Be my meaning

      — Вов, ну кто так режет то? — Алина, вытерев руки вафельным полотенцем, подошла к парню, который по непонятной для себя причине вызвался помогать девочкам. В его планах было сидеть на диване и делать вид, что он кому-то здесь нужен, а не резать салаты под чутким руководством двух ведьм прекрасных девушек. — Пойди лучше крабовых палочек купи.       — Ладно, — парень пожал плечами и рванул к выходу, желая сбежать как можно быстрее, пока до Алины не дошло, что крабовые палочки ещё вчера лежали в морозилке, а сегодня, каким-то магическим способом, исчезли.       — Стой. Я же позавчера покупала две пачки, почему я их сейчас не нашла?       — Я с тобой не живу, ничего не знаю, я побежал!       — Вы с Дэном тут вчера пол дня одни сидели! — крикнула Алина уже в пустоту, закатывая глаза. — Я знала, что так будет.       Этот Новый Год парень ждал с предвкушением. По плану всё было просто потрясающе, сначала Вова-Дед Мороз придёт к Эле и подарит ей хомячка, о котором она долго мечтала, потом поедет к Алине домой, где они все договорились собраться. Оттуда они выезжают гулять, а потом Вова вернётся домой. К Лёше.

***

      — Алин, ничего более отвратительного, чем этот костюм я ещё не одевал.       — Во-первых, надевал. А во-вторых, представь как Эля будет счастлива! О, твои друзяшки с хомяком пришли, — девушка застегнув последнюю булавку на костюме Вовы, который был на него до ужаса большим, побежала открывать дверь, стараясь не зацепить все новогодние украшения, которые висели буквально повсюду. В этом году она настолько тщательно подготовилась, что сейчас каждая деталь в квартире приносила новогоднее настроение. Правда когда ты одет в огромную шубу, которая на тебе выглядит как одеяло на ветке, из-за чего пришлось надевать одновременно четыре кофты, вся эта новогодняя мишура ужас как мешает.       — Главное, чтобы эти друзяшки тарантула не купили, — Вова тяжело вздохнул, поправляя бороду Деда Мороза и поплёлся за Алиной, всё-таки зацепляя какую-то новогоднюю игрушку. — Блять, фонарик.       Дрейк первый завалился в квартиру, сразу же получая подзатыльник от Алины, за то, что не стряхнул снег с сапог, прежде, чем войти в дом. У него в руках были два объёмных пакета: в них должны быть наполнители и большая клетка для зверюшки. А в руках Ильи был маленький трёхцветный хомячок, который без какого-либо страха сидел в небольшой клетке.       — Я надеюсь, вы девочку купили?       — Ты в нас сомневаешься? — Илья, не последовав примеру друга, стряхнул с себя весь снег и прошёл в дом, аккуратно отдав клетку с хомяком хозяйке квартиры, затем получая от неё одобрительную улыбку. — А где… Бля, Вов, чё с тобой? — парень звонко засмеялся, хватаясь за рукав Дениса, который тоже во всю откровенно ржал. Алина только улыбнулась, наблюдая за этими двумя и переводя свой взгляд на слегка обиженного Вову.       — Ебать, смешно.       Не слегка обиженного.

***

      — Если я сейчас же не сниму этот костюм, то у меня будет вся шея красной от ебучей бороды и я умру от жары из-за этого меха и пяти толстовок.       — Вов, тебе нельзя его снимать, я обратно четырнадцать булавок цеплять не буду.       — Ну бля, — парень плюхнулся на кресло, пытаясь равномерно дышать. Илья с Денисом в это время, как маленькие дети, играли с хомяком, придумывая ей разные клички.       Разговор прерывается очередным звонком в дверь, от чего Алина подскакивает и идёт к выходу, зажмуривая глава, видя как хомячок в очередной раз чуть не упал.       — О, кажется, Арина пришла, не угробьте мне бедную девочку.       — Ты за бедную девочку переживаешь больше, чем за своего бедного любимого мальчика, — Илья перевёл свой взгляд с хомяка на Вову, победно улыбаясь и подмигивая другу.       — Ха-ха-ха, умираю от смеха, — Семенюк обернулся, разыскивая подушку. Не повезло маленькой беленькой подушечке, которая лежала на диване. Парень замахнулся, кидая её в Корякова, но тот успевает наклониться и «оружие» прилетает в голову Денису, который пытался соединить части большой клетки.       — Да блять, — парень хватается за только что прилетевшую подушку, кидает её обратно в Вову, но тому слишком везёт и она пролетает мимо неё, зацепляя одну из гирлянд.       — Всем привет! — Арина зашла в квартиру, снимая чёрную куртку и разуваясь. — Дайте глянуть на хомячка, — девушка подошла к ребятам, усаживаясь возле Дрейка и забирая с его рук зверюшку. — Так вы всё-таки мальчика купили?       — Мальчика? — Вова вопросительно выгнул бровь, смотря то на ребят, то на Арину, с хомяком в руках. — Ты шутишь что-ли?       — Я нет, сам посмотри, — Шикина протянула Вове животное, большим пальцем поглаживая его по спинке.       — Да ты гонишь, — Коряков буквально выдернул хомячка из рук, слегка приподнимая брови. — Ну, мальчики более активные… Наверное.       — Блять, она мечтала о Тоне, а не Антошке! — схватив подушку уже чёрного цвета Вова кидает его в Корякова, который быстро спрятался за Дрейком.       — Да вы заебали!       — Да какая разница кто это, — Алина, вернувшись с двумя кружками чая, присела на кресло, протягивая одну из них Арине. — Вы правда думаете, что для Эли это так важно? Скажешь, что это девочка, она тебе и слова не скажет.       — Будто она сама не догадается.       — Ну мы же не догадались, — Денис пожал плечами, переводя свой взгляд на Вову. Хоть бы снова подушку не кинул.       — Она то умней вас!       — Да какая уже разница, семь минут до Нового года осталось, — абсолютно спокойно протянула Алина, попивая чай, аромат которого разносился по всей комнате. — Когда пойдёшь, кстати?       Семенюк выдохнул, снова падая на спинку кресла. Почему вот прям всё всегда идёт не так, как надо?

***

      На двери квартиры висела маленькая белая снежинка, наверняка приклеенная Элей. Парень постучался в дверь, параллельно пытаясь понять, каково сейчас хомяку. Услышав топот ножек и визги: «Дед Мооз пишёл!» стало понятно, что пора входить в образ.       Дверь резко открылась и на него снизу вверх смотрела младшая сестра с горящими голубыми глазами. Она немного отошла, пропуская брата Деда Мороза в квартиру. Тот ещё не зашёл, как Эля начала что-то с вдохновением рассказывать, не останавливаясь.       — Я подготовила песню! — девочка немного откашлялась, сделала вдох-выдох, прикрыла глаза и начала. — Ма-а-а-аленькой ё-ё-ё-ё-ёлочке хо-о-о-о-олодно зимо-о-о-ой!       Эля очень способная девочка, и эта песня была бы прекрасной, если бы девочка не кричала каждое слово так сильно, что уши просто умирают. Зато с душой.       — Ты такая умничка, у меня наверняка есть для тебя подарок! — Вова полез в мешок, в котором лежало куча подушек, чтобы создать вид наполненности. Достал небольшую клетку, протягивая её сестре. На её лице сразу же появилась улыбка. Она слегка дрожащими руками взяла клетку, ставя её на пол и доставая хомячка. Немного рассмотрела его, поцеловала и посадила его обратно, подбегая к брату и крепко-крепко обнимая его.       — Воф, я знаю что это ты, но никому не скажу, не пееживай, — прошептала девочка, не выпуская парня из объятий.

***

      Кто бы мог подумать, что комфортная одежда может так обрадовать подростка. Переодевшись в любимые джинсы и чёрное объёмное худи, Вова уселся на кресло рядом с Ариной, которая что-то оживлённо доказывала ребятам, которые сидели напротив. Новогодняя ночь, зимняя атмосфера, ругань друзей. Что может быть прекраснее?       — Я чуть не умер в этом облике Деда Мороза, где ты его вообще нашла?       Всё внимание с несчастного фотоаппарата Шикиной перенеслось на только что вошедшего Семенюка. Тот только устало вздохнул, усаживаясь по удобнее.       — В школе. У нас там и Дед Мороз есть, и Снегурочка.       — Я надеюсь на новогоднем концерте Лютик был в другом костюме, — парень усмехнулся от своих мыслей, немного прикрыв глаза. Лютик, Лютечка, Люся — парнишка с 10-А класса, который больше еды любит только еду с майонезом. Спорт он не любит, потому что спорт не любит его, а потеет он так сильно, что за час с него можно выжать полуторалитровую бутылку пота. Его не гнобили, нет, но и не общались с ним. А на новогодний концерт он попал по просьбе его классной руководительницы. — Алин, почему ты даже не улыбнулась?       — Вов, у нас в школе есть только один костюм Деда Мороза.       — Блять.       — Чисто теоретически, если так подумать, то вы обнялись через этот костюм. А если вы надевали одну и ту же бороду, то это уже косвенный поцелуй, — Коряков сделал вид, будто задумался, но потом, спустя пару секунд во всю заржал, представляя себе картину их поцелуя. А потом, спустя долю секунды, увидел летящую на себя подушку от Семенюка и дёрнул Дениса за плечи, подставляя его тело как щит.       — Да вы заебали со своими подушками, за что меня то?       — Ну прости, солнышко, — Илья приобнял друга и в шутку чмокнул его в щёку зная, как тот это не любит. Младший только поёжился, начиная что-то доказывать Корякову, поправляя съехавшие очки.       — Знаешь, они чем-то напоминают мне рыб, — прошептала Арина, с усмешкой наблюдая за очередной перепалкой этих двоих. Потрясающая женщина.

***

      — Эти две сосущиеся рыбы меня уже заебали.       Вот уже пятидесятый раз они останавливаются, чтобы сделать «пару» фотографий. Вот и сейчас они остановились, потому что на фоне украшенных магазинчиков получится очень даже красивая романтик-фоточка. Ну а Илье, как самому умному, вручили роль великого фотографа, а он теперь бубнит по каждому поводу.       По плану они должны были пойти на каток, перекусить где-нибудь, ещё погулять и ехать домой. Остановки на «ну быстренько сфоткаемся» в этот план не входили. Кстати о катках.       Бля-я-я-я-ять! — Вова катки не любил. Все из их компании свободно владели коньками, а по льду будто летали. В ситуации с Вовой всё было наоборот. Коньки с него либо слетали, либо слишком сильно давили, ноги вечно разъезжались в разные стороны, а тормозил он только благодаря бортикам или другим людям, врезаясь в них.       И вот сейчас, казалось, лёд его принял. Он смог нормально проехать уже достаточно большое для него расстояние и всё было прекрасно, но был один ма-аленький вопросик.       А как тормозить?       — Извините пожалуйста, я правда не хотел.       — Ещё бы ты хотел! — тётенька, лет пятидесяти, осуждающе осмотрела парня, фыркая. И зачем извинялся?

***

      Почему-то настроение решило полететь вниз. На трон прекрасного самочувствия село самокопание, которое начало прокручивать в голове абсолютно рандомные моменты, делая их депрессивными.       За пару лет в жизни их компании всё кардинально поменялось. Общение с Ильёй и Денисом сейчас абсолютно не такое, они чертовски сильно отделились друг от друга, а свои секреты Вова в первую очередь рассказывает Алине. Все как-то уходят друг от друга, отдавая своё внимание другим людям и продолжая пытаться спасти дружбу. Они всегда были втроём, а сейчас что?       Вова обвинял в этом себя. Он не мог назвать ни одной проблемы ребят, которые произошли за десятый класс. А они знали и про проблемы с Лёшей, и мамой, и вообще практически со всем. Он ведь не заслуживает их.       Они были втроём с самого глубокого детства. Они вместе росли, вместе учились, вместе грустили, вместе смеялись, жили вместе. По любому поводу он бежал к ним. Они думали, что делать. И раздумывали они так, ещё сидя на горшках. А сейчас либо: «Знаешь, Лёш, тут такая проблема», либо «Алина спасай, у меня пиздец».       В таких ситуациях обычно спасает тётя Люба и пару бутылочек дешёвого алкоголя. Ну и ключ от крыши, который любезно одолжил Лёша.       Сейчас новогодняя ночь, весь город светится, всё должно поменяться и должны сбыться мечты. Сейчас они втроём. Вова, Дрейк и Илья. Те самые друзья, которые раньше проводили важные разговоры на горшках в детском саду, а сейчас с каким-то отвратительным шампанским на крыше многоэтажки.       — Тут так тихо, — Денис подполз ближе к краю, осматривая город.       — Щас бы кукурузку, — Коряков улёгся на спину, задумчиво покусывая губу и немного улыбаясь.       — Романтик, блять.       — А помните, как мы в седьмом классе продумывали план, чтобы Алина в Вову влюбилась?       — Да-а, я тогда на листочках писал, что люблю её.       — Переобулся получается, — Денис пожал плечами всё также сидя на краю.       — Угу, когда-то в любви девушке признавался, а щас тебя мужик трахает. Американцы меняют людей.       — Да бля, Илюх, ты когда бухой, в дурку всё превращаешь, — Вова улёгся рядом с другом, шмаркая носом. Скорее всего, опять заболеет, ничего нового. — Как думаешь, Дэн уебнётся вниз?       — Не, сомневаюсь.       — Блять, чуть не упал!

***

      Сейчас настроение было не то что грустное, скорее уставшее. И это уставшее настроение даже перебило ненависть к лифтам. Зато сейчас он придёт домой, уляжется спать, а завтра поест салатики.       В доме, как обычно, мало света. Освещение только от небольшой лампы в спальне, куда и направился Семенюк. На расстеленной кровати, чуть ли не звёздочкой лежал полусонный Лёша, уставившись в потолок. Он говорил, что будет праздновать Новый год с какими-то знакомыми. Наверное, как раз из-за этого не успел переодеться.       Вова улёгся рядом с ним, сгибая ноги в коленях, и также устремляет свой взгляд на потолок. И впервые замечает, что он натяжной и можно увидеть своё отражение.       — Как отпраздновали?       — Прекрасно. Правда, я раз десять упал, но отпраздновали мы прекрасно. А вы как?       — Нормально.       — Слушай, Лёш, а почему ты с Америки уехал? — протараторил Вова, задерживая дыхание. Он был уверен, что сейчас лучший вариант расспросить его про всю эту суматоху.       — Длинная и скучная история, не забивай себе голову.       — А кто такая Кира?       — Откуда ты…       — Тот очень интересный и разговорчивый челик что-то протараторил про какую-то Киру и ушёл, когда ему позвонили.       — Не удивительно.       — Ну так расскажешь? — Вова пододвинулся ближе к Губанову, находя его руку, и немного сжимая её. Почему-то он подумал, что это поможет.       И это помогло.       — Я с детства мечтал в Америке жить, а мы компанией дружили, я, Тоха и Шевцов. Ну, у нас с Лёхой интересы совпали, решили что вместе поедем когда вырастем, — Лёша остановился и нахмурил брови, будто копаясь в воспоминаниях. Наверняка, там что-то неприятное произошло. — Мы английский постоянно учили, искали чем там заняться можно, планы продумывали. В общем, готовились буквально всю жизнь. Когда там обжились, всё прекрасно было, заработок приличный был. Мы помогали людям с других стран тут обживаться, чтобы риелторов хороших найти могли, на мошенников не попадались. А их там достаточно. Мы сначала вдвоём справлялись, а потом дела в гору пошли, к нам ещё один парень пришёл, он с Германии был. А чуть позже девушка пришла. Кира. — Он тяжело вздыхает, продолжая бездумно рассматривать потолок.       — Она была, наверное, самой красивой девушкой, которую я встречал. Всегда идеально выглядела, безумно следила за собой. Она всегда гордая ходила, никогда слабости свои не показывала. А когда мы наедине оставались, она казалась такой искренней. У меня проблемы с доверием всю жизнь были, а я ей доверился. Почти сразу же, — Вова повернулся на бок, вслушиваясь в каждое слово. Он просто хотел показать, что слушает, и что ему не плевать. По крайней мере для Семенюка такие мелочи были до ужаса важны.       — Мы начали встречаться и у нас были, казалось бы, идеальные отношения. Я по уши в неё влюбился, готов был на всё ради неё. А потом она забеременела. А я детей никогда не хотел, мне они не нужны. Она обрадовалась, сказала, что давно о малыше мечтала, ну а я решил, что если хочет она, значит надо будет просто смириться. Я смирился. А на пятом месяце она созналась, что ребёнок не от меня, и что ещё до знакомства со мной она встречалась с парнем, который с Германии приехал. Я не догадывался об этом даже, они делали вид, что ненавидят друг друга. А потом просто не смог там жить, она была буквально во всём. Куда не посмотришь, её вспоминаешь. Ну я и вернулся в родной город и родную школу. Сказал, что носитель языка. Меня и приняли быстро. Ну а дальше ты и сам всё знаешь. — Лёша ещё раз вздохнул, покусывая губы.       Наверное, говорить сейчас что-либо нет смысла. Это явно оставило большую рану в его сердце и словами её не залатаешь. Даже представить сложно, что чувствует человек, который посвятил всего себя, полностью доверял, а потом об него просто вытерли ноги и улыбнулись едкой улыбкой на прощание. Сложно представить, сколько вообще чувств переживает человек.       Вова был самым обычным подростком. Слегка отросшие волосы, худое до безумия тело, футболка, порванные джинсы, старые потёртые кеды. Внешний вид никогда не был для него чем-то важным. Какая разница, как ты выглядишь, если от тебя всё равно могут уйти из-за плохого характера и гнилой души.       Он всегда говорил себе, что не нужен в этом мире. Возможно, без него ничего бы не изменилось. Он не знал, что будет делать после обучения, что с ним будет и куда он вообще денется. Он не видел смысла в своей жизни. Он не видел смысла в своём существовании.       А сейчас, спустя каких-то несчастных полгода, всё перевернулось. Абсолютно всё. И, похоже, много лет самокопания всё-таки привели его к тому, что он наконец-то нашёл этот смысл. Смысл жить.       Парень пододвинулся вплотную к Лёше, одной рукой обнимая его. Старший повернул голову набок, вдыхая аромат яблочного шампуня.       А что если этого всего не было?

***

      Вове крайне нравилось ходить по пустой школе. Тихо, спокойно и приятно.       Заглядевшись в бумажки и читая какую-то анкету про одну из одноклассниц, он врезался в какого-то слишком длинного старшеклассника. Только вот глаза у него были нереальные. Он, кстати, только их и запомнил. Глаза как у Элли. Серо-голубые и казалось, такие глубокие, утонуть можно. Одиннадцатиклассник, наверное. Впрочем, Вова особо не удивился, тому что так получилось и просто пошёл дальше. Не впервые он в кого-то врезается.       — Эй, извинись хотя бы.       — Прости, — Семенюк пожал плечами, продолжая нести анкеты учителю искусства.