Язык цветов

От неожиданного напора Иуды девушка немного растерялась, не успевая среагировать на все его действия, будучи такой гибкой и податливой в его руках. Как только она оказалась на столе, её рука быстро положила телефон, чуть отталкивая его в сторону, чтобы он не мешал и наконец обвивая руками шею парня. Она смогла ответить на его поцелуй, сминая губы в ответ, в то время как одна из её ног поднялась чуть вверх, расположившись на бедре юноши. Большая часть их вечера прошла в подобном сексуальном напряжении, поэтому сейчас это ощущалось как глоток воды после суток проведённых в пустыне.       Рука Иуды тут же скользнула по ее бедру под подолы юбки, слегка сжимая их. Платье мешало ему и очень сильно. Сделав вывод, что девушка не против, юноша завел руку за ее спину и нащупав замок, легко его расстегнул, не прерывая их поцелуя. Она была будто немного неопытна, но ему это понравилось и завело еще больше. В целом ему было все равно, девственница она или нет, но первое было бы приятным бонусом. «Черт, Клод, ты серьезно? Не нужно показывать ей свои ужасные фетиши. » Он поднял девушку под ягодицы и решил, что лучше переместиться в спальню. Так, не отрываясь друг от друга, он донес её до спальни, стягивая по пути платье. Оно осталось лежать около кровати.       Юноша навис над ней, смотря на красивое тело, что освещала луна и на эту маску. Нет, нельзя ее снимать. Все равно утром он узнает, кто перед ним.       Иуда взял ее руку и поцеловал каждый пальчик, делая то, что хотел сделать ещё в саду. — Ты разрешишь мне…? — когда он в последний раз вообще спрашивал у кого то разрешение на секс? — Да, — сама Агата изнывала от желания, она не помнила, чтобы чувствовала подобное прежде. По сравнению с тем случаем в отеле, она была так счастлива сейчас, и не смотря на собственную неопытность, практически не стеснялась этого. Когда её тело коснулось мягкой поверхности кровати, она рефлекторно выгнулась в спине, прижимаясь к животу Иуды. Не смотря на его активные действия и явное доминирование, он был так нежен с ней, будто она была фарфоровой куколкой, которая могла развалиться от любого прикосновения. Пухлые от поцелуя губы Агаты были чуть приоткрыты, практически ничего от помады на них уже не осталось, зато с них сорвался один томный вздох, отдалённо напоминающий стон. «Я не причиню ей вреда»       Кларк вспомнила эту фразу, те слова, которые она хотела слышать все эти мучительные месяцы. Неужели этот кошмар наконец закончится?       Клод приподнялся над девушкой, снимая с себя галстук и расстегивая пуговицы рубашки. Юноша откинул ее в сторону, обнажая красивое и подтянутое тело с легкими очертаниями пресса. Настоящий дьявол, такой красивый и вызывающий желание. На него падал свет луны, отчего рельеф торса казался ещё выразительнее от глубоких теней. Иуда вновь взял девушку за руку и прошелся языком между ее пальцами, при том смотря в ее глаза. Его янтари блестели от света луны и создавалось ощущение, будто они светились в темноте. Чертов развратный Иуда.       Юноша игриво прикусил ее пальчик, длинный язык скользнул по руке, а вид белоснежных клычков был завораживающим. Да весь этот Иуда был завораживающим. Он постепенно стал наклоняться к ней, прокладывая дорожку из поцелуев и добираясь до ее плеч, осторожно целуя их и при том поглаживая бедра.       Тело Агаты было таким изящным и плавным, её тонкие запястье, хрупкие плечи и длинная шейка так сочеталось с крупными руками Иуды, на которых от напряжения выступали вены и с его относительно широкими плечами, что казалось, будто их сделали специально друг для друга. Шея была особенно чувствительным место, поэтому как только парень касался её поцелуями, то Кларк резко вздыхала. Перед ним она была словно открытая книга, но при этом он изучал каждый её сантиметр.       Когда Иуда склонился к её плечам, то руки девушки обвили его спину, утыкаться носиком в шею и тихо постанывая от поцелуев. Девушка крепко держала его, одну руку запуская в копну волос, прижимая ещё сильнее, хотя куда ещё ближе.       Он будто хотел слиться с ней воедино, осторожно оглаживая тело, оставляя легкие следы от своих поцелуев и даже покусывая её шею, игриво и осторожно.       В лунном свете маска блестела, Клоду хотелось снять ее, но нет, нельзя. Нужно потерпеть. — Ты так красива, Флора, — любуясь ею, он постепенно спускался ниже, ласки были неторопливы, а его прикосновения нежными, отчего возбуждение сильнее нарастало. Он сам не ведал, что с ним происходит. Какие к черту ласки и зачем они нужны? Главное личное удовольствие. Но нет, он хотел, чтоб девушка изнывала от желания, чтобы ей было приятнее, чем ему, чтобы она получила это удовольствие. Сейчас его эгоизм отошел на задний план.       Его рука потянула за ее спину и сняла мешающий лифчик, а затем он потянулся к ее трусикам, которые тоже вскоре отправились на пол.       Он достал из прикроватной тумбы смазку и презервативы, расстегнул ремень и избавился наконец от сдавливающих его штанов. Иуда выдавил на руку прохладную смазку и провел по половым губам, раздвигая их и осторожно одним пальцем проникая в девушку.       Пальцы девушки сжали простыню, а сама она выгнулась, чувствуя внутри себя его пальцы, она и без того сильно намокла за это время, но смазка значительно всё упростила, пускай и была неприятно-холодной. Агата не чувствовала боли, а лишь приятное наслаждение, от которого не хотелось избавляться. Она чуть нахмурила бровки, прикрывая глаза и на её лице появилось очаровательно сосредоточенное выражение. Желая ощутить чуть больше трения, Кларк сжала бёдра, зажимая руку Иуды между ними. Грудь девушки часто вздымалась, выпуская с уст тихий и мелодичный стон, который являлся как бы маленькой благодарностью за предоставление удовольствия.       Волосы Агаты беспорядочно рассыпались по одеялу, создавая какие-то причудливые узоры. Всё её внимание, все её чувства были сейчас сконцентрированы на нём одном. Одна из её рук резко переместилась на грудь, чуть сжимая её, и от этого выпуская ещё один стон, который разлетелся по комнате, ударяясь о стенки и словно эхом возвращаясь к молодым людям.       Он плавно и ритмично двигал пальцами, но потом ввел их полностью, делая быстрые движение на месте, вытаскивая их на сантиметр максимум, в итоге согнув их, проходя по стенкам шейки подушечками и срывая с губ девушки все больше и больше стонов.       Терпеть уже было просто невыносимо. Быстро надев презерватив, обильно смазав его, он убрал из Флоры пальцы и разведя ноги девушки, осторожно стал входить в нее, немного хмурясь из-за ее узости. Он держал ее за бедра, помогая себе, а после потянул на себя, плавно входя в нее на вся длину. Иуда запрокинул назад голову и простонал. Как же хорошо…       Ощущение члена внутри заставило Агату вновь изогнутся, она буквально извивалась под ним, не находя себе места и этими движениями лишь прося продолжения. Девушка поднесла ладонь ко рту, кусая её тыльную сторону, чтобы издавать меньше звуков, но не смотря даже на этот своеобразный кляп до слуха Иуды могло доноситься довольное мычание. Подобного удовольствия она не испытывала никогда, ей казалось, что она просто в раю. Девушка всё же открыла глаза, чтобы взглянуть на лицо Иуды, такое красивое сейчас, она протянула руки вперёд, приглашая его в свои объятия.       Юноша наклонился к ней, ему не понравилось, что она заглушала себя, что она укусила себя. Место укуса тут же было поцеловано, а затем затянута в поцелуй и сама Флора. — Я хочу слышать каждый твой стон, ведь они для меня награда, — сказав это, он продолжил поцелуй, горячий и влажный, а пока целовал, начал аккуратно двигаться, заставляя ту стонать под ним громче и громче с каждым толчком.       Она была такой красивой в его глазах, такой желанной и все еще невинной. И таким выражением любви он вовсе не запятнал ее, а напротив, заставил ещё больше расцвести. Секс бывает не только пошлым и грязным, Клод.       Он сам иногда скромно постанывал, что услышать от него можно было крайне редко. Юноша немного отстранился и, крепче взяв ту за бедра, стал насаживать на себя. Он хотел, чтобы девушка испытала оргазм, чтобы кончила вместе с ним, что ж…он должен очень сильно постараться для этого.       Иуда приподнял ее, заставляя сесть на него и придерживая все также за бедра, стал быстро насаживать девушку на себя.       Перед кроватью стоял шкаф с зеркалом, в котором Агата могла видеть довольно накаченную и мощную спину Клода. Она точно не была самой низкой, особенно в отношении девушек, выделялась модельным ростом, но на контрасте с ним она была такой маленькой…хотя Иуда тоже не то, чтобы гигант.       Оказавшись сверху, Агата всё также крепко прижималась к Иуде, будто он был её спасательным кругом, она не позволяла разъединяться их телам больше, чем на пару секунд. Флоре нравилось обнимать его, прижиматься к груди, играть пальцами с его волосами и проводить ногтями линии по шее и плечам. Еë взгляд устремился на их отражение в зеркале, из-за спины выглядывали её тёмные зрачки, а нижняя часть лица, будто была спрятана. Глаза так светились, что казалось, словно она улыбается, но на деле же если её рот не был занят стонами, то она прикусывала нижнюю губу. Взгляд Агаты зацепился за чёрную ленточку, что удерживала маску на лице и девушка едва боролась с желанием потянуть за неё. Ещё один толчок отозвался лёгким покалыванием в ногах. — Мне кажется, я скоро… — Кларк проговорила это достаточно громко и отчётливо, поднимая голову и целуя ухо Иуды, чтобы тот точно обратил внимание.       Юноша ускорился, хотя сам уже стал уставать от таких быстрых механических движений, но просто не мог позволить кончить себе первым — настоящий джентльмен.       Оргазм был настолько сильным, что в глазах немного потемнело. Агата натянулась как струнка, прижимая лицо Иуды к своей груди и руками сжимая пряди волос на затылке. Своими движениями он только продлил приятное ощущение и девушка почувствовала как сильно устала, ей не хватило даже сил, чтобы укрыться, поэтому это сделал за неё юноша.       Он почувствовал, как Флора сжимает его, мышцы матки сократились, значит девушка кончает. Не останавливаясь, он скоро кончил и сам, оставаясь в ней. Приобняв ее влажное тело, Иуда долго целовал ее, повалив на кровать и наконец таки вышел, укладываясь рядом и обнимая, мило чмокнул в макушку. — Доброй ночи, — Клод даже не заметил, как быстро уснул, а вслед за ним уснула и Флора.       Прижимаясь к его груди Флора проснулась уже без маски, что открывала лицо Агаты. Проснулась она от звука газонокосилки на улице. Кларк хотела потянуться, но её движения сковывали чьи-то крепкие объятия. Воспоминания прошлой ночи волной нахлынули на неё, заставляя улыбнуться. Наконец она увидит лицо того, кто был с ней. Агата медленно повернула голову, чтобы не разбудить ещё спящего… Клода?! Она едва не закричала, но вовремя остановила себя. "Вот же дерьмо"       Нужно было что-то сделать, что-то… что-то… нужно было уйти. Как можно скорее. Пока он не проснулся и все не увидел.       Агата аккуратно приподняла руку парня, спускаясь на пол. Она была абсолютно голой, поэтому второй её задачей было найти всю одежду. На умывание и прочую ерунду времени она тратить, конечно, не стала, быстро одеваясь и хватая телефон со стола в кабинете, она очутились в коридоре, справляясь с замком и стараясь как можно тише уйти. — Что это блять такое было? — прошептала Агата, когда дверь за ней закрылась.

***

Спал Клод крепко как никогда, его не мучили странные сны, он ничего не запомнил, даже если те снились. Но вскоре он ощутил легкую прохладу и проснулся. Каким же удивлением было то, что девушки рядом не оказалось. Место, где она лежала, уже потихоньку остывало, значит, ушла она давно. Может…она в ванной? Не теряя надежды Клод пошел туда, он обошел небольшую квартиру, но ее не было нигде, а входная дверь не была заперта на щеколду, вещей ее тоже не было. Он сел на край кровати, нервно хмыкая и потирая переносицу. — Что за золушка мне попалась? — Клод с удивлением вспомнил, как вел себя с ней, будто это был и не он вовсе. Как так вышло… почему она сбежала? Поняла кто рядом с ней и испугалась его? После всего, что было? Со злости он ударил кулаком смятые простыни и упал на кровать, раскидывая руки. Только сейчас он обратил внимание на то, что маска исчезла… она не спала во сне, не закатилась под кровать. Она именно исчезла. Это означать могло только одно… отлично, он упустил свою судьбу. Ну, что ж, милый цветочек, от судьбы не убежать. Он был настроен серьезно, потому собирался найти ее. Видимо, это не была его постоянная любовница. Та бы хоть записку оставила.

***

Агата добралась до дома пешком, было удивительно как быстро она передвигалась на ещё только вчера неудобных туфлях. Закрыв за собой дверь, Агата наконец могла всё хорошенько осмыслить и вспомнить события прошлого вечера. Иуда и эта маска ну как она сразу не догадалась, что под ней скрывается Клод?! Хотя она бы скорее представила его в образе Сатаны, но не суть. Их разговор с таинственным незнакомцем, его речи. После этого Клод говорил, что тот много о нём знает. Точно не братья Фаусты, слишком мелкий для кого-то из них, да и его внешний вид больно уж необычный. Исаак? Вполне возможно. Да! Он ведь предупреждал её, кто ещё мог сказать подобное, если не её соратник. Что ж практически весь пазл сложился, но оставался единственная несостыковка — поведение Клода. Если бы она рассказала Исааку, как он вёл себя, то тот бы рассмеялся и сказал, что у неё по всей видимости полетела крыша или поднялся жар, Кларк и сама уже начала думать, что может всё это ей причудилось. Однако, помимо этой маленькой несостыковки была одна большая и очень большая проблема — Агата проснулась без маски. Когда она подумала об этом, то тут же подскочила с кровати, подходя к зеркалу. —Агата, ты такая дура… просто самая… самая полная дура, которая есть только на этом свете! Тебе проблем мало?! — Кларк наклонилась, хватая подушку и кидая ее в зеркало, — Ненавижу тебя, ненавижу, ненавижу.

***

И вот Клод в академии, злющий сидит на парах, огрызается на преподавателей и унижает профессоров своими знаниями. Обеспокоенные близнецы попытались выпытать, что же случилось, но тот все отнекивался. Он не был готов рассказать о произошедшем на балу даже им.       Его телефон завибрировал, он посмотрел на экран и улыбнулся своей гадкой, хищной улыбкой. — Если вы хотите, чтоб я перестал быть дерьмом сегодня, то развлеките меня. Идемте, — и троица направилась в сад.

***

      Во время обеда Исаак сидел на их привычном месте и держал в руках коробочку, в которой лежал кекс с кремом, посыпанный будрой. Один уже был съеден, второй предназначался для Агаты, которая уже вскоре присоединилась к нему. Он, болтая ногами, протянул ей коробочку. Сегодня их компанию дополнял букет нарциссов, что валялся в урне, видимо ещё со вчерашнего бала.       Агата пришла буквально никакая, её утренняя истерика лишила её и тех сил, которые она получила во время сна. — У них такие кексы только после бала продаются, я тебе тоже решил захватить. Раз в год по сути попробовать можно, — Девушка села на лавочку, впервые отказываясь от сладости Исаака и пряча лицо в руках. — Так это ты Понтий Пилат? — девушка решила сразу спросить, ей нужно было точное доказательство, потому что в своей логике она всё-таки сомневалась, так как в Кларк обычно превосходила интуиция. — Ага, — как ни в чем ни бывало ответил Исаак, — ты тогда не внемлела моему совету и, видимо, все кончилось очень плохо? — быстро сделал вывод юноша. Все же кто был рядом с Клодом он не знал, но раз девушка догадалась, то это точно была она, ведь с девушками в тот вечер он больше не общался. Да и образ тот ей очень шёл, — Расскажешь, что стряслось?       Агата кивнула, затем немного смутилась, думая о том, что есть все таки хочется, потому кекс она приняла, но перед рассказом уточнила: — Если маска исчезла на утро… это ведь значит? — Кларк приподняла бровь, смотря на Исаака. Это было простой истинной, которую знали все, но доля надежды теплилась внутри.       Глаза Исаака мгновенно расширились от удивления. Он впервые за все время испытал какие-то эмоции, на его лице застыл шок.       Как? Это злая шутка судьбы? Несколько секунд он даже не знал, что сказать — Да, вам судьбой суждено вместе быть, — кое как выговорил юноша.       Она переспала с ним! То есть Клод предал свою единственную пассию и не сдержавшись трахнул Агату?! Как такое вообще могло быть, да и его поведение тогда, с ума сойти… — Я бы не смог в это поверить, ты такая чистая, невинная, а он такая свинья и… кажется, кто-то свыше хочет, чтоб этот человек изменился, прежде чем встал во главе мира… угх, — Исаак был очень шокирован, даже не скрывал этого, но вскоре успокоился. — Только никому, пожалуйста, — попросила Агата. Меньше всего ей хотелось всю жизнь прожить рядом с ним. Да ни за что такой как он не изменится, пусть ночью он и вёл себя так, это просто был очередной обман вот и всё — Не скажу. Что ж… видимо, ты сбежала, не поговорив с ним, — и после этой фразы к ним подошли близнецы вместе с Клодом. Исаак безразлично смирил взглядом эту компанию. — Здравствуй, куколка, — с мерзкой улыбкой сказал Клод, скрещивая руки на груди, — как тебе бал? — хитрая улыбка была на его лице, но вчера он так мило улыбался…       Близнецы, все это время стоявшие за спиной Клода, оживились. Они будто отмерли, приближаясь к ней и садясь по обе стороны от несчастной, выгоняя Исаака грубым рывком за запястье. — Помягче можно, — опять это безэмоциональное лицо. Исаак почувствовал, как Клод резко прижал его к себе и недовольно посмотрел на него. Как он не любил прикосновения, а он руку закинул на его плечо!       Фернанд склонился к её уху, начиная целовать. За пышными зелеными кустарниками никто ничего не увидит, потому беспокоиться было совершенно не о чем. Клод возвышался над ними, точно надзиратель, удивительно, что он еще не достал телефон, дабы заснять происходящее. Да и благо он не присоединялся, ведь если бы так и было, то девушка точно бы не выдержала, разрыдавшись в голос. Но его задумчивый внимательный взгляд хоть и был направлен на нее, будто бы был где-то не здесь. Он явно думал о другом и Агата точно знала о чем. Вернее сказать о ком.       Фернанд уже выцеловывал её шею, пока его рука скользила по бедру девушки, как тогда, в туалете. Кажется, они решили не заморачиваться с прелюдиями и сразу перейти к десерту.       Кожа Агаты из-за неаккуратных движений, таких резких и грубых поцелуев мгновенно стала краснеть и покрываться синяками, а Клод все также продолжал безмолвно наблюдать, не мешая Фаустам.       Братья стали действовать все активнее, Фестер же и вовсе резко дернул край блузки, отчего пуговицы отлетели на красную крошку, из коей была вымощена дорожка под скамьей. — Милочка, как себя чувствуешь? — поинтересовался Фауст, кладя руку на ее бедро и поглаживая, — ничего не ощущаешь? Возбуждения, например? — близнецы стали активно лезть к Агате, один из н х сильно сжал ворот ее рубашки и дернул, отчего оторвались пуговицы и обнажилась грудь       Лицо девушки исказилось в отвращение и непонимании, Исаак просто ушёл, молча покинул её, оставляя им на растерзание, конечно, у Кларк были мысли о том, что он может оказаться вовсе не таким верным и преданным другом, но оказаться подставным другом от Клода-это было слишком. Агате и без этого было нелегко, эта идиотская ночь на балу, о которой она пыталась забыть, как о кошмаре, будто скрипом отдавалась в душе, и ещё более неприятно было видеть его сейчас перед собой, он ведь не знал ничего, хотя остановило бы это его , если бы он знал, Агата была уверена, что нет. Она не признается даже, если у её виска будет курок, по крайней мере так она думала сейчас. Прикосновения близнецов были такими грязными, неприятными и будто липкими. Сил было не так много, она даже особо не сопротивлялась, загнанная в ловушку, смирилась со своей участью. —Почему ты просто не оставишь меня в покое? Злобно глядя на Клода, процедила девушка, словно близнецов тут и не было. Да вы шутите что ли? С самого утра после бала, да как им не надоело. Ладно близнецы, но Клод, его лицо было видеть невыносимо. На ком из них двоих тут ещё была маска. Агата попыталась прикрыться, но четверо рук против двух, победа была явно не на её стороне.       Кларк подняла умоляющий взгляд на Исаака, да, он говорил, что не сможет помочь ей в случае чего, но хотя бы позвать учителей, он ведь был в школе. — Исаак… — тихо проговорила Кларк, ей не хотелось, чтобы весь этот кошмар повторялся вновь, на кого ей ещё надеяться.       Исаак вывернулся из объятий Клода и посмотрел на наручные часы. — Афродизиак, который я ей подсыпал, начнет действовать еще минут через пять, — внезапно сказал Исаак, совершенно игнорируя девушку, — знаешь, ты могла быть и поумнее. Иуда и Понтий Пилат, — безразлично бросил юноша. — Останешься насладиться шоу? — с лица Клода прямо не спадала улыбка. — Нет, мне это не интересно, — юноша ненадолго посмотрел на близнецов, а затем на Клода, — если бы тебя ебали близнецы, вот тогда я бы задержался, — он развернулся, покидая их. Единственный, кто был так дерзок с Клодом. Фельхейм проводил его недовольным взглядом, но вскоре его внимание было сосредоточено только на Агате и близнецах Фаустах. — О, удивлена? Я попросил его подружиться с тобой, я знал, что он понравится тебе, — Агата хотела сквозь землю провалиться. Словно в сказке про Золушку она сбежала от своего прекрасного принца, вновь становясь обычной служанкой, которая ежедневно терпит издевательства мачехи и сестёр, вот правда тут всё было похуже. Лучше таскать за них вещи и делать им домашку, но кому здесь это надо.       Кларк немного подёргалась, уже скорее из приличия, потому что понимала, что спасения ей нет. Афродизиак стал понемногу действовать, словно одурманивая рассудок и уже не давая также трезво мыслить. Что с ним не так?       Вот теперь уже она точно будет чувствовать себя запятнанной.       Фастер хищно улыбнулся, нагло проводя рукой по ее ребрам и смещая лифчик вверх, обнажив наполовину грудь девушки. Брат помог ему, поднимая вверх лифчик и с другой стороны. Они резко стянули с нее блузку, что упала на скамью, оголив и плечи.       Перед Клодом была столь возбуждающая картина, а он всерьез думал лишь о том, что бы сказала на это Флора? Конечно, она бы пришла в ужас. Далекая от такого, девушка скорее всего была не из богатой семьи, и уж точно не из самой знатной. Пальцы рук Клода, скрещенных на груди, сжали плечи от злости. Переучить себя и правда не просто, но он так желал выдворить Агату не то, что с Академии, сколько с факультета, потому не мог заставить себя остановить Фаустов.       Те тем временем уже задрали юбку, пробираясь пальцами к промежности. Фернанд скользнул пальцами под ее трусики, вводя сразу же два пальца - афродизиак сделал свое дело — девушка была готовой и мокрой. — Она такая мокрая, зацени, Фастер, — и после слов Фернанда к пальцам одного прибавились пальцы и другого близнеца. Свободными руками они развели её ноги в стороны, являя Клоду самый развратный вид.       Из глаз вновь хлынули слезы, во-первых из-за резких движений, причиняющих боль, слезы начали идти сами по себе, а во-вторых, из-за усталости. Кларк уже терпеть это не могла. Они делают это прямо в академии, где в любой момент могли зайти учителя, они имели здесь настолько большую власть, что ничего не могло их остановить.       Предательство Исаака тоже сильно задело Агату, для чего тогда там на балу он говорил это? Или это тоже была постановка? Но не похоже, что Клоду тогда это нужно было. Она запуталась, всё что они делали может и было обоснованы логикой, но никак не укладывалось в её голове. Может он узнал, что это она сбежала и решил таким образом наказать.       Насиловали они ее не особо долго, к ее же счастью. Пожалуй, зная, что эта компания трахает всех направо и налево больше всего бы стоило напугаться отсутствия презерватива на обоих членах, ведь подхватить можно что-то даже через рот. Но кто станет об этом заботится? Один из них и вовсе уже стал расстегивать свои брюки, а второй поудобнее устраивать Агату на скамейке и удерживать под руки. Пожалуй, самым ужасным в этой ситуации было то, что она испытывала возбуждение. Поэтому, когда Фернанд входил в неё, ей пришлось закусить до крови губу, чтобы не издавать стоны, ведь вслед тут же последовали плавные толчки. — Она такая узкая, Клод, тебе бы стоило самому ее выебать, — очень милая рекомендация. — Пожалуй откажусь, мне есть кого трахать, — с мерзкой усмешкой сказал он, но Клоду надоело, — все, хватит, мне надоело. — Чего? Но мы только начали! — Хватит, я сказал! — он уже крикнул на них, отчего Фаусты как нашкодившие щенки оставили девушку и одеваясь подошли к нему. — Ну ты и придурок, — их недовольству и словам он не предал никакого значения. — Зато мы ему денег не должны уж точно, — молодые люди быстро удалились, а Клод холодно посмотрел на девушку и, кинув ей свой пиджак, чтоб та могла хоть как то прикрыться, удалился.       Как бы Агате не было мерзко носить его вещи, она была вынуждена это сделать, пиджак прикрывал даже её бёдра, так что она вполне могла дойти до дома какими-нибудь обходными путями, особо не попадаясь на глаза. Уже по привычке Кларк сразу залезла под душ, последнее время у неё это действительно стало привычкой, она даже руки стала мыть чаще из-за того насколько ей были мерзки все прикосновения. —Он же не мог догадаться кто под маской? Исаак… Да, Исаак знает, но есть ли смысл ему рассказывать? А вдруг он поэтому и пришёл… хотя стал бы он делать подобное с Флорой? Снова рой вопрос вертелся в её голове, и Агата проговаривала все это вслух, стоя в душе. Всё же она не могла поверить в то, что то поведение Клода могло быть фальшивым, может он действительно полюбил Флору. Вот только она не Флора, вернее, так считала даже сама она. Флора говорила о том, что кем бы он ни был, она будет с ним, Кларк такого не скажет.

***

Клод и сам не знал почему, но жутко разозлился. На близнецов, на себя, на Исаака и даже на Агату. Но злился он из-за Флоры, которая вот так сбежала ночью. Еще ни одна женщина так не поступала с ним, он даже в какой-то мере чувствовал себя использованным. Бумеранг наверное…действовать начал. — Ты идиот, Клод, — он примерно понимал, почему девушка сбежала, но он обязан ее найти.       Так и вышло: вечером он напился и вспомнив о пиджаке и о том, что без него могут не пустить в вуз, отправился пьяный к Агате. Уже скоро он стучал в ее квартиру       Весь оставшийся день Кларк провела дома, лёжа на кровати, пялясь в потолок. Она пыталась восстановить всю хронологию событий, вспомнить всех людей и связать это в единую картинку, но пока ничего особо не выходило, единственное здравое объяснение это то, что вместо Иуды к ней ночью лёг Клод. Может это шутка какая-то и сейчас её снимают камеры? Ближе к вечеру «мозги распухли», как говорила её лучшая подруга, поэтому Агата решила сделать маленький перерыв и попить свой любимый мятный чай, коробочку от которого она постоянно пополняла травами, которые даже сюда заказывала из интернет-магазина. Её маленькое чаепитие прервал стук в дверь, она не знала, кто это может быть, теперь даже Исаак оказался врагом, поэтому неуверенно подошла к двери, выглядывая в глазок. Клод. Ну конечно. — Чего тебе? — девушка закрыла дверь на маленькую цепочку, которая не позволяла открыть её целиком. — Мне пиджак нужен, — Клод стоял на ногах твердо, но от него несло запахом спирта и виски, — ничего я тебе делать не буду, сейчас не до тебя, — но говорил он все же немного не связно, некоторые слова он заменял на иностранные, звучал то китайский, то французский. Даже забавно. — Ты пустишь меня или как? — даже с гневом в глазах поинтересовался тот, облокачиваясь о дверной косяк. Кажется, своими желтыми глазами он сейчас дыру в ней выжжет.       Держался он достойно, но уже начал потихоньку оседать прямо в подъезде       Агата впервые видела его таким пьяным, до этого он пил при ней, но всегда выглядел так, как будто не притрагивался к бокалу. Это его состояние немного успокоило Кларк и она открыла дверь, тут же уходя в комнату и поднимая с кресла его пиджак. Девушка вернулась в коридор, молча протягивая ему вещь, запах алкоголя был жутко неприятен и это можно было понять по её лицу — Как так блять вышло вообще, — Фельхейм забрал у неё пиджак и облокотившись о стену посмотрел в потолок. Яркий свет от люстры ослепил его и он тут же потер глаза, склоняя голову вниз. — Ты очень на нее похожа, — пробормотал Клод, печально усмехнувшись и смотря на Агату, — наверное это расплата моя за все грехи, однозначно так и есть, — нервно улыбаясь сказал Клод, осматривая свой пиджак, будто Агата бы что-то с ним стала делать. —О, так ты теперь будешь философствовать, — сложив руки на груди, недовольно сказала Агата. Не похоже, что он собирался так быстро уходить, поэтому Кларк вернулась на кухню допивать свой чай. —Разуйся только, — девушка налила воды в стакан, поставив его на край стала, чтобы он выпил, если уж совсем плохо станет, — На кого «на неё»? Ты уже белочку словил?       А ему и так уже было хуже некуда. Он тут же осушил стакан с водой, та потекла вниз по подбородку и шеи, намочив край рубашки, отчего Клод тут же ее расстегнул, ослабляя галстук. — На Флору. Хоть тебе поною, — на губах его появилась печальная усмешка. Последняя фраза значила очень многое, а именно то, что довериться он никому не мог, — я обязан ее найти, думаю, она просто испугалась, узнав кто я, — Клод вздохнул, убирая волосы назад. Рукава его рубашки были закатаны, а вены на руках проступали довольно сильно. Прямо как в тот вечер.       Агата отвернулась, наводя порядок в полках и на секунду замерла после его слов. Он не знал. — Так может нужно оставить её в покое, если она сама решила уйти?— Кларк повернула голову, смотря на вид Клода, он был таким… жалким, она и не думала, что сможет когда-нибудь подобрать подобное прилагательное, чтобы описать его. — Что? Нет, я не хочу оставлять ее. Она видела меня настоящего, понимаешь, я давно таким не был, я сам был удивлен! — он активно жестикулировал, а желтые глаза выглядели потерянными, — я сам себя в тот вечер не узнал и до сих пор не узнаю! Я даже никогда так не напивался! — Клод уже морально был готов к тому, что завтра ему будет ох как плохо, но не важно, на душе было еще хуже, — она такая… я хочу ее еще раз увидеть, успокоить и показать, что не хочу быть таким ужасным, — может из-за этого он прекратил те издевательства в саду. — Ты? — Кларк усмехнулась, она очень хотела поглумиться над ним, если бы этой девушкой была не она, то Агата уже давно бы сделала это, но ведь Флорой была она. Его слова были так похожи на те слова, что он говорил в саду. Что у пьяного на языке, то у трезвого на уме, так? — Сам то веришь в то, что ради кого-то сможешь измениться? Ты эгоист, который годами вёл себя так, думаешь всё можно изменить по щелчку пальцев? — Конечно, нужно время, но… настоящим я не был уже давно. У меня не было желания обидеть ее, лишь защитить, — собственно, от Понтия Пилата тогда в том числе ограждал, а ведь он ее предал по итогу, — За раз я не исправлюсь, но думаю, что смог бы. Как бы все просто было будь на ее месте кто то другой, хотя тогда, наверное, я бы не осознал многих вещей, — усмехнувшись, Клод прошептал «врунишка», вспоминая ее слова в саду о том, что она будет рядом и что не верит, что он так уж и ужасен. — Можно еще воды, пожалуйста?       Агата выполнила его просьбу. Ей вновь стало так печально, прямо как тогда в саду, когда он утверждал, что ему больше нет спасения. Девушка не хотела больше разочаровывать его своими вопросами, поэтому молча подала воды, садясь рядом и подпирая подбородок рукой. -И как ты собираешься её найти? По туфельке?       Он вновь осушил стакан в одно мгновенье, отдавая его Агате — Да как угодно, хоть телефон каждой девушки пересмотрю на наличие наших фотографий или же может ещё не время и для начала мне нужно стать достойным ее и изменить устоявшиеся мною порядки, — Клод печально вздохнул, даже не зная толком, что делать, — Единственное, что я понял, так это то, что нужно искать среди первокурсниц, вряд ли у этой девушки много друзей здесь, если вообще есть, конечно, у нее совершенно точно нет парня, а это уже отсеивает половину… Ещё можно по фото. —По фотографиям? — Девушка совсем забыла об этом, они ведь делали совместные фото и она фотографировала его. Ещё один момент, который ускользнул из её памятию Девушка повернула голову в сторону спальни, стоит ли ей рассказывать об этом? Нет, конечно, она не собирается быть с ним, но что если это наконец подарит ей спокойную жизнь. Она переведется на другой факультет, где влияние Клода не столь большое, и наконец сможет жить спокойно. Пусть будет так. — Да, мы делал совместные снимки. Ладно, я должен идти, — Клод придерживал свой пиджак на плече, покидая порог её квартиры и даже не отблагодарив! Неужто он и правда может поменяться?       Агата выдохнула, решив, что после всего ей надо проветрится.