройдя внутрь, чтобы рассмотреть получше, Хан ещё замечает на полках анимешные сексуальные фигурки девушек. Качественные, как заметил он. — Это… — парень краснеет. Знать про Феликса настолько много он не планировал, это же его друг. Хотя было бы интересно поболтать насчёт вещиц, валяющихся там же, где фигурки. — Пиздец, Феликс, я не думал, что ты такой извращенец. Разноцветные вибраторы, фаллоимитаторы и пробки, серьёзно? — усмехается он, уже планируя интересные ночные разговоры с другом. Феликс, наверное, просто забыл всё это убрать перед приходом Джисона. Ну или он очень сильно доверяет новому другу. Если так, то это приятно. Стоп, Хан вообще-то пришёл, чтобы вещи положить… Только он опускает сумку на пол — дверь в комнату распахивается, Джисон смущённо поворачивается, но видит не того, кого хотел бы увидеть в этой комнате. Минхо. Минхо в блядских коротеньких обтягивающих шортах чёрного цвета и в невероятно коротком широком топе, открывающим его милый мягкий животик с симпатичной светлой кожей. Ли поднимает глаза, замирает на месте, не понимая, что видит перед собой. А потом следует громкий вскрик. Минхо руками обхватывает обнажённый живот, прикрываясь и краснея. Глаза копеечками, волосы в полном беспорядке, создавая комфортный домашний образ. А ещё лицо какое-то более нежное. Хан догадывается, что всё то время, когда он видел котяру, тот был с косметикой на лице. — Ты чего т-тут забыл?! — запинаясь, спрашивает Хо. — Какого хрена ты вообще в этом доме? — Тебе Феликс не рассказывал? — если это так, то Джисон должен был заранее написать завещание. — Нет! Я… я убью тебя, Джисон! А Хан видит перед собой только объёмные сексуальные бёдра, почему-то быстро приближающиеся к нему. Мозг подаёт подсказку бежать и как можно скорее, а глаза пригвождают к полу, так как, ну, Джисон любит всё красивое. А котяра в этом образе больше, чем просто красиво. Парень чувствует руки на себе. Его буквально силой толкают на кровать. Он даже не успевает удивиться. Смущённый Минхо страшен в гневе, он садится сверху на живот младшего, стискивая его руки в своих, держа крепко, но осторожно. — Я задушу тебя, Хан Джисон. А Хан-то поплыл. В свою защиту он скажет, что это из-за очень мягкой кровати. Да, только из-за неё. — Если только ты это сделаешь своими бёдрами, — в бреду говорит щекастый. И где он только потерял инстинкт самосохранения? Минхо вскидывает брови, глупо улыбаясь. То ли потешаясь над таким младшим, то ли умиляясь. — О, правда? — опасно тягуче и угрожающе спрашивает он. — Ты меня сам попросил. Джисон видит эти бёдра на себе, в мыслях только: «Хорошо, что я его уже не ненавижу, иначе мне пришлось бы сопротивляться». Но потом воздуха становится всё меньше, хотя Минхо пододвинулся только к груди. Наверное это потому, что он решил опуститься всем весом. Хан начал издавать умирающие звуки белки, шлёпнув старшего по ляжке, который дьявольски ликующе хихикал. Жуть какая. Ли не переставал мучить младшего, получая садиское удовольствие и не ожидая, что Джисон сможет так легко освободить руки из плена и попытаться оттолкнуть старшего, касаясь его чувствительной груди. Минхо был возмущён, не то слово. Хан играл грязно, заставив его подпрыгнуть от неожиданности и невольно громко вздохнуть. Звук был ещё более неловким, чем всё то, что видел тут Джисон. — Блять, Джисон, — заныл старший, утыкаясь лицом в свои ладони. — Ой, — саркастично издаёт парень звук, приподнимаясь на локтях. — Иди отсюда, говнюк, — Минхо съехал с младшего, свалившись на кровать и начиная несильно пинать Хана ногами. Ногами в обтягивающих шортах. Джисон надеется, что этот образ не начнёт его преследовать по ночам.

× × ×

— Ты чего так долго-то? Я уже успел подготовить все ингредиенты для брауни и даже выпил пол-литра колы. О, подожди, сейчас рыгну, — Феликс положил руку на грудь, замирая. — А, нет, показалось. — Я тоже пить хочу-у, налей своему гостю. — Сам наливай. Ты руки-то помыл хотя бы? — А ты случайно лево с право не путаешь? — Только не говори, что ты зашёл к… Как ты вышел оттуда? Джисон усмехнулся, победно вскинув голову, пытаясь выглядеть крутым. — Да одно моё слово, и он хоть на колени встанет, — тянет парень, пока глаза Ликса округляются и он начинает тыкать пальцем за спину щекастого. — Ты чего, будто призрака увидел? Джисон поворачивает голову, и вскрикивает как девчонка. — Одно слово и что? — грозно спрашивает Минхо, переодев топ на нормальную широкую футболку. — Прости, прости, — замахал Хан руками, чуть было не залезая на стол, лишь бы подальше от котяры. — А ты, братик, спи сегодня с одним открытым глазом, — и он разворачивается, уходя в гостиную. Феликс пугливо моргает, Джисон копирует это действие. — А он хотя бы в курсе, что я тут на всю ночь? — Если что - спрячу тебя, — хихикает веснушчатый. — А теперь давай, бери мерный стаканчик. Готовка была не то, чтобы сложной. А вот уборка… Джисон был отроду криворуким, поэтому мука это не то, с чем ему стоило возиться. Он нечаянно сыпанул так, что всё лицо и волосы Ёнбока превратились в белое нечто, как и он сам, когда друг в отместку сделал то же самое. Они поставили печься брауни спустя тридцать минут бешенства и шуточной драки между собой. Минхо, наверное, где-то там с ума сходил от шума, тихонько сидя в гостиной или может уже уйдя куда-то в другое место. — Предлагаю пойти в душ, потом можно сыграть в приставку и дождаться ужина от хёна. — Окей, кто первый? — О, ты можешь сходить на втором этаже, а я на первом. Ну или наоборот, как тебе удобно, — предложил Феликс, уходя в гостиную, чтобы из шкафа взять чистое, никем не используемое полотенце. — Тогда я лучше на первом пойду. Мало ли наверху Минхо меня достанет даже через закрытую дверь и осквернит моё прекрасное обнажённое тело, — обхватил он себя руками, для забавности поиграв бровями. — Он может, — серьёзно проговорил Ли, а после как-то жутко улыбнулся. — Шучу. Ванная комната на первом этаже была расположена в том же месте, что и наверху. Джисон шёл аккуратно, чтобы не оставить следы муки по всему дому. Открыв дверь, то есть распахнув её так, будто это был его дом, Хан вытаращился на Минхо, который каким-то чудом оказался именно тут, и чья нога стояла на бортике ванны, а сам он… что вообще он делал? — Господи, ты серьёзно? — уже как-то устало спросил Ли. — Почему ты находишь меня в самых позорных моментах с самыми стрёмными вещами? Это магия такая? — заворчал старший, держа руку на ноге возле икры. Только сейчас щекастый заметил приклеенную полоску для депиляции. — Ты убираешь волосы с ног? — Типа того? Может выйдешь и перестанешь ставить меня в неловкое положение? Если приглядеться, то уши Ли снова были красными. — Мне надо в душ. — Похоже, меня реально прокляла та бабка, — прошептал Минхо потолку, после натянуто улыбнулся. — Иди. Шторкой прикройся, я уже через пару минут закончу. Хану было вот максимально неудобно. Минхо весь такой сейчас серьёзный, занятый странным делом, не язвит и не прикалывается, а просто как хороший человек разрешает послушать его шипение от боли вперемешку со скулением и матом. Стоя в ванне обнажённым, у Хана было ощущение, будто котяра придёт в себя и как дернёт шторку, как шлепнёт по заду или что хуже. Но это чувство доверия от Ли такое приятное. Будто он не боится раскрыться перед Джисоном. Будто они и вправду хорошие друзья. — Ты не представляешь как у меня руки чешутся что-нибудь сделать, но бедненькая кожа ног болит сильнее, чем мои желания. Поэтому тебе повезло, Хани. Младший вздрагивает, чуть не поскальзывается, а котяра с грозным хихиканьем удаляется из ванной комнаты. Ну здрасьте приехали, Минхо похоже подменили. Хотя в подобном состоянии он такой… горячий? Хан закрывает глаза, глубоко вздыхая и отправляясь в мысли о поняшках с волосами из сладкой ваты. Не нужны ему тут никакие фантазии о бесячих горячих парнях, делающих депиляцию ног.

× × ×

Вытерев ещё раз напоследок волосы и повесив полотенце на сушилку, Хан направился наверх, в комнату друга. В ней не было ничего примечательного, помимо интересных штук с алиэкспресса на полках и светящихся разноцветных фонариков. Кровать Ликса стояла в середине комнаты, покрывало на ней было тёмным, но разбросанные мягкие игрушки создавали приятный контраст. Хан заметил свою уличную футболку на кровати, которую положил туда перед готовкой, чтобы она не помялась и чтобы веснушчатый повесил её. Но сейчас, заметив кучу вещей на спинке стула, он решил не париться и тоже туда её кинуть. Как раз в этот момент вернулся Ёнбок, от которого несло за несколько метров клубничным детским гелем для душа. Джисон улыбнулся, по бокам глаз образовались морщинки, когда Ликс повторил его выражение лица. С младшим было комфортно. Даже удобней, чем с весёлым Хёнджином. Может это потому, что Хан с Феликсом познакомился раньше, а может из-за того, что он доверил ему много всего личного. И что бы парень не рассказал, Ли не осуждал его никогда. — Я хотел спросить про фото, — показывает Джисон на рамку, в которой, по видимому, была фотография их семьи. — Почему ваш отец вообще не похож на вас? Он такой… ну, иностранец. — Аа, ты про это. Другие тоже удивляются, впервые видя его. У нас с хёном разные отцы, но да, это мой папа, он родом из Австралии. Ушёл за хлебом недавно. — В смысле? Он что, ушёл от вас? О, Ликси, — не дав слово вставить, начал Джисон жалеть друга. — Мне так жаль. Если нужно выговориться, я всегда- — Чего? — младший не сдержавшись начал ржать над глупым лицом друга, брызгаясь слюной. — За хлебом, говорю, пошёл. А потом уедет в командировку, ты что, чемоданов не видел в прихожей? — Я думал ты в шуточной форме рассказываешь об отсутствии отца, — почесал затылок Хан. — Ладно, ничего страшного, — паренёк развернулся, беря пульт от телевизора и доставая джойстики. — Ой, Хани, не мог бы ты в гостиную сходить за другими джойстиками, а я тут пока настрою кое-что, — просит он с самыми ангельскими глазами. Джисон даже если бы хотел, не смог бы отказать. — Ещё надо хёну написать, чтобы за брауни присмотрел. — Оке-е-ей, зато подкачаю ноги на вашей адской лестнице. — Говоришь так, будто у себя дома не бегаешь по сто раз туда обратно. Вообще-то нет. Хан предпочитает целыми днями сидеть в своей любимой комнатке. Спускавшись вниз, парень успел поскользнуться и чуть не полететь на верную смерть. Если бы это случилось ему бы пришлось преследовать Феликса всю оставшуюся жизнь в виде злого призрака. Шагнув ближе к гостиной, он слышит приглушённый протяжный стон вперемешку с мычанием. Джисон от неожиданности пытается отскочить от двери, чтобы не дай бог не увидеть того, чего он видеть не должен. Но уже по сюжету постоянных неудач, Хан запинается о свою же ногу, напирая на дверь, которая приоткрывается и предъявляет взору младшему ещё одну картину, из-за которой, наверное, завтра в школу он придёт с двумя сломанными руками. Минхо лежит на полу, на коврике для занятий. Он просто растягивается, тут ведь не должно быть ничего плохого, да? Просто стоит в коленно-локтевой позе, безбожно сильно выгибается в спине и оттопыривает свою задницу в тех самых шортиках, находясь этой частью тела напротив Джисона, кончившегося там на месте во всех смыслах. Старший оборачивается, вспыхивает всеми красками розового и начинает слишком громко ныть. — Ты ещё тут? Почему-у-у? Что в этой комнате такого, из-за чего ты зашёл? Ты специально подобрал время, когда я буду делать что-то подобное? Джисон оскорблённо скрестил руки. — Ну, конечно, специально заставил Ликса пригласить меня с ночёвкой, чтобы поджидать и смущать тебя. — С ночёвкой?! — удивлённо вскрикнул Ли, подрываясь из своей вызывающей позы. — Да я не выдержу тут с тобой. — Это я не выдержу! — как ребёнок начал спорить младший. — Особенно тебя в этих шортах, — он сглотнул, опуская пожирающий взгляд на обнажённую кожу ног. — Тебе они не нравятся или, наоборот, слишком сильно нравятся? Из-за серьёзного тона хотелось ответить честно, но можно ли было это делать? Смущать старшего, конечно, забавно. Но был же предел какой-то. — Я считаю тебя в них очень… сексуальным, — всё же ответил Хан, прикусив губу. Минхо сидел молча, ничего на это не ответив, будто пребывая глубоко в своих потаённых мыслях. — Пойду переоденусь. Не хватало мне ещё тут стояк натурала увидеть. — Хэй, ты слишком себя переоцениваешь! Стоп, что? Ты назвал меня натуралом? — но Минхо уже вышел из гостиной, за ним хвостиком бежал самый пухленький рыжий котик. — Ну всё, Феликс, теперь я точно не буду никуда выходить из твоей комнаты, иначе я сойду с ума! Хан промолчит о своём разочаровании из-за того, что котяра решил пойти переодеться. Парень сразу же находит нужную вещь на полу возле телевизора, собираясь направиться наверх. Но дверь в прихожей открывается и туда заходит копия мужчины с той самой фотографии — отец Феликса и отчим Минхо. В руках у него пакеты с продуктами, а выглядит он как настоящий иностранец: со светлыми глазами и веснушками на лице. Красивый и высокий. Джисон не может и двинуться, когда мужчина замечает незнакомца дома. — Привет? — спрашивает он, чему-то своему усмехаясь. Его улыбка точно такая же, как у Ёнбока. — Ам… З-здравствуйте, я Хан Джисон, — кланяется он, ноги подкашиваются, голова перевешивает тело и он немного падает вперёд, но вовремя руки в стороны выпрямляет, чтобы равновесие поймать. — О-ой. Я друг Феликса и одноклассник Минхо, — резко проговорил он, стесняясь и даже как-то боясь такого мужчину. — Ты такой пугливый и маленький, — смеётся мужчина, отбрасывая каштановые волосы со лба. — Увы, я тороплюсь на рейс, но надеюсь встретить тебя ещё раз тут и познакомиться поближе. Как раз моя жена тоже вернётся. Родителей можешь позвать, — хитро улыбается он, что аж жутко становится. Интересно, что у этого человека за мысли в голове? — Идём наверх, мне нужно попрощаться с детишками. Джисон весь сжимается, когда на его плечо кладут руку. Успокаивают только слова Феликса позже: — Пап, хватит пугать его. — Да, пап, не трогай мою белочку, — подхватывает Минхо, теперь стоя в спортивных широких штанах. Отец парней вскидывает удивлённо брови, смотря на старшего сына. — Потом расскажешь, если что помогу, — говорит он Минхо, подмигивая. Они будто переговариваются о чём-то мысленно, словно составляют план. Семейка Ли прощается друг с другом, пока Хан мнётся неловко где-то сбоку. Когда мужчина уходит, Феликс, сразу же утаскивает его в свою комнату, показывая язык брату напоследок. — Наконец-то, игры! Я обожаю игры, ты же знал? Но я вечно проигрываю, — разочарованно пролепетал младший. Они сели на пол напротив телевизора, прислонившись к кровати. Феликс был невероятно вовлечён в игру, пища, крича и двигаясь всем телом. И как только его джойстик не ломается от таких интенсивных нажатий? Джисон принял такую же игру, повторяя за младшим и тоже начиная получать от этого удовольствие. Громким быть даже веселее, чем тихо выигрывать. Ликс многое знал про саму игру, но в практике был полным нулём, и Хан даже не мог понять, в чём причина проигрышей друга. — Кстати, Ликс, а ты не в курсе почему наш учитель так ссытся ваших родителей? — прежде чем это сказать, Хан понимает, что его язык был высунут. Он наверное выглядел смехотворно со стороны. — Ты точно готов узнать причину? — интригующе начал младший. И либо эта информация была неинтересной и скучной, либо наоборот чем-то таким, от чего и Джи будет жутко после. — Да… Наверное. — Как тебе бы сказать. Папа и мама как-то совратили вашего классного руководителя и, ну, ты понимаешь, что было дальше. — Серьёзно?! — вскрикнул щекастый, округлив глаза и откинув джойстик, чтобы повернуться к Ликсу на девяносто градусов. — Или ты прикалываешься надо мной? — Ага. — Что «ага»? — Зуб даю, они это делают с симпатичными мужчинами и женщинами. Они не настаивают, но кто поддаётся на их чары, те погрязают в грехе похоти. И если мой отец вдруг предложит тебе привести своих родителей, то знай, наверное и они попадут под их чары. Представляя это Джисон кривится в лице. Нет, он не осуждает, но думать о своих родителях в таком ключе как-то отстойно. — Боже, ваша семейка наполнена одними извращугами. — Эй, а я-то почему? Джисон осуждающе посмотрел на Феликса из-за того, что он не помнил о своём нытье насчёт Чанбина и лишних интимных подробностей. — Мне напомнить? — Окей, ты меня раскусил. На самом деле у меня шкаф забит теннисными юбками и колготками в сетку. — Чего?! У Джисона голова кружится. Интересно, сколько ещё скелетов в шкафу он найдёт за эту ночь? Но, если честно, ему нравилось узнавать об этих фактах. Парни говорили об этом так легко, не заморачиваясь о своих увлечениях, и Хан чувствовал к ним уважение по этому поводу. Он и сам хотел так легко принимать свои заскоки. — Не хочешь их примерить? Мне кажется, они тебе подойдут. Хан краснеет, представляя себя в чём-то подобном. Ладно ещё длинное платье, которое он мерил, но коротенькая юбочка… Ох, если честно, его немного возбуждала эта мысль. — Если только ты тоже наденешь. — Ураа! Тогда сейчас ещё парочка раундов и мы разбираем мой шкаф. У Джисона предчувствие странное. Ощущение, будто ночь пройдёт очень интересно.