Abyss

* За день до выписки. Намджун раскинулся на стуле, раставив широко ноги и прикурив трубку сигары. Длинные пальцы крепко сжимали табак и он чувствовал себя расслабленно. В комнате царил полумрак. Вокруг сидели его старые друзья, которые играли шумно в покер. Деньги лежали пачками на краю стола. Намджун просто наблюдал за происходящим. Равных ему в этой игре никого не было, поэтому он редко играл, но ему нравилось проводить время со своими друзьями, поэтому он приезжал и просто подключался к их веселью. После той ночи, которую он помнил смутно, отец на него был очень зол и практически не разговаривал с ним, то и дело срываясь на него. Его любовь лежала в больнице под присмотром близнецов и это его раздражало. Почему даже в такой момент, он не может быть рядом с ней. Но осознавая, что она там из- за него, он ненавидел себя.. В самом начале, когда всё ещё только начало рушиться, он понимал, что должен остановиться и сделать шаг назад. Дать ей время чтобы успокоиться, а после извиниться. Но ему так надоела эта игра и так надоело притворяться, что он решил забрать своё силой. Наивно полагая, что она так влюбиться ещё больше, он не ожидал, что в ней вспыхнут чувства к другу детства Тэтэ. Его разозлило это ещё больше. Пока он не торопился с ней, оставляя всё на потом, он упустил тот момент, когда её сердце привязалось бы к нему. И вместо этого, оно выбрало того, кто никогда не совершал ошибок. И изо дня в день, эта любовь росла у него на глазах. Причиняя ей страдания, он надеялся, что она забудет о нём, что боль и страдания вытеснут Тэтэ из её сердца, но становилось только хуже. Когда он избивал её до обморока, она звала Тэтэ, не его. Во сне, в бреду, всегда и везде, она звала только его. Намджун выдохнул. Он чувствовал себя брошенным и одиноким. Это чувство стало разрушать его . Тёмные брюки, что облегали его крепкие мускулы на теле, сложились в складки. Чёрная рубашка, была растегнута до груди и он выглядел чертовски сексуально. Дверь отворилась и к нему зашла его новая любовница. Кучерявые волосы до пояса и смуглая кожа, что привлекала все взгляды в комнате, не могли не льстить его самолюбию. Он всегда выбирал всё самое лучшее. Она села к нему на колени и коснулась губами шеи. Практически сразу ощутила его стояк и улыбнулась. - Уединимся? - Не так быстро. - сказал Юнги, зайдя следом за Хосоком и захлопнув за собой дверь. Девушка встала и хотела уйти, но Намджун усадил её на свои колени и улыбнулся вошедшим братьям. - Я тоже рад вас видеть. - А я тебя нет. - огрызнулся Хосок и забрав стул, у сидящего на нём друга Намджуна, пододвинул стул к Намджуну и сел напротив. Юнги сделал тоже самое, но приближаться к Намджуну не стал. Юнги знал, что видя его глаза, держать себя в руках будет труднее и поэтому предпочёл держаться в стороне. - Чем обязан, брат.? - Я слышал, что ты не отказываешься от своего тупого желания жениться. Намджун улыбнулся. - А что? Хочешь жениться сам? Хосок передёрнулся. "Вдруг Намджун знает о моих отношениях.. Нет. Это блеф." - Я не знаю что ты ещё хочешь от этой женщины, я пришёл чтобы защитить её . Ты изнасиловал её и теперь я не вижу смысла для этого брака. Намджун знаком велел девушке убраться и его поза стала более напряжённой. Дверь за кучерявой тихо закрылась, в комнате повисла тишина. - Тебе не обязательно видеть смысл, брат. Я решаю каков будет смысл. Твоё дело уважать меня. Юнги ухмыльнулся и выдавил из себя смешок. - Уважать тебя? За что? Если бы не Шихек, я бы лично тебя убил. Брат. - сказал Юнги, глядя ему в глаза. Намджун сжал челюсть. Ситуация становилась всё более неконтролируемой. - Я уже сказал один раз и скажу вновь. Я женюсь на ней. Это никто не изменит. Намджун вдохнул сигару и выпустил дым в лицо Юнги. Хосок медленно встал и ни слова говоря, покинул комнату. Юнги посмотрел на Намджуна и отшвырнув от себя стул, что стоял рядом, медленно ему сказал. - Я бы на твоём месте, боялся бы дышать рядом с ней. Но ты видимо идёшь по пути самоубийцы . Юнги встал и вышел следом за Хосоком. Вразумить тупое, всегда было непосильной задачей. Намджун бежал на встречу своей судьбе, словно сумасшедший, бегущий за поводом потерять свой разум. Близнецы вернулись домой и напившись, легли спать. Никто не проронил ни слова. Говорить было не о чем. В каждом звучало безмолвие.