Часть 15. Истина в вине
25 июля 2022 г., 11:10
Сакура была на миссии.
Она подходила ко многим вещам в своей жизни, как к миссии. Она заранее анализировала данные. Настраивала любые возможные, вероятные, маловероятные, более всего вероятные, немыслимые исходы. Рассматривала внешние переменные, которые могут повлиять на конечный результат. Взвешивала варианты. Действовала с особой осторожностью и сохраняла постоянную бдительность.
Однако эта миссия потребует особого мастерства.
Пропылесосив безукоризненно чистую (на этот раз) квартиру, она обдумывала, как сообщить Саске, что в конце недели они собираются устроить вечеринку в честь Хэллоуина.
Потребуется много времени, чтобы убедить его, подумала она, вздохнув, отключив пылесос и любуясь своей работой. Он ненавидит вечеринки и ненавидит компанию… но у них самое подходящее место, так что…
Она подмазывала его всю неделю понемногу. Готовила его любимые блюда (даже добавляла немного мяса, хотя это убивало ее дух), убиралась в квартире, не прося (не лая), чтобы он помог ей, задавала ему вопросы по словарному запасу на уроке криминологии, не жалуясь, что это было шокирующая трата времени. В последнее время она прикусывала язык из-за многих ссор и старалась сохранять спокойствие в квартире, насколько это было возможно, чтобы не дать ему абсолютно никаких причин сказать «нет».
О, кого я обманываю? — со стоном подумала она. — Любимое занятие Саске — говорить «нет». Он слишком умный. Он говорит «нет» на вопросы, которые я еще даже не задала.
Помня о его быстром вето на ее идею устроить вечеринку у бассейна несколько недель назад, о его вопиющем отказе участвовать в «Ночи катания на смазанных маслом брезентах» и о его немедленном отказе от обучения ее вождению на его машине, Сакура знала, что она настроена самым негативным образом. И мысль о том, что он согласится устроить костюмированную вечеринку на Хэллоуин, праздник, который он презирал, о чем свидетельствует то, как он рычал на тыкву, которую она принесла домой, чтобы они вырезали на ней лицо, была в лучшем случае рискованной, а в худшем — откровенной глупостью.
Вздохнув, она выглянула наружу; уже темнело, а это означало, что он скоро вернется домой после смены в продуктовом магазине. Он всегда был в особенно скверном настроении сразу после работы, так что, возможно, это было не лучшее время, чтобы сообщить новости… нет, она приготовит для него ужин, когда он вернется, и она передаст ему пульт, и помоет посуду… затем накачает его алкоголем.
Идеально! — подумала она, хихикая. — У нас еще осталась бутылка «Русского стандарта» с вечеринки у Неджи в прошлые выходные… Я напою его, потом задам вопрос, и у него не останется выбора, кроме как согласиться в своем пьянстве! Это ГЕНИАЛЬНО!
Воодушевленная этой вновь обретенной уверенностью, Сакура бросила пылесос обратно в шкаф и, танцуя, отправилась на кухню, чтобы приступить к приготовлению ужина.
***
Если Саске и подозревал о ее желании напиться во вторник вечером, он этого не показывал. Как и следовало ожидать, он вернулся домой в порочном состоянии ума. Он бросил свой зеленый рабочий фартук на пол, как только зашел внутрь, и, хотя обычно она ругала его за то, что он ленивый кусок дерьма, вместо этого она приветствовала его сияющей улыбкой, подняла фартук и сказала: — Привет, Саске! Как прошел твой день? Все в этом было тщательно спланировано, вплоть до ее гардероба. Саске был в значительной степени асексуален, насколько она могла судить, но, как и у любого мужчины, у него был блуждающий взгляд, и она знала, что ему нравится время от времени видеть небольшие участки кожи. Она не видела абсолютно ничего плохого в том, чтобы носить майку с очень-очень глубоким вырезом и очень-очень короткие пижамные шорты, и она не упустила того, как его глаза задержались на ее ногах, прежде чем он сердито затопал на кухню. — Это отстой. Сакура сложила его фартук и положила на полку в шкафу, прежде чем последовать за ним. Он выглядел слегка удивленным, увидев, что ужин уже ждет его, и немного хмыкнул, прежде чем сесть за стол, чтобы поесть. — Спасибо, — пробормотал он, как будто его призыв к хорошим манерам стоил чего-то дорогого в его душе. — Без проблем! — весело сказала она. — И… что-нибудь после ужина? Он взглянул вверх, приподняв бровь, и увидел, что она держит: совершенно полную бутылку водки «Русский стандарт». Она выдержала его взгляд и постаралась сохранить невинное выражение лица, и он жестко кивнул в знак согласия. Есть! — с восторгом подумала она, садясь напротив него. После ужина Сакура указала на диван, и он в ожидании сел; она схватила первую безалкогольную жидкость, которую смогла найти в холодильнике, которой оказалась Кола, два стакана, и последовала за ним. — Есть ли причина, по которой ты решила напиться во вторник? — спросил Учиха, но его тон был любопытным, а не подозрительным. Это означало, что некоторое время она могла дышать спокойно. Только чтобы я смогла закружить тебе голову настолько, чтобы ты согласился устроить костюмированную вечеринку для всех наших засранцев в эти выходные, — подумала она. — Просто мне скучно, — вместо этого ответила студентка. Для этого ей нужно оставаться трезвой, хотя ее любимая водка так и манила; если она напьется с Саске, то, скорее всего, забудет, о чем пыталась его спросить. Или еще хуже: испортит все полностью, и ее друзья возненавидят ее. — Алкоголичка, — пробормотал он, но взял бутылку из ее рук и все-таки налил себе изрядную порцию водки, избегая всякой погони. Подсознательно Сакура нашла это очень привлекательным: Саске тошнило от алкоголя, но он пил его как мужчина. Наруто предпочитал девчачьи коктейли, Неджи требовалось что-нибудь приторно-сладкое в качестве гарнира, даже Киба не мог отказаться от выпивки без какой-нибудь женской добавки, чтобы разбавить ее. Но все, что делал Саске, было мужским, вплоть до того, как он опрокидывал рюмки водки во вторник вечером. Немного покраснев от собственных мыслей, она была так рассеяна, что не заметила, как Саске тоже двинулся, чтобы наполнить ее рюмку, пока он не сделал это. Сидя с ним на диване, когда их ноги соприкасались, Саске одной рукой держал ее рюмку, а другой наливал водку, она не могла отрицать, что в этом моменте было что-то явно интимное. Она чувствовала его больше, чем обычно, больше чувствовала его огненный запах и тепло, и вдруг почувствовала, что уже более чем немного пьяна, даже не выпив ни капли алкоголя. Помни о своей миссии! — в панике подумала она. — Сосредоточься! Ради твоих друзей, ты должна сделать это! — Пей, — пробормотал Саске рядом с ней, одним глотком опрокинув свою рюмку. — Хорошо, — тут же ответила она, делая то же самое. О, кого я обманываю? — подумала она, полностью отдаваясь своим низменным инстинктам. — Саске настолько приучен говорить «нет» людям, что делает это во сне. Никакое количество алкоголя в мире не вызовет его согласие. Я просто должна думать о чем-то другом. После того, как я оправлюсь от этого будущего похмелья. Неплохое решение! Извините ребята.***
— Это была плохая идея, — ошеломленно пробормотала Сакура, положив голову Саске на плечо. К этому моменту рюмки были полностью забыты, они напивались до дна бутылки, больше стремясь выполнить свою работу, чем желая стать еще пьянее. Еще чуть-чуть, и Сакура знала, что она будет в больнице… держать Саске за руку, пока ему промывают желудок, потому что он не мог держать спиртное так, как она. — Хн, — согласился он, а затем усмехнулся, и Сакура почувствовала гул в груди, когда он это сделал. Все, что он делал, было привлекательно, тем более, когда она была пьяна, и она не доверяла себе прямо сейчас, чтобы не сократить дистанцию между ними и не потрахаться с ним прямо на диване. — Как… у меня было много плохих идей. Но это? Это было особенно глупо. — Ты что-то бормочешь. — А ты секси! — выпалила она в ответ, как оскорбление, слишком поздно поняв, что сказала. Ухмылка Саске была отвратительной, когда он сунул бутылку ей в руки. — Черт. Что ж, теперь я вынула мешок из кота, не так ли? — У тебя все выходит задом наперед. — Неважно. — Но продолжай. — Ты сексуален, и я знаю это. Они оба рассмеялись, что свидетельствовало об их опьянении, потому что Саске был способен хихикать и язвительно хихикать, но редко, очень редко смеялся. Это была очень опасная территория. — Не думай, что я не замечаю, что ты тоже считаешь меня сексуальной, — добавила она, бросив на меня испытующий взгляд и скривив прищуренную гримасу. — Я также думаю, что ты сумасшедшая, — фыркнул он. — Но ты не отрицал другую часть! — Какую другую часть? — Что я секси! Здесь волна шуток и поддразнивания, казалось, изменилась. Глаза Саске, которые не раз останавливались на обилии кожи, которую она демонстрировала, снова переместились с ее лица на ноги и обратно. Она покраснела, чувствуя себя незащищенной под его бесстыдным взглядом, и выпила еще немного, просто чтобы чем-нибудь заняться. — Вот что делает тебя такой раздражающей, — размышлял Саске, откидываясь на подушки. Ему еще предстояло сбросить ее с плеча, так что ей еще предстояло пошевелиться. — Что делает? — Если бы ты не была такой красивой, ты бы не была такой раздражающей. Несмотря на то, что то, что он говорил, было первоначальным определением двусмысленного комплимента, Сакура не могла не чувствовать себя сильно, радостно польщенной. Любой парень мог назвать девушку горячей, или сексуальной, или милой, но Саске, даже пьяный, стойкий Саске, ни разу так не называл ее. — Ты думаешь, я красивая? — А-а, — без колебаний ответил он. — И это раздражает. Потому что ты не осознаешь, какое влияние оказываешь на парней. Ободренная алкоголем в ее кровотоке и Саске, говорящим совершенно правильные вещи, Сакура собралась с мужеством, которое она никогда бы не смогла проявить в трезвом виде. Она медленно подняла голову с плеча Саске и повернулась лицом к нему. Его черные глаза переместились, чтобы встретиться с ней, лениво, но все еще как-то очень сосредоточенно, хотя с учетом того, сколько он пил, он уже должен был быть на полу. — Даже на тебя? — тихо спросила она, остекленевшие глаза обводили сильный угол его челюсти, изгиб носа, форму тонких губ. Саске слегка приподнялся, и когда он потянулся к водке в ее руках, его пальцы намеренно задержались на ее, его прикосновение, как огонь, обожгло ее кожу изнутри. — Особенно на меня, — пробормотал он. Горячая инсинуация вызвала всплеск желания, пробежавший по ее животу и скопившийся между ее бедрами. Она собиралась поцеловать его, она знала, решимость крепла по мере того, как она приближалась к Саске все ближе и ближе, а он не отстранялся. Его взгляд был прикован к ее губам, выражение его лица было напряженным, хотя движения были чуть более прерывистыми и небрежными, чем обычно, и она протянула руку, чтобы зарыться в его волосы, когда… ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ. — О, вы, должно быть, издеваетесь надо мной, — выругалась она себе под нос, отстраняясь от Саске, словно обожженная. Выражение его лица было комичным, выражением шока, замешательства и раздражения, но она не могла больше смотреть на него. Не после того, как она чуть не пересекла, нет, чуть не испепелила очень важную черту между ними. Они были соседями по квартире. Они были друзьями. Они не могли быть чем-то большим, это просто было невозможно. И сейчас было не время заниматься этим, не тогда, когда они оба были в пьяном угаре и не в своем уме. Звонок в дверь, каким бы бесящим он ни был, как нельзя кстати прозвучал в более подходящее время. — Я открою, — без надобности пробормотала Сакура, спрыгивая с дивана и ковыляя к двери. Она споткнулась о маленький коврик и закричала: — Кто это, черт возьми, и какого хрена тебе нужно? — Это Киба, куколка! — ответил ее незваный (нежеланный) гость. — Ты уговорила Учиху на это согласиться? — Согласиться на что? — спросил Саске; Сакура головокружительно обернулась и увидела, что он стоит прямо позади нее, его бледные щеки залились румянцем, а каждый дюйм его лица был полон подозрения. И Сакура сказала единственное, что она могла придумать во время такого сильного стресса. — Пиздец.***
— Ты, должно быть, чудотворец, Сакура. — Киба просмотрел различные костюмы, висящие на стене хэллоуинского магазина, посмеиваясь про себя. — Уговорить Учиху устроить вечеринку для всех нас. — Да, ну, тебе лучше это оценить, — раздраженно огрызнулась Сакура. — Ты хоть представляешь, чего мне это стоило? Он заставил меня стирать его одежду. Например, его футбольные майки и прочее дерьмо. И там столько пота. И я должна делать это до Рождества. — Ты настоящая мученица! — Киба рассмеялся. — Почему ты просто не дала ему взглянуть, что у тебя под этими обтягивающими джинсами, а? Он бы сделал все, что ты хотела. Сакура ударила его по руке, и она знала, что ее удары были, ну, ударами, о чем свидетельствовало девчачье вздрагивание Кибы. — У тебя теперь есть девушка, — строго напомнила она ему. — И поскольку эта девушка — моя лучшая подруга, и я знаю, насколько она чертовски сумасшедшая, я была бы признательна, если бы ты свел похотливые комментарии к минимуму. — Перестань использовать слова, которых я не знаю, женщина. Ты и Ино совершенно одинаковые. Сакура вздохнула и потерла переносицу. Похмелье было ожидаемым и заслуженным, но это не означало, что она должна была наслаждаться им. Киба, идущий за покупками костюмов, был долгожданным отвлечением от опасных взглядов Саске, но резкий свет хэллоуинского магазина никак не успокаивал ее головную боль. Она была совершенно пьяна прошлой ночью, но не настолько, чтобы забыть о том, что чуть было не произошло между ней и Саске. Его признание в том, что он находил ее красивой, даже если это признание не было комплиментом… его загадочный ответ относительно того, привлекает ли она его или нет… запах огня и вина на его коже, когда они стали ближе друг к другу… Я бы поцеловала его, — подумала она, с отвращением рассматривая сексуальный костюм медсестры, прежде чем пройти к следующему проходу. Киба болтал рядом с ней, но она не обращала на него внимания, ее мысли были поглощены тем странным поворотом, который приняла вчерашняя ночь.— И я думаю, он бы поцеловал меня в ответ! Невозможно было не быть слегка взволнованной этой мыслью. В конце концов, ей нравился Саске, и возможность того, что ее чувства могут быть взаимными, была слишком заманчивой, чтобы полностью отбрасывать ее. Не делай этого, — резко отчитала она себя. — Не обнадеживай себя так. Он был пьян, а ты просто была рядом. Это ничего не значило. Это мог быть кто угодно, он даже не соображал. — Я нашел свой костюм, дорогая! — заявил Киба, выводя ее из задумчивости. Она подпрыгнула и посмотрела на него, увидев, что он держит в руках костюм волка. — У Ино была идея, что она будет Красной Шапочкой, а я — Большим Злым Волком, и… — Боже, ты такой банальный! — Сакура рассмеялась, вытесняя из головы мысли о Саске. — Вы оба, черт возьми, должны мне. Ну, сильно должны. Я полностью сделала это возможным. Я лучшая сваха в мире. — Да, да, да. Кем ты собираешься быть? Ты трогала каждый костюм и корчила им всем рожи… — О. Э-э, я буду этим. — Не глядя, она схватила костюм из вешалки и сунула его себе под мышку. — Давай заплатим за это и уберемся отсюда. У меня убийственная головная боль. Ей было немного не по себе из-за того, что она была такой стервой по отношению к Кибе, хотя он на самом деле ничего не сделал, чтобы заслужить это, но в данный момент она была в довольно сильном стрессе. Тем более, когда она вернулась домой и вытащила свой костюм из упаковки. Саске убьет меня, — со стоном подумала она. В ее руках был наряд куртизанки 1940-х годов, микроскопический, сексуальный и распутный, и точно такой, за который Саске уничтожит ее, если она наденет его. Затем злая улыбка исказила ее черты, когда она коснулась едва заметной ткани костюма пин-апа 1940-х годов, который она выбрала случайно. Не было ничего ужасного во флирте с Саске, не так ли? Может быть, я слишком пессимистично настроена, — подумала она, снова рассматривая костюм. — Может быть, я продолжаю пытаться отговорить себя от мысли, что Саске в меня влюблен. Может быть, так и есть, и это то, чем я должна заниматься. По прихоти она заперлась в своей спальне, сняла свою обычную одежду и примерила костюм, просто чтобы посмотреть, как он будет смотреться на ней. Крохотные шортики подошли идеально, как и корсет в горошек. Она любовалась собой в зеркале и думала о тонкой реакции Саске на ее гардероб прошлой ночью. Нет ничего более вдохновляющего, чем заставить мальчика по-настоящему отреагировать, и шансы, что Саске увидит ее в этом и не отреагирует, были ничтожно малы. К этому у меня есть ТОЛЬКО каблуки, — подумала она, ухмыляясь своему отражению.— С наступающим Хеллоуином, Саске!
